It's a love shot

- Очень хочу, - Кихён сразу же соглашается поехать на рынок, а Чангюн безо всяких раздумий соглашается поужинать вместе, ему вообще не хочется расставаться - особенно теперь, когда он понимает, что это не только дружеская симпатия, что есть и другое притяжение, которому очень сложно сопротивляться. Да и пытаться сопротивляться ему очень не хочется, даже если это совсем неправильно. Пока Ки не знает, это же ничего страшного, да? Ему можно пока побыть таким? Чувствовать все это? Чувствовать, что в сердце снова весна? - Нет, крови точно не будет, это же даже не мясо, - его сперва удивляло, что Кихён любит готовить мясо, ведь в нем немного крови обычно все-таки остается, но потом он как-то привык, что это, видимо, разные вещи. - Я нарисую. Ты только скажи, что рисовать, а я нарисую. А потом мы переведем изображение на свиную кожу, и ты будешь прорабатывать сперва контур, а потом заливку, я покажу, я все объясню. Используем столько цветов, сколько ты захочешь, чтобы точно все смог попробовать, - разные техники, разную интенсивность заливки. Да, пигменты стоят дорого, но это ведь сейчас совсем не важно. А вот то, что они что-то создадут вместе, что он будет направлять руку Кихёна, показывая ему, как проводить эти линии, как закрашивать... Только бы не увлечься слишком сильно! У Ки так сияют глаза, что хочется прикасаться к нему только губами, не руками, обнимать его крепко-крепко... Но нельзя. - Нет, обычно мои клиенты приносят свои идеи, просят что-то нарисовать именно для них, - рассказывает Чангюн. - Есть те, кому интересно посмотреть на мои работы, но пока никто не хотел таких татуировок. Это, наверное, правильно, ведь я же для себя это рисую... Да, эскизы для своих татуировок я тоже сам рисовал. Их делал мастер, у которого я учился. Розы он набил мне за два сеанса, надпись рядом с ними - минут, наверное, за сорок, она же совсем небольшая. Ну... Сам понимаешь, смайлик на запястье - это вообще на пару минут. А как выбирал... Не знаю, просто захотелось вот так. Знаешь, иногда образы просто приходят, и ты понимаешь, что это твое. Потом они едут на рынок, и Чангюн очень радуется, что у него мотоцикл, а на машина, потому что это лишняя возможность ощущать Кихёна совсем близко. Вот бы можно было всегда быть близко-близко, чувствовать друг друга... Но его другу это не нужно, и хорошо, что они не могут сейчас смотреть друг на друга, потому что глаза у Чангюна опять совсем грустные. На рынке много вкусного, и они сразу набирают продукты для ужина, хотя так и не решили, у кого сегодня будут все это готовить. В студии есть небольшой холодильник, так что ничего не испортится, а об остальном пока можно не думать. Сейчас просто не до того.

***

Это замечательно, что они снова будут ужинать вместе! Кихён ловит себя на мысли, что с Наён он еще никогда так не ужинал - еще бы, готовить для нее у него как-то и мысли не было, и он ненадолго задумывается - в чем же тогда такая разница? Но потом снова переключается на татуировки и внимательно слушает Чангюна - он правда доверит ему попробовать порисовать самому? Но это же столько материалов уйдет просто так! Или не просто так? Может быть, это можно будет сохранить? Ки не отказывается, ему действительно этого хочется, и он обещает подумать, что хочется нарисовать. Это как-то внезапно очень сложно, идей так много, но они такие невнятные, что он не может поймать за хвост ни одну из них. - Да, такое бывает, - улыбается он. - У меня тоже бывает, хотя, конечно, не в рисунках и не в тату. Но чувство очень знакомое. На самом деле чувство того, как ему хорошо рядом с другом, тоже очень знакомое, только лучше это все-таки не понимать. Это слишком страшно, чтобы понять. Но ему все равно очень нравится эта дорога на рынок - ему нравится мотоцикл, он уже привычно гладит его по блестящему боку при встрече и говорит какие-то ласковые глупости, ему нравится сидеть за Чангюном и обнимать его, ему нравится видеть мелькающих людей и убегающие дома. От машин у него всегда другое ощущение. Потом, на рынке, тоже хорошо и весело, они выбирают продукты, разговаривая о чем-то простом и радостном, они планируют, куда смогут поехать, когда у них снова будет много времени, ведь началась весна, теперь все очень красивое и даже вечно мерзнущий Кихён уже почти не мерзнет. В какой-то момент ему звонит Наён и пытается позвать к себе - оказывается, у нее куда-то уезжают родители, и она предлагает приехать к ней с ночевкой, но Ки отказывается, говорит, что у него совсем другие планы, что он занят и вообще - увидятся позже. Девушка очень заметно обижается, а Кихён недоумевает, хмурится, а потом, когда они все-таки возвращаются, рассказывает обо всем Чангюну. - Не понимаю я этих женщин, - вздыхает он. - Я ведь предупреждал, что занят, что сегодня с ней никуда не пойду, зачем же было звонить с разными странными предложениями? Если так боится оставаться одна, пусть позовет подругу, я-то тут при чем? Он действительно сейчас не понимает, за что именно на него обиделась девушка. Ему нельзя об этом всем думать, потому что додуматься можно до чего-то совсем не того, но настроение Наён своими возмущениями все-таки испортила, и теперь Ки фырчит, хмурится, ходит по студии туда-сюда, а потом замечает кофемашину и сразу светлеет лицом - кофе точно поможет!