Ничтожество

Кейн Джоук

Лидер Правительства

Контакт с представителем бывшей оппозиционной организации Иных оказался не такой уж и неожиданной новостью. Общество Иных, хоть и было разбито двенадцать лет назад, всё же сохранило часть своих сил именно благодаря тому человеку, который недавно связался с Кейном. Об этом ему уже успела рассказать Немезида, нынешняя глава бюро правительственной разведки. Её поразительная возможность узнавать данные благодаря связи с информационным полем оказалась намного полезнее способности предыдущего главы БПР стирать эту самую информацию из умов людей, поэтому сейчас он занимает должность заместителя главы. Что касательно Общества Иных — Хелен Отис, отвечающий за всех них в данный момент, не предлагает никаких условий, кроме временного мирного и союзнического соглашения с целью сражения с общим врагом. Естественно, Кейн согласился — инфернальных тварей нужно прогнать с Земли как можно скорее. Ему было плевать на жизни обычных людей в большинстве их, однако полное уничтожение человечества невыгодно для Правительства, которое изначально было создано для защиты обычных людей от Иных. Поэтому-то отказываться от союза было нельзя. — Как думаешь, они ударят нам в спину? — поинтересовался Кейн у лежащей рядом, заметно вспотевшей обнажённой девушки с, пожалуй, идеальными внешними характеристиками. Будь глава Правительства ценителем подобной красоты, то, наверное, не смог бы переспать с ней ввиду того, что считал бы её идолом. Но нет, Кейн не такой. В отличии от множества других людей в подземном комплексе, которые не могут воспринимать Немезиду иначе как произведение искусства, Джоук видел в ней девушку. И плевать, что она искусственный интеллект, главное, что она имела эмоции и сознание. — Нашёл… фух… когда спросить, — устало ответила девушка, тяжело дыша. Слегка порванное в процессе соития одеяло лишь слегка скрывало светлую и бархатную кожу Немезиды… да ничего не скрывало, ведь девушка не стала им укрываться из-за того, что ей стало жарко, — Не знаю я! Кейн вздохнул и, подтянув девушку к себе, поцеловал её, а затем оказался над ней, намереваясь начать уже седьмой раунд. — А кто, по-твоему, должен знать? — с улыбкой спросил он, проводя пальцем по щеке Немезиды, а затем опуская руку ниже и обхватывая её грудь, достаточно большую, чтобы не уместиться в ладони. Однако, незадолго до того, как мужчина в очередной раз вошёл бы в девушку, прозвучала тревожная сирена. — ВНИМАНИЕ! ЗАФИКСИРОВАН ПРОРЫВ В СОПРЯЖЕНИИ! ВСЕМУ БОЕВОМУ СОСТАВУ ПЕРЕЙТИ В СОСТОЯНИИ ГОТОВНОСТИ! ВНИМАНИЕ!.. — загремело в динамиках по всему подземному комплексу. Разочарованно вздохнув, Кейн шлёпнул Немезиду по заднице, и, ещё раз поцеловав, поднялся и начал одеваться. — Чёрт бы их побрал, — недовольно сказал он, после чего спросил у девушки, — Кто напал? — Мф… кажется, какая-то инфернальная тварь, — ответила Немезида, также подскочившая с кровати и торопливо натягивающая одежду, — Очень сильная, однако больше никакой информации нет. — Хреново. Как бы нам весь комплекс не разрушили. Всё, я побежал, — бросил девушке уже одевшийся Кейн, но его вновь прервали. Не успев поднести руку к ручке двери, глава Правительства был вынужден уйти в глухую оборону. На огромной скорости, от которой плавилась укреплённая энергией Генератора Сопряжений сталь комплекса, на поставленный блок упал удар невероятной силы, в миг уничтоживший комнату Кейна, отбросивший Немезиду куда-то в сторону, а телом самого Кейна пробивший не только стену позади него, но и километр каменных пород за ней. Прорыв своим телом огромную дыру в толще земли, которая даже радиусом занимала не один десяток метров, Кейн, тем не менее, выдержал удар… какого-то тёмно-синего дикобраза, прямо сейчас стремительно приближающегося к нему для новой атаки. Если бы мужчина был любителем видеоигр, то, наверное, узнал бы в этом дикобразе искажённую версию ежа Соника. Искажённую, потому что его иглы были темны и серы, а морда покрыта множеством уродливых морщин, возникших из-за нелогично широкой улыбки ежа. И это не говоря уже о его глазах… вернее, глазных проёмов, в глубине которых можно было видеть пучки нервов, капилляров и вен, которые должны были крепиться к глазным яблокам, которых однако, попросту не было. Вместо них, прямо посреди глазных отверстий парили два алых огонька, примечательных для инфернальных тварей Залго. Ускорившись, ёж разогнался до такой степени, что попросту исчез из восприятия только-только пришедшего в боевую готовность Кейна. «Что за?..» — начал было думать Кейн, но с запозданием почувствовал, что его уже ударили, и он уже улетает куда-то в сторону, пробивая и плавя своим телом ещё часть земной тверди. Даже его мысли не поспевали за скоростью противника, которого нельзя было увидеть. А затем на главу Правительства обрушился град свирепейших атак, которые приходили, казалось, со всех сторон. Он словно оказался под самым яростным проливным дождём из всех, которые только могли быть, не способный избежать урона. А он был крепким, очень крепким — его Покой с лёгкостью выдержал первые две атаки, да и ряд последующих тоже. Однако его личная защита Покоя являлась больше динамической, реагирующей на конкретную опасность. Это значительно повышало её эффектвность, однако, взамен на это, как только что выяснилось, динамическую защиту можно обойти градом атак на запредельной скорости. Получая один удар за другим, Джоук начал плеваться кровью и постепенно терять сознание, вместе с чем слабел и его Покой, позволяя противнику наносить ещё больше урона, чем это было до этого. «Я помогу» — прозвучал в его голове женский голос, и, неожиданно для себя Кейн осознал, что в голове стало ясно — как будто он и не терял сознания — а мысли, в свою очередь, начали метаться стремительнее прежнего. Настолько, что теперь он мог различить размытые тени двигающегося тела ежа, что свидетельствовало о возросшем восприятии. «Спасибо!» — мысленно ответил он Немезиде. А затем, в ответ на град ударов, превращающих землю в плазму, а металл — в лаву, на расстоянии нескольких километров от подземного комплекса Правительства вспыхнула Тьма.

