Разбуди меня своим сном

— Ау? Ты меня вообще слышишь?       Голос Магнуса доносился до него как будто издалека. Алек неожиданно очнулся в офисе за своим рабочим столом, словно вынырнул на поверхность после очень длительного нахождения под водой. Помимо вычерченного плана здания перед его лицом смешно болталась рука Бейна, легкомысленно хихикающего над его пришибленным состоянием. Завтра наступит худший день в жизни Лайтвуда, а ему всё смешно… — Связь потеряна! — электронным голосом объявил Магнус, и Алек почему-то разозлился на него. Он резко оторвал зад от стула и решительно взялся руками за чертёжный лист формата А1, одним движением разрывая его пополам, а затем складывая две части вместе, разрывая их снова и вышвыривая всё это со стола. — Ты что, больной? — Бейн диким взглядом уставился на него. — Ты его месяц делал! Тебе сдавать этот проект через неделю, а ты просто взял и… — Пошло оно всё, — отмахнулся от него Алек и крутанулся на стуле, взъерошивая себе волосы. Стало немного легче. — У тебя что, проблемы? — искренне поинтересовался мужчина. — Если нет, то сейчас вернётся Скотт и с легкостью устроит их тебе. Подрыв авторитета компании для него как красная тряпка для быка, а если ты не уложишься в сроки, то все твои предыдущие заслуги окажутся под большим вопросом. Ты соображаешь, что ты наделал? Даже если я брошу сейчас свой проект и начну помогать делать заново твой… — Мне не нужна твоя помощь, — резко оборвал его Лайтвуд. — Плевать я хотел. Сам как-нибудь разгребу это дерьмо. — Александр… — Магнус! — одарил его испепеляющим взглядом брюнет. — Хватит я сказал. — Ты псих, — покачал головой азиат. — Псих-одиночка. — А я думал, псих тот, кто завтра женится на психопатке, — вывалилось изо рта Алека прежде, чем он успел это остановить.       Магнус оторопел. — В этом всё дело? Потому что я завтра женюсь? — неверяще переспросил он. — Серьёзно, Алек — ты всё никак не успокоишься? Я думал, мы уже всё давно обсудили. — О, ты думал? — ядовито произнёс Лайтвуд. — Рад за тебя. А то меня уже сомнения одолели. — Так, ну всё! — рассердился Бейн. — Ты ведёшь себя как капризный ребёнок! Это моя жизнь, и только мне решать, что мне с ней делать, ясно? Как мне её проживать, с кем… — Знаешь что? — оборвал его брюнет. — Ты ещё вспомнишь мои слова, когда приползёшь ко мне на порог — одинокий, совершенно несчастный и с раскуроченной грудной клеткой, и знаешь, что я тебе скажу в этот момент? — И что же? — нахмурился Магнус. — «Я предупреждал», — с каким-то злым удовлетворением произнёс Алек. — Вот что я скажу тебе, Магнус. — Слишком много пафоса, — легко отбил этот выпад азиат, совершенно не впечатленный его прогнозами. — Ты с такой уверенностью говоришь о том, что якобы произойдет в далёком будущем — да никто из нас понятия не имеет, что произойдет завтра, а ты говоришь… — Якобы, в далёком… Вот уж вряд ли, — еле слышно пробормотал брюнет. — Что? — не расслышал Магнус. — Я говорю, что я точно знаю, что произойдёт завтра, — нарочито громко произнёс Алек. — Неужели? — насмешливо протянул Бейн. — Вот уж ни за что не догадаюсь… Просвяти меня, Александр!       Эта явная издёвка окончательно выбила почву из-под ног Алека. — Дьявол получит в своё пользование ещё одну душу, — на эмоциях выпалил Лайтвуд. — Твою душу, Магнус!       После этих слов самообладание перестало быть его союзником, и он выбежал из кабинета, хлопнув дверью, от чего порыв ветра подхватил и завертел по полу обрывки его чертежей. — Камилла не дьявол, Александр! — завопил ему вслед Магнус, высовывая голову в коридор. — Незачем так утрировать!       Обеспокоенный Андерхилл заглянул к ним в приемную. — У вас что-то случилось? — поинтересовался он, тактично не упоминая их разговор на повышенных тонах и последующий шумный уход Алека. — Ничего нового, — отмахнулся от него Бейн. — Очередная семейная ссора… Что? — спросил он в ответ на вежливое недоумение Эндрю. — Думаешь, я не знаю, как вы все нас за глаза «женатиками» называете?

