Откуда оно взялось?
13 апреля 2021 г., 19:13
Была глубокая ночь, часа два, или около того, когда Синдикат собрался вместе на новое срочное заседание.
Ранбу видел к тому времени пятые сны, едва Филза стал выламывать дверь в его комнату тремя сильными ударами. Чуткий сон Энда был прерван, и тот, недовольно зевая, сел на кровати и устремил взгляд за окно, рассматривая яркие пятна звезд, изредка просвечивающие среди набегающих туч.
Тоска захватила душу Ранбо. Если его подняли в такую рань, то вести точно будут неутешительными, хотя казалось, куда уж еще хуже. Едва их родные земли стали жить спокойно, без войн и взрывов, так сразу показали нос адепты проклятого Яйца. И ладно бы, вели себя мирно, но эти недоделанные свидетели Бога принялись активно разрушать жизни всех, кто только был рядом. И можно было бы подумать на проделки Дрима, он единственный творил все любые сложные планы, но вряд ли он был способен руководить такими масштабами из тюрьмы. Кто-то утверждал, что это самое защищенное место на всем сервере, и Ранбу в этом не сомневался.
Ему вообще было без разницы, защищено это место или нет. Голос в его голове всегда появлялся сам по себе, никакие стены не спасали от внезапно накрывающего безумия. Но больше всего Энд переживал не за себя, и не за дом. Новое убежище построить несложно, да и с тремя жизнями внезапную атаку можно будет и перетерпеть.
Переживал Ранбо за своего мужа, который, к большому сожалению, имеет свойство случайно закончиться. И, попав под влияние дрянного Яйца, совсем уязвим. Теперь Туббо, оставив и Энда, и Майкла совсем в одиночестве, бродит где-то в окрестностях отеля Томми, держась подальше от церкви, и сажает всякие кровавые лозы.
Сердце Ранбу болезненно сжалось от очередной мысли, что все так и может закончиться. Что его дом навсегда останется брошенным где-то неподалеку от дома Филзы, сиротливо глядя пустыми оконными рамами на просторы Арктики. Что они навсегда останутся в одном доме с Техно, потому что разделяться сейчас крайне опасно, и будут здесь, пока Кровавые лозы не протянут щупальца к ним, чтобы одурманить и захватить. Пусть у некоторых и есть иммунитет, чтобы противостоять этим отвратительным сорнякам, стресс и страх всегда будут помехой.
Мотнув головой, Ран очнулся от разрушительных мыслей, осознавая, что сейчас едва не уснул. Потянувшись, Энд зевнул и телепортировался в подвальное помещение, накинув на плечи одеяло вместо кофты. Все же, за «круглым» квадратным столом всегда было холодно.
Прибыв последним, из-за длительных раздумий, Ранбу тихо кашлянул, дабы привлечь внимание к своей персоне и присел на грустно скрипнувший стул. Сидящий рядом Филза бросил на опоздавшего короткий взгляд, так и говорящий, что случилось нечто нехорошее, и продолжил барабанить худыми жилистыми пальцами по полированной поверхности рамки портала Края.
Техно прохаживался взад-вперед, меж раздвинутых в спешке или гневе стульев, натянув на плечи красный плащ так, будто пытался утонуть в нем или сделать себе кокон.
—Я… здесь, — негромко произнес Ранбу, полагая, что Блейд просто не заметил присутствия Энда.
—Заткнись, я думаю! — раздраженно выкрикнул мужчина, но тут же вспомнил, где находится. —Извини, Ранбо.
—Понимаю… — пробормотал гибрид.
—Лучше объясни, почему ты не можешь сказать эти вещи наверху? Ты опять стараешься осторожничать? Параноишь? — крылья Филзы дернулись, следуя недовольству хозяина.
—Я не параноик, я просто предусмотрительный, — поправил его Техно, на минуту замирая в одной точке. —В своё время моё «осторожничание» спасло жизнь Томми, а сейчас предохраняет нас от преждевременного попадания в лапы Лоз. Кто знает, где у них уши?
