Истинный

Сокджин сорвался из дома, забив на все планы выходного дня, и побежал в ближайшую аптеку. Закупив все нужное, омега поймал такси, умоляя ехать как можно быстрее. Через двадцать минут он побежал по лестнице, мчась на четвертый этаж. Сразу открыл незапертую на ключ дверь. В нос ударил сильный запах ванили, а из спальни послышался болезненный стон. Ким наспех стянул обувь и зашёл в спальню. Пак, скрутившись, лежал на кровати и кричал-стонал в подушку, заглушая громкость собственного голоса. Сокджин подлетел к Чимину. Тот оторвался от подушки и посмотрел на старшего покрасневшими от слез глазами. —Чимин,—тихо произнес Сокджин, прижимая младшего к себе,—Чимин, я здесь, все хорошо, ты не один. —Мне так больно, сдел.. ай, сделай что-нибудь,—почти скулил Пак, вскрикивая посередине фразы от резкой боли,—Джин-хен, пожалуйста,—хныкал младший, прижимаясь к Киму. —Чимин~и, ты же знаешь, что врач нам по часам расписал. Это же первый день. Сегодня можно только таблетку-блокатор. Но перед сном, иначе ночью будешь мучаться,—сказал Сокджин, поглаживая друга по спине и сильно сочувствуя ему. Вдруг его голову посетила неплохая идея,—Чимин, я тебе дам блокатор сейчас, хорошо? А ты постараешься поспать, ладно?—Пак кивал,  соглашаясь на все, лишь бы избавиться от этой мысли и о желании почувствовать запах Юнги. Именно его. Масло сандалового дерева, которое так нравилось омеге, казалось лишь жалкой пародией аромата Мина. К альфе сильно тянуло, за что Чимин злился на себя. Сокджин растворил таблетку снотворного в воде и принес этот стакан и блокатор. Чимин, не задумываясь, положил таблетку в рот и выпил всю жидкость. Ким помог младшему лечь на бок и стал аккуратно поглаживать по спине и голове. Через пару минут Пака потянуло в сон. Когда он уснул, старший накрыл его одеялом и поцеловал в висок. Ким закрыл квартиру и засек таймер на примерное действие таблетки. Он быстро побежал по лестнице вниз и стал ловить такси. Медлить нельзя. ~~~ Омега заходит в большое красивое здание, в котором за последний месяц был не раз, чтобы принести что-либо забывчему альфе или просто навестить, когда тот слишком утопал в работе. Сокджин даже познакомился с Юнги в другой обстановке. Если бы альфа не поступил так с Чимином, Ким бы мог поддерживать дружеские отношения с ним. В Юнги же с того злополучного дня что-то изменилось. В его мыслях, чувствах и желаниях. Он сразу же выяснил об отъезде омеги и расставании с Чон Хосоком. Как бы Мин себя не обманывал, но был всё-таки рад их расставанию. Альфа не знал точной причины, но все же теперь к Чимину будет легче подобраться. Мин чувствовал себя странно. Его тянуло к ванили, к Чимину и хотелось, чтобы тот был рядом, чтобы был с ним. Хотелось Чимина. Для Юнги это было чертовски невыгодно, потому что этот омега ангельской красоты занял его мысли, мешая сосредотачиваться на чем-то другом. Мин рассказал об этом Намджуну, и тот вынес вердикт: —Ты влюбился, Шуга. С того дня Юн слишком часто задумывался. Влюбился. Какое интересное и новое слово для него. Он не влюблялся, а зачем? Мин обладатель красивой внешности, немаленького состояния. Он мог затащить в постель любого и любую омегу без особых уговоров. Ему никогда не приходилось насиловать кого-либо. Но вот с Чимином пошло что-то не так. Всем кажется, что Юнги чёрствый и грубый кусок льда. Но он тоже чувствует, причем сильнее , чем многие люди. И почему-то, только приняв свою влюбленность, Мин понял, что натворил. Ему стало вдруг настолько противно от самого себя, оттого, что он посмел сделать, ведясь на поводу животных инстинктов. Этот омега однозначно вскружил ему голову. Альфа очень хотел извиниться перед Паком, загладить свою вину, хоть на коленях ползать. Он узнал, что тот уехал. Пытался звонить, но омега