Часть 1
11 апреля 2021 г., 22:11
***
Мой взгляд направлен на другую сторону коридора и остановлен на светловолосом парне. Он словно светился, с прекрасной улыбкой на губах. Я слышал его звонкий смех, который иногда доносился до меня сквозь шум школьного коридора. Сегодня на нём белоснежная футболка, заправленная в светлые голубые джинсы, а сверху накинута синяя рубашка в клетку с коротким рукавом. И весь этот лёгкий образ подкреплялся белыми кроссовками. Кажется, я не знаю человека, которому белый цвет идёт больше, чем этому парню. А этот мальчишка – тот, к кому я, как говорится, неровно дышу. Уже не просто симпатия, а что-то большее живёт в моём сердце к нему уже пару лет, а я, как дурак, только сейчас пытаюсь это принять. В современном обществе однополая любовь считается запретным плодом, возможно, поэтому я так боюсь признаться даже самому себе, что мне нравится этот ангел, который стоит, прям сейчас, в другом конце коридора. Уже какое-то время я пытаюсь набраться смелости, чтобы подойти и познакомится с ним, но вместо этого просто продолжаю, как сталкер, ловить его взгляды, когда он замечает, что я смотрю на него. Но что я точно понял – в этом взгляде нет никакой критики или осуждения. Раздаётся громкий звонок, который оповещает об окончании перемены и, развернувшись, я направляюсь в класс. Некоторое время назад я решил поговорить насчёт своих чувств с родителями, на что услышал испуганное: «Надеюсь, это шутка?» от мамы и «Даже не смей думать о подобном, мой сын не может быть гомиком» от папы. Родители начали говорить как это всё мерзко, отвратительно и против природы. Они утверждали, что это просто мой подростковый возраст даёт о себе знать и в скором времени я и не вспомню этого «дрянного мальчишку, который играет на моём возрасте». Мои отношения с родителями никогда не были хорошими, а уж тем более идеальными. Постоянными были ссоры и скандалы по каким-то пустякам, которые приводили, бывало и к тому, что мы могли не общаться несколько дней. Самое главное, что больше всего мне не нравится – это всё происходит на глазах у моего младшего брата, который наблюдает все эти выяснения отношений. Ему всего восемь и он часто даже плачет из-за криков родителей. Они же в свою очередь либо этого не замечают, либо считают нормальным. Не редкость бывает и то, что я засыпаю с братом, успокаивая его, пока из соседней комнаты мне кричат какой я неправильный, что ничего не делаю и вообще как я могу быть их сыном, ведь они занимаются моим воспитанием. Поэтому после разговора о том, что мне нравится этот светловолосый парнишка, наши отношения с родителями стали максимально напряжёнными. За мной стали лучше следить и вообще строже относиться , любая свобода действий и слов будто пропала.***
По окончании занятий, я задержался с друзьями в спортзале, поэтому покинуть учебное заведение решил с помощью выхода из спортивного кабинета. На улице стояла тёплая весенняя погода: голубое небо, лёгкий ветерок и яркие лучи солнца, насквозь прорезавшие листья деревьев, которые отбрасывали свои тени на холодную землю. Что-то внутри меня будто щёлкнуло, и я решил направиться на другой конец города, чтобы послушать тихий шум волн, который вновь и вновь закладывал фундамент надежд и желаний о лучшей жизни. Эти надежды по приходу домой разбивала даже одна фраза, которой меня встречали, если я задеживался: «Ну и где ты шлялся?». Поэтому желания идти домой абсолютно нет. Улицы понемногу начинали становиться шумнее и живее, город, будто только просыпался, хотя уже далеко за полдень. Погрузившись в музыку, звучавшую на всю громкость в наушниках, и, прикрыв глаза от усталости, я обдумывал идею новой песни, которую хочу начать писать. Музыка, игравшая в наушниках, помогала меньше замечать, как идёт время, пока я добираюсь до набережной. Я люблю ходить по разным частям города и изучать улицы, наблюдая за людьми. Чем ближе к желанному месту, тем сильнее ветер начинает ласкать щёки, и играть с неаккуратно уложенными волосами. Лишь когда стал виден знакомый друг-берег, каждый раз встречавший сверканием мягких волн, на моём лице появилась улыбка. Это не маска, которую я стараюсь показывать, чтобы пройти без лишних расспросов. Не сейчас. На данный момент я искренне улыбнулся тому, что действительно люблю всем