—У них нет ушей, — фыркнул Фил.
—Это ты так думаешь. Ладно, довольно болтовни. Могу сказать главное — мы потеряли Сночестер. А это значит, что Джек, Паффи, возможно, даже Фулиш — все они против нас. Мы стремительно теряем позиции, и, боюсь, все же будем поглощены, — Техно вновь замельтешил перед глазами.
Фил охнул — так болезненно, как будто ему сообщили о скорой смерти. Что-то похолодело в груди Энда, сердце съежилось, словно пытаясь остановиться насовсем. Он слишком болезненно переживал потерю своего мужа, а теперь, когда известия из городов становились только пугающе, Ранбо совсем потерял надежду на счастливое спасение. Может, они больше никогда в жизни не смогут вернуться к привычному укладу? Плакали его вечерние мечты о счастливом будущем, возвращении Туббо и мирной жизни в коттедже.
—Что же нам делать? — потерянно промямлил Ран. Его ушки безжизненно повисли.
—План есть. Один, большой и безумный. Мы должны пробраться в город, отыскать всех, всех выживших, и пуститься в большое путешествие. Нам стоить бросить дом, ведь если мы будем иметь постоянное место жительства, лозы поработят нас. Мы уйдем, будем искать способ одолеть эту инопланетную гадость. Потому мы просто обязаны выдвинуться прямо сейчас.
—Прямо сейчас? В такую ночь? — вяло засопротивлялся Филз, но был остановлен непреклонным утверждением Блейда.
—Да. Иначе никак. Мы должны спасти всех выживших, кто только остался, и придумывать план. Как минимум, ради... - короткая пауза ознаменовала внутреннюю борьбу между принятием любовных чувств и неприятием правительства в общем. - Таббо. Постараться ради него.
Ощутив на себе сочувственный взгляд, Ранбу опустил голову, вжав её в плечи. Он не мог плакать, ведь слезы вызвали бы больше боли, вместо облегчения, но вина тяжким грузом преследовала его всюду. Не стоило отпускать Туббо в город одного, даже если Ранбо и был уверен в безопасности дорог. Кто же знал, что Бэд и его мания Яичной империи будет куда выше простого понимания чувств. Кто же знал, что несчастного блондина запихнут в особую камеру, насильно заразят.?
—Мы справимся, Ран, — Фил опустил свою тяжелую руку на плечо Энда. —Ты держись главное, мы поможем. Один ум хорошо, а нас — трое, значит выход обязательно будет.
Поджав губы, Ранбу кивнул, не имея даже сил взглянуть в глаза крылатому. Что толку, если он сейчас расплачется? Только оставит новые шрамы, которые вечно появляются после контакта с этой водой.
—Знать бы, как вообще образовалось это Яйцо, может, мы смогли бы что-нибудь придумать с этим, — пролепетал Ранбо, разглядывая замысловатые узоры на гладкой поверхности блока портала Края.
Техно фыркнул, а может и хрюкнул, заливаясь смехом.
—Это не смешно, — помрачнел Филза, а ладонь его непроизвольно сжалась на плече Энда.
—Еще как смешно! Ну-ну, расскажи, как твой ненаглядный сынишка торговал в далекие времена дурью, — Ран поднял голову.
