Истинный

Чимин собрал свои вещи и закрыл чемодан. В этой квартире оставаться на хотелось ни ему, ни Хосоку. Она хранит слишком много воспоминаний. Чимин не мог прекратить плакать, а, когда начал собирать вещи, расклеился вообще. Он пошел проверять, все ли взял. Зайдя в ванную, Чимину в нос ударил сильный аромат корицы от лежащей там толстовки альфы. Покинув эту комнату, Пак зашёл в гостиную, улыбаясь всплывшим в голове воспоминаниям. На кухне тоже такая ситуация. Эта квартира напоминает о стольких прекрасных моментах, и Чимин мечтал бы жить в ней с Хосоком ещё долго, но судьба явно против него. Пак подкатил свой чемодан и последний раз взглянул на квартиру. В этом коридоре он всегда встречал Хосока, прыгая на него и напористо целуя. Что-то скребло в душе, было так грустно расставаться с этим местом. Слезы предательски катились по щекам, не желая останавливаться. Он накинул куртку и двинулся к выходу, как кто-то зашёл в квартиру. —Чимин~и, чего трубку не берешь!? Такое расскажу, не поверишь!—произнес Сокджин, закрывая дверь. Он обернулся и увидел плачущего Пака, держащего чемодан,—Чимин? —Джин-хен,—тихо произнес Пак и заплакал пуще прежнего. Джин мгновенно подлетел к младшему, заключая в крепкие объятия,—Все закончилось,—всхлипывая, сказал Пак и уткнулся в грудь старшего. Джин попытался успокоить младшего. Последний немного пришел в себя и рассказал все Киму. Старший предложил поехать к нему, понимая ,что каждый уголок квартиры напоминает Чимину о Хосоке. Джин вызвал такси и помог младшему. Через час Пак уже спал на сокджиновых коленях, шмыгая носиком. Джин перебирал его волосы, не понимая, за что этому ангелочку пришлось пережить такое. За что с ним случилось все это? Джин подложил под голову младшего подушку и вышел из комнаты, надеясь не зарыдать от такой несправедливости к Паку. Чимин уехал на следующий день. Он сказал, что побудет какое-то время с семьёй. Пак просто не хотел мешать Джину и Намджуну, с которым старший ругался по телефону, думая, что Пак спит. Пак ехал несколько часов и тихо плакал, пересматривая старые видео с Хосоком. Его разумная часть ругалась на другую. Все , закончилось. Больше он не увидит улыбки Хосока, не почувствует запаха и прикосновений, не будет вздрагивать, когда Хосок опять громко закричит от радости. Не будет нежных поцелуев по утрам и не только, не будет совместной готовки и просмотра фильмов. Пак больше не заснёт, утопая в аромате корицы. Чимин покинул транспорт, направляясь к дому родителей. Он быстро дошёл и позвонил в дверь. А ведь полтора года назад Пак приезжал с Чоном, чтобы познакомить с родителями. За дверью послышались споры родителей про то, кто пойдет открывать. В итоге Чимин услышал приближение папы. —Чимин-и? Чимин-и, мой малыш, что с тобой?—спросил старший омега, заметив большой чемодан и опухшие, покрасневшие от слез глаза сына,—Чанёль!—закричал он, заводя своего единственного ребенка в дом,—Чанёль, помоги с чемоданом!—снимая с сына верхнюю одежду, кричал омега. —Что?—спросил альфа, выходя из гостиной. Он остановился в проходе и оглядел Чимина, удивляясь. —Отнеси чемодан в комнату Чимина, балбес. К нам сын приехал,—сказал Бэкхен. Чанёль решил не задавать вопросов сейчас и отнес чемодан, сразу покидая комнату, зная, что у омег будет разговор. Бэк помог Чимину переодеться в более удобную одежду и посадил перед собой, тревожно смотря на состояние своего ребенка,—Сыночек, расскажи папе, что случилось? —Папа,—жалобно проскулил омега,—Мне так плохо и больно, папа,—прижимаясь к родителю сказал он и все-таки начал свой рассказ во всех деталях , хотя и не желал беспокоить папу до сегодняшнего дня. Бэкхен слушал сына со слезами на глазах. Ему было больно смотреть на