Детские тайны

      Несколько недель Драко не давала покоя фраза, произнесённая братом перед его отъездом… «… И помни, Журавлик, грядёт нечто ужасное… Пожалуйста, будь готов принять взрослое решение».       После они снова виделись, но Драко не спрашивал, понимая, что брат и сам не знает, что столь ужасное может случиться и на что повлияет его решение. В таких вот метаниях и прошли остатки каникул, а за ними вновь началась учёба.       Друзья заваливали его вопросами о том таинственном друге, но Драко их игнорировал, словно этого друга и нет вовсе. Дальше продолжался турнир, но Драко уже не обращал и на него внимания. Интересно, но потом слушать грязные сплетни…       «Что со мной происходит?»       Как-то в апреле спросил себя Драко. Его не то что не узнавала вся школа и родители, он сам себя не узнавал! Первые пару минут эта мысль пугала, но после дала один не особо понятный и приятный вывод:       «Может, я взрослею? Или же?..»       Проанализировав события нескольких последних лет, Драко с ужасом осознал одну простую истину: он больше не тот Малфой, каким был на первых курсах. Его идеалы изменились. Изменились полностью и… кажется, уже навсегда.       Драко не знал, хорошо это или нет, а потому в начале мая написал матери. На что получил бесконечно счастливый ответ:       «О, мой Дракончик! Я так счастлива слышать это от тебя! Наконец-то, ты становишься самим собой и больше никому не подражаешь! Ты становишься самостоятельной личностью, мальчик мой, и это очень хорошо. Главное — не бойся этого. Абсолютно нормально, что твоё мнение отличается от мнения большинства и даже от нашего с отцом. Такие люди, чьё мнение разнится с толпой, совершают великие дела, мой мальчик!..»       И на какое-то время это успокоило. Вплоть до последнего испытания турнира. Тот день Драко до конца жизни будет вспоминать с ужасом… — Он жив! Воскрес! Волан де Морт воскрес! — кричал Поттер, которого пытались оторвать от трупа Седрика.       Пока все были в шоке, Драко взглянул на крёстного — тот держался за левую руку, где и находилась проклятая метка. Это не было ложью… И пусть все присутствующие отказывались верить словам Поттера… — Так вот о чем ужасном говорил он… — тихо пробормотал блондин, совершенно забыв, что рядом с ним друзья, которые услышав его, поражённо взглянули на него. — Драко, неужели ты поверил Поттеру? — удивлённо спросила Панси. — Меня предупредили об этом задолго до того, как всех оповестил Поттер, — спокойно ответил Малфой, следя за тем, как лже-Грюм уволакивает рыдающего Поттера в сторону замка. — Но если это правда, это же замечательно! — радостно проговорила девушка.       На это слизеринец ничего не ответил. Поднявшись, он тоже направился в сторону замка, не покидая своих размышлений, пытаясь понять хорошо ли, что Тёмный лорд снова ожил или нет. Вспоминая встревоженный вид брата, «Нет» автоматически утаскивало в темноту одну из чаш весов внутреннего спора. Но, со временем, Драко найдёт крайне наивные, оттого и глупые, но аргументы, в попытке остаться тем самым Малфоем с первого курса.       «Видимо, сегодня и разоблачат Крауча-младшего…»       Уверенность в этом была. И оказалась верной. Уже на ужине объявили, что Грюм — это лишь Крауч-младший под обороткой, который не так давно убил своего отца. И услышав это, Драко нервно посмеялся, чем вызвал немалое замешательство на факультете, ведь он крайне редко демонстрировал свои эмоции. А тут такое…       Но Драко было не до сдерживания своих эмоций. Он уже нашел достаточно аргументов из слов отца о важности чистоты крови, за что и выступал Темный лорд. Поэтому весы выровнялись. Как считал Драко.       Дома Драко обнаружил страшно уставшую, заплаканную мать. Только среди родных Малфои не скрывали своих чувств столь сильно, как на людях. Так что по возвращении домой, Драко стал расспрашивать мать, что произошло, но та только обняла его и тихо сказала: — Дракончик мой, пожалуйста, думай своей головой… Они хотят захватить наш дом…       Драко был в немалом замешательстве от услышанного.