сердцем и душой. Вздохнув, первый раз за день спокойно и полной грудью, я прохожу дальше, начиная спускаться по ступенькам. Но мой шаг замедляется и вовсе останавливается примерно на третьей. Я будто теряю своё дыханье, сердце начинает биться сильнее, а мои глаза распахнулись, будто меня что-то сильно напугало. Передо мной знакомая фигура – синяя рубашка, голубые джинсы, светлые волосы, развевающиеся на ветру. Парень сидел на волнорезе, скрестив перед собой ноги. Я делаю глубокий вдох. Вместе с воздухом, вошедшим в мои лёгкие, я набираюсь смелости, что-то внутри начинает всё сильнее ликовать. Делаю шаг к парнишке, ещё, и ещё один. Приближаясь, вижу, что на его ногах лежит альбом, а он, согнувшись, что-то рисует на листе бумаги. Я подхожу совсем близко, и когда мне остаётся ещё пару шагов, светловолосый поднимает на меня взгляд, задержав его на мгновение, а потом и вовсе выпрямляется, внимательно смотря прямо мне в глаза. Я смутился и заметно замедлился, но смог найти в себе смелость, чтобы начать разговор первым: - Привет. Я хотел сказать что-то ещё, по типу: «Я увидел, что ты рисуешь, можно посмотреть?», но светловолосый меня опередил: - Привет, – его тон быть спокойным, а голос невероятно приятным. – я видел тебя в школе. Я смотрю на место рядом с ним, и, указав на него взглядом, спрашиваю: - Можно? Парень быстро хватает альбом, прижимая его к груди, подтягивает ноги, освобождая место, словно на всём волнорезе я больше его не найду: - Ох, конечно! - Да, мы из одной школы, - я присаживаюсь на место, которое мне освободили. - Угу, - парень кивает, опуская взгляд. Он опустил голову на колени, зажимая альбом между грудью и поджатыми ногами. Было видно, что парень будто расстроился. Меня озадачила его резкая смена настроения, поэтому я скорее старался найти какие-нибудь слова, но ничего лучше, как представится, не нашёл. - Кхм. Я Кеннеди, - я чуть наклоняюсь, стараясь заглянуть парню в глаза. - Даниэль, - он поворачивает голову в мою сторону. - Я видел, что ты что-то рисовал, можно взглянуть? Даниэль молчит несколько секунд, отведя взгляд в сторону, раздумывая над моей просьбой, а затем выпрямляется и протягивает мне альбом. - Думаю, да. Я аккуратно забираю книгу из его рук, начиная просматривать рисунки. В основном нарисованы были пейзажи и портреты людей. Почему-то такие простые вещи, как деревья и аллеи, которые я вижу каждый день, в его стиле рисования выглядели необычно. Все эти линии в совокупности друг с другом завораживали, и рисунок хотелось рассматривать и изучать. Я переворачиваю страницу и вижу гладь воды. Как это вообще возможно нарисовать? Это один из немногочисленных рисунков, который был выполнен в цвете, в данном случае – акварелью. Я вновь начинаю переворачивать листок, но вижу, как бледные, длинные пальцы, переворачивают ещё один лист вслед за моим. Поднимаю взгляд на Даниэля: - Это не стоит смотреть, - парень приулыбнулся. - Почему? - Просто не стоит. - Хорошо, как скажешь. Только я успел договорить, как слышу музыку со стороны портфеля Даниэля. Я ни с чем не перепутаю эти лёгкие ноты начала песни Don’t need nobody – Ellie Goulding. Парень хватает сумку, и быстро достав из неё телефон, отвечает на звонок. Соскакивая с волнореза, Даниэль отходит от меня на пару шагов, начиная разговор. Я же тем временем, опускаю взгляд в альбом, быстро перелистнув страницу назад. На рисунке, который мне не дал увидеть Даниэль, был изображён парень, при этом картинка была цветная: красная кепка, белая рубашка, чёрные классические брюки и ярко-красные кроссовки, и рюкзак на одном плече в тон кепки. Парень смотрел в сторону, чуть нагнув голову, Я внимательнее всматриваюсь в нарисованное лицо, и тут меня будто пробивает. «Похож на меня? Пару дней назад я так приходил в школу». Я поднимаю взгляд перед собой и вижу Даниэля: - Как тебе? – он поднял глаза с рисунка на меня. - Красиво, мне нравится, - я вновь смотрю на рисунок. – а это… - Да, это ты, - перебивает меня парень. – мне понравилось, как ты тогда выглядел. Извини, что нарисовал без спроса. - Нет, что ты, - я быстро начал тараторить, поднимая громкость голоса, - мне очень нравится, это очень здорово! Ненадолго появляется пауза. - Ты извини, мне звонили. – тише, чем я, заговорил Даниэль. – Домой нужно. - Да, конечно, - я протягиваю ему альбом, параллельно его прикрывая. Даниэль аккуратно берёт книгу, начиная убирать её в сумку.***
