Dominator.

- Тише, тише! – приказал Эрих. Придворные затихли. Огромный центральный зал Замка Торн затрещал факелами, освещающими его со всех сторон. Мрачные холодные каменные своды, пол, выложенный чёрным глянцевым камнем – всё здесь дышало смертью. В центре зала, на специально установленном возвышении, лежало тело старого короля, раненного на войне, спешно доставленного домой своими воинами, чтобы всё-таки умереть. Эрих скривился от брезгливости и на всякий случай отошёл подальше от отца. Пожелтевшая кожа на старом лице так неприятно морщится в агонизирующей гримасе! Хорошо, что Эриху всего двадцать один год, и старость ещё много лет будет не властна над ним. Готтилф слишком поздно задумался о потомстве, что сыграло на руку Эриху. Слабая королева умерла при первых же родах, не успев выносить других детей, и теперь он – бесспорный повелитель Королевства Торнов. Новый Король горделиво приподнял голову, окидывая своих подданных властным взглядом, и с достоинством развернувшись вышел из зала. * Девять столетий минуло с тех пор, как вождь трёх многочисленных кровожадных племён, которого они теперь называют Первым Королём – Бериг увёл людей из земель Скандзы, чтобы основать собственную общину. Три корабля отплыли с острова Готланд и бесстрашно пересекли огромное море, устремляясь на юг. Они высадились на открывшееся их взорам побережье, глубоко заплыв в низовье широкой реки по одному из её исходов в море. Люди острова Готланд вырезали всех, кто жил на этих землях, чтобы освободить себе место и захватить их животных и провизию себе. Три племени поселились вместе, осваивая плодородные земли, омываемые рекой, которую они за своё неспешное движение назвали Вис. Кунинги каждого племени распределили пашню между семьями, основываясь на их численности. Завоеватели засеяли семена, привезённые с собой, занялись строительством своих жилищ и разведением скота. Так появилась Готискандза. Но мир всегда тесен. Как только Бериг умер, его разросшаяся община раскололось на три первозданных части. Кунинги хотели иметь свои собственные владения, дрались друг с другом и с нападавшими то и дело на Готискандзу соседними племенами, пока не случился Исход Двух Племён. Грейтунги ушли на запад, вглубь материка, заставляя бежать со своего пути Вандалов и Ругов, которых они потеснили своим приходом сюда. А Гепиды ушли на юг, отодвигая в неизвестные тёплые земли народ Бургундов. И только Тервинги остались в Готискандзе, разделяясь на маленькие общины, чьи наиболее алчущие власти правители подчинили себе семьи людей и каждый стал кунингом над другими, незаметно превращаясь в многочисленных королей. Крупные феодалы создавали свои королевства, захватывая всё новые земли. Предок Торнов, покинувший земли Тервингов для участия в очередной войне, присвоил себе многочисленные пашни южнее, на живописном берегу Балтийского моря. Род Торнов обосновался на этом склоне и в кровопролитных сражениях отстоял свою независимость от Священной Римской Империи, давно засматривающейся на эти земли. Умерший, защищая свои владения от не менее кровожадных соседей старый Король Готтилф Торн не уступил ни одного куска драгоценной земли другому правителю. Лучшие пашни возле Северной Марки, которые уже давно были предметом вожделения западного соседа, жадного герцога Магнуса Саксонского, а на юге и востоке постоянно подвергались набегам диких кровожадных славянских племен, должны остаться в их власти навсегда. Он закончил изнурительную постройку Замка Торн, начатую ещё дедом Эриха, захватил и выменял у торговцев, приплывающих в летнее время на побережье, много новых рабов. Его отец был настоящим вождём, имеющим железную хватку, и Эрих решил всеми силами постараться не уступить ему ни в чём. * Эрих с сомненьем разглядывал грязные тела сидящих на земле заднего двора людей. Полуголые рабы, захваченные в плен его отцом в свою последнюю войну, ждали благословенного решения дальнейшей участи. Семь мужчин, одна немолодая женщина, один ребёнок. О Господи, как же их много! Тяжело вздохнув, король неторопливо пошёл к первому пленнику. Ну и что здесь? Сильный мужчина средних лет, крепкие руки, усталый взгляд. - На конюшни. Пусть кормит лошадей и чистит стойла. Жалкий, дрожащий старик с одним глазом, затянутым серой оболочкой. Эрих разочарованно вздохнул. - Убейте, что ли. Злой молодой силач, бросающий на Короля яростные взгляды. - Этого тоже, – Без сомненья. Эрих ухмыльнулся. Двойняшки, совсем ещё юноши, вцепились друг в друга, с надеждой заглядывают в глаза. - Обучить в прислугу, – Со всеми вытекающими последствиями, ох, уж эти сладенькие братики! Отец, раненый воин, прижимающий к своей груди сына, ровесника Эриха, тоже сразившегося со старым Королём и проигравшего ему. Оба – сильные, мускулистые мужчины, скорее всего наёмники. - В армию. Если принесут клятву верности