то ли поменял номер, то ли просто выключил телефон. Юнги не понимал, что делать, а, узнав о расставании Чимина с альфой, он решил дать младшему время. Странные чувства приходилось заглушать алкоголем, а потом в пьяном бреду рассказывать Намджуну о своих чувствах к омеге,  о своих мыслях. Джун никогда не перебивал того. Юнги всегда держит мысли при себе и редко делится искренними переживаниями, считая, что никому это не надо. Мину давно пора выговориться, а алкоголь только помогает в этом. Даже сейчас, сидя у себя в кабинете и перебирая какие-то бумаги, Юнги думал о Чимине, пропуская мимо ушей все, что ему говорят. Вдруг дверь в кабинет резко открылась, чуть ли не слетая с петель, а в проёме появился запыхавшийся омега лучшего друга. Мин вскинул брови и поднялся со своего места. Омега двинулся внутрь, вставая посреди помещения. —Раздевайся,—сказал тот, а Мин ещё больше удивился, даже не зная, что сказать. Намджун, сидящий до этого на одном из кресел,  вскочил и двинулся к Сокджину, а в его глазах уже искры злости летали. Он встал перед омегой, который даже не заметил своего альфу в помещении, думая, что аромат мяты кажется ему или остался от прошлого прихода в этот кабинет. Джин уже собирался продолжить речь, но альфа перебил: —Ты совсем уже? Тебе меня уже не хватает?—громче обычного спросил Намджун, хватая Джина за подбородок, чтобы тот смотрел на него,—Я был о тебе лучшего мнения,—произнес Джун, а у Джина глаза округлились. Он смотрел на альфу, но не злился, так как сам некорректно высказал мысль,—Какая неудача!—злился Намджун, доставая что-то из кармана и кладя в сокджинову ладонь,—А я уже предложение тебе собирался делать,—сказал он. Сокджину и сказать нечего. Омега смотрел на Намджуна, потом на бархатную коробочку в его руке. —Что за хуйня тут происходит?—не понимая происходящего, спросил Юнги, но его никто не услышал. Пара все также переглядывалась. —Засунь свою ревность куда подальше, я не договорил,—сказал Сокджин, вспоминая цель приезда и отдавая коробочку владельцу. Он толкнул альфу и подошёл ближе к Юнги,—Не подумай ничего, мне нужны шмотки с твоим запахом. Срочно. —То есть мой запах нас уже не устраивает?—опять начал возмущаться Намджун. Юнги просто следил за их действиями. Джин быстро подошёл к альфе и несильно ударил его в плечо. —Да это не мне!—уже начал злиться Сокджин от этой нелепой ситуации. Из его глаз от какой-то обиды даже брызнули слезы. —А кому?!—не веря, крикнул Джун. —Чимину!—крикнул в ответ Джин, сразу же закрывая рот рукой и понимая, что ляпнул лишнего.  Он мысленно ударил себя по лбу, надеясь, что никто не заинтересуется этим. Джун замолчал. Он притянул омегу в крепкие объятия, шепча извинения и поглаживая по спине. —Всмысле? Джин, он что в городе? Когда он приехал?—словно очнувшись от долгого сна, спросил Юнги,—Что с ним? —Прости, я не могу говорить. Да и после произошедшего... Не могу сказать, просто нужны твои вещи. Юнги молча стянул свое худи, оставшись в футболке, и протянул Сокджину. Он был рад, что хоть чем-то поможет Паку. Джин благодарно улыбнулся. Он обернулся и увидел Намджуна, стоящим на одном колене и с  протянутым в руке кольцом. —Раз я уже все спалил, ты выйдешь за меня? —Мы знакомы меньше трёх месяцев,—не сдерживая слез, произнес Сокджин. Намджун повторил свой вопрос. Джин коротко кивнул. Джун поднялся с колен, надевая кольцо на сокджинов палец, надеясь, что не прогадал с размером. Украшение идеально подошло Джину. Намджун притянул омегу за талию, требовательно целуя пухлые губы и чувствуя соленые слезы любимого. Юнги наблюдал за этим и лёгкая улыбка тронула его лицо. Он был очень рад за них. Если бы Намджун заметил, то обязательно сказал что-то такое: "Серьезный господин Мин начал таять", а Юнги бы несильно ударил того.