Тепло твоих рук

Наступило утро. Сегодня у обоих женщин был выходной. Яркий свет из окна заставил Павлову проснуться. У неё болела голова, и почему-то рука. Приоткрыв глаза она обнаружила капельницу, что являлось причиной боли в руке и немного зашипела от неё. Оглядевшись, женщина поняла, что находится у себя дома. Но, как она сюда добралась — оставалось загадкой. Вчерашний день, а точнее вечер, блондинка не помнила от слова совсем. Голова все ещё сама не своя, дико хотелось пить. Спустив ноги с дивана она попыталась встать, но задела капельницу примотаную к стулу со спинкой. Стул упал на спинку, заполняя комнату неприятным звуком. От этого стука в соседней комнате проснулась Марина, которая сразу направилась к Ирине. — Доброе утро, Ирина Алексеевна, — сонно потянувшись, сказала она. Кого-кого, а Нарочинскую увидеть у себя дома она точно не ожидала. — Доброе утро, Марина Владимировна… — не совсем поняв ситуацию, ответила женщина.  — Как вы себя чувствуете? — с переживанием спросила Марина, подойдя поближе к собеседнице и сев на стул, подняв его. По чуть-чуть к начальнице стали приходить воспоминания с вчерашнего вечера, но пока только его конец — как коллега довезла её до дома, и, видимо, осталась. — Если честно, очень стыдно, — опустила глаза в пол она, — Спасибо, Марина Владимировна, что помогли… Обычно я не позволяю себе такого, просто накопилось… — оправдывалась как могла Ира. — Ничего страшного, я всё понимаю. Мне очень жаль, что Геннадий Ильич так поступил с вами… — сочувственно сказала голубоглазая, переместив со своих колен руку на кисть Павловой, накрыв её. От такого жеста блондинка опешила. Теплая рука её коллеги аккуратно поглаживала тыльную сторону её руки. Она будто боялась испугать начальницу этим… Впервые Ирина почувствовала от кого-то заботу… Обычно, в отношениях «мужиком» была она. Она обо всех заботилась, опекала, как могла. А её снова бросили. — А… Как он поступил? — с непониманием спросила женщина, ещё не вспомнив их диалог в кабинете. — Ну как, не помните? Вы рассказали мне, что… Он вас бросил… — с паузами произнесла Марина. После этих слов, Павлова готова была провалиться сквозь пол. Ей было стыдно от своих пьяных откровений. — Простите… Мне даже сказать ничего, — на выходе ответила заведующая. — Не волнуйтесь, я никому не расскажу. Всё останется между нами. — Спасибо… Надо ж было так упиться… — женщина очень злилась на себя. Следующие пару минут они молча смотрели друг на друга, как будто никогда не виделись. Только сейчас Ира заметила, какие красивые глаза у Нарочинской. Они были похожи на два маленьких, кристально чистых озера. — А… Сколько уже времени? — решила прервать неловкую паузу начальницы. — Половина двенадцатого… — ответила Марина, посмотрев на наручные часы, — Ой, я же совсем забыла… Мне домой нужно няню отпустить. Она всю ночь с Катюшей была… — А, ну тогда езжайте. Я тут сама справлюсь… — Хорошо. И ещё… Может, перейдем на «ты»? — осмелилась спросить блондинка. Она сама не поняла, откуда в себе взяла столько смелости. — Давайте, — согласилась Ира, — Тоесть, давай… — Ну, тогда пока, Ир… — тихо произнесла она. — Пока. Нейрохирург оделась и вышла из квартиры женщины. По дороге домой она не могла забыть этот диалог между ними и сидя за рулём глупо улыбалась, прокручивая каждое слово. А потом, поймала себя на мысли какого-то непонятного влечения к этому человеку… Да, с ней было безумно приятно общаться, и то, что произошло сегодня сблизило их ещё больше. Придя к себе в квартиру, блондинку встретила няня её дочери, и, собственно, сама дочь. Няня попрощалась с ней и Катюшей и ушла, а у Марины был целый день на отдых, который она решила провести лёжа в кровати. Девочка решила полежать вместе с ней. Так они и провалялись в обнимку до самого вечера, а завтра ждал тяжёлый, трудовой день. У Павловой были примерно такие же планы, но прежде она решила сходить в магазин — в холодильнике «шаром покати.» Сходив в ближайший супермаркет, женщина разложила еду по полкам и быстро приготовила что-нибудь поесть. Выбор пал на фруктовый салат и курицу в духовке. Она поела, и конечно, покормила Кота. Ему очень понравилась курица. Начальница наблюдала, как кушает её любимец, но тут ей кто-то позвонил. На дисплее экрана высветилось: «Марина Владимировна Нарочинская.» Она незамедлительно взяла трубку. — Привет, Ир, как дела? — с улыбкой спросила голубоглазая. — Привет, хорошо. Что-то случилось? — Да нет, просто так позвонила… То, что Марина позвонила Ирине услышала Катя, и подбежала к ней со словами: — Мама, ты тёте Ире звонишь? Женщина тут же закрыла рукой динамик, чтобы собеседница ничего не услышала. Но, было поздно, и Павлова улыбнулась, когда услышала Катин голос. — Привет, Катенька, — ласково сказала она. Нарочинская отдала трубку дочке, чтобы та поздоровалась. Девочка была рада поговорить с ней. — Здравствуйте, тётя Ира! Как у вас дела? — радостно спросила она. — Привет, солнышко, всё хорошо. А у тебя как? — ответила блондинка, широко улыбаясь. — У меня тоже всё хорошо. Сегодня у мамы был выходной, а у вас? — У меня тоже был выходной. — Здорово! А мне уже спать пора… — сонно сказала Катя. — Ой, ну тогда спокойной ночи! — Спокойной ночи, до свидания, тётя Ира! — попрощалась девочка и отдала маме трубку. Нарочинская ещё немного поговорила с женщиной, а потом пошла укладывать Катюшу спать. А у Павловой после разговора с ребёнком поднялось настроение, но вскоре, она тоже отправилась в царство Морфея, так как завтра нужно было рано вставать. Обе женщины заснули.