***

      Через пару дней Малфой-младший отправился к брату. В этот раз они не договаривались, а потому Драко добирался до ресторана сам, что ему нравилось, ведь он мог осмотреть магловский Лондон, который, с того самого Рождества, как считал Драко, был прекрасен.       Зайдя в ресторан, парень, снимая на ходу пиджак, отправился к их столику. Серпенс сидел там и задумчиво смотрел, видимо, на письмо. — Привет, Серпенс! — весело сказал блондин, положив вещи и обняв, брата, что уже убрал письмо. — Привет, Журавлик. Как дела в школе? — Не представляешь! — и хотя Драко был уверен, что брат уже обо всём в курсе, хотел всё рассказать. — Ну-ка… — весело протянул вампир, скрестив пальцы рук между собой, подавшись вперёд и положив на них голову, ожидая продолжения. — Грюм действительно оказался Краучем-младшим! — Ну вот, видишь. Оказывается, должность преподавателя по защите от темных искусств, действительно, проклята. Что ни преподаватель, то история для Хогвартса, — усмехался старший блондин. — Да. Победителем в Турнире стал Поттер, будто кто-то сомневался. Я думаю, Крауч помог ему добраться до кубка. — Ну, дуракам везёт. — Точнее и не скажешь…       Всё оставшееся время они обсуждали немагический мир. Драко снова хотел бы пойти с братом на «выживание», но он видел, что что-то было не так. Вампир улыбался как-то грустно и натянуто. Кажется, порывался что-то сказать, но останавливал себя.       Отпив чай, Драко обеспокоенно взглянул на брата и решил поднять ту тему, которая, судя по всему, и волновала вампира. — Мама сказала, что они хотят занять наш дом… — расплывчато начал юный Малфой, но был уверен, что Серпенс понял о чем идёт речь. — Это плохо! — не отрывая взгляда от аквариума, отвечал вампир. — Почему? — Потому что они всегда завидовали вам, Журавлик. Особенно Волан де Морт. Они сделают всё, чтобы вы пали. А как только вы падёте, они набросятся на вас, словно голодные шакалы и стервятники. — Отец, вроде, со всеми Пожирателями в хороших отношениях… — А те, кто был в Азкабане? — резко вампир перевёл взгляд на брата. — Как думаешь, они спустят вам с рук, что вы не понесли практически никакого наказания, в отличие от них самих? А Волан де Морт? Журавлик, он обычный трусливый полукровка, возомнивший себя лордом, что страшится смерти больше всех на свете. — Нееет… — не веря, тихо протянул юный аристократ. — Спроси у Северуса. Он знает, что этот идиот с чужой подачки загорелся идеей стать бессмертным, оттого и разорвал свою душу на семь частей. Однако, это повлияло на его рассудок, и он обезумел. Живое существо не может жить полноценно без целой души.       Пару минут Драко молчал, но отодвинул эти мысли в сторону, сделав пометку поговорить об этом с Северусом. — Но… Тебя ведь не только это беспокоит…       Кивнув, вампир поднялся. — Идем, прогуляемся… — Хорошо.       В тишине они собрались и гуляли по Лондону, пока слизеринец не заметил, что они идут в сторону бара «Дырявый Котёл». — Серпенс, я не собираюсь пока возвращаться домой! — остановился волшебник и схватил вампира за предплечье. — Может, уже скажешь… Что случилось? — Драко… — вампир обернулся к волшебнику и внимательно осмотрев его, продолжил: — В конце следующей недели я возвращаюсь в Вольтерру. — Что?.. — удивился блондин. — Отец узнал о происходящем в Англии довольно быстро… И сегодня пришло письмо от него. Он велел возвращаться домой, — видя, что Драко хочет что-то сказать, вампир поднял руку, останавливая его, и продолжил куда более серьёзным тоном: — И я подумал… Если ты всё же решишь, что благополучие рода важнее… Я могу забрать тебя с собой в Вольтерру. — Что значит: «Если я решу»?.. Благополучие рода, действительно, важно. — Ты не совсем понимаешь, о чём я говорю, Журавлик. Внутреннее кредо вашей семьи идентично кредо нашей, точно также, как и внешнее кредо. «В первую очередь, думай о семье» — внутреннее. Внешнее — «Всё на благо клана». За эти три года, Драко, ты стал частью МОЕЙ семьи. И ты стал частью клана Вольтури. Но у тебя ЗДЕСЬ твоя семья, Драко. А моя семья — в другой стране. Я не могу заставить тебя улететь со мной, но и оставить вот так… тоже выше моих чувств. Меня потом совесть загрызёт, что я бросил тебя. Поэтому, всё зависит от твоего решения. Если ты улетишь со мной, у клана Малфой будет шанс на продолжение. Поступишь по внешнему кредо. Поступишь по разуму. Но если ты решишь остаться с семьёй, что немаловажно, ты их поддержишь, поступишь по внутреннему кредо, по сердцу. Но какова вероятность, Драко, что если не Волан де Морт, то противоборствующая сторона не положит конец вашему роду?       Драко был ошарашен. Да, все доводы были логичны. Разум кричал, что это предстоит, но вот сердце верить в это отказывалось. Нет, Серпенс не уедет. Нет, они будут живы, всё будет хорошо… — Серпенс… Тёмный лорд, он не станет так делать… Отец ни разу не подводил его, чтобы дать повод усомниться в себе… — Кто это сейчас говорит? — в глазах вампира читалась усталость, но не более. — В конце концов, солнце… — Серпенс, давай отойдём в тень… — Кто это говорит, я спрашиваю?! — резче произнес вампир, смотря на брата, чуть нахмурившись. — О чём ты?.. — Кто говорит, что Волан де Морт будет милостив? Драко или Малфой? Кто из вас его больше боится? Вы ведь даже имени его выдуманного не произносите… — вампир, чуть наклонившись, взял брата за подбородок, заставив смотреть себе в глаза, — Кто сказал это?! — Серпенс, перестань! — оттолкнув руку брата, Драко сделал несколько шагов назад. В этот момент он вспомнил, что его брат, пусть наполовину, но всё-таки вампир… — Быть в рядах Тёмного лорда почётно… — через какое-то время молчания произнёс юноша, понимая, что вампир ждет ответа. — И если так надо будет для семьи, я вступлю в его ряды… — Даже если тебя заставят для этого убить кого-то, кто тебе может быть дорог? Даже если он прикажет тебе убить твою мать, Драко?.. — не заставил ожидать себя Вольтури.       Но Драко молчал, обняв себя за плечи, и смотрел в сторону. Это был вопрос, на который он сейчас не мог ответить. Ибо два кредо семьи и внутренние, уже давно изменившиеся, убеждения Драко столкнулись и сейчас противоречили друг другу. — Значит. Со мной говорит Малфой… — Драко и Малфой это имя одного человека, — хрипло отозвался Драко. — Нет, Журавлик… Малфой — следует тому, чему его учили от рождения. Для него не существует иной истины, кроме той, которой его учили. А Дракон всегда ищет правду, и уже на её основе принимает взрослые решения… — спокойно отвечал старший, после чего подошёл к младшему и аккуратно повернул его лицо к себе, проводя большим пальцем по скуле, продолжая говорить тише: — Меня нашёл Дракон, со мной всегда был Дракон. Малфой бы меня искать не стал, отрекся бы не задумываясь. Ведь так?       Но Драко молчал, обдумывая сказанное и отведя взгляд в сторону. — Идем, я провожу тебя домой. — Я же сказал, я не собираюсь сейчас возвращаться домой, — наконец заговорил парень. — Ты же сам сказал, что Пожиратели и Волан де Морт скоро займут ваш дом. Мы не знаем, когда они придут. Я не хочу, чтобы ты пострадал от того, что задержишься здесь.       Возразить было нечего, да и бессмысленно. Серпенс явно считал, что Пожиратели и Волан де Морт опасны, а Драко был в таком душевном дисбалансе, что и не хотел возражать. Отчего-то он сегодня очень устал… — Хорошо…       Остаток пути прошёл в тишине. Добравшись до бара, братья тихо попрощались, но в последний момент Серпенс снова заговорил: — Драко… — М?.. — парень обернулся. — Если, ты всё же останешься… Отец не отпустит меня снова в Англию, как только я вернусь в Вольтерру. Скорее всех стражей заставит следить за мной, чтобы и не думал возвращаться. Так что, возможно, мы больше не увидимся… Удачи, Журавлик.       И братья разошлись.

