Тепло твоих рук

С того дня, как Катя Нарочинская случайным образом познакомилась с Павловой прошло несколько недель. Марине пришлось ещё пару раз возить её в Склиф, так как няня ещё болела. Но, сейчас она снова «в строю» и женщина могла не переживать за дочь, ведь та находится под строгим присмотром. Дни летели с неимоверной скоростью. Большая загруженность на работе заставляла не замечать как движется время. За этот промежуток Марина очень сблизилась с своей начальницей. Они всё чаще оперировали вместе, много общались. Павлова интересовалась Катюшей, постоянно спрашивала про неё. Иногда даже отпускала женщину пораньше со смены, чтобы та могла прийти пораньше домой и побыть с дочерью. Ирина прониклась душой хирурга, и из просто коллег они перерастали в приятелей. Работа и общение с Нарочинской заставляло женщину забывать о проблемах в личной жизни. Да, она до сих пор не наладила отношения с Кривицким. Более того, в один прекрасный день к Склиф привезли молодую девушку с рваными ранами, с которой потом мужчина стал близко общаться, что, конечно, не нравилось Ире. Но, она делала вид, что ей абсолютно все равно, что там происходит в личной жизни Геннадия. Большую часть времени она ходила без настроения, в отличие от мужчины, которому, кажется, и без неё было хорошо. И когда в очередной раз она увидела его, светящегося от счастья, женщина не выдержала и открыла бутылку дорогого коньяка прям на работе, в своем кабинете, заперев его перед этим на замок. Павлова достала прозрачный бокал, незамедлительно налила алкоголь в сосуд. Он тут же заполнил пространство предмета. Янтарная жидкость отдавала богатым цветом и приятным запахом, который заполнил комнату. Ирина залпом выпила полстакана напитка. Он отдавал тепло горлу и приятное послевкусие. Другие хирурги в это время были на операциях. *** Наступил вечер. Павлова просидела в кабинете целый день, попивая коньяк. Она была уже очень пьяна, её мутило. Бутылка была опустошена. Кажется, кто-то сильно переборщил… Ей снова сделали больно, как же это надоело… Из последних сил женщина смогла подняться, и оперевшись на стол, а потом о стену, дошла до двери. Ира хотела скорее оказаться дома, где её ждёт любимый питомец. У Марины закончилась смена. Она решила зайти в кабинет начальницы, дабы попрощаться. Подходя к нему, она увидела, что Ирина стоит возле двери, шатаясь, и не может попасть ключом в замочную скважину. Не долго думая, она подбежала к блондинке, подхватила её за руки и затолкала обратно в комнату, ведь её могли увидеть в таком состоянии другие коллеги. К счастью, за это время, пока она тщетно пыталась закрыть кабинет никто мимо неё не прошел. Нейрохирург дотащила Павлову до дивана и аккуратно усадила её. — Ирина Алексеевна… Что случилось? — взволнованно спросила она. — Кривицкий… Скотина… Он… Бросил меня… Во второй раз бросил… — неразборчиво бормотала Ира. Но Марина всё поняла. Ей стало очень жаль начальницу… Впервые ей захотелось посочувствовать. Казалось бы, с виду сильная, независимая женщина, но внутри прячется маленькая девочка, которая тоже хочет любви. — Та-а-ак, понятно… — ответила блондинка и приложила тонкие пальцы на запястье собеседницы, чтобы послушать пульс. Она тут же уловила бешеный ритм её сердца. — Я хочу домой… Меня Кот ждёт…- сказала Павлова. — Ирина Алексеевна, у вас давление высокое… Давайте я вам капельницу поставлю? — Не надо, со мной всё в порядке, — махнула рукой она и попыталась встать. — Тихо, тихо… Ир… Ирина Алексеевна, куда же вы? — задержала её Нарочинская, — Как я вас через персонал проведу? — Я хочу домой! — повысив голос сказала женщина. Голубоглазая поняла, что долго удерживать Павлову она не сможет. Ей ничего не оставалось делать, как незаметно вывести начальницу из Склифа через вход с другой стороны больницы, где почти никто не ходит. Марина взялась одной рукой за её талию, а второй за руку, пытаясь поднять. У неё это получилось. Они вместе дошли до двери, а потом Нарочинская приоткрыла её и оглянулась. Рядом с кабинетом никого не было, поэтому женщины быстро вышли оттуда держась друг за друга. Вскоре, они уже сидели в машине Марины. Выходя из больницы блондинка всё-таки захватила с собой все необходимое, чтобы поставить Ире дома капельницу. По дороге домой женщина заснула, после того, как сказала свой адрес. Маршрут оказался не длинным — начальница жила не далеко от своего места работы. И вот, коллеги подъехали к дому Павловой. — Ирина Алексеевна, просыпайтесь… — тихо сказала Нарочинская, легонько коснувшись её плеча. Та немного вздрогнула, открыв глаза. Нейрохирург помогла ей вылезти из транспорта, и снова взяв Ирину под руку повела её в квартиру. Благо, что в доме работал лифт, иначе долго они бы так не прошли, так как женщина уже засыпала на ходу и её совсем не слушались ноги. Наконец, открыв дверь ключом Марина завела свою спутницу в гостиную и уложила на диван. Она сразу «вырубилась», а голубоглазая сбегала обратно в машину, принесла специальный физраствор, который поможет при интоксикации алкоголем. Он пойдет на пользу заведующей. Подготовив иглу одной кистью она придерживала руку «пациента», а второй аккуратно ввела её в вену. Когда все было готово, женщина увидела того самого Кота, к которому так рвалась Ира. Он подошёл к незнакомке и обнюхал её, а потом потёрся об ногу в знак приветствия. Блондинка нагнулась к пушистику и погладила его, улыбнувшись. — Ой, ты наверное голодный… После этих слов, Марина решила похозяйничать на кухне коллеги. Увидев коробочку с кошачьим кормом на холодильнике, она достала её, открыла и насыпала в пустую миску. От стука тяжёлых гранул об пластмассу Кот тут же прибежал на звук и жадно накинулся на еду. Женщина стояла и наблюдала над этой картиной, а потом отошла в другую комнату, чтобы позвонить няне. — Алло, Здравствуйте! Это Марина Владимировна. Татьяна Васильевна, вы не могли бы остаться с Катюшей на ночь? На работе аврал… Конечно, настоящую причину своего отсутствия она не сказала. Няня любезно согласилась, а Нарочинская со спокойной душой осталась ночевать в квартире Ирины. Ей не хотелось оставлять её, а таком состоянии одну. Она прошла в свободную комнату и легла там, но сначала укрыла начальницу теплым пледом…