***

      Остаток дня Магнуса протекал довольно спокойно и, можно сказать, скучно, но сейчас он стремился отнюдь не к весёлому времяпрепровождению. Он действительно хотел побыть в одиночестве, желая насладиться тихим и уютным вечером в своей пока ещё холостяцкой берлоге («берлогой» его изысканный лофт было довольно сложно назвать, но с учётом всех грядущих событий это был, наверное, последний шанс совершать какие-либо глупости, пусть даже и такие незатейливые как характеристика его квартиры).       Официально Бейн всё ещё не жил с Камиллой. Не сказать, что его это сильно волновало, но всё же её вечный отказ от далеко не первого по счёту предложения Магнуса съехаться довольно ощутимо бил по его самолюбию. Впрочем, сейчас этот вопрос отпал сам собой: Белькур сама заговорила о том, что согласна к нему переехать после свадьбы, и сейчас Магнус грустно тискал в руках Председателя Мяо, который воспринимал его будущую жену довольно своеобразно, всеми силами пытаясь намекнуть, что ей здесь не рады: то раздирая когтями её сумку, то старательно линяя на её платье, то оставляя в её сапогах «сюрпризы». Почему он не мог относиться к ней хотя бы вполовину так, как к Алеку? Мяо даже мурчал в его присутствии, как маленький трактор, и Бейн ни за что бы не признался, что зачастую ревновал своего кота к тому, как Лайтвуд легко и без малейших усилий с ним управлялся. То, как он мог уговорить своенравного кота доесть предыдущую порцию еды, прежде чем просить новую. То, с каким ангельским терпением Мяо давал Алеку себя вычесывать. То, как Лайтвуд иногда заваливался к Магнусу на диван, загребая Председателя в свои объятия. Речь ведь всё ещё идёт о коте?       Бейн вздрогнул от неожиданно громкого и протяжного звонка в дверь и удивлённо нахмурился. Начало двенадцатого ночи — серьёзно? Он никого не ждал сегодня, особенно в такое время, и среди его знакомых точно не было идиотов, которые забывают снять палец с кнопки звонка, заставляя адское устройство разрываться противной трелью, наверное, на весь Бруклин. Он с подозрением посмотрел в глазок и облегчённо вздохнул, покачав головой и щёлкнув задвижкой замка. — Александр? — немного вопросительно уставился Бейн на своего друга, который наконец перестал терроризировать звонок. — А ты ждал кого-то ещё? — со странной интонацией отозвался брюнет, неуклюже вваливаясь в его лофт и не падая лишь благодаря тому, что Магнус успел подхватить его и прислонить спиной к стене. Бейну хватило одного взгляда на криво ухмыляющегося Лайтвуда, чтобы получить ответы на все вопросы, которые он ещё не успел задать. — Ты что, пьян? — изумился он. — Неа, — замотал головой Алек. — Не пьян. — Конечно, нет, — с сарказмом согласился Магнус. — Я немного промахнулся с выводами. Ты ведь едва стоишь на ногах — да ты в хлам! Как ты вообще сюда добрался? — Добрался, — пожал тот плечами, старательно отводя от него взгляд. — Нет ни-че-го невозможного, Магс. Для меня. Кроме одного, — выдохнул брюнет, показывая ему пальцем «один». — П-понимаешь, да? — Что-то случилось? — тут же забеспокоился Бейн. — Случилось? Неееет, Магс, — он издал смешок, снова мотая головой. — Не случилось. Случится. Завтра. — Да боже ж мой, Алек! Ты издеваешься? — Магнус сердито на него посмотрел. — Ты из-за этого так накидался? — Не из-за этого, — Лайтвуд упорно болтал головой из стороны в сторону. — Да уж конечно, — фыркнул Бейн. — Придумай что получше. — Я же сказал! Не из-за этого, — Алек попытался грозно свести брови на лбу. — А из-за чего тогда? — Из-за тебя, — вдруг выдал Лайтвуд. — Из-за меня? — непонимающе переспросил Магнус. — В каком это смысле «из-за меня»? — В таком, — брюнет впервые за это время открыто посмотрел Бейну в глаза, и в его взгляде было что-то такое, от чего мужчине стало нехорошо. Боль, усталость, безразличие и… нежность? — Я пришёл, чтобы сказать тебе кое… кое-что, Магнус. Кое-что… важное, — он запнулся.       Бейн запаниковал. Нет, он же не собирается… Или собирается? Алек выглядел довольно решительно настроенным, и Магнус действительно испугался. — Не надо, Александр, — трясущимися губами попросил он его, ещё не до конца осознав, чего именно он боится. — Но я должен, — возразил Лайтвуд. — А ты должен узнать это до того, как тебя закует в цепи эта ды-дьяволица. — Алек, пожалуйста! — взмолился Бейн и отступил на шаг. — Ты не можешь взять и… — Я пришёл, чтобы сказать тебе… — даже не услышал его жалкие просьбы брюнет. — Алек!!! — Чтобы ты катился к чёрту, — неожиданно закончил Алек.       