Хроники цветущей сакуры: Возрождение

Вечерним вьюнком Я в плен захвачен… Недвижно Стою в забытьи. Басё (1644-1694)

      Утренняя роса приятно охлаждала разгорячённое тело, погружённое во влажную траву. Спину сквозь одежду немного покалывало смятыми ростками, но в целом лежать в молодой зелени было приятно. Солнце едва пробивалось сквозь кроны деревьев, игривыми бликами скользя по лицу юноши, заставляя периодически прикрывать веки. Лёгкие порывы ветра склоняли высокие стебли к лицу, щекоча кожу.       Мидория прищурился, глядя на проблески голубого безоблачного неба сквозь густую листву деревьев. Чувство было такое, словно он находился во сне, никак не в суровой реальности, в которую он не так давно попал. А если быть точнее, с неделю назад Мидория Изуку очутился во Вселенной своей любимой новеллы.       К собственному удивлению, он смог за два дня смириться со своей участью и приспособиться к местному быту, полагаясь на собственные знания этого мира. Бывало, когда новые главы новеллы задерживались, Изуку по несколько раз перечитывал предыдущие главы, и теперь наизусть знал едва ли не каждый диалог, каждое название главы и ключевые фразы. Жить, зная, что будет происходить дальше — не сложно, но кое-что всё же Изуку беспокоило. В тот вечер, когда он обозлился из-за смерти любимого персонажа, автор в примечаниях главы вскользь упомянул, что Бакуго не был финальным злодеем, с которым сразится главный герой. То есть, на смерти Бакуго Катсуки новелла не заканчивалась, после трагичного конца этого персонажа оставалось ещё глав двадцать — обычно финальные бои самые долгие.       И эти финальные главы чёрным пятном лежали на его уверенности пережить сюжет и вернуться домой. Что за финальный босс? Что будет в конце? Понятное дело, что главный герои победит зло, и в Моиро воцарится мир и покой. Однако, Мидория решил поменять сюжет. Как это отразится на изначальной концовке? Всё ли пройдёт так, как он планирует?       От подобных мыслей за последние дни всё чаще болела голова, и Мидория начал задумываться о приёме лекарственных трав, за которыми они с Всемогущим ходили каждый день. Тошинори, преследуя свои цели, обязательно брал Мидорию с собой в лес и горы, в поля и к рекам, к болотам и цветущим лугам. Иногда за один день они обходили несколько мест, но нигде надолго не задерживались. С каждого места собирали только наполовину созревшие травы, которые вечерами сортировали и оставляли дозревать.       Всемогущий каждый раз спрашивал, какие травы ещё Мидория знает, и каждый ответ парня вызывал у него улыбку. Изуку не интересовало, почему Яги проверяет его знания на травы, но интуиция подсказывала, что всё идёт хорошо, и ему стоит продолжать блистать знаниями.       Мидория поднялся с травы, чувствуя, как кимоно прилипает к спине от влаги. Недавно они со Всемогущим закончили собирать травы, и теперь Мидория был предоставлен сам себе до вечера.       Воздух в лесах в этом мире был более насыщенным, нежели в его мире. Запахи влажной коры деревьев и свежей листвы перемешивались с утренней свежестью и дарили просто сногсшибательное чувство. Хотелось каждый день по утрам ходить в лес и часами наслаждаться здешней атмосферой. Воистину, это что-то нереальное.       Дома Тошинори занимался приготовлением рисовой каши. Мидория молча занялся завариванием чая сенча. Он промыл чайные листья в горячей воде и залил кипятком в глиняном чайничке.       — Запомнил. — Тошинори улыбнулся.       Мидория молча улыбнулся в ответ. После утренних сборов лекарственной травы, Тошинори всегда занимался готовкой завтрака, который состоял из рисовой каши и заваренного чая. На сбор трав они выходили на голодный желудок. К слову, с утра есть и не особо хотелось.       Изуку за несколько дней запомнил, что Всемогущий по утрам чередовал три вида зелёного чая — сенча, матча и японская липа. Сегодня на очереди был чай сенча. Напитки, еда в этом мире значительно отличались — вкус был настолько насыщенный, настолько выраженный. Даже если это просто рисовая каша или заваренный чай без добавления сахара — они лучшие из тех, что Изуку пробовал в своей жизни. Конечно, натуральные продукты будут вне конкуренции, особенно с едой из его мира.       Наблюдая, как из носика чайничка поднимается струйка пара, Мидория решился заговорить:       — Тошинори-сан... При сборе лекарственных трав, меня каждый раз мучают кое-какие мысли.       Всемогущий поставил на столешницу чистые глиняные чашки и палочки:       — Какие же?       — Думаю, Вам и самому интересно, откуда у меня такие познания в травах... У меня появляется чувство, словно я уже это когда-то делал, и даже больше — на днях мне приснился сон, будто я занимаюсь лечением человека. Все ощущения во сне были настолько остры, словно... словно всё это было на самом деле. — Изуку поднял руку к глазам, пристально всматриваясь, после чего сжал в кулак.       —Хочешь сказать, что до потери памяти ты был лекарем?       — Да, кажется, я из семьи целителей.       Тошинори какое-то время смотрел на Мидорию с загадочным блеском в глазах, прежде чем отвернулся и начал накладывать порции каши.       — Это не исключено.       Мидория наклонил голову, позволяя выбившимся из хвоста прядям закрыть его довольную улыбку. Отрепетированные слова, кажется, дали нужный эффект. Теперь оставалось только лишь продолжать стараться на сборе трав, блистать знаниями и полагаться на удачу. Если повезёт, то Всемогущий мог бы взять его в качестве ассистента в Юэй. О, это было бы просто идеально — подле лекаря школы Мидории бы не составило труда знать обо всех новостях. К тому же, малыш Бакуго был частым посетителем лазарета. Конечно, не по своей воле. Учителя, боясь, что их застукают за издевательствами над учеником, насильно водили раненного мальчика ко Всемогущему. Таким образом, Изуку мог бы постоянно наблюдать со стороны за развитием сюжета, и периодически вносить правки.       Вечером Изуку искупался и теперь сушил сильно отросшие волосы на тёплом вечернем ветру, сидя на крыльце в лёгкой юкате. Полная Луна голубым свечением окутывала двор перед молодым человеком, окутывая растения и деревья словно магическим светом. В такие моменты Изуку понимал, что всё же находится не в своём родном мире. Здесь всё было по-другому. Ярче светило Солнце, больше казалась Луна в ночном небе, усыпанном мириадами звёздами, деревья — зеленее, а воздух — чище.       Волшебный мир. Чужой мир.

