Рассказы страшной ситуации в жизни

Когда мне было страшно, когда страх охватывал тело, я не придумал ничего лучше, чем склеить маньяка. Он шёл за мной пару минут, хромой походкой, специально пропуская меня вперёд. Я бы ни за что не обратил на меня внимания, ну, парень и парень, но, к своему несчастью, я тупой и обернулся более одного раза. Его глаза горели светом жизни несправедливо наказанного заключённого. То ли повидавшая грязь, то ли имевшая такой цвет, его куртка была коричневой, с болтавшимися ремешками на великих рукавах, пугая меня собой. Именно эта куртка вселила начальный страх. Внимательность моя обострялась, шаг шагал быстрее, бег не возникал из-за понимания возникновения погони с моим проигрышем. Он налегке, я с туго набитым рюкзаком и мешком замшевой обуви. Моё поражение предопределено. Я спасался и смотрел. На пятый оборот стало заметно, что джинсы его поздней осенью были зимними. Грязь на них была тоже, прям от начала низа до коленной чашечки, разводы манили меня вспомнить как попал я однажды в дождь, отходил от машины на узком дворе и отступил я от неё в лужу, доводя кремовую обновку до такого же вида. Только разводы на маньяке были давненькие. Подсохшие. Он совсем не парился о привлечении внимания со своим выбором пути в жизни. Потом я-то и заметил, что он хромал. На правую ногу. Мне становились ещё страшнее. Я, возможно, впечатлительный. Но это жутко. На, к сожалению, нашей дороге было пустынно. Не смотрел мой взор на лужи, на припаркованные машины, на забытый людьми магазин униформы в доме слева, на деревья с ямами воды справа, видел он только асфальт передо мной, сужающийся уход к, злой проделке дьявола, пустому домику с зелёной, малой горкой и двумя, тоже пустыми, приземистыми лавочками для старушки-пенсионерки. Мой подъезд был самый первый с краю. Ключей я не имел сегодня. Дожив до подхода к двери, стал звонить в домофон, а криво начав улыбаться с перекосом на правую сторону, как только сейчас обработалось в моей коробке, более худой и ниже меня, тип приближался ко мне. "- Я!" - гаркнул я в поднятый вызов, услышал дребедень колокольчиков от магнита и потянув на себя тяжесть, начал терять подхваченный мешок, и заскочил внутрь всем, кроме руки на ручке. Глупление расширились, уровень кошмара перебрался на новую степень того, что я не успею скрыться. Идти быстро по ступеням, не закрывая дверь — так он за мной забежит раньше закрытия механизма соединения, и спокойно приступит к своим планам на меня. Закрывать дверь самостоятельно. Уже рассказал. Типок уже поравнялся с приступком к приподъездной территории. И я не придумал ничего лучше….: "- Ты меня тоже заинтересовал, приглашу тебя куда-то?" Я напрыгнул на его шею, сваливая нас обоих на землю поперёк дороги. Сказал слова. Он рвано вдохнул, захлопал ресницами. Я лёжа-сидел на нём боком, будто так надо. Воздух шёл из груди не хуже его, но я себя сдерживал. Он мог напасть, видя меня настоящего. Так он хотя бы был сдержан содеянным. Когда во мне стало зреть улучшение мыслей, расширяя их до планов побега, надежд, что домашние увидят меня из окна, не дождавшись вверху, других надежд на прошествие кого-то мимо для его спуга, и тщательных, медленных продумываний моего поведения для необострения агрессии, мой пугало заговорил: "- Я просто шёл мимо, какой понравился, какой сходим?" Уфффф. Я не имею понятия как не пересрал в штаны. А сразу же ему поверил из-за магических действий его тембра, нормального, сражённого моей странностью, тембра, я хоть и не знаю, но маньяк такой иметь не может, ставлю передний зуб. Долго мы не могли забыть шок и подняться. Парню я в тот день, отойдя, снова предложил встретиться, заинтересовавшись почему он такой. Разжаловался, хотел понять, могу ли чем-то помочь. С того случая прошло солидное время. Мы с ним разменяли тридцать лет на промежуток до тридцати пяти не так давно. И днём сегодняшним мне дали ступор вопросом, как мы познакомились. Как мне объяснить нашим детям, что с папой Хаджимэ мы познакомились так? Есть что-то бредовее этого, чтобы они точно мне не поверили или обсмеивали обоих до гроба?