Сигареты с воспоминаниями.

Глубоким вечером пятницы за окном стояла не самая лучшая погода. Моросил мелкий неприятный дождик, с каждой секундой становясь сильнее. Люди, которым не посчастливилось в это время оказаться на улице, быстро бежали к своим домам, низко опустив голову и закрываясь от дождя чем придётся: книжками, сумками, своими кофтами или, на крайний случай, руками. Некоторые успевали забежать в магазины и кафе, чтобы переждать непогоду. Находились и такие, которые быстро забегали на порог клуба «Импульс», обхватив себя руками за плечи и пытаясь согреться. Недолго помявшись на ступенях около яркой вывески, они всё же заходили внутрь. Оглядывались по сторонам и пытались сделать вид, что сюда и спешили, а вовсе не забежали в первое попавшееся помещение, только чтобы отогреться и немного подсохнуть. В этом клубе за барной стойкой стоял молодой мужчина лет двадцати четырёх и тщательно натирал различные фужеры, которые блестели в руках от чистоты. Его аккуратно уложенные белые пряди, отливающие серебром, делали лицо каким-то аристократичным, будто он из той эпохи, когда в моде были классические костюмы и хорошие манеры, когда каждый вечер в богатых домах устраивали балы. Волосы выгодно подчёркивали правильные черты лица мужчины: аккуратный нос, скулы и красивые ровные брови. Светлая рубашка, на которой опасно висели утончённые очки, имеющие новомодную округлую форму, была старательно выглажена. Чёрные подтяжки, облегающие слегка худые широкие плечи, добавляли красоту и лаконичность образу. Изящные кисти рук, с виднеющимися венами и костяшками бережно обхватывали фужеры, натирая их до скрипа и выставляя на полку под барной стойкой. Складывалось такое впечатление, что кто-то изобрёл машину времени и случайно переместил сюда этого человека. Он совершенно не сочетался с бешеной музыкой и пьяными танцами, которые были в этом клубе. Мужчина задумчиво глядел в окно, по которому торопливо катились дождевые капли, догоняя друг друга и оставляя длинные мокрые следы. На улице было довольно темно, потому что фонари излучали мягкий рассеянный свет, практически не освещая дороги. Байрон, так звали бармена, время от времени поглядывал в зал на танцующих людей. Самые захмелевшие собирались в центре и расслабленно двигали своё тело в такт музыке, будто плывя по течению и не замечая никого вокруг. Танцпол был освещён прожекторами и бегающими туда-сюда цветными огоньками. Где-то наверху стоял диджей, настраивая звуковые эффекты на свой вкус, и тоже ритмично двигался. Барная стойка находилась достаточно далеко от всего этого, но громкая музыка всё равно била по ушам. В вечер пятницы наплыв посетителей самый большой, потому что люди хотят отдохнуть от тяжёлой недели и хоть на немного забыть о своих проблемах. Все они сейчас весело танцевали, спрятавшись от несправедливости мира, им было хорошо. Только вот на утро будет вдвойне плохо не только от усталости, но и от похмелья. Такие мысли крутились в голове у Байрона, поэтому он снова отвернулся к окну. Атмосфера клуба кардинально отличалась от погоды. В клубе было уютно и весело, в то время как за окном бушевала природа. Редкие, особо сильные порывы ветра чуть ли не срывали листву с деревьев, а в стекло с громким стуком бились капли дождя. Дверь резко распахнулась и в помещение ввалился хмурый парень. Он крепко держался руками за капюшон куртки, чтобы его не сдуло ветром. Но только это не помогло — всё лицо было мокрым от косого дождя. Парень захлопнул дверь и поморщился, провел по лицу руками, пытаясь стряхнуть капли. Снял капюшон и запустил руки в волосы. Перевёл дух и устало дошёл до барной стойки, кинул мокрую куртку на стул, а сам плюхнулся рядом. — Мне как обычно, — голос звучал хрипло и безучастно, потому что мысли находились далеко отсюда. Бармен кивнул и потянулся за алкоголем, наливая его в стакан и смешивая со льдом. Он не задавал вопросов, потому что этот парень приходил сюда буквально каждую пятницу. Каждый раз он был чем-то расстроен и просил налить ему один и тот же напиток. Байрону не составило труда запомнить этого мальчишку и его предпочтения. Поставив стакан перед лицом парня, бармен принялся за свои дела, чтобы не напрягать посетителя своим присутствием. Потому что в первые дни Байрон пытался его разговорить — вышло не очень, парень только отмахивался и ворчал. Хотя обычно посетители делятся своими проблемами по пьяни. Но вскоре Байрон всё-таки дождался того дня, когда парень сам заговорил с ним: спустя несколько недель после первого появления в баре наконец-то назвал своё имя. Он