#НЕЖДАНЧИК

Шесть месяцев спустя       — Джими, милый, у нас всё готово, — окликнул парня Луи и привычно растянулся в улыбке.       — Дай мне минуту, — Чимин одним глотком допил свой черный кофе без сахара и направился в сторону фотопавильона, где его ожидал стафф.       — Поторопись, amore, у нас еще три часа работы.       Через пятнадцать минут всё было готово к съемке. Мальчишка выглядел как всегда восхитительно. На нем был шикарный атласный костюм цвета насыщенного бордо с густым синим отливом. И идеально подходящие черные лаковые оксфорды. Лу неоднократно удивлялся — как человеку может идти абсолютно любой стиль и любая одежда #идеальныйсукавовсём (помним, что Чони говорил — член тоже идеальный). Сегодня по иронии судьбы Чимин рекламировал новую коллекцию модного дома Giorgio Armani (любимый бренд Чонгука).       — Джими, ты неотразим, — глядя в объектив, восхищался фотограф. — Надеюсь, не очень устал?       — Нет, всё нормально, — ответил парень, натянуто улыбаясь и, отвернувшись, добавил шепотом, уже больше для себя: — Я готов работать двадцать четыре часа в сутки, чтобы поменьше думать о…

***

      Уже шесть месяцев Чимин вместе с Ви проживали в Милане. Блондин брюнет (тот, кто полгода назад был чьим-то блондинистым счастьем), несмотря на смену цвета волос, завоевал сердца жителей Европы и стал самой высокооплачиваемой фотомоделью в Италии. Его хотели все! Самые модные модельеры устраивали торги с рекрутерами, чтобы заполучить именно Джими Пара, которого в своих кругах называли «азиатской жемчужиной». Парень нестандартной внешности с миловидным лицом, отличной стройной фигурой, на которую идеально садилась всякая креативная хуйня любая дизайнерская одежда, работал с максимальной отдачей, готовый пахать фоткаться почти 24/7. Таких все любят и ценят.       Если на обложке журнала было его фото, тираж раскупался в максимально короткие сроки. Если он рекламировал коллекцию одежды или аксессуаров — она разлеталась как докторская колбаса во времена перестройки в СССР. Единственное неизменное условие в его контрактах, которое всегда оговаривали с заказчиками юристы модели, — реклама не идет на азиатский рынок. Они прописывали просто заоблачные штрафы в договорах за нарушение этого пункта, а менеджеры постоянно отслеживали слив информации касательно его личности, особенно в направлении Кореи.       На самом деле, уезжая в Милан, Чимин не планировал такую сокрушительную головокружительную карьеру. Он просто бежал подальше от отца, который принес в его жизнь столько боли, и Чона, что разбил ему сердце, которое разлетелось на мелкие осколки. Первое время парень посещал психотерапевта, чтобы хоть как-то принять эту реальность, продолжить жить и работать. Он даже сидел на антидепрессантах какое-то время, потому что депрессивно-унылое чмо не очень позитивная модель вряд ли сможет добиться успеха, да и человеку хуёвенько не очень кайфово жить в таком настроении.       Вивьен, как и договаривались, прилетела позже. Правда, не через несколько дней, а через несколько недель, потому что то роковое сообщение, которое она отправила Гуку, чуть не сорвало все планы. После неудачных поисков своего парня в аэропорту Чонгук вообще тронулся умом слетел с катушек. Он не давал ей прохода, будучи уверенным, что Ви поддерживает связь с Чимином и точно знает, куда он так внезапно пропал. И единственной причиной, по которой Гук наконец отъебался оставил девушку в покое было то, что Пак Чимин, по данным пограничных служб, не покидал страну. Ни на самолете, ни на поезде, ни на космическом корабле (это Чонгук тоже пробил) он не съебался не улетел и не уехал, а значит напиздел наврал девчонке о своем отъезде и всё еще находился в Корее. И пока горе-альфач, как Иван-дурак, вместе с детективами шарился разъезжал по всей стране в поисках своей Чимёнушки (сказка вспомнилась, про Алёнушку), Вивьен преспокойно упиздячила улетела в Милан, предварительно сообщив всем, кому это было интересно, что она во Францию — учиться. Flashback       — Луи, можешь меня выручить? — послышался хриплый голос в трубке.       — Да, конечно.       — Я немного приболел. Наверное, стрессы и изменение климата на меня так подействовали.       — Тебе привезти лекарства? — забеспокоился мужчина, понимая, что опрометчиво согласился снять мальчишке квартиру на другом конце города и сейчас о нем некому позаботиться.       — Нет, я спустился вниз и всё купил, — парень откашлялся и опять захрипел. — Сегодня прилетает Вишня, ты можешь ее встретить в аэропорту?       — Да, конечно. Скинь мне данные по рейсу и ее фото, чтобы я узнал.       — Отправляю прямо сейчас, не клади трубку, — парень сделал паузу и телефон фотографа завибрировал сигналом сообщения. Луи открыл его и замер.       — Это твоя Вивьен?       — Это моя подруга Вивьен! — парень сделал акцент на слове «подруга», давая понять статус их отношений.       — Прекрасно… — еле слышно сказал мужчина и, кинув короткое «до встречи», прервал звонок. Now

      В уютном ресторанчике сидела пара: красивый зеленоглазый мужчина с волнистыми каштановыми волосами и роскошная голубоглазая девушка, которая постоянно привлекала внимание противоположного пола своей нестандартной внешностью. Эти двое прекрасно смотрелись вместе. И даже не догадывались, что скоро их жизни переплетутся и радикально изменятся, позади останутся все разочарования и горести, которых они нахлебались сполна.       — Лу, я в отчаянии, — Ви опустила голову и прикрыла ладонями лицо.       — Что случилось?       — Ты видел, как он похудел? Я понимаю, модель и всё такое, но это уже слишком.       — Amore, чем я могу тебе помочь? — мужчина протянул руку и аккуратно приподнял ее подбородок, привлекая к себе внимание и желая встретиться взглядом.       — Я не могу видеть его таким. Я не знаю его таким, — она подняла свой заплаканный взгляд и посмотрела в зеленые глаза напротив. — У него была нелегкая жизнь, но он всегда держался молодцом, а сейчас…       — O dio… Но он сам захотел уйти и уехать.       — Ты его совсем не знаешь… ты не понимаешь, — она тяжело вздохнула и опять опустила голову. — Он кричит по ночам. Зовет его. Я знаю, он скучает по Чону, но просто не хочет в этом признаться.       — Так поговори с ним. Или ты хочешь, чтобы я поговорил?       — Думаешь, я не пыталась? Хм… Сто раз заводила этот разговор. Всё хотела узнать, что между ними тогда произошло. Я знаю, что он любит Чонгука, знаю, что Гук тоже до сих пор любит его. У меня сердце разрывается.       — Ты же не собираешься сообщить Чонгуку, где вы? Не хватало, чтобы он прилетел сюда и забрал его. У Джими много контрактов сейчас, это очень рискованно. Да и он сам не хочет этого, — фотограф обхватил ладони девушки своими и, потянув на себя, нежно коснулся губами тонкой кожи запястья, пытаясь ее успокоить.       — Луи, сегодня ночью он звал его во сне. Проснулся в бреду, я прям не знала, что делать. Чиму очень плохо, я вижу это в его печальных глазах. Он не может этого скрыть от меня.       — Ну не знаю… В объективе он выглядит всё краше. Его популярность растет с каждым днем, — мужчина поднял на девушку свои зеленые глаза, явно желая сказать что-то еще, но, видимо, так и не решаясь.       — Что? Почему ты так на меня смотришь? — она заметила его смятение.       — Ничего, la prossima volta*, — Луи отвел взгляд, чтобы не палиться выдать себя. В его душе уже почти четыре месяца жила надежда, что когда-нибудь эта хрупкая девушка обратит на него внимание не только как на друга. Flashback       Ви проснулась от какого-то шума и не сразу сообразила, что именно ее разбудило — стояла полная тишина. А потом донеслось вдруг какое-то невнятное бормотание, болезненный, вымученный стон, затем — крик, отчаянный и душераздирающий. Она подорвалась с постели и бросилась на звук. Влетев в соседнюю комнату, замерла, обхватив себя руками за плечи и закусив губу. Чимин в тяжелом сне метался на постели, шумно дыша, всхлипывая и срываясь на крик… Он звал Чонгука и просил не уходить. Девушка горестно вздохнула, отмирая, и подбежала к парню. Схватив за плечи, начала легонько трясти, пытаясь его разбудить.       — Чимин, милый… Проснись, пожалуйста.       Мальчишка как будто пришел в себя и, застонав, открыл глаза. Он явно не совсем понимал, где находится и что происходит. Даже в слабом неверном свете ночника, который они оставляли включеным на всю ночь с тех пор, как Чимина стали мучить кошмары, было видно, что взгляд его переполнен болью, а на лице застыла гримаса отчаяния. Потом он моргнул раз, другой, и дыхание постепенно начало выравниваться. Чимин слегка приподнялся на локтях и посмотрел на Вивьен уже более осмысленно.       — Что случилось? — спросил он сорванным голосом.       — Ты опять кричал во сне. Чимин, так нельзя. Давай поговорим… — она протянула к нему руку и приложила ладонь к его щеке.       — Я не хочу ни о чём говорить, — парень попытался уклониться от прикосновения, избегая настойчивого взгляда.       — Нет, дорогой. Ты поговоришь со мной! Я устала от всего этого. Ты мучаешь и себя, и его. Ты же любишь Чона до сих пор. Почему так поступаешь с вами обоими?       — Мои чувства не имеют значения! Что ты хочешь услышать?! — он перешел на крик. Голос предательски дрожал, а к глазам подступала влага.       — Я не знаю, что между вами произошло. Могу только догадываться. Но знай, он был у меня за неделю до вашей ссоры и очень переживал. Если в этом замешан твой отец и тот чертов договор, то… — она не успела закончить, Чимин крепко ухватил ее за запястье холодной рукой, резко дернув на себя.       — Ты знаешь о договоре? — парень расширил глаза.       — Да, он сказал мне. Он хотел защитить тебя от отца, а не купить. Это разные вещи.       Чимин замер. Конкретно так замер, потому что замерз от прошибающего сердце холода. Все эти месяцы он жалел только об одном — что уехал на эмоциях и не дал шанса Чонгуку всё объяснить. Но пиздопротивная слишком гордая натура не позволяла дать заднюю и признать свою ошибку, считая, что лучше сдохнуть умереть от нереализованной любви, чем пойти против своих принципов. Каких нахер к черту принципов, Чими?! Понапридумывал всякой хуйни ерунды и ебёшь выносишь себе и бедной девушке мозг ночными кошмарами. Орел #матьтебязаногу гордый. Смотри, придурок малолетний, не проеби упусти свое счастье.       — Поздно. Слишком поздно о чём-то говорить. Мы расстались, и я больше не хочу о нем говорить. Давай закончим на этом, прошу, не терзай мне душу.       