***

Джейн Ричардсон

Сказать, что девушка была шокирована сражением Тобиаса и Лью, брата Джеффа — означало сказать ничего. Что-то столь запредельное она видела, разве что, двенадцать лет назад, когда наблюдала за сражением Габри… Гаврила против Джеффа, той странной девушки, Хелен с его приятелем и Лью. И то сражение является поразительнее этого лишь потому, что в какой-то момент девушка попросту перестала что-либо видеть из-за скоростей, на которых прошла та смертельная битва. Здесь же… они были быстры и сильны, стоило лишь чуть-чуть расслабиться, и вместо отдельных фигур Джейн начинала видеть лишь вспышки сияющего света и яркие сине-красные линии, сталкивающиеся друг с другом под разными углами десятки тысяч раз, гул от чего накрывал весь этот искусственно созданный мир. Однако, напрягая зрение, девушка была способна различить Джеффа и Роджерса среди этих линий и взрывов энергий. На самом деле, больше всего она удивлялась тому, что чувствовала, что могла бы присоединиться к этому сражению и драться с ними наравне. Девушке, которая всего двенадцать лет как Иная, до этого способная с трудом уворачиваться от пуль штурмовых винтовок, подобный уровень силы, достигнутый за столь короткий срок, казался какой-то сказкой. Сном, от которого нельзя было сбежать, просто проснувшись. Но, прежде чем девушка решилась бы ворваться в бой, мимо неё пролетел ругающийся Хелен, явно собирающийся остановить сражение, отголоски которого уничтожили целое море и даже его побережье. Джейн прекрасно понимала, что если не её Покой, то находиться здесь она бы не смогла — было достаточно одной синей или красной молнии-искры, прилетевшей из пыла битвы, чтобы убить незащищённую Иную. «Поразительная сила…» — с восхищением подумала Джейн, а затем взглянула на свои собственные руки, понимая, насколько сильна она сама. В какой-то момент в неё сорвалась одна из искр, и, следуя голым инстинктам, Ричардсон отбила её правой ладонью. Голой, защищённой лишь Покоем, ладонью. «Значит, Гаврил не соврал — я и правда стала сильна?» — с удивлением размышляла девушка, из-за чего от неё ускользнул момент, когда бой Льюи и Тобиаса был завершён. Лишь недовольный рёв Хелен заставил Джейн вздрогнуть, и вновь поднять взгляд на море. Ей приходилось прежде наблюдать за тем, как Художник создаёт вещи из своей крови, но это был первый раз, когда она видела, чтобы он воздействовал на окружающую среду в таких огромных масштабах. В одно мгновение, как будто бы и не было никакой битвы, море оказалось восстановлено вместе со скалистым побережьем. «Да они же монстры…» — подумалось девушке. Но, немного подумав, она усмехнулась от собственных же мыслей, — «Но я ведь точно такая же…» Вздохнув, она хотела было развернуться и пойти в дом Хелен, как её окликнули. — Хэй! — послышался голос Лью, который уже успел приземлиться позвди Джейн, — Вижу, тебе пришёлся по вкусу наш спарринг. Как твои впечатления? — А? Ну… я уже видела силу Тобиаса раньше, но не могла бы и подумать, что он станет настолько сильнее, как и ты. Это впечатляет. Кажется, только я тут топчусь на месте. — Судя по тому, что я чувствую, это не так, — пожал плечами Лью, — И это хорошо. Нам нужны сильные бойцы. — Хорошо, если так. И всё же мне кажется, что эта затея не оправдает себя, — вздохнула Джейн, подавляя раздражения. Ох уж эти Хейвен, что Джефф, что его брат, прямо-таки лучатся самоуверенностью. — Скорее всего, так и есть, — признался Лью, — Залго готовился к этому всему очень давно, поэтому на победу у нас крайне мало шансов. Хорошо хоть, Джефф каким-то образом выжил и стал сильнее, без него у нас и вовсе не будет шансов… — Лью! Джейн! — вдруг окликнул их Хелен, приземлившийся рядом, — Нужна ваша помощь! — Что случилось? — спросил Лью, а девушка взглянула на Художника. Он выглядел встревоженно. А судя по тому, что Джейн знала про него, это было необычно. И очень настораживающе… — Один из офицеров Залго напал на базу Правительства, и если мы им не поможем, то… — Да, я понял, — хмыкнул Лью, — Видимо, очень сильная тварь напала. Я готов выходить. Тоби? — посмотрел он на парня. Роджерс кивнул, покрутив топориками в руках. Хелен, оглядев их, кивнул и, пустив кровь из вен на предплечье, создал портал, сверкающий алым цветом. На той стороне можно было увидеть… стену. Обычную бетонную стену, которая дрожала от эха доносившихся откуда-то издалека ударных волн. — Ого, — удивилась девушка, ощутив силу сражавшихся на той стороне. — А поближе портал не мог открыть? — недовольно проворчал Лью, переходя на ту сторону. — Не мог, — покачал головой прошедший вслед за ним Хелен, — Всплески их силы а также Генератор Сопряжений мешают точной наводке портала. Вслед за ним зашёл и Тобиас. В руках Лью материализовались чёрные мечи, грани которых окружали алые молнии, от которых ощущалось что-то жуткое и неестественное, представляющее настоящую опасность для Джейн. Почему-то это напомнило ей о силе Джеффа, который простым касанием к своему оружию чуть ли не убил её. Ричардсон собралась было тоже перейти на ту сторону, однако, сделав всего несколько шагов, она получила мощный удар концентрированной тьмы, моментально выбивший воздух из лёгких и уже через секунду отрубивший сознание девушки.