***

      Утром — сбор лекарственных трав, днём — бытовые дела, уборка двора и дома, вечером — сортировка трав и приём ванны.       В неспешном ритме спокойной жизни бок о бок с известным лекарем пролетели два месяца. Мидория с каждым днём всё больше привыкал к жизни в новой реальности. Его отношения с Тошинори стали ближе, и Изуку привык жить с лекарем. Всё-таки этот персонаж нравился ему ещё при чтении новеллы, в живую же поддерживать общение оказалось ещё лучше. Яги был проницательным, умным и приятным человеком, и Изуку старался максимально оставить хорошее впечатление от себя.       Но всё же, мысли о своей цели ни на секунду не покидали голову. Поначалу его одолевали сомнения в своём решении изменить сюжет, но спустя месяц желание не потерять любимого персонажа достигло пика. Во чтобы то ни стало он должен повернуть сюжет на другую дорогу.       Бакуго Катсуки не может умереть. Только не снова, только не у Мидории на глазах.       Ладно, ему всего лишь нужно предотвратить смерть злодея. Пф, это не должно быть слишком сложно.       Ранним утром, когда Солнце лишь едва оторвалось от горизонта, Всемогущий разбудил Мидорию.       — Вставай, Изуку, у нас кое-какое дело.       — Рановато для сбора трав. — Промямлил Изуку, садясь на футоне и потирая ладонями слипшиеся веки.       — Мы сегодня не пойдём за травами.       Мидория вопросительно вскинул голову, но Тошинори уже вышел из комнаты, предварительно сложив свой футон. Интересно...       Изуку выпил воды из кувшина, стоящего недалеко и поднялся на ноги. Привычно убрал длинные волосы назад ладонью и отправился на поиски гребня, чтобы привести себя в порядок.       После лёгкого завтрака, состоящего из всё той же каши и чая, двое вышли из дома. Тошинори привёл Мидорию на рынок. Изуку слышал от лекаря про этот рынок, который был лишь по выходным. В этой небольшой деревне, разумеется, были свои торговцы и ремесленники, но некоторых товаров всё же не доставало. Поэтому периодически по выходным устанавливали торговые лавки и приглашали иногородних торговцев со своими изделиями. На этом рынке, по словам Всемогущего, можно было найти практически всё, что душа пожелает.       Изуку всё гадал, зачем же лекарь привёл его сюда. Ответ не заставил себя ждать — очень скоро Тошинори направился к лавке портного. Мидория последовал за ним.       К ним вышел приятный на вид мужчина с бородкой и тугим пучком на голове.       — Доброе утро, господа. Желаете приобрести ткань?       — Нас интересует пошив кимоно на заказ, — ответил Тошинори, мягко кивнув головой, и притянул Мидорию за плечи. — Вот на этого юношу.       Мидория удивлённо улыбнулся, приподняв брови. Не сказать, что он нуждался в новой одежде. Когда Тошинори позволил ему остаться у него дома, то выделил Мидории пару стареньких кимоно тусклой расцветки. Изуку и не думал жаловаться, его всё устраивало — качество ткани не ухудшилось, не смотря на выцветший внешний вид, всё так же было прочным и удобным для ношения.       — Прошу сюда, уважаемый гость.       Торговец сделал приглашающий жест в сторону ширмы, улыбаясь. Мидория торопливо прошёл в указанное место и позволил портному снять с него мерки. В это время Тошинори выбирал ткань для кимоно, периодически задумчиво поглядывая на ширму.       Через некоторое время лекарь и юноша покинули лавку портного.       — Тошинори-сан, спасибо Вам большое, правда, только я не понимаю, для чего...       — Для чего я так забочусь о твоём внешнем виде? — Всемогущий усмехнулся. — В Юэй, конечно, ты можешь войти в старом кимоно, но ученик лекаря, вероятно, должен выглядеть более представительно, да?       — Ученик... лекаря?.. Я? — У Мидории заблестели глаза, стоило ему осознать весь смысл сказанных слов. — Вы решили принять меня в ученики?!       — С моей стороны будет глупо игнорировать такого одарённого юношу.       Мидория сердечно поблагодарил лекаря, глубоко поклонившись несколько раз. Он не мог до конца поверить, что его план удался. Неужели так просто взять и без слов напроситься в ученики к целителю? Это было так легко, что Мидории хотелось засмеяться. Он никогда прямым текстом не говорил, что хотел бы быть учеником лекаря, но частенько в разговорах упоминал, что его интерес к лекарственным травам и растениям не знает границ, и местная медицина очень увлекательна. Всемогущий верно принял его знаки, и получилось то, что получилось.       Мидория улыбнулся мыслям о скором посещении Юэй. Он просто обязан приложить все силы, чтобы хотя бы попытаться сблизиться с Бакуго и предотвратить его переход на тёмную сторону и смерть от руки второго главного героя.