Как бы Магнус ни желал сейчас услышать что-нибудь другое, такого он совершенно точно не ожидал. — Чего? — вытаращил на него глаза азиат. — Что слышал, — раздельно повторил Лайтвуд. — Катись. Ты. К чёрту. Бейн! — Я тебя чем-то обидел или что? — беспомощно опустил руки Магнус. — С какой это радости ты меня посылаешь? С друзьями так не… — Мы не друзья, ясно?! — взорвался Алек и со всей силы саданул боковой поверхностью кулака по стене, от чего потерял равновесие и непременно свалился бы на пол, если бы Бейн не помог ему удержаться в вертикальном положении. — Да отвали ты от меня! — рявкнул он на окончательно растерявшегося мужчину.  — Тогда успокой свою пьяную задницу! — начал сердиться Магнус. — Тебе завтра в офис к девяти, как ты вообще собираешься очнуться к этому времени? Я даже не говорю о том, что тебе теперь нужно работать не покладая рук, поскольку ты запорол свой проект. Чем ты вообще думал? Давай, я сделаю тебе кофе, — он подтолкнул брюнета в сторону кухни. — Я сказал: отвали, — зашипел Алек и отпихнул его от себя. — Как же ты меня б-бесишь… Если бы ты знал, как я хочу сьездить по твоей са-самодовольной роже, потому что меня достало это твоё в-выражение в духе «Я знаю, чего я хочу от жизни», — он слегка переделал ранее сказанные Магнусом слова. — Знаешь, что ты знаешь на самом деле, Магнус? М-миллион способов испортить себе жизнь, вот что! — Алек, ты пьян, — уже спокойнее произнёс Бейн. — Ты даже не понимаешь, о чём говоришь. — Всё я понимаю! — не согласился Лайтвуд. — Ты вечно думаешь, что ты х-хозяин жизни, что ты всегда знаешь, как будет лучше, но ты лишь б-бесцельно тыкаешься во все углы, как слепой к-котёнок… Кто всегда вытаскивал тебя из передряг, Магнус? Я, — он ткнул себя пальцем в грудь. — Кто всегда помогал тебе решать твои проблемы? Я, Магнус. Кто удерживал тебя от г-глупостей? Опять я. И я хочу сделать это снова. Удержать тебя от самой большой глупости. И я не могу, потому что ты полный кретин… Ты не понимаешь, ты никогда не понимал… Ты можешь жениться — давай, иди, — Алек драматично взмахнул рукой, — но Камилла… не для тебя, Магнус. И я наступлю себе на горло, если ты встретишь к-кого-то… кто будет… понимаешь? Она не будет такой… для тебя, Магнус. Она не сможет дать тебе всего этого. Ты должен поступить правильно. А я буду стоять рядом… я всегда поддержу тебя, Магнус… Я буду рядом, даже если… знаешь, почему? — Лайтвуд вопросительно посмотрел на Бейна. — Почему? — поддался его интонации Магнус, заинтересованно вздергивая правую бровь.       Алек практически упал на него, прижимая к стене, и азиат даже понять ничего не успел, как язык Лайтвуда с привкусом чего-то крепкого и алкогольного вторгся ему в рот. Две или три секунды он был ошеломлён этим и настолько сбит с толку, что даже начал ему отвечать, а потом осознание реальности происходящего крепко припечатало его по голове, и он оттолкнул брюнета от себя, стыдливо опуская взгляд и пряча покрасневшие губы за сжатыми пальцами. — Магнус, я… Прости, — глухо произнёс Алек, кажется, тоже уставившийся в пол после своего внезапного порыва. — Ты не должен… извиняться, — хрипло отозвался Магнус, не глядя на него. — Я-я-я… Я бы хотел объясниться… — неловко забормотал Лайтвуд. — Не нужно, — остановил его Бейн. — Магнус… — Тебе лучше уйти, — грубо отрезал азиат, смыкая ресницы, чтобы ненароком не увидеть сейчас это наверняка грустное лицо с большими несчастными глазами.       Алек ещё пытался что-то сказать, открывая и закрывая рот, словно вдруг оказался в бескислородной среде, но потом с шумом вздохнул и, судя по шуршанию обуви на полу и звуку захлопнувшейся двери, покинул лофт, оставляя хозяина наедине по меньшей мере с дюжиной стрел в сердце, причиняющих ему мучительные страдания.       Магнус сполз по стене, закрывая голову руками, как будто это могло хоть как-то исправить эту ситуацию.       Значит, он соврал. Сколько времени он уже скрывает это от него? За последние пятнадцать минут времени Бейн не только увидел, но и прочувствовал всю ту боль, что переживал Лайтвуд глубоко внутри себя. Боль, которую сам Магнус ему же и причинял, сам того не ведая. Что станет с ним завтра? Всего через несколько часов? Это же его Александр…       Но всё же гораздо больше он задумывался сейчас о том, что будет завтра с ним самим. Алек мог просто не делать этого, не говорить всего того, что он сказал, и тогда Магнус приглушил бы все свои подозрения и догадки, и просто продолжил бы с ним дружить, как и раньше. Но ведь Алек тот ещё упрямец, и теперь они вряд ли смогут делать вид, что ничего не происходит. «Лучше бы он не приходил. Лучше бы я не открыл ему дверь…», — мелькнула трусливая мысль где-то глубоко внутри, и отчасти Бейн был с этим согласен. Потому что он понятия не имел, что теперь будет, и те чувства, что поселились у него в груди после этого поцелуя… они напугали его. Если уж у него сейчас вдребезги разбито сердце, что же говорить об Александре?       Что же ему теперь делать…