Торну. А если нет – тоже убейте. Длинноволосая стройная женщина лет тридцати с небольшим. Сжала маленькие ладошки на коленях, несмело поглядывает на него из-под влажных ресниц, сверкая аппетитной складочкой между налитыми грудями из порванного ворота своей деревенской рубахи. Эрих расплылся в улыбке. Милочка, ты такая сладкая и слабая, поэтому не смогла далеко убежать и попала к нам в руки. Как жаль, что ты не знаешь о том, что известно всему королевскому двору, – Эрих любит мальчиков, и, желательно, малолетних! - Отдайте солдатам на потеху. Если выживет - на кухню. Последняя жертва его королевской власти. Мелкий оборванец, худой, прыщавый, с огненно-рыжими, кудрявыми волосами. Вот же уродец! Но смелый, гадёныш. Сидит прямо, смотрит открыто, бросает вызов. Ну и что, что лет десять – одиннадцать? Новый Король никому не откажет в схватке, и прослывёт Эрихом Смелым из рода Торнов. - Это – мой новый шут. * Эрих встряхнулся, почувствовав, что засыпает и начинает сползать по трону вниз. О мой Бог, этот «пир» сейчас заставит его опозориться. В начале вечера, сразу после отплытия его так удачно почившего папеньки на горящих лаврах своего похоронного плота, каждый посчитал своим долгом прочесть заунывную речь о безвременно ушедшем монархе. Потом все эти пресыщенные свиньи – придворные расселись за длинные столы и принялись пожирать угощения, жадно запивая их свежим забродившим вином. Он уже совсем расслабился, хорошо, что нанятые по случаю миннезингеры раскричались, провозглашая новое развлечение. В зал вошли, пританцовывая, девять стройных парней. Все очень юные, не старше шестнадцати лет. Чистые льняные рубахи, подпоясанные кожаными плетёными поясами и расшитые затейливыми узорами лучшими мастерицами королевства, высоко открывали стройные босые ноги. Музыка затихла, все замерли, проснувшийся Король пристально разглядывал предлагаемые ему тела. Самое ценное, что сделал для своего сына Готтилф Торн при жизни – заткнул глотки всем, кто смел обсуждать маленькую слабость Эриха. С тринадцати лет юноша начал предаваться утехам с мужчинами, готовыми отдаться ему из-за его красоты или положения в обществе. Как бы отец ни бил его, Эрих продолжал свои презираемые всеми услады. И когда Совет Старейшин поставил вопрос о пристрастиях будущего Короля ребром, Готтилф собственными руками задушил самого влиятельного из них. Теперь все понимают, что, когда молодой Король станет опытным и сильным монархом, он возьмёт себе жену исключительно для продолжения потомства. Старейшины приняли его любовь к мужским ягодицам, держат её втайне от всех людей, а сейчас, в знак признания его новым Королём, сами подносят бесценный дар. Эрих лениво оглядывал безразличным взглядом юношей. Один - слишком худой, другой – толстый. Вот этот – вроде бы посимпатичнее. Среднего роста, шатен. Мускулистый, ладный, молодой. И всё? Ничего интересного. Вот тоже весьма привлекательный – высокий блондин с алебастровой кожей. Только зачем ему парень, похожий на него? В чём удовольствие иметь самого себя? А вот второй справа – занятная личность. Худой, смуглый брюнет с трепещущими ресницами. Такой слабый, невинный, напуганный. Совсем ещё ребёнок, лет пятнадцати, пожалуй? Король эффектно восстал из глубин своего трона и в полном молчании подошёл к юноше. Он горделиво приподнял своё резко очерченное лицо с широкими, благородными скулами, и низким голосом спросил: - Как тебя зовут, мальчик? - Клеменс… - прошептали в ответ испуганные розовые губки. Эрих окинул всех свидетелей этой сцены победным взглядом и потянул парня вслед за собой. Запомните это имя и узрите избранника своего Короля. * Личные покои Короля встретили монарха и его будущего партнёра мерцанием многочисленных свечей, разгоняющим тьму мрачной обители. С гладко отшлифованных деревянных панелей, украшавших каменные стены опочивальни, за ними наблюдали нарисованные животные и птицы. Высокое, узкое окно с заострённой верхушкой утопало в массивной стене, хищно расширяя свой проём навстречу вошедшим людям, будто приглашая хлебнуть из себя ночной темноты. В центре опочивальни возвышалось над чёрным полом огромное ложе, покрытое нежнейшими колечками белых шкур молочных ягнят. Массивные еловые бруски, выкрашенные тёмной краской, сверкали замысловатыми коваными накладками, пестревшими чередой крепких гвоздей. Эрих швырнул юношу на кровать и приказал: - Раздевайся. Клеменс дрожащими руками торопливо стянул с себя рубаху и покорно откинулся на спину. Мужчина навалился всем телом на парня, впился в его губы алчущим ртом и стал нетерпеливо терзать обещающую многочисленные удовольствия плоть. Юный Клеменс тяжело дышал и безропотно позволял себя вести, его тихие стоны сменились криками боли, которую подарил ему монарх. А Эрих, забыв обо всем, жестоко долбился в нежное тело, приближаясь к ошеломительному оргазму.