***

      Приглушённый стеной мужской крик раздавался, кажется, в каждом уголке мэнора. Но тайник Драко находился в его комнате и заглушал крик сильнее.       Блондин сидел, закутавшись в плед, невзирая на то, что на дворе было лето.       Вот уже три дня как яркий, светлый и тёплый Малфой-мэнор, превратился в цитадель боли и страданий, медленно пропитываясь могильным холодом от каждого трупа Пожирателей. Тёмный лорд чистит свои ряды. А Драко выходил из комнаты только когда Пожиратели куда-нибудь уходили. Тёмный лорд оставлял оборотней в мэноре в качестве охраны, но они следили и за Драко.       Юный Малфой очень хотел выйти из дома. К маглам. Там безопасно. По крайней мере, безопаснее чем дома…       Он слышал, что в его комнату несколько раз заходили. Первый раз оборотень, второй — мама, третий — тётя Бэлла. Они искали его. И Драко надо бы выйти, но он не хочет. Он не может вынести тех криков, доносящихся из когда-то семейного и уютного обеденного зала.       С Северусом так и не удалось поговорить за всё это время. Он приходил только на общие собрания, а после уходил сразу, как они заканчивались. Так что выловить крёстного Драко мог, в лучшем случае, в начале следующего учебного года. — Нет, так долго ждать нельзя… — бормотал парень, крепко сжав в руке подаренный братом кулон.       »…В конце следующей недели я возвращаюсь в Вольтерру…»       Вчера отец остался дома, когда остальные отправились на задания, а Темный лорд куда-то ушёл.       «Он обсуждал с мамой моё посвящение в Пожиратели…»       «— Люциус, но он совсем ребёнок! — вполголоса возмущалась женщина, нервно ходя по комнате, пока её муж приходил в себя после очередного собрания.       — Напомню тебе, Нарцисса, этот ребёнок общается не пойми с кем, и мы до сих пор не знаем его личности! Сомневаюсь, что Вольт настоящее имя его таинственного гостя.       — Я тебе тогда кое-что не рассказала. Хотела рассказать после бала, но он окончился слишком поздно. А потом ты был занят Грюмом…       — Нарцисса…       — Да… В общем, тогда Панси рассказала мне, что они подслушали разговор Вольта и Драко…       Кажется, сейчас Люциус слушал куда с большим интересом, чем когда-то Тёмного лорда.       — Драко не хотел знакомить его с ними. А Вольт сказал, что Драко может рассказать, что посчитает нужным, что ему не обязательно всё рассказывать…       — Не хочешь ли ты сказать, что наш сын… Что у нашего сына не просто друг?       — Честно, я не знаю… Я пыталась поговорить об этом с Драко, но тот отвечал всё как обычно… Друг, отец чистокровный, прибыл по делам в Англию… А если наш мальчик влюбился в него, Люциус? Что будет, когда этот друг уйдёт?       — То есть тебя волнует только это? Больше ничего не напрягает? — вроде, отец был спокоен, хотя, может это сказывалась усталость?..»       Если честно, о таком Драко и не задумывался… Да, он любил Серпенса. Но только как брата. Брата, что так внезапно появился в его жизни и стал неотъемлемой её частью. Но, так как родители этого не знали, то уже ярко представили личную жизнь сына, которую тот скрывает. Однако, у Драко это вызвало лишь закатывание глаз и вздох.       «— Что?       — То есть, вообще не напрягает то, что мы ничего не знает о том, что во вкусе нашего сына или, кого он считает для себя близкими людьми и, может, испытывает ли он к кому-то чувства».       «Самое время, Мерлина подери, обсуждать это… Самое, конечно, время!» — ругался тогда про себя Драко.       «— Но не об этом сейчас… Что бы он ни испытывал и, к кому бы ни испытывал… Сейчас это не важно… Лорд хочет видеть его в своих рядах и готовит для него особо важное задание…       — Какое?.. — ужаснулась Нарцисса.       — Убить Дамблдора…»       Надо уже что-то решать…       »…Это зависит от твоего решения…»       Очередной крик — и решение принято.

