В тени ночной...

Я шла под дождем, по размытой. Куда я иду? Сама не знаю. Но к рассвету я была уже у соседней деревни. Капюшон хорошо скрывал мое лицо от прохожих, но страх не оставлял меня и я решила, что отдохну, когда уйду подальше. Но далеко уйти мне было не суждено… – Эй куколка! Куда такая ранняя пташка направляется? Кровь в моих жилах застыла. Это был голос Дмитрия, с ним отец любил поиграть в карты. Я ускорила шаг. – Да стой ты! Я не обижу! Он сдернул с меня капюшон. Ты? И что же ты здесь забыла? Твой бедный муженек хорошо заплатил за тебя. Я ринулась бежать, но силы подвели меня, ноги подкосились и я полетела прямо в грязь. И вот я снова дома. Так меня не били уже давно. В зеркале, в маленькой холодной ванной ,осматривая свое изуродованное синяками тело, я увидела ее – свою мать. Я часто видела ее в своем отражении, ее лик помогал мне держаться и стойко сносить удары судьбы… ну, или отца. –Хэх. Я горько усмехнулась своему отражению и принялась смывать застывшую грязь с волос. Это было самое тяжелое и долгое утро в моей жизни. За сестрой прислали карету и она уехала даже не попрощавшись со мной, а брата отец не пускал даже на второй этаж, на котором я коротала время до приезда Гора, так звали того старика, которому Авдей отдал меня за долги. Любые мысли о побеги сразу же отсекала саднящая спина и туго затянутый корсет. Я подошла к зеркалу. Такой красивой я не была никогда: черные как смоль волосы убраны в изящную прическу, красивое, расшитое золотом и бисером мамино платье и туфельки с каблучками, которые красотой своей ничем не уступали платью. И пусть покарает меня Ивирна, но я надеюсь, что старик помрет не доехав ко мне. И пусть проблема не исчезнет, но у меня будет больше времени продумать свой побег. Прошло больше трех часов, как вдруг я услышала стук копыт, не меньше сему лошадей. Вдруг в комнату постучали. Это был Авдей. – Выходи, отродье, за тобой приехали. Ишь ты какая красивая! Надо было за тебя больше просить. Я покорно вышла во двор на котором еще было по меньшей мери двенадцать молодых всадников, все как один: волосы темные, а глаза- изумруды. Кроме одного – седой старик сильно отличался от всей своей свиты. Он был уставшим и на вид очень злым. – Я приехал забрать свой долг! Голос старика эхом прошелся по всему участку. Строгий, волевой, но на странность очень молодой, совсем не подходящий старику. – Здесь мое сокровище, от сердца отрываю! Сказал отец, подталкивая меня к коннице. – Мария. Промямлила я. – Ну несчастное дитя, забирайся на лошадь. Он подал мне рука, а молодой парень помог мне залезть. На грязный шут, вот расписка, теперь ты свободен от моего долга. И кони поскакали вдаль. Мы ехали трое суток и только к вечеру приблизились к Мертвому лесу. – Спаси меня, Ивирна. Прошептала я. – Мы не молимся вашему лже богу, а теперь, когда ты воссоединилась с нами, тебе тоже не стоит. Сказал старик. Ехать было скучно и я начала мое любимое дело- допрос: – Как вас зовут? –Дамоклус – От куда вы? – Мы живем везде и нигде – А где именно? – * пфф* в лесах – Куда мы едем? – На юг. – Зачем вам я? – Узнаешь как приедем. Дамоклус первоклассно отбивался от всех моих расспросов и даже ни разу не повысил на меня голос. Периодически мы останавливались поесть, ну точнее ела я, а они чистили коней. Спать приходилось облокотившись на моего спутника, я так и не поняла почему они не спят, не едят и не пьют. Но моя голова была забита другими вопросами: Как там Лена и Андрей? Все ли у них хорошо? Скучают ли они по мне? За такими мыслями я быстро засыпала и проспала где-то больше чем пол дороги. – Ты когда-нибудь была в Мертвом лесу? Спросил меня Дамоклус. – Дальше родной деревни я некогда не ходила. Ну слукавила я, но не расскажешь же ему, что я пыталась сбежать и так глупо попалась. – Знаешь почему он так называется? – Нет… – Около пяти тысяч лет назад, ведьмы и оборотни объявили войну людям, но из-за внутренних разногласий начали убивать не своих истинных врагов, а друг друга. Все это происходило на прекрасном маковом поле, но когда кровь волка и ведьмы смешивалась и попадала на маки из них вырастали большие деревья. Эти деревья были полые внутри, на них не росли ни листья, ни плоды. Так и появился этот лес. И людям вход в него воспрещён, так как деревья все еще хранят обиду. Мы въехали в Мертвый лес.