Восемь взмахов веером

Помнится, первый свой веер я получила в тринадцать лет. Я тогда ещё не знала, какое значение этот женский предмет туалета сыграет в моей жизни, но очень берегла этот простенький ооги*, складной бумажный веер из тоненьких палочек с каллиграфией. Бумага не выдержала времени – мне не раз приходилось заказывать новую, чтобы обновить свой первый в жизни подарок от мужчины, да и тоненькие палочки не раз ломались. Ну, что ж, какой мужчина, такой и подарок – это был пятнадцатилетний молокосос, живущий за три дома от нас. Надо признать, что доход у той семьи был побольше среднего в этой округе, так что они были своеобразной элитой, которые презрительно смотрели на своих бедных соседей. Сейчас я понимаю, что они сами были ещё той голытьбой, но тогда они мне, глупому оборвышу, казались чем-то вроде знатной семьи. Естественно, сынишка их считался первым женихом, и все метали выдать за него одну из своих дочерей. Вёл он себя соответствующе – нагло, хамовато, с чувством собственного превосходства, хотя то, что его положение было лучше, чем у остальных, было отнюдь не его заслугой. С девушками он действовал быстро и решительно, поэтому заботливые матери старались предостеречь своих дочек от такого шалопая. Вот и получалось такое забавное двойное дно – обрати на себя его внимание, но не дай ему себя дискредитировать. Я прилежно исполняла эту сложную задачу, как принято, оказывала ему едва заметные знаки внимания, но потом тут же от них отказывалась. Он дулся на меня, обижался, ходил вокруг да около, пытался уколоть насмешкой. А всё продолжала так вести себя. Мать косо смотрела на мои забавы, а я не понимала, почему – ведь я исправно следовала её наставлениям. Сейчас я уж не знаю, что мне нравилось, - этот паренёк или моя игра с ним. И вот наступил день, когда этот мальчишка подошёл ко мне и сказал, что любит меня всем сердцем и хочет на мне жениться. Сердце моё буквально запело от ощущения своего триумфа. Он даже подарок притащил, тот самый веер. Говорил, что специально выбирал для меня, и эти надписи на веере – стихи, и они превосходно подходят к моему красивому имени – Харука. Я тогда просто рот разинула от такой щедрости, но, когда через несколько лет я немного выучилась грамоте, выяснилось, что на веере обычный заговор на здоровье, хороший год и благополучие в доме. Я уж не знаю, каким боком этот чертёнок привязал тут моё имя, скорее всего, он просто этот веер стащил у своей матери. В общем, сердце моё растаяло, однако этот малец оказался хитрее меня. Навязчиво ведя меня за руку куда-то за сарай, он убедительно говорил о том, что нам нужно «закрепить» помолвку, и он так долго ждал, ему очень хочется, да и всё равно мы сейчас почти что женаты… Я поняла, на что он так отчаянно намекал – всё-таки меня уже можно было выдавать замуж, поэтому матушка пару раз туманно объяснила, что от меня требуется в подобных ситуациях. Правда, полагалось это делать после свадьбы, но если уж за неё дело не постоит, то почему бы нет? Поэтому я резко скинула с себя кимоно и легла, мой ухажёр даже немного опешил от такой прыти, но сумел взять себя в руки. Мне полагалось красиво лежать, что на траве, к слову, было очень неудобно, и не шевелиться. Не дай Бог издать какой-нибудь звук, тем более неприличный! Я достаточно плохо справлялась с задачей. Мало того, что вначале было неожиданно больно и неприятно, так ещё мой избранник так забавно пыхтел на мне, что меня аж смех пробирал. Меня не покидала озорная мыслишка расцарапать парнишке спину, но я отчаянно сдерживала этот свой гадкий порыв. Не хватало ещё, чтобы юный любовник разочаровался в своей будущей жене и перестал уважать ей. То, что он может променять меня на какую-то другую девушку, как-то не приходило мне в голову – ведь мы же «закрепили» свой союз, чего же ещё. Хотя не думаю, что и парнишка хотел меня предать, он был достаточно искренен со мной. А вот его мать явно была не настроена брать в свою семью какую-то нищенку. Поэтому, после этого нашего маленького любовного приключения, мой жених исчез на пару дней. Я выспрашивала у всех о том, где он может быть, да только никто не знал ничего. Надо признаться, опять же, меня не волновало, что он меня обманет или что случилась какая-то беда, нет. Я волновалась о своём здоровье. Паренёк, неуклюже сделав своё дело, тут же убежал, а я замешкалась, надевая кимоно. И тут увидела кровь на траве, что очень меня испугало. Неужели мы что-то сделали неправильно? Это-то я и хотела спросить у своего возлюбленного, полагая, что он в этих вещах более опытен. Меня угнетала мысль о том, что, возможно, я что-то себе повредила и теперь обречена. Поэтому, когда пришло известие о том, что парнишка женился на другой, я не смогла сдержать слёз, ужас охватил меня. Это было весьма неосмотрительно, ведь эту новость сообщила мне мать, которая сразу накинулась на меня с вопросами. Она вытащила из меня правду и сама принялась охать и причитать. Пришёл отец и грубо попросил нас замолчать. Мать кинулась к нему и вновь принялась оплакивать мою девичью честь. Отец покраснел, подошёл ко мне и ударил меня. Он разбил мне губу, но это не слишком огорчило меня – из всхлипов матери я поняла, что ничего страшного со мной не случилось и кровь была вполне закономерным явлением. Здоровье моё было вне опасности, поэтому я немного успокоилась. Я ещё не знала, что ждёт меня дальше. Примечания Ооги - собственно, складной веер.