С этого момента мы часто виделись. И с каждой новой встречей наше общение становилось менее простым, более эмоциональным и открытым. Нам обоим нравилось проводить время в обществе друг друга. Вскоре, Даниэль узнал, что я пишу песни и мечтаю выпустить альбом. А сам мне рассказал, что планов на будущее у него нет, что он просто занимается тем, что ему нравится. Но так же, с нашими эмоциями и доверием, росли и мои чувства к Даниэлю. Каждый день я просыпался и засыпал с мыслью, как же я его люблю. Я решил чётко для себя, что признаюсь в своих чувствах в последний учебный день, чтобы вдруг услышав отказ, смех надо мной или ещё что-то подобное, то хотя бы всё лето, я не увижу этого парня. А если это будет взаимно, в чём я крайне сомневаюсь, то мы сможем провести это лето вместе.***
Незаметно пролетели почти три месяца, как мы с Даниэлем начали хорошо общаться. И вот, наступил тот день, которого я с трепетом ждал и одновременно всей душой не желал, чтобы он приближался. Последний учебный день. После занятий мы с Даниэлем договорились встретиться, чтобы куда-то прогуляться. Я же весь день ходил, раздумывая какие слова стоит подобрать для признания. Это сложнее, чем с девушками. А что, если Даниэль начнёт меня осуждать и возненавидит? Большинство парней в наше время не принимает однополой любви по неизвестным мне причинам. При этом некоторые даже не считают таких персон людьми, начиная насмехаться и издеваться над ними, поэтому я безумно переживал. Время прошло слишком быстро, и вот мы уже сидим в парке, разговаривая обо всём подряд. - А если взять не тему любви? – Даниэль сидит напротив меня на лавочке, поджав одну ногу под себя. - Ну, тогда я не представляю, что ещё можно написать. - Все тексты про любовь... Хм, как-то неоригинально. Ладно, я тоже постараюсь как-нибудь подумать насчёт этого. - Ага, - я отвожу взгляд в сторону, продолжая перебирать собственные пальцы. Я даже не замечаю, как Даниэль начинает молча смотреть на меня в упор. Проходит около минуты тишины, и я слышу недовольный и взволнованный голос друга: - Что случилось? – Даниэль смотрит прямо мне в глаза. – Ты сегодня, будто совсем потерянный. Я молча смотрю на него в ответ, формулируя в голове ответ: «Нет, почему же? Вроде всё как обычно, возможно, просто устал». Но тут я понимаю, что шанса лучше может и не выдаться. Я делаю глубокий вдох, полностью разворачиваясь к Даниэлю лицом. - Знаешь, - на мгновение я отвожу взгляд, но всё же понимаю, что подобное стоит говорить, смотря прям в глаза, – возможно, сейчас ты меня не поймёшь. Это будет глупо или, может, смешно. Но я уже давно хочу тебе это сказать. Прошу, просто выслушай, - я делаю паузу, а в глазах собеседника начинаю видеть тревожность, мой голос становится тихим. – Даниэль, ты мне нравишься. Ты мне очень нравишься. И не как просто друг, это что-то большее. - Я… - Даниэль немного отодвигается от меня, набирая полную грудь воздуха. Тут я начинаю, будто скороговоркой: - Если это не взаимно, а скорее всего так и есть, ничего страшного, просто скажи об этом. Мы можем просто забыть, если ты хочешь… Неожиданно я чувствую на своих щеках прохладные руки, которые заставляют меня смотреть только вперёд, на их обладателя. Даниэль даёт мне пару секунд, чтобы немного успокоиться. - Ты просто придурок, - слетает с губ парня, а его руки опускаются. – какой же ты глупый. «Если это не взаимно, просто скажи, мы можем просто забыть» - внутри меня появилось ощущение, будто что-то начинает ломаться, как тонкий лёд на воде, когда на него наступают, - Боже, Кеннеди… - пауза. – Так пугать зачем? Ты тоже мне нравишься, дурак.***
*** В который раз я провожаю Даниэля домой. Мы останавливаемся перед воротами, на которых я уже успел выучить каждую царапину, ожидая около них парня перед школой. - Напиши, как доберёшься до дома, - Даниэль уже собирается открыть калитку. – буду… Не давая парню договорить, я тяну его за руку, затягиваю в глубокий, но нежный поцелуй. Секунда сопротивления, а потом Даниэль и сам отвечает взаимным поцелуем. Мы отстраняемся друг от друга лишь когда обоим начинает не хватать воздуха. - Напишу, - я разворачиваюсь, и, махнув рукой, удаляюсь от парня.
