Тепло твоих рук

Прошло много времени с тех пор, как должность заведующей отделением сменила Нарочинская. Она всё-таки осталась в отделении, работая рядовым хирургом и наладив отношения с Павловой. Начальница со временем начала хорошо относится к ней, уважать, и ценить как прекрасного специалиста. С каждой операцией её навыки все больше повышаются, нарабатывая большой опыт. В основном, она оперировала с Юрой Шейманом. "Копаться в мозгах" было огромной ответственностью, ведь, одно неверное движение и для пациента это обернется непоправимыми последствиями. Впрочем, такая учесть была у всех хирургов. *** Утро. Солнечный свет плавно проникал в спальню Марины, озаряя её. Прозвенел будильник. Она нехотя выключила его, дотянувшись до прикроватной тумбочки, на которой лежал телефон. Сонно потянувшись и встав с кровати, женщина накинула на себя лёгкий халат, направившись на кухню готовить завтрак. Сварив кофе, она услышала, как ей кто-то звонит. Это звонила няня её дочери - Кати. С её отцом Нарочинская рассталась практически сразу, после её рождения, поэтому девочку она воспитывала одна. Женщина познакомилась с ним ещё в Америке, он тоже был врачом, работал с ней в одной больнице. Был очень рад, когда узнал, что у него будет ребёнок, но потом... Что-то пошло не так. После рождения малышки он совсем перестал уделять время семье, часто где-то пропадал, уезжал в командировки. И пара приняла решение расстаться... Так было лучше для всех. Сейчас ей уже 5 лет. У неё были такие же голубые глаза и блондинистые волосы, как у мамы. Девочка была умна не по годам, мечтала стать врачом, как мама, а в садике у нее было много друзей. Дома она часто хулиганила, когда оставалась одна. Один раз даже разрисовала обои в своей комнате, которые в последствии пришлось переклеивать. Хотя Катя и пообещала больше так не делать, но Марина поняла, что без присмотра оставлять её нельзя и наняла няню, которая следила за дочкой и забирала её садика, пока мама была на работе. - Алло? - Алло, Здравствуйте, Марина Владимировна! - Здравствуйте, а вы же должны быть у меня... Уже 8:30! Все в порядке? - поинтересовалась Марина. - Так я и звоню по этому поводу... Вы не могли бы дать мне пару отгулов? Я, похоже, заболела... А то ещё Катеньку заражу, не дай бог! - ответила няня. - А... Конечно-конечно, выздоравливайте. Я что-нибудь придумаю... - Спасибо большое! - сказала женщина и положила трубку. А Нарочинской нужно было срочно придумать, с кем оставить дочку, ведь, сегодня воскресенье и детский сад не работает. Немного подумав, она направилась в комнату девочки. - Катя, доброе утро! Просыпайся, солнышко! - громко крикнула голубоглазая, подойдя к кроватке девочки. Она не хотела просыпаться, поэтому перевернулась на другой бок и повыше натянула на себя одеяло. - Ну, котёнок... Мне на работу пора... - грустно сказала Марина. Катя не стала спорить с мамой и подняла голову, протирая сонные глаза рукавом пижамы. - Доброе утро, мам... А где няня? - спросила она, оглядевшись. - Няня заболела. Поэтому, ты сегодня едешь со мной на работу, - ответила женщина. - Ура, ура, ура! - радостно закричала девочка, - Я же там ещё никогда не была... - Ага, только пообещай, что будешь вести себя хорошо! Договорились? - строго, но не грубо, спросила она. - Договорились! Сделав утренние процедуры и позавтракав и одевшись, Марина с дочкой вышли из дома, сели в машину и поехали в Склиф. - Мам, а там все врачи, как ты? - спросила Катя, нарушив тишину. - Да, конечно. - Здорово! - обрадовалась она. Припарковав машину во дворе больницы, Нарочинская взяла за руку дочку и вошла в здание. - Привет, Нин! - сказала она, подойдя к стойке регистрации, где стояла Нина. - Привет, ой, а кто это такой красивый? - улыбнувшись, спросила она, увидев девочку. То, что у Нарочинской есть дочь, знали только самые близкие: Нина и Брагин, с которыми женщина была в теплых, дружеских отношениях. Они часто ходили друг другу в гости, вместе отмечали дни рождения. У Нины тоже был ребенок - Паша, только, он был помладше Кати, а у Брагина дочка - Тамара, которая жила с мамой, но часто приезжала погостить к папе. - Здравствуйте! - звонко поздоровалась девочка. - Нин, вообще не с кем было оставить... Няня заболела... Можно, она в ординаторской посидит? У меня сейчас плановая... - грустно попросила Марина. - Да ради бога, конечно. Буду подглядывать за ней, - с улыбкой ответила Нина. - Спасибо большое! - радостно сказала женщина, расписавшись в журнале и свернув за угол вместе с Катей. Через несколько минут, они дошли до ординаторской. - Ух ты... - тихо произнесла девочка, войдя туда. В комнате никого не было - все на операциях. - Вот, садись, - указала она, на маленький, кожаный диванчик, стоявший за ширмой, где обычно переодеваются хирурги, - Прошу тебя, только ничего не трогай здесь, хорошо? Вот, бумага... Порисуй. Если кто-нибудь зайдет - не бойся, это мои друзья. - Хорошо, - ответила Катя, беря в руки карандаш, и принялась что-то рисовать на листке бумаги, положив его на столик рядом с диваном. Марина быстро переоделась и пошла на операцию, а девочка осталась одна. В это время, в институт имени Склифосовского вошла Ирина Алексеевна - зав. отделением. - Здравствуйте, Нина. Как обстановка? - спросила она. - Здравствуйте, Ирина Алексеевна. Пока всё тихо, все на плановых, - отчиталась Нина. - Хорошо... Если что, я у себя, - ответила Ира, взяв ключи от кабинета и направившись туда. Настроение у нее было, мягко говоря, паршивое. Она снова поссорилась с Кривицким. Он заявил, что больше не нуждается в постоянной опеке и заботе Павловой и ушёл оперировать, хоть женщина не позволяла ему этого делать... Ведь, совсем недавно он перенес пересадку сердца, которое, кстати, Ирина Алексеевна достала для него идя под статью. Но, она рискнула всем ради любимого человека, который, просто взял и плюнул в душу. Сейчас ей хотелось одного - напиться... Заведующая отделением решила отложить это дело на потом, так как было много бумажной волокиты. А Катя сидела все там же и рисовала. Закончив "картину", девочке стало жутко скучно, но, вспомнив слова мамы, что ничего трогать нельзя, она решила прогуляться по отделению... Аккуратно открыв дверь, она быстро прошмыгнула мимо стойки Нины, пока та отвернулась, ища кто-то в шкафчике. Идя по длинным коридорам, она периодически заворачивала за угол, если видела кого-нибудь из работников Склифа, боясь, что они что-нибудь скажут ей или наругают. Ей это напоминало всем известную игру - "прятки", что очень забавляло Катю. Наконец, ей это надоело, и дочь лучшего нейрохирурга остановилась возле первого попавшегося кабинета. - Павлова Ирина Алексеевна, - прочитала девочка табличку на двери. Она уже читала довольно бегло для своих лет, ведь, её мама хорошо с ней занималась. Любопытство взяло верх над Катей. Ей стало интересно, что же находится внутри. Она легонько надавила на ручку и приоткрыла дверь...