Вивьен тяжело вздохнула и молча вышла из комнаты, оставляя этого ебанько не совсем адекватного парня в раздумьях о своей #сукагорестнойжизнибезчона. Склонность к ебле выносу собственного мозга, видимо, передалась ему от Гука (скорее всего — половым путем), по которому #еслипризнаться он безумно скучал, проклиная себя и свою принципиальность каждый божий день. Now Плейлист       На улице февраль и от холода не спасает даже то, что Чонгук живет в Южной Корее. Хотя ему было бы холодно даже в середине июля — на него влияло не время года, а то, что творилось в душе. После исчезновения Чимина он пару месяцев активно пытался его найти, забив на работу и рысача разыскивая его по всей стране. Но время шло, и с каждым днем он всё больше понимал, что раз бывший блондин нынешний брюнет (Гук просто этого еще не знал) так желал бесследно исчезнуть, значит, пора перестать быть эгоистом и дать ему возможность самому выбирать с кем быть, и кого любить. Надежда, что они смогут пережить этот армагеддон в отношениях и как прежде быть парой, улетучилась вместе с запахом парня в его доме. Вещи, которые Чимин не успел забрать, стали очередным триггером, напоминающим об огромной — космических размеров — дыре в душе. Поэтому сквозняк, который гулял в грудной клетке, выветривал остатки теплых чувств, делая из Гука прежнего хладнокровного и равнодушного ко всему директора Чона. Хотя нет, таким отстраненным он не был даже после расставания с Ви и смерти хомяка.       Объяснить решение купить дом, который им с Чимином понравился, Чон не мог даже себе. Просто купил и всё, но жить остался в старом, опасаясь, что его череп мозгоёба многострадальная психика не выдержит таких испытаний, как переезд в предполагаемый рай мечт фактически ад несбывшихся надежд и нереализованных планов. Новый дом не видел их вместе, там не жили воспоминания о радостных днях и жарких ночах… но всё это могло бы быть… должно было быть! И улетучилось, как дым, даже не случившись. Гук продолжал жить вдвоем с Фаром, который ежедневно напоминал о былом счастье, и это тоже было больно, но одновременно с этим именно щенок был основной отдушиной мужчины.       Парадоксально, но в этот хуевый тяжелый для Гука период произошли и некоторые положительные изменения в его жизни. Тэхён (тот, что типа бывший муж) и Хосок (тот, что типа бро, который увел его бывшего мужа) узаконили свои отношения и стали очень, скажу вам, счастливой ячейкой общества. Нахрена нам Санта-Барбара, если есть #бывшиймуж и #типабро?! Ну и везет же Чонгуку, прям пиздец!       Короче, в связи с такими пиздатыми головокружительными событиями, вектор отношений Чонгука и Тэхёна, как вы поняли, кардинально изменился. Ви, так сказать, попустило. Он с головой погрузился в новый брак, пребывая в состоянии эйфории и желая Чонгуку всего наилучшего.       Осознав всю сексуальную душевную драму #уженемужанодруга, эта не менее ебанутая сумасшедшая парочка взяла шефство над выжившим из ума убитым горем мужчиной. Они постоянно названивали, давали советы, приходили, чтобы погулять с Фаром и проконтролировать, поел ли Чон. А тот, в ахуе шоке от метаморфоз в своей жизни, уже и не знал, как реагировать и куда съебаться смыться от столь заботливых придурков. #инеотъебёшьсяже #воткакблятьвжизнибывает #незнаешьгдетебяждеточереднойнеждан       Но самым удивительным было то, что в поисках приключений на свою задницу медовый месяц эту парочку занесло (угадайте куда?) в тот самый, стратегически важный для нашей истории город, — Милан! Видимо, дед на облаке соскучился по своим подопытным кроликам Чигу и, желая внести коррективы в ранее придуманный квест их любовную историю, отправил Вихоупов развлечься именно в Италию.       Успешно посетив массу злачных мест развлекательно-увеселительных мероприятий, а так же осмотрев несметное количество прекрасных достопримечательностей, парочка решила перед отъездом прикупить брендовой одежды для своего дружбана в его любимом фирменном магазине Armani. Быстро отыскав нужный бутик, они вошли внутрь. Там было, конечно, шикарно и куча ништяков, но! Всё это совершенно перестало иметь значение, как только взгляды обоих молодоженов уперлись в большой рекламный постер на стене прямо напротив входа. Модель на фото — черноволосый парень в охуительном сногсшибательном костюме, что сидел на нем просто идеально — определенно стоила их внимания больше, чем что-либо в этом бутике.       — У меня галлюцинации? Хо, мы же сегодня траву еще не курили, верно? — не отводя взгляда от рекламного плаката, спросил Ви.       — Нет. И походу, тебе не показалось, — ответил мужчина, ненадолго подвисая и глядя на модель.       — Signorina, per favore… — решил поумничать Тэхён, обратившись к милой девушке, что стояла совсем рядом, и которую они даже не заметили поначалу, но его тут же обломали перебили.       — Слушаю Вас, господа, — на чистейшем корейском ответила девушка, а Тэ не стал загонять себя бессмысленными расспросами о ее способностях полиглота.       — Мы хотим подобрать новый лук для нашего друга, но для начала… Подскажите, а что за парень у Вас на постере?       — О! Это наша основная модель — Джими Пар. В наших кругах его называют «азиатской жемчужиной». Правда, он великолепен?       — Не то слово, — Тэхён продолжал пялиться на мальчишку, который еще полгода назад его дико бесил, а сейчас вызывал восхищение.       Девушка слегка наклонилась и добавила, понизив голос:       — Кстати, он самая высокооплачиваемая модель в Милане, но больше всего снимается для нашего бренда. Я так понимаю, он Ваш земляк? — она отстранилась и подмигнула.       — Значит, Джими Пар? — переспросил Хосок.       — Да, вот, смотрите, он у нас почти всю коллекцию представляет, — консультант указала на журнальный столик, где лежал каталог одежды из последней коллекции.       Хоуп подошел ближе и, взяв буклет, начал рассматривать фото Джими Пара Пак Чимина. Парень изменился до неузнаваемости за последние полгода, и дело было не только в цвете волос. Чимин всегда был достаточно привлекательным, но теперь выглядел просто на миллион. Именно такую сумму Чонгук заплатил его отцу, желая подарить свободу. К сожалению, этот его поступок принес Чиму как раз противоположное, а вдобавок хуеву кучу множество дополнительных триггеров, с которыми парень еле справлялся.       — Можно взять с собой ваш каталог? — поинтересовался Хосок, мило улыбаясь девушке.       — Вообще-то у нас не принято раздавать их, особенно те, где фото Джими. Только постоянным клиентам. Не знаю, почему такие правила, я новенькая… — девушка замялась, — но если Вы сделаете хорошую покупку, думаю, я смогу для Вас один организовать.       — Конечно сделаем! — воскликнул Тэхён и, подхватив ее под руку, утянул вглубь бутика.

***

      — Господин Хоуп, директор сказал, что скоро будет. Может, Вам кофе? — помощник Джису был привычно вежлив и услужлив.       — Спасибо, Джи, не нужно. Дождусь Чонгука, с ним и выпьем.       Прошло буквально пять минут, и в приемную вошел Чон. Он поздоровался с другом и, бросив помощнику короткое: «Сделай нам кофе», утянул Хосока в кабинет.       — Как ты? Как вы съездили? Как Ви? — больше в качестве проявления вежливости, чем испытывая реальный интерес, принялся за расспросы Чонгук, усаживаясь за рабочий стол.       — Отлично! Тэхён накупил столько шмоток, как будто собрался на несколько лет уехать в тундру. Ты же знаешь, для него шопинг как антидепрессант. Можно не кормить, но главное что-то ему купить.       — Да, с годами ничего не изменилось, — Гук натянул улыбку, пытаясь быть приветливым со старым другом. Настроения не было от слова совсем.       — Кстати, мы тут тебе подарки привезли, — Хосок поставил на стол большой пакет с логотипом бренда Giorgio Armani.       — Не стоило беспокоиться, друг. Ты же знаешь, я сейчас отошел от костюмов, — отмахнулся Чон, не проявляя особого интереса к содержимому красивой упаковки. #некрасивотаксебявестичони       — Ну, во-первых… С чего ты взял, что мы купили костюм? А во-вторых, — ты это… посмотри сначала, а потом бурчи, — Хосок, не дожидаясь когда Гук осмотрит подарок, развернулся и направился на выход. — Мне пора, не благодари, бро.       — Так быстро уходишь? — удивился Гук.       — Мне правда пора, Тэхён ждёт. Созвонимся.       — Угу…       Чон типа попрощался с Хоупом, перенес на диван оставивший его равнодушным презент, так и не посмотрев, что внутри. Он опять уселся за свой стол как раз в тот момент, когда вошел Джису, неся кофе.       «Очень вовремя, ничего не скажешь. Ты чё там, окольными путями его нес?» — подумал директор.       — Господин Чон, Ваш кофе, — торжественно объявил Джи и, поставив чашку на стол перед директором, обратил внимание на блестящий пакет именитого бренда. — О! Вам привезли подарки из Милана? Что там?       — Да. Можешь посмотреть. Знаю, что тебе не терпится унять свое любопытство, — Чонгук даже не поднял глаз, продолжая пялиться в пространство внимательно изучать диаграммы на своем ноутбуке.       — Можно, да?! — воскликнул парень и полез своими загребущими ручонками в огромный пакет за вещами, охая и ахая при этом на каждую новую вытащенную шмотку.       Кремовый свитер под горло и стильные черные джинсы с легким дымчатым оттенком покорили сердце модника, каковым Джису считал себя уже давно, больше всего. Он рассмотрел одежду и, уже собираясь аккуратно сложить всё обратно в пакет, увидел каталог, который лежал в самом низу. Руки затряслись от предвкушения — увидеть последнюю коллекцию, что всегда размещали таким образом модные дома в рекламных буклетах, это вам не хухры-мухры. Джи достал журнал и застыл. На обложке был он — Чимин. Парень, которой украл сердце директора, а потом разбил его вдребезги и бесследно исчез. Всё, что знал помощник — шеф сам виноват, проебал упустил свою самую большую любовь. По крайней мере, шеф так выразился, в общих чертах объясняя Джису, что произошло.       — Господин Чон, а Вы уже видели Ваши подарки? — теперь и голос предательски дрожал, в принципе как и ноги.       — Нет, потом гляну, — кинул директор, продолжая смотреть на экран.       — Думаю, Вам нужно на это посмотреть прямо сейчас, — твердо и уверенно сказал Джи, положив каталог на стол и двинув его пальцем прямо под нос Чонгуку, а затем молча удалился.       — Что за-а-а… — Чон не мог поверить своим глазам.       На обложке красовался его мальчик. Родной, единственный и до сих пор любимый всей душой и сердцем. Да, он изменился. Сильно похудел. Сменил цвет волос на черный, и пряди стали длиннее. А взгляд — равнодушный, не выражающий никаких эмоций. Но Чон узнал бы его из тысячи.       Гук взял в руки журнал и начал водить подушечкой пальца по таким дорогим чертам лица на фотографии. Слезы сами выступили на глазах, сердце проснулось от спячки и решило эпично вернуться к жизни, расхуярив разгромив грудную клетку. Чон смотрел на фотографии Чимина, пытаясь сообразить #чтотутблятьпроисходит. Потом, видимо, придя немного в себя, нажал кнопку спикерфона.       — Пусть Хо ко мне зайдет.       — Секундочку, господин Чон.       И действительно, буквально через секунду в дверь постучали и возник (как из-под земли) доблестный и преданный шуршало-решало водитель-валитель. Такое ощущение, что прохаванный продуманный Джи уже давно его вызвал и тот тупо стоял под дверью в ожидании команды «фас». Вот что значит профессиональный персонал.       — Слушаю, господин, — отрапортовал водила, уверенно приближаясь к боссу.       — Найди мне его, Хо…