***

      На дом опустилась ночь. Редко когда было тихо ночью. Даже сейчас стояли крики. И Драко решил, что лучшего момента будет не найти.       «Камин сейчас закрыт, или его работа и перемещение отслеживаются…»       Выдохнув, Драко накинул капюшон на голову, спрятал кулон под рубашку и, убедившись, что никого в коридоре нет, вышел.       «Единственный выход через деревню, что находится недалеко от мэнора… Если постараться, успею скрыться до того, как хватятся…»       Идя особо аккуратно и стараясь избегать встреч со всеми, чтобы не задавали вопросов, Драко уверенно направлялся к выходу. Он не взял с собой ровным счётом ничего, кроме палочки, и ту планировал выбросить, как только доберётся до магловского Лондона.       Вот он прошёл коридоры, обошёл в одной из сквозных комнат группу пожирателей, которые о чём-то мерзко хихикали, обошёл зал, поразившись, насколько же огромен мэнор, и вылез через окно прямиком в сад.       Добравшись до ворот, он пролез сквозь прутья, благо худой. Пригнувшись, пошёл, скрываясь под живой оградой и маскирующими чарами, что было до ужаса страшно. Но миновав территорию мэнора, адреналин взял верх, Драко, сорвавшись с места, побежал с холма вниз к деревне.       Парню казалось, что он бежал целую вечность. Но всё-таки решил остановиться и передохнуть, опершись о дерево.       — Драаааааакооооо… — раздался голос самой беспощадной женщины, что знал блондин. — Куда же ты так поздно собрался?       Женщина стояла на холме и серьёзно смотрела на облокотившегося о дерево парня.       — Твою мать, женщина, почему тебе не спится?.. — тихо пробормотал парень, но после улыбнулся и, взглянув на неё, сказал уже громче: — Не поверите, тётя Бэлла, чем старше я становлюсь, тем больше меня тянет в ночь!       — Вот как… А мне показалось… — Беллатрикс стала спускаться, — …что ты хочешь сбежать.       — Что Вы, тётя… — парень же идентично женщине, стал отходить назад. — Говорю же, просто люблю прогуляться по ночам. В одиночестве. До деревни. И обратно. И так пока спать не захочется… А то зелья уже не действуют. И моя бессонница буквально царствует… А Вы, тётя? У Вас хобби следить за гуляющими по ночам?       — Только за особо подозрительными… Скажи, Драко… Что ты хранишь в том тайнике в своей комнате?       — Что храню? Ничего особенного… Просто склад для вещей.       — Ах, просто склад… Почему же, мой дорогой племянничек, оттуда так несёт мертвечиной? Если верить оборотням. Они боятся заходить в твою комнату. И подходить к тебе, пока ты в сознании, тоже. Не объяснишь это?       — Эм… Нет.       Бэлла направила палочку на племянника.       — Драко, с кем ты связался?       Парень же в ответ направил палочку на тётку.       «Ну тётя… Услужили…»       — С тем, кто любит меня. Кто любит не за деньги, статус или мою фамилию. Кто любит Драко, а не Малфоя!       — Разве эти понятия разделимы? — усмехнулась женщина.       — Разделимы.       — Возвращаемся в мэнор, Драко! — приказала безумная.       — Ни за что! Экспеллиармус!       Парень выбил палочку из рук ведьмы и побежал к деревне, она ведь совсем недалеко. Вслед ему слышались крики Бэллы, но он их игнорировал.                     «Только бы успеть добежать до кафе и в камин!»       Вдруг полетели заклятия, что пролетали мимо, не попадая в цель.       Понимал ли тогда Драко, что впервые пошёл против воли отца и буквально бежал от того, кем восхищался в детстве? Нет. Но он осознает это позже. Сейчас главной целью было: спрятаться.       Добежав до кафе, Драко влетел подобно птице, хватил летучего пороха и…       — «Дырявый котел!»       …Переместился в знакомый бар. Но стоило ему очутится там, как Драко потерял сознание.