—А-ам, прости, Филз, я не хотел, не стоит, это наверное…
—Все в порядке, — перебил его крылатый, горестно вздыхая. — Мы учимся на чужих ошибках, мне стоит… поведать…
***
—Еще ящик на четыре фунта, и будет готово, — Эрет небрежно швырнул на стол небольшой мешок, очень недовольно отдавая честь, и скрылся за дверью, пропадая в глухой ночи. Уилбур наконец качнулся вперед, выходя из некого состояния транса, и торопливо схватил подачку, развязывая шнурок. —Уил, — подал голос Фанди, прятавшийся до этого в тени лампы. —Уил, скажи, зачем нам это? Сут не ответил. Торопливо высыпав на ладонь ярко-красные семена, он тут же принялся заботливо их рассматривать, как будто получил в свою дорогую коллекцию редких штучек очередной антиквариат. —Уил, нас подозревает Сапнап. Мы врем Туббо и скрываем половину от Томми, отец, к черту это все?! —Как ты думаешь, — самым заинтересованным тоном произнес Уилбур, игнорируя предыдущие вопросы. —Эти штучки можно будет перемолоть и использовать как опиум? Говорят, на них неплохо можно подзаработать, стоит завысить цену на десяток стерлингов? —Ты не ответил на мои вопросы, Уилбур Сут! — Фанди пришлось повысить голос, чтобы самоупрямый революционер наконец соизволил опустить взгляд на своего сына и ближайшего друга. —Ладно, ладно, слышу я тебя, — недовольно цыкнул Уил, отвлекаясь от своих драгоценных семян. Недовольно обвел взглядом помещение Камарвана, пристально, оценивающе зыркнув на Фанди. —Выйдем на улицу, здесь душно. Обиженно махнув хвостом, Фанди приглашающе приоткрыл дверь, первым выныривая на свежий ночной воздух. В помещении слишком уж пахло химией и гарью варочных стоек. Уилбур последовал за ним, выскользнув бесшумной тенью. —Взгляни только, какая гадость, — Сут пересыпал пару ярко-красных семян в ладони лисенка, который тут же, по неловкости своей, обронил пару. —Надеюсь, ты будешь благоразумен, что никогда в жизни не заниматься подобным. —Но мы… Создаем наркотики сами, верно? — неприкрытое сомнение было слышно в голосе перворожденного Манбурга. Уилбур лишь рассмеялся, рассматривая с холма фигурки суетящихся внизу людей. Солдаты заносили последние поставки всевозможной галлюциногенной дряни в подземный погреб, прежде чем отправиться на заслуженный отдых. —Я не считаю это чем-то плохим, — ожил наконец Сут. —Наша экономика слаба, а деньги нужны. Быть наркоторговцами — достаточно прибыльное занятие. А сам Веспасиан, римский император… —Сказал, что деньги не пахнут, я помню, — вздохнул Фанди. —И все же, разве это не является преступлением, разве мы не ведем себя плохо? —Ни капли. Сам подумай, кто может покупать наркотики? Кто? Если это медики, военные врачи, пусть и наших врагов, то разве это плохо? Пускай лечатся себе на здоровье, мы гуманная нация. А с другой стороны — если не хватает у людей мозгов, после всех объяснений, после всех доводов, не принимать эту дрянь, зачем запрещать им травиться? Мы свободны в своём выборе, как птицы в небе, мы не можем ограничивать людей несознательных. Кроме детей, конечно. Уилбур перевел взгляд на небо, глядя то на звезды, то на яркие сигнальные костры. —Даже тебе, Фанди, я не могу запретить. Объяснив уже несколько раз, что это плохо, приведет к вашей смерти, я не могу сделать большего, как положиться на вашу сознательность и благорасудство. Я не буду останавливать никого, как бы то ни было, мы все свободны. Повторив это, Уилбур опустил взгляд на сына и вдруг воскликнул. —Черт возьми, ну куда же ты рассыпал эти семена! Ты знаешь вообще, как много они стоят?! Хорошо это были только образцы, но, Фанди, мама родная! Лисенок виновато опустил ушки, понимая, что это образцы уже не спасти, и лишь смотрел, как они утопают в черной земле, расплывающейся в грязь от недавнего дождя. —Идем спать, горе луковое, — закатил глаза Уил. Знали бы они, какую ошибку допускают, оставляя семена прорастать. Никто не обращал внимания на цветущие красные растения. Мало ли таких ростков в Аду, мало ли, какую пользу могут принести они, или