***

Льюи Хейвен

— Какого хрена?! — воскликнул Хелен, когда позади нас прогремел взрыв небывалой мощи, который прервался быстрее, чем я сумел обернуться. А когда это случилось, то я обнаружил, что портал, через который мы зашли, исчез. По всей видимости, схлопнулся от мощи атаки, произошедшей на той стороне. — Сможешь открыть? — посмотрел я на Художника. Тот покачал головой. — Здесь слишком сильные энергетические колебания, нужно разобраться с противником, тогда я смогу вернуть нас назад, — пояснил он. — Что ж, тогда будем драться, — хмыкнул я, и обнаружил, что Тоби с нами нет, — Вот чёрт, он даже разбираться не стал, сразу в бой пошёл! — Не удивительно. Он ведь берсерк, — вздохнул Хелен. А затем нам стало не до разговоров. Комната, наверное единственная из уцелевших в этом месте, взорвалась от потока ветра и энергии, обращаясь сперва в лаву, а вслед затем и вовсе испаряясь под натиском чужого Резонанса. Защититься не составило труда — атака не была расчитана на наше убийство, да и вообще не была направлена в нас. В освободившемся пространстве я увидел как две фигуры мелькали то там, то тут, нанося друг другу свирепые, но чётко рассчитанные удары. Один был мне знаком — это тот самый Генерал Департамента, победивший Натали, а затем пропавший без следа. А вот вторую фигуру я не мог разглядеть, как бы не пытался. Пока мне не пришлось защищаться от атак другой вражеской твари. И его я тоже узнал — этот поганый ёж мне в кошмарах снился, когда я поиграл в хакнутую версию очень старой игры. «Sonic the Hedgehog», кажется? Только какого хрена эта дьявольская тварь из той игры атакует меня? Краем сознания отмечаю, что Хелен и Тоби тоже сражаются с крайне быстрыми тварями, которых я не в силе разглядеть. Ну, что ж, надеюсь они справятся со своими противниками раньше, чем я приду им на подмогу. «Чего лыбишься, тварь?» — поинтересовался я у него по мыслеречи. Полезный навык, овладеть которым я сумел за эти двенадцать лет, обдумывая то, как Сильва де Нова общался со мной. «Просто ты до жути медленный!» — смеясь вслух, ответил он также мыслеречью. Бесит. Уворачиваюсь от очередной атаки, и контратакую, опуская один из Клинков Бездны на голову твари. Но тот, подставив свои тёмно-синие иглы, отражает мой удар. Вспыхнул сноп разноцветных искр от разбитого в области удара пространства, и я удивлённо отскакиваю назад. Настолько прочный, что мои Клинки не способны ему навредить? Но как такое возможно? Он же, подняв свою морду, с улыбкой до самых ушей, взглянул на меня так, словно видит насквозь. «Хочешь поиграть со мной?» — поинтересовался ёж, облизывая свои ржавые зубы. В ответ я лишь усмехнулся, раскидывая своё «Королевство» в окружающее пространство, чтобы следом за этим…