оказался девятнадцатилетним студентом юрфака по имени Эдгар. Парень даже рассказал почему приходит сюда так часто. Дело в том, что он пытается найти себе девушку уже очень давно. Сначала всё начинается как у всех — общение, прогулки, потом Эдгар приглашает девушку на свидание. Но именно на свидании всегда что-то идёт не так. То девушка начинает непонятно почему нервничать, то Эдгар ляпает всякую фигню, не подумав. В первые разы Эдгар ещё думал, что это просто ему не повезло. Но когда неудачные свидания стали являться причиной прекращения общения с каждой девушкой, тут он уже задумался. Сначала сваливал всё на простые совпадения, но сейчас он уже ломает голову над причиной. Ведь не может же быть так каждый раз. Каждый чёртов раз. Он рассказал, что сначала очень переживал, ведь первые девушки, которых он водил на свидания, ему очень нравились, и он долго пытался к ним подступиться. Но с каждой неудачей он удивлялся всё меньше, даже перестал на что-то надеяться. В итоге начал звать всех подряд и в конец убедился, что это не простые совпадения. — Это так странно, будто на тебя порчу навели, — удивлялся тогда Байрон, слушая его эмоциональные рассказы, — я конечно не верю во всякие магические штучки, но по-другому я никак не могу это объяснить. — Да вот и я о том же, — грустно усмехался парень, опрокидывая в себя очередной стакан. Вскоре Эдгар стал чаще разговаривать с Байроном и делиться рассказами. Просто заметив парня у входа в клуб, бармен понимал, что произошло очередное неудачное свидание. Без всяких вопросов он наливал привычный напиток и дожидался, пока Эдгар расслабится и начнёт рассказ. Вот и в этот дождливый вечер Байрон спокойно ожидал начала рассказа Эдгара, только тот не начинал. Парень лишь грустно вздохнул и упёрся лбом в ладони. — Что на этот раз? — не удержался мужчина и выжидающе уставился на парня. Эдгар снова вздохнул и поднял глаза: — Я случайно опрокинул на неё кофе, когда подавал ей свою куртку, чтобы она не мёрзла. — М-да… Может дело всё-таки в том, что ты начинаешь стесняться наедине с девушкой, поэтому становишься неуклюжим? — Ага, и голуби гадят на головы моих пассий тоже от моего смущения? — раздражённо выкинул брюнет. Байрон не удержался и засмеялся в кулак, делая вид, что кашляет. — Да ты лучше бы мне ещё налил, а не ржал. Помощник, блин. — Эдгар, да не убивайся ты так, не будет же такое вечность продолжаться. Вместо этого лучше бы пошёл домой, а не налегал на спиртное. — Если я не помру от алкоголизма, то думаю, это не закончится. Мне кажется это скоро перейдёт на новый уровень, и моих несостоявшихся девушек сразу будет машина сбивать на первом свидании. Потому что сначала всё начиналось более менее безопасно — просто не сошлись характерами или я что-то ляпнул. А сейчас доходит уже до того, что я опрокидываю кофе, благо он был со льдом, а не горячий. Но в следующий раз может быть хуже. — Да куда уж хуже? — Я действительно до этого думал, что хуже птичьего помета в волосах ничего не будет, но я ошибался. — Ладно, это ещё не повод грустить. Просто думай, что это судьба так от тебя отгоняет неподходящих девушек. — Скорее она их отгоняет от эпицентра неудач — то бишь меня, — Эдгар устало стал перемешивать жидкость в стакане, взяв его за края и раскачивая круговыми движениями. За такими разговорами Байрон не понял, как влюбился. В эту его язвительность, кривую усмешку, взгляд. Как непринуждённо этот парень говорил о своих неудачах, доверял Байрону даже самые неловкие истории. Бармен просто не заметил с какого момента он стал радоваться появлению в клубе этого мальчишки, с какого дня стал интересоваться его жизнью. Всё как-то плавно закрутилось и сначала было похоже на простой интерес, вот только когда Байрон стал вспоминать о парне в другие дни, когда тот не приходил, то уже задумался. Он постепенно стал ждать пятницы чуть больше, чем обычно, поворачивался на каждый шорох у двери. Предвкушал очередную историю и представлял взгляд Эдгара, такой равнодушный при входе в клуб, но становящийся оживлённым при разговоре с мужчиной. Вот когда Байрон стал жить от пятницы до пятницы, тогда уже заволновался. В его кармане появилась пачка сигарет. Он и сам не знал почему ему понравилось ощущать эту горечь в лёгких от дыма, ведь когда он пробовал в первый раз, то морщился от едкого запаха. Теперь же сигареты помогали ему расслабиться во время рабочей недели, они скрашивали его ожидания пятницы, заменяя эти чувства на жжение в груди. Эта привязанность к мальчишке росла с каждым разом, как и количество скуренных сигарет в неделю.