***

      Резкая боль разошлась по телу, словно одновременно в каждый миллиметр вонзили острую иголку и стали опускать, разрывая тонкий кожный покров… Крик разнёсся по обеденному залу.       — Юный Малфой… Ты решил сбежать? Почему же?.. — сиплый голос Волан де Морта звучал вокруг, пока парень пытался прийти в себя. — Мне столько говорили о твоем восхищении мной и моими идеями, что я стал считать тебя чуть ли не самым ярым своим фанатом…       Холодная рука, коснувшаяся лица юного и слегка помятого аристократа, что был привязан к стулу, чуть ли не мгновенно привела его окончательно в чувства.       «Ну, помирать так с песней…»       — Видать ошиблись. Чего не скажешь, чтобы отец гордился? — нахально улыбался парень.       Жаль не видел родителей, что наблюдали за этим из-за чуть приоткрытой двери.       — Нахальный мальчишка! — первый удар по лицу.       «Терпи, Драко, ты сам выбрал этот путь…»       Родители стояли поражённые поведением сына, ведь после удара, он снова поднял голову, пару секунд сверлил Лорда презрительным малфоевским взглядом и снова нахально улыбнулся. — Я не собираюсь преклоняться перед жалким полукровкой, который страшится смерти настолько, что готов убить свою душу! Жалкий трус, прячущийся за спинами своих последователей, который распевает баллады о чистоте крови, но сам же и уничтожает эту кровь! Гх…       Очередная порция круциатуса, продлившаяся с полминуты.       — Откуда тебе это известно, щенок?! — безумец схватил парня за волосы и поднял ему голову, приставив палочку к горлу.       — Кхе… Ооо, значит это всё-таки правда! Хех, у меня свои связи. Власти которых позавидует любой живущий когда-либо.       — Смелые заявления. Так ты всё-таки собирался сбежать. Как жаль, что Бэлла не додумалась за тобой проследить. Мне бы очень хотелось знать, туда ли ты так спешил, о ком говоришь.       — Да стоит ему тебя только увидеть, он не задумываясь тебя прикончит!       — О, ты настолько уверен в этом человеке? Ну, что ж, я хочу на него посмотреть, найти и увидеть в деле. И ты мне в этом поможешь!       Палочка Тёмного лорда направилась на лоб юного Малфоя.       — Легилименс!       Волан де Морт пронёсся мимо воспоминаний последних дней и, чувствуя, что мальчишка пытается вытолкнуть его из разума, силой идёт дальше, разрушая защитные барьеры, но вдруг… Громкий писк раздался в сознании парня. Лорд стал осматриваться вокруг, слыша как хлопают крылья. В следующее мгновение из сознания его выкидывают огромные, ослепительно яркие красные глаза с пронзающим слух визгом.       Мага выкинуло из сознания мальчишки и отбросило в стену.       — Хи…хи…ихи… — раздался приглушённый смех парня, сквозь его собственную головную боль. — Больно? Гха!..       В этот раз пыточное прилетело от тётки. Парень закусил губу, чтобы не кричать. Не при них. Гордость, наконец, дала о себе знать. Презрительным и брезгливым взглядом после пытки была одарена и она.       — Ничтожная женщина… — прохрипел парень в сторону Бэллы.       Пришедший в себя Тёмный лорд взглянул на парня.       — Поговорите с ним, в одной из камер подвала… Скоро ты сам будешь умолять меня.       — Посмотрим, полукровка.