***

Джейн Ричардсон

Девушка потеряла сознание всего на мгновение, тут же придя в себя от дикой боли, разлившейся по всему телу. За этот миг она пропахала своим телом несколько километров земли, заставив почву обгореть, а встретившиеся на пути камни — оплавиться. Если бы не инстинктивно поднятая защита Покоя, то она бы тут же умерла, превратившись из миловидной девушки в кровавый фарш, дождём пролившимся по этой лживой земле. Но даже так, кажется, все кости в теле были переломаны, а чтобы не задохнуться в своей крови, девушке пришлось перевернуться набок. Не выдержав, она выблевала содержимое желудка вместе с огромным количеством крови. «Хреново…» — подумала Джейн, видя, как из носа, не прекращая, хлещет алая жидкость, явно не собираясь останавливаться. Противник не торопился добивать девушку. Сперва это показалось чем-то странным, но, набрав силы и слегка приподнявшись, она поняла, что он банально не может это сделать, поскольку прямо сейчас сражается с тремя Иными. Внезапно, плеча девушки коснулась холодная рука, заставившая Джейн вздрогнуть. Это оказалась брюнетка в чёрном костюме с красными крестами, с маской, закрывающей всё лицо. На маске, конечно, тоже был красный крест. Ричардсон уже успела познакомиться с Энн, и была рада тому, что она оказалась рядом. Ей резко полегчало, кровотечение остановилось… а затем пришла боль. Жуткая боль от движения множества костей внутри её тела, желающих встать на свои места и срастись. Разорванная кожа начала пениться и выстреливать кусками плоти по направлению к своим неразорванным частям, вслед затем покрываясь эпидермисом. Всего несколько секунд агонии, в течение которой девушка даже не могла всхлипнуть — горло тоже было пробито, а из прежде пробитых насквозь лёгких постепенно выползали обломки костей, причиняя девушка ещё больше страданий, — и вот, боль завершилась, и Джейн жадно глотает воздух, пытаясь придти в себя. — Не благодари, — беря в руки приличных размеров бензопилу, и вместе с тем накачав её Резонансом до самых краёв, из-за чего в воздухе образовалась хорошо видимая рябь, бросила Энн чуть грубоватым голосом, и рванула на противника. Сражавшиеся с фигурой в длинном тёмном плаще и черно-белым шарфом в полоску, чьё лицо закрыто такой-же чёрно-белой маской, выражающей гримасу холодного высокомерия, не были способны нанести даже одной атаки: противник легко избегал их удары, а когда было необходимо — с такой же лёгкостью парировал. Двое сражались вблизи — то был чернокожий, невероятно высокий и мускулистый мужчина в военной форме, размахивающий мачете и иногда достающий пистолет, заряжённый таинственной фиолетовой силой, чтобы выстрелить им во врага. Вторым же был хорошо знакомый девушке Борис, своей способностью словно охватывающий окружающую реальность в попытках ограничить передвижение противника застывшим в лёд воздухом. Держа в руках два ледяных меча, Борис был похож на ураган, несущий холодную, но крайне болезненную смерть. Вдалеке за этим всем, казалось, просто наблюдал мужчина с пепельными волосами и глазами разного цвета. Однако, на самом деле Эш был сосредоточен на том, чтобы не дать своим товарищам умереть, поскольку — Джейн даже отсюда ощущала, — атаки врага были достаточно сильны, чтобы окончить бой несколькими ударами. Можно было даже сказать, что его сила нечестна, если бы только он не был немного слабее Лью с Тобиасом. Просто Борис и Дэн, как последнего привык называть Лью, были слабее. Всего в несколько раз, но это создавало огромную разницу в силах, которую, к тому же, нельзя было преодолеть, ведь они уже использовали Особые способности, и всё равно уступали по силам врагу. В бой ворвалась Энн, резко переворачивая печальный для дружественных сил ход боя стремительными и жутко опасными атаками, кровавыми разводами размазавшимися в пространстве. Хлынувшая из груди фигуры в маске кровь не улетела далеко, а обратилась копьями, полетевшими прямиком к своему бывшему владельцу. С трудом увернувшись, он контратаковал, и теперь не голыми руками, а создав огромное, сияющее мертвым белым светом копьё, окружённое чёрными молниями. Приняв удар на свою бензопилу, Энн явно не ожидала того, что атака будет в разы сильнее всех предыдущих, из-за чего на огромной скорости влетела в землю, оказавшись в ситуации, в которой совсем недавно была сама Джейн. Но, похоже, медсестра выживет. «Но им нужно помочь…» — подумала Джейн, понимая, что если не ворвётся в бой, то Борис и Дэн умрут, а вслед за ними и все остальные… — «К слову, где они? Где еще сто шестьдесят Иных?!» — вдруг подумала девушка, но не стала и дальше об этом размышлять. Вместо этого, усилив себя Резонансом, она сорвалась с места, оказываясь вплотную к противнику и крепко сжимая его ладони. Достаточно сильно, чтобы сломать не только их, но и древко копья, которое враг держал в своей правой ладони. — Ты доигрался, — бросила Джейн, вслед затем обрушивая на противника мощный удар коленом прямо в грудную клетку, а затем нанося удар лбом прямо по маске, оставляя на той незаметную глазу трещину. Перехватив руки противника, сжав ладони на его предплечьях, Джейн уперлась ногой в грудь врага, а затем единым рывком попыталась эти самые руки оторвать. Послышался треск рвущейся одежды и даже сухожилий, но в этот же момент враг пришёл в себя, и, оттолкнувшись от воздушной ступеньки, сместился вверх, тем самым