какой вред? Всем было очень даже без разницы. Ровно до тех пор, пока первые зараженные не показались на белом свете. До тех пор, пока многие не узнали про Яйцо. Не все могли бороться, не все могли противостоять губительному влиянию. Пугали лозы только тепло, розы и, как ни странно, зеленый цвет, но остановить их прорастание не мог даже обсидиан. Стены вокруг этого инопланетного растения, построенные для безопасности, были буквально поглощены и расплющены красным месивом. Многие боролись, многие пытались уничтожить адептов нового Бога, многие пытались вырваться из цепких оков, но все тщетно. Стоило лишь немного позволить заражению распространиться в теле — и ты уже труп. Восхваляешь Яйцо и спешишь заразить всех своих друзей и знакомых. Как в финансовой ловушке-пирамиде: приведи друга и получи бонус. А обманчиво теплый искаженный голос в сознании будет ласково твердить: «Ты делаешь все правильно, продолжай. Продолжай и будешь вознагражден»***
—Ты точно уверен, что мы должны поступать именно так? Уверен, что мы должны забрать все вещи сейчас? — Филз, проверив полупустой инвентарь лишь с самым необходимым, вроде кирки и топора, накинул на голову теплый меховой капюшон зимней куртки, подаренной ему Паффи. Можно сказать, это последняя память о смелой, доброй капитанше, что теперь разносит вокруг лишь смерть. Движение сквозь необъятные просторы холодной Артики до самого материка, особенно среди ночи, полной нежити, отнимет куда больше времени, чем быстрая прогулка сквозь Ад. Но ради безопасности портал был давно разрушен, как и путь от Общественных дорог до северных коттеджей, отрезавший крохотный кусочек здравомыслящих от орд зомби. —Нет. Не уверен. Но всегда нужно держать в голове вероятность побега. Потому и Майкла придется взять с собой. Если на дом кто-то нападет, то спасти ребенка будет проблематичнее, — сухо ответил Блейд, но в его белых глазах отразилось секундное сомнение. Ранбо качнул головой, усаживая Майкла на лошадь. Родительски поправил шапку на голове приемыша, придирчиво осматривая лошадь, бросая задумчивые взгляды на конюшню позади: не забыл ли чего? Брать ребенка прямо в самое пекло глупо, но и оставлять одного не представляется возможным, как и оставить кого-то из взрослых здесь. Придется следить за пасынком неустанно. Хотя, кажется, Майк и не был против кратенькой, как думал сам мальчишка, поездки. Ещё и на ночь глядя, когда его обычно укладывают в кровать. Это ведь так здорово! Вцепившись в поводья, Майкл шлепнул пятками по бокам лошади, ну просто требуя, чтобы та отправилась скорее, и всем своим видом показывал недоумение, когда животное не сдвинулось с места. —Ты прав, — кивнул Ран, проверяя содержимое сумки и оружие. Мечом он владел не очень умело, но хотя бы для вида стоило бы нести его с собой. Вид зачарованного алмазного клинка должен уж точно отпугнуть и разумных, и неразумных. —Значит, запомнили, спасаем всех, кто не агитирует за Яйцо и бежим прочь. Если выйдет, возвращаемся на базу, чтобы захватить остальной хлам. Если нет — сбегаем. Мы найдем способ остановить Яйцо, поверьте! Нам главное не унывать. Все знают, что страх — худшее, что может случиться с нами, — Блейд легко запрыгнул на лошадь и натянул поводья. Филз повторил за ним, но более неуклюже. Пусть у него и были крылья, но летать мужчина физически не мог, даже пробовать боялся: кости плохо срослись после всех повреждений. Да и лишней лошадь не будет, неизвестно, скольких придется вытаскивать из города-призрака. Последним на свою лошадь забрался Ранбу, позади Майкла, чтобы придерживать веселого ребенка. Техно бросил взгляд на свой маленький отряд, затем всмотрелся в затянутую мглой бескрайнюю пустошь и чиркнул зажигалкой. Факел запылал в его руке, огонь задрожал от ветра, рассыпаясь яркими блестками по поверхности рыхлого снега, намеченного за ночь. Техноблейд тут же вскинул руку высоко, чтобы его товарищи могли заметить свет среди мрачной ночи, словно огонь надежды, и гаркнул, пришпорив коня: —Вперед!
