Дистанционное обучение

Восемь часов утра. Не слишком рано, чтобы можно было умереть от недосыпа, но и выспаться не всегда удаётся. С переходом на дистанционное обучение стало немного проще. Тебе не нужно переться в другой конец города, достаточно просто проснуться за 5 минут до занятий, умыться и вперёд мучить – студентов. Ещё один плюс в том, что ты – преподаватель: можешь спокойно опаздывать, никто тебе и слова не скажет. Даже наоборот — некоторые студенты порадуются лишним пятнадцати минутам, которые можно потратить на сон. Но не все учащиеся попадаются адекватные. Есть эксклюзивные экземпляры, для которых сон — что-то несущественное. С самого утра они бесят всех своей чрезмерной активностью, блистают своими знаниями по теме и задают преподавателю миллион вопросов. Может проблема в том, что Юнги просто бесят активные люди, особенно с утра, и то, что люди по утрам могут быть бодрыми. В любом случае, сегодня Юнги опять не выспавшийся. Возможно, вина в том, что он поздно уснул. Он честно пытался лечь спать пораньше, но не получилось и парень уснул как обычно. А ему сегодня читать лекции, то есть, всю пару что-то рассказывать студентам, пока те будут спокойненько спать себе под его бубнёж. Он даже не может их винить — был бы на их месте – поступил бы так же. Выпив 2 чашки кофе и опоздав на этот раз всего на 10 минут, парень заходит в сеть, подключая конференцию. К нему сразу же подключаются четверо студентов, остальные подтягиваются в течении нескольких минут. Начиная свой монолог, парень держится только на мысли, что, закончив всё это, он пойдет досыпать. Юнги не очень любит много разговаривать, поэтому материал дает чётко, всё самое главное и без воды. Но разговаривать самому с собой непрерывно два часа очень сложно. Поэтому, даже на лекции, Юнги иногда задаёт вопросы, ожидая ответа обучающихся. Вот тут и включаются эти гиперактивные люди, не знающие, что такое недосыпание. Задав первый на сегодня вопрос, спустя 20 минут лекции, Юнги ожидает, как обычно услышать голос своего «любимого» студента, который никогда не упускает возможность поумничать. Но вот на этот раз тот молчит, как и все остальные студенты, начиная этим бесить. Злой преподаватель – это беда для студентов, а злой Юнги — беда в тройном размере. Он нещадно начинает перекличку и задаёт вопросы по тому, что только что рассказывал. Не отвечаешь — ставит пропуск и вперёд на отработку. — Пак Чимин, — доходит до середины. — Факторы, провоцирующие ранние гестозы? В ответ тишина. От старосты Юнги, честно говоря, такого не ожидал. — Пак Чимин! — повторяет. — Да, я здесь, — наконец-то услышал в ответ. — Включите камеру. Слышится раздражающее шуршание, и спустя секунду на экране показывается личико одного из его «любимых» студентов. Волосы взъерошены, на щеке след от подушки, да и сам он находится в постели. Все улики на лицо. Парень выглядит сонным, но при этом таким милым и мягким. Юнги повторяет вопрос и, в очередной раз не услышав ответа, ставит пропуск. На том конце тяжело вздыхают, а он, решив, что пока жертв достаточно, продолжает свой рассказ. Вся оставшаяся пара проходит неплохо: некоторые попросыпались и начали проявлять активность. Кроме старосты. Неужели обиделся? В любом случае, заканчиваются занятия в более-менее хорошем настроении. Парень даже стирает пропуски тем, кто включился в разговор. В итоге осталось только три должника. — У кого есть вопросы? — дежурный вопрос, на который привычно услышав отрицание, можно прощаться. — У меня есть, — отзывается староста, а Юнги мысленно стонет, он уже одной ногой в кровати видит десятый сон. — Слушаю, — показательно вздыхает, но Пака это никак не задевает. — Я могу сейчас отработать пропуск? — А вы уже всё выучили? — притворно удивляется. — Конечно, я