заставляя ногу девушки проскользить по его телу и пронзить воздух, а сама она, неожиданно для себя, оказалась в крайне неудобном положении. «Сперва я тебя изнасилую» — послышался в голове Джейн насмешливый голос, — «А затем убью» А затем уже ей поддых прилетел удар ноги, моментально выбивший весь воздух из лёгких и заставивший Джейн выблевать кровью. Но на том атака не завершилась, и враг, теперь уже сам мертвой хваткой не отпускающий рук Джейн, нанес ещё один удар. А за ним — ещё один. И ещё, чуть ли не убивая Ричардсон серией мощнейших атак. И только в этот момент, сорвавшиеся в атаку Борис и Дэн добрались до них. Просвистели пули, оставляя за собой след из синего пламени, разрывая плечо и часть ноги противника. Вслед затем в воздухе просвистел ледяной меч, заставивший врага отпустить Джейн и отступить, чтобы избежать нового града пуль. Так поздно они пришли не потому, что решили наблюдать за боем, вовсе нет. На самом деле, они ринулись в атаку примерно в тот же момент, когда и Джейн сорвалась в атаку, но её столкновение с противником было столь скоротечным, что мужчины могли показаться настоящими улитками, с трудом пробирающимися сквозь вязкий воздух. — Спа… сибо… — тяжело дыша, поблагодарила их девушка, создавая под своим телом воздушную подушку, пытаясь реабилитироваться от вражеского удара. У мужчин не было времени, чтобы ответить. Гримаса на маске врага сменилась на высокомерную ухмылку. А вслед затем Борис чуть не потерял руку, в последний момент успев подставить ледяной клинок под ребро ладони противника. Его оружие тут же разбилось, но противник не смог завершить начатое — новый поток пуль из старого Пустынного Орла заставил его отступить назад. Борис, быстро оправившись от удара, воссоздал ледяной клинок, но перед тем как атаковать — выставил ладонь в его сторону. По пространству вокруг фигуры в маске прошла рябь, и вокруг него образовались ледяные стены, практически комната, заметно ограничивающая передвижение противника. В этот момент в бой вернулась Энн, рычащая от гнева, или, может, это был рёв бензопилы, скорость вращения цепи которой достигла возможных для неё пределов. Прозвенел лязг стали о сталь, когда бензопила столкнулась с внезапно появившимся в руках врага полуторным мечом. Во все стороны ударил сноп искр, которые легко пробивали ледяные стены насквозь. Всплеск энергии откинул Энн назад, но и масочник не удержался на месте, врезавшись в стремительно восстанавливающийся от смертоносных искр лёд. Из стен выстрелило множество шипов, нацеленных на то, чтобы максимально обездвижить врага. Но пронзили они лишь воздух, ведь противник весьма быстро оклемался, вновь рванув в атаку на Энн. Вновь бензопила столкнулась с белым мечом, но если девушка берегла своё оружие, то враг совсем не щадил своего меча, прикладывая к атаке столько сил, что по его лезвию прошла трещина. Но прежде чем его оружие сломалось, цепь бензопилы разорвалась и на огромной скорости улетела куда-то в небо, в то время как удивлённая Энн была вынуждена отступить. «Попался» — подумала Джейн, в этот самый момент зашедшая врагу за спину, и уже замахнувшаяся ногой с целью раздробить его позвоночник одной сильной атакой. Ожидавший подобной атаки противник, вовремя успевший избавиться от одной опасности, уже был готов к другой. Стремительно развернувшись, он нанёс удар мечом, рассекая тело Джейн на две части еще до того, как её атака достигла его тела. — Кха! — вырвалось из-под маски, когда нога Джейн обрушилась на его спину, взрываясь бурей Резонанса. Рассечённая фигура девушки развеялась подобно миражу, а настоящая она, идеально просчитавшая действия врага, атаковала с той стороны, где находилась Энн, закрыв себя потоком ветра, перепады температуры в котором были способны отражать свет, создавая самый настоящий мираж. А вслед затем голова противника была отсечена бензопилой Энн, железная цепь бензопилы которой сменилась ледяной цепью. Запоздалые пули пронзили его тело насквозь в разных местах, взрываясь потоком синего пламени. Все же, разница в скорости доставляла немало трудностей. — Фу-у-ух… — выдохнула Джейн, наблюдая за горящим телом противником, падающим на уничтоженную, местами сожжённую, местами обледенелую землю вновь уничтоженного берега моря. — Рано расслабляешься. В его теле нет ни капли крови, — сказала Энн, а взгляд её, не сводящийся с тела противника, был насторожен. — Девчонки, а вы сильны, — присвистнул оказавшийся рядом Борис, держащийся за кровоточащий бок, уже покрывающийся коркой льда. Тяжело дыша, облитый потом, потерявший немало сил, он, тем не менее, все ещё выглядел способным сражаться дальше. — Смерть близко, — коротко бросил чернокожий Дэн, заряжая свои пистолеты духами, созданными из его Особой способности. Земля внизу обернулась непроглядной тьмой как раз тогда, когда все собравшиеся подготовились к битве, словно только этого и ждал их противник. Глядя на эту необъятную бездну тьмы, Джейн вдруг поняла что-то очень важное. «Смерть близко?..» — зацепилась она за слова Дэна, пока по её кожи проходят мурашки от жутких ощущений, доносящихся откуда-то снизу, — «Как метко…» В этот момент она пожалела о том, что не взяла с собой хотя бы ножа, ведь, прекрасно чувствуя эту жуткую энергию, Ричардсон потеряла всякое желание соприкасаться с ней. Ведь даже одного касания к Смерти будет достаточно, чтобы умереть.