такое состояние своего ребенка. Бэк дал ему успокоительное, и Чимина медленно потянуло в сон. В царстве Морфея Пак повторял имя Хосока, прося не уходить. У старшего сердце разрывалось, он никак не мог помочь своему ребенку. ~~~ Чимин долго не мог прийти в схебя. Он плакал по ночам, зажимая рот подушкой, чтобы отчаянно не закричать, пересматривал фото и видео с Хосоком, перебрал вещи, подаренные альфой, и постоянно думал о нем. Родители старались отвлечь своего сына от страданий, пытаясь занять чем-нибудь. Чимин же задыхался от дикой боли в груди, от груза вины на душе и от отсутствия породнившегося аромата. Омега злился на себя, начал пить подавители запаха, чтобы не чувствовать нотки сандала в своей ванили. Он занимал себя как мог, стараясь отвлечь от мыслей о Хосоке и Юнги. О последнем ему думать совсем не хотелось, но мысли все же лезли в голову. Пак не знал куда выплеснуть эмоций. В один вечер он взял ручку и лист бумаги, начиная что-то быстро писать, выплескивая эмоции. У него получились неплохие стихи, которые помогали избавиться от всех мыслей. Чимин стал потихоньку приходить в себя, все меньше плача по ночам. Мысли о Хо никуда не делись, но думал омега только о том, чтобы Чон смог стать счастливым и найти достойную вторую половинку. Спустя две недели с лишним Чимин вернулся в город, хотя долго убеждал родителей о своем нормальном состоянии. Пак, наконец, смог свыкнуться с потерей любимого, конечно же понимая, что никогда не забудет его. Он все ещё страдал, но молчал о терзающий его душевной боли. Пак купил трёхкомнатную квартиру, планируя сделать все так, как ему хочется. Чонгук последнее время часто ссорился с родителями, приходя к Чимину и оставаясь на ночь. Младший старался не упоминать о Хо, а старший был рад, что их дружба с Чонгуком не испортилась из-за сложившейся ситуации. Но в один из дней Пак сам спросил юного омегу как сейчас Хосок. Чонгук замялся, но все же ответил: —Он говорит, что впорядке, но я видел....—Чонгук замолчал, думая стоит ли это говорить,—как он плакал и обнимал твою черную рубашку,—Пак грустно улыбнулся, понимая, куда пропала его вещь. Хосок переживал тоже самое, что и он,—Он продал вашу квартиру и студию. Хосок собрал вещи и уехал из Сеула, никому не сказав куда. Чимин погрустнел ещё больше, виня себя за вынужденный уезд альфы. Он продал студию, в которой так много трудился, вероятно, чтобы каждый уголок того места не напоминал о Паке и их совместных тренировок. Пак потихоньку обустроил квартиру под себя. Спальня, гостиная и гостевая комната для друзей, часто остающихся у него. Сокджин устроился поваром в  детский дом, узнав как плохо кормят малышей. Чимин был рад за друга  проявляющего такую доброту. После работы Джин забегал к Паку, контролируя его самочувствие и отвлекая от плохих мыслей. Чимин не хотел какое-то время работать в ресторане и устроился консультантом в интернет-магазине для омег. Ему очень даже нравилось помогать в выборе каких-либо вещей, а клиенты очень хорошо отзывались о Чимине и больше покупали в этом магазине, что увеличивало заработную плату омеги. Но, конечно, он до сих пор думал о Хосоке. В моменты, когда эмоции и мысли уже перегружали голову, Чимин садился за стол. В руках ручка и рядом маленький блокнотик, заполненный стихами. Пак вздохнул и начал писать, что в голову лезло, совсем не пытаясь сдержать рвущиеся наружу слезы. Уже устал я от всего: Быть сильным и терпеть. В душе не остается ничего, А жизнь лишь заставляет помрачнеть. Я попытался все забыть И жить как раньше без него. Но боль заставила лишь взвыть И пожалеть, что встретил всё-таки его. Но легче оттого не стало, И вновь рыдаю, что есть силы. Он в голове моей застрял, Воспоминания задушили.