слушал вас очень внимательно, — проводит рукой по волосам, зачесывая их назад. — Хорошо, если больше ни у кого нет вопросов и пожеланий, можете отключаться. Спустя минуту, на связи остаётся только Пак Чимин, который как ни в чём не бывало продолжает лежать на постели. — Кхм-кхм, — обращает на себя внимание преподаватель. — Начнём… — Мистер Мин, — Чимин смотрит в камеру и облизывает свои слишком пухлые губы. — Слишком жарко, не находите? — понижает голос. Юнги выгибает бровь. Что он этим хочет сказать? — Я сниму это, — продолжает, не давая времени даже подумать. Камера дрожит, отодвинутая в сторону, на минуту меняя обзор. Слышно шуршание и на экране показывается светлая макушка. В кадр попадает только лицо, шея и выпирающие ключицы — Чимин снял футболку. — А Вам не жарко? — рукой поглаживает шею и смотрит из-под чёлки в камеру. У Юнги пересыхает в горле. Если раньше жарко ему не было, то сейчас в комнате резко стало душно. — Ну же, расстегните хотя бы пару верхних пуговиц, я же вижу, что Вам трудно дышать, — усмехается, растягивая губы в хитрой улыбке. — Студент Пак, что вы делаете? — Юнги приходит в себя и смотрит на то, как к камере очень близко приближаются губы. — Отрабатываю пропуск, — отвечает, и «случайно» роняет телефон, поднимая который, выставляет пресс на обозрение. — Упс. Извините… — смеётся, а Юнги ни капли не смешно. Этот голос, вид и хитрый взгляд делает своё дело — в штанах становится тесно. Юнги сдаётся, расстёгивая верхнюю пуговицу, сдавливающую горло. И взяв рядом лежащую тетрадь, машет рядом с лицом. И вправду жарко. — Да, вот так вот, — не остаётся незамеченным студентом, что выглядит довольным. Чимин откидывает голову на подушку и открывает вид на тонкую шею. Его кадык дёргается, когда он сглатывает. — Господи, ваши пальцы, — сладко вздыхает. — Они бы прекрасно смотрелись на моей шее. — Чимин, — Юнги прикрывает глаза, представляя такую картину: парень под ним, полностью обнаженный, с широко расставленными ногами, между которых устроены бёдра Мина. А рука последнего сжимает шею, прекращая подачу воздуха. В реальности же Чимин рвано хватает воздух губами, что только ухудшает положение. — Мистер Мин… положите руку… туда… — слова очень рваные, а с губ срываются всхлипывания. Юнги сдаётся, опуская ту под стол. Обхватывает через ткань штанов уже вставший член. — Ты тоже, — хрипит. — Потрогай себя для папочки. Чимин выпускает с уст первый стон, что отдаётся болью в паху. — Я уже… — голос совсем охрип и не слушается хозяина. На висках выступают капельки пота, дорожками опускаясь на шею. Юнги не против бы словить одну своим языком и спуститься поцелуями ниже. Пак отодвигает телефон, показывая обзор на голую грудь и ведет дальше. На экране преподавателя появляется напряжённый пресс и тазовые косточки, не скрытые резинкой штанов. С правой стороны уместилась рука, ладонь которой спряталась в белье. Домашние штаны очень тонкие, позволяют увидеть очертания того, что в них происходит. Юнги запускает руку под одежду, на пробу проводит руками два раза и шипит из-за сильных ощущений. — Ох, Юнги~я, — срывается Пак на очередной высокий стон, резко затихая. На экране вновь появляется лицо парня, на этот раз расслабленное. Он подносит к губам руку, на пальцах которой виднеется белая вязкая жидкость, и проводит по ним языком, собирая всё в рот, при этом причмокивая. Юнги сложно сдержаться, он уже на грани. — К факторам, вызывающим ранние гестозы относятся: психологические факторы, воспалительные процессы, изменения пищеварительного тракта и высокие уровни некоторых гормонов. — Внезапно выдаёт и отключается. На экране мигает тёмная картинка. Юнги в недоумении. Он не успел кончить.

Юнги-хён И что это было?

Чимини А нечего своему парню пропуск ставить!