***

Иные, привыкшие к тому, что их противников всегда можно убить, отрубив им головы, пронзив сердца, заставив потерять крови больше, чем есть в их телах, никак не были готовы к сражению с теми, кого они не были способны убить ни нормальными методами, ни при помощи уникальных Особых способностей. Этим и ужасали Ам Дхаэгара — давным давно даже Лью подметил, что Сильва де Нова обладает поразительной живучестью, а потом и вовсе оказалось, что он сражался со значительно ослабленным аватаром, ведь во втором бою с ним Льюи проиграл без каких либо шансов на достойный бой. И таких жутких противников было не один, и не два, а целых шесть. Шесть Генералов Залго, каждого из которых было достаточно, чтобы уничтожить весь мир. Не стоит забывать и про самого Залго, находящегося в своей неприступной крепости, в Дворце возле извечной границы со Стеной. Для победы над ним было необходимо не только преодолеть полчища тварей, сильных офицеров и полководцев орды демонов, но и окончательно убить всех Генералов, и только затем, взмолившись несуществующим богам, бросить вызов Злу этого мира. Подобная кампания сама по себе уже была обречена на провал, однако, тем не менее, начавший её человек был уверен в том, что сборище убийц, насильников и отпетых мерзавцев во главе с ним сумеют одолеть нечто гораздо более ужасное, чем все они, вместе взятые. Впрочем, что есть уверенность без силы, способной воплотить свои цели в реальность? Сейчас этот человек истекал кровью, остатками пальцев крепко сжимая рукоять покрытого чёрной чешуёй, подобно ножнам, меча. Со всех сторон на него обрушивалась мгла, способная пожрать и обратить в ничто даже свет. Маленький мальчик, покрытый сотнями кровоточащих ранений от клыков и языков тьмы, с трудом стоял на остатках земли там, где раньше были горы и чудесный город. Целым по итогу сражения остался лишь храм Будды, в котором и был начат этот жестокий поединок, итогом которого будет чья-то смерть. И если Джефф проиграет, то его больше не будет ждать Река, и никогда он не увидит тех, кто ждёт его на Горе Если он проиграет — тьма пожрёт его, забрав всю силу, знания, волю и саму его сущность. То явление, которое невежды могли бы назвать душой. Таково было Истинное Имя Безглазого Джека. А самой сутью, природой и истинным телом Ам Дхаэгара было — Пожирание. Абсолютное и беспрецедентное, оно было способно поглотить что угодно в этом мире, и даже атаки Джеффри, который не уступал Джеку по силе, не могли рассечь природу этой тьмы, в итоге оказываясь поглощёнными, тем самым усиливая врага. Тем самым, чем дольше шёл бой, тем в менее выгодном положении оказывался Джефф. Вернее будет сказать, он с самого начала был в невыгодном положении, ведь враг насытился мощью Будды, а теперь положение парня было, мягко говоря, незавидным. Тьма наступала. Она водопадом падала со всех сторон, поглощая воздух, материю, даже само пространство и время, оказываясь в новом месте ещё до того, как по законам причинности она должна была бы там оказаться. Но, даже так, наблюдая за приближающейся смертью, Джефф не утратил и доли уверенности в своем взгляде. Не дрогнули остатки его пальцев, вместо этого с новой силой обхватив рукоять меча, и не ринулись в бегство уставшие и измученные ноги. Обернувшись ужасающими ураганами, потоками рек и змеистыми молниями, сила врага обрушилась на Джеффа всей своей жестокой мощью, граничащей с абсурдом. Ведь даже мир, созданый Именем Будды, не мог приблизительно отобразить то влияние, которое оказывало Имя Джека на окружающую действительность. Когда парня захлестнула тьма, то практически ничего не произошо. Даже воздух не пришёл в движение, предпочтя быть спокойным как и прежде. В воцарившейся тишине, казалось, не происходило ничего, когда тьма захлестнула тело мальчишки, сожрав его с потрохами. Могло показаться, что это — конец. Но уже через секунду, когда ураганы затихли, а потоки рек обернулись океаном неподвижной черноты, где-то в её глубине засияло серебряное свечение. И в тот же миг, когда это произошло, мир озарила вспышка света, разогнавшая тьму куда-то в закоулки реальности заставляя слившегося с ней Джека вновь принять человеческий образ. Если бы не его маска, то на его лице можно было увидеть гримасу испуга, смешанного с удивлением. Выставив согнутые в локти руки перед собой, Пленник Крови через небольшую щель между ними наблюдал за тем, как от мальчишки, Имя которого совсем недавно чуть не погасло, исходит таинственная сила, уподобляясь языкам пламени и пылающим змеям, уходящим куда-то в небеса. Волосы Джеффа поднялись вверх от восходящих потоков безудержного ветра, а в прежде чёрных глазах засиял блеск непоколебимой решимости, воплощённый серебром второго Имени. Выставив серебряную рапиру перед собой и встав в атакующую стойку, Джефф что-то прошептал, и его освобождённое оружие в тот же миг налилось силой. — Я не дам тебе…

***

Кейн Джоук считал себя сильным Иным. Одним из сильнейших среди тех, кто ещё жив и относительно неплохим на фоне тех, кто уже ушёл. Та девушка, которую он убил двенадцать лет назад. Его непосредственный начальник, убитый руками, как Джоук сперва думал, Джеффа, а на деле — погиб Гарган от рук архангела Люцифера. Сам Люцифер. Их было много в истории Правительства, но все они погибли, а он продолжил жить. Кейну казалось, что это — судьба. Теперь же, теряя одну конечность за другой и не поспевая их восстанавливать, он начал сомневаться. Если то, что он выживал раньше — это судьба, то почему сейчас он так стремительно приближается к собственной смерти? Разве сдохнуть от рук какой-то твари, ни с того ни с сего ворвавшейся и уничтожившей последнюю базу Правительства — это то, как должно быть? Это — его судьба? Подобные мысли злили Кейна. Не поспевая за атаками врага, он подпитывался этой яростью и разгонял свою способность на полную катушку, что требовало немало времени, которого было в обрез. Первичные концепции не были достаточно отзывчивыми, чтобы призвать их за те вспышки мгновений, что исчезают быстрее, чем их можно было бы ухватить мыслью. Скорость, которой обладал противник, была безумна, и этот ёж за прошедшее время стал улыбаться лишь шире прежнего, обрушивая град ударов острейших когтей — каждый из них был нацелен в жизненно важные органы, и, хоть Кейн и был способен их восстановить, но отчего-то догадывался, что лучше — не подставляться под смертельные удары. У негот также было странное чувство, что если он попытается растворить себя в несуществовании, то попросту умрёт. Словно противник сможет достать его даже там, а таком хрупком и эфемерном состоянии. Он не замечал, что противник не просто играется с ним, но и делает тоже самое со всеми, кто был способен драться в этом месте — каждый присутствующий сражался с копией ежа, явно уступая ему по всем характеристикам, но изо всех сил, игнорируя боль и ранения, атакуя вновь. — Я не дам тебе… — сорвалось с губ Главы Правительства, когда он решился на крайние меры.

***

Лью, призвав своё «Королевство», рассчитывал, что оно хоть как-то подействует на противника, но, вместо этого, он наблюдал безумную картину — тело ежа размазалось в пространстве в тот же миг, а затем он ринулся в атаку, как ни в чём не бывало. «Быть не может?! Атомы его тела уворачиваются от моего «Королевства?!» — удивлённо подумал Хейвен, ставя острые когти на блок из Клинков Бездны. Во все стороны полетели ярко-алые искры, а затем на тело противника обрушился удар другого Клинка. Но вместо того, чтобы пустить ему кровь, оружие пронзило лишь остатки выжженного от скорости битвы воздуха, который ещё чуть-чуть и обратится в вакуум. Способность Лью, хоть и обладала многими преимуществами и позволяла разносторонне усиливать боевой потенциал, все же, была ограничена атомами, плавающими в пространстве подобно рыбам в океане. Активируя способность, Льюи распространял вокруг себя особое поле, напрямую изменяющее реальность вокруг, но воздействуя не на какие-то эфемерные концепции, а на материю. Что и сыграло с Хейвеном злую шутку — его противник был не просто безумно быстр, но и контролировал своё тело настолько, что отдельные атомы его тела были способны, как бы, «увернуться» от этого особого поля, полностью игнорируя эффект «Королевства». Проще говоря, атомы противника, взявшего образ демонического Соника, не подчинялись законам «Королевства» Лью, как и физическим законам за счёт огромной скорости и возможности свободно премещаться в пространстве. Осознав это, Лью даже не стал пытаться, и тут же сжал границы своего «Королевства», сконденсировав его силу на лезвиях Клинков Бездны, что и позволило ему отрубить руку противнику, когда ёж снова ринулся в атаку. Враг с удивлением взглянул на свою руку, а затем отскочил назад. Его мохнатая морда скривилась от гнева, а затем, напрягшись, он выставил обрубок руки в сторону Лью. Мгновенно из ранения выстрелили жгуты из плоти и крови, стремительно сближаясь с Хейвеном. «Длань Дьявола!» — мысленно прокричал парень, взмахом мечей образуя одну из своих самых разрушительных техник. Огромные чёрные ладони, окружённые алыми молниями, ринулись вперёд, поглощая жгуты и взрываясь аккурат возле противника. Но тот сумел избежать взрыва, и, кажется, стал в разы быстрее, ведь теперь на Лью обрушивались не просто атаки, но их град. Место, где они сражались, давно обратилось филиалом ада. Воздух был наполнен испарениями до тла сожжённых камней, а границы абстрактной аномали сотрясались от эха столкновений атак всех присутствующих, сражавшихся в едином порыве. Но это совсем не беспокоило тех, кто сражался. И уж тем более не беспокоило Лью. Поняв, что не способен одолеть противника старыми методами, он решил использовать то, к чему пришёл за время своего заточения. Силу, которую всё ещё не был способен осознать до конца. Могущество, превосхдящее его сильнейший приём — «Дамоклов Меч». Королевство, сжатое на Клинках Бездны, резко вновь перекинулось на окружающее пространство. Но теперь что-то изменилось, заставив синего ежа отступить, уйдя в полную оборону. — Как тебе моё «Истинное Королевство»? — усмехаясь, спросил Льюи Хейвен, поднимая мечи над собой, взывая ко всем силам, что были ему доступны. Бурлящая энергия окрасилась черно-алыми цветами, расходясь в стороны волнами мощи, а центре которой находился человек, чья сила прежде и близко не могла достигнуть подобных масштабов. Эфемерная аномалия, созданная Генераторами Сопряжений, начала трещать по швам, из-за чего доли силы могли выскочить за её пределы, вредя Земле и вызывая огромные землетрясения. Затем, Лью опустил свои мечи. В этот же миг, не сумевший покинуть границы «Истинного Королевства» Ам Дхаэгара, утратил обе руки. Игнорируя дистанцию, теперь Льюи мог нанести удар даже не приближаясь к противнику. — Я не позволю тебе… — сказал Льюи голосом, преисполненным силой. Его слова начали резонировать с «Истинным Королевством», превращаясь из простого сотрясания воздуха в настоящий Закон…