Только не злись, Рик

— Ч-что?! Сердце заколотилось быстрее. Морти просто не понимал, как… — Я давно уже подозревал. Но не мог поверить до последнего, что… — поморщившись, Рик сжал переносицу пальцами. — Мне надоело слушать твои глупые отговорки. Рассказывай все, как есть! Не такого разговора ожидал Морти сразу же после первого в своей жизни секса. Почувствовав себя неуютно в обнаженном виде, он накрылся одеялом, молча наблюдая за Риком, и, разминая затекшие руки, попытался собраться с мыслями… — Э-это… это н-н-началось после того, как ты ушел, — проглотив ком в горле, нехотя начал он. — С-сначала… сначала было п-по мелочи, подзатыльники там, пощечины, а п-потом… Одевшись обратно в халат, Рик взял бутылку из шкафчика. Вытащил пробку зубами и, выдохнув, поторопил: — Потом? — П-потом было… б-б-было п-проводом… и-и ремнем… и л-линейкой, и лбом об стол, и… и об стену тоже… В хижине повисла зловещая тишина, прерываемая одним лишь бульканьем. Выпив треть бутылки залпом, Рик размашисто вытер губы ладонью и, нахмурившись, устремил на внука взгляд, от которого тот вжал голову в плечи. — Похоже, она своими ударами по башке сделала тебя еще большим идиотом, чем ты уже был! — сделав этот беспощадный вывод, ученый нервно заходил взад-вперед по комнате. — Ты мог прекратить это давным-давно. Ты мог просто сказать мне, какого хуя, Морти?! Почему ты просто засунул язык в задницу и позволял себя пиздить?! — Я н-не мог! — замотал головой Морти. — Я з-знаю, т-ты, ты бы просто ее убил, я… Только н-не злись, Р-рик… Всхлипнув, он закрыл лицо ладонями. — Я н-не понимаю! З-з-знаю, я тупой, н-не умею общаться и всех раздражаю, н-н-но почему она… Она так сильно изменилась, Р-рик! Я-я вообще ее не узнаю, я… И горькие слезы прорвались наружу сами собой, сбегая по лицу горячими каплями. — Я п-просто хочу, чтобы все б-было, как раньше… Рик сел рядом, широко расставив ноги. Крепко схватил мальчика двумя пальцами за подбородок и, глядя прямо в его мокрые глаза, строго отчеканил: — Больше. Не смей. Никогда мне врать. Понял? Морти ничего не оставалось, кроме как обреченно кивнуть, и после этого выражение лица старика несколько смягчилось. Он даже позволил уткнуться головой себе в плечо, промакивая слезы махровой тканью халата, и так они сидели вдвоем довольно долго. Каждый со своими мыслями, но — вместе. — Все будет так, как раньше, — тихо сказал Рик, гладя его по спине. — Немного не в том смысле, что ты представляешь, но будет…

***

      На Земле уже было утро, когда они, выйдя из портала, оказались перед домом. Рик шел впереди, Морти понуро плелся за ним, опустив голову. — А м-может, не надо? — Надеюсь, ты понимаешь, Мо-морти, что теперь я тебя даже и не спрашиваю, — дверь открылась, и они переступили порог. Бет, крайне удачно встретившаяся им на пути, застыла на месте, растерянно переводя взгляд со своего хмурого отца, держащего руку за пазухой, на прячущегося за его спиной сына и обратно. Будучи умной девочкой, она все поняла сразу и, взяв себя в руки, гаркнула: — Морти! — так, что тот даже подпрыгнул. — Где ты был всю ночь, и что ты… что ты опять наплел дедушке?! — Правду, — сощурился Рик. — Чистую, абсолютную правду… Честно, я удивлен, Бетти. Что ж ты сыночка родного, и встречаешь без ремня? Краска бросилась ей в лицо. — Ложь! — выплюнула она, сжав кулаки. — Мальчишка все придумал, не слушай его! — А кто сказал, что я все узнал от него? Бет судорожно сглотнула. Губы ее затряслись, и, медленно скосив глаза, она увидела довольную ухмылку Саммер, которая стояла в стороне, сложив руки на груди… — Предательница!!! — Я никогда и не была на твоей стороне, — протянула девушка, изучая собственный маникюр. — Конечно, семейные узы ничего не значат, но, как-никак, надоедает каждый день видеть, как пиздят твоего брата… Со всеми этими разговорчиками стоило бы скорее разобраться, тем более, что его дочурка, видимо, решила сменить тактику. — П-признаю, я… я была неправа в некоторых моментах, — нервно засмеялась она, поправляя волосы. — Наверное, я была слишком строга, и… может, все обсудим? Морти шарахнулся от нее назад, но Бет поймала его за руки и взмолилась дрожащим голосом: — Сыночек, давай… давай поговорим серьезно? Я обещаю, что больше не сделаю тебе больно! Никогда! Я же твоя мама, как я могу желать тебе зла?.. Еще чего — Рик знал, что с излишне мягкосердечного мальчишки станется поверить крокодильим слезам, именно поэтому он, рявкнув: — Отошла от него, быстро!!! — направил на Бет бластер. — Морти, шуруй наверх. Собирай все свои манатки, и поторопись… — Р-рик, ты же обещал!.. — Живо!!!       Наверное, его зверский вид не вызывал никакого желания вступать в дискуссию, потому что пиздюка и след простыл. А вот Бет такой роскоши оказалась лишена, глядя на оружие в его руке широко распахнутыми глазами. — Т-ты… ты убьешь родную дочь? — Ты ведь знаешь ответ, — мрачно ответил Рик, гладя пальцем курок. — Мы с тобой ведь из одного теста… — Эй, Р-рик, что ты делаешь?! Тупой зять был обезврежен моментально — заморожен от пяток до шеи, но голову ученый ему оставил нетронутой для наглядности. — Смотри сюда, придурок, — прошипел он, приставляя дуло ко лбу Бет. — Смотри, как поступают мужики с яйцами, когда кто-то обижает их детей!!! Казалось, она плавится, словно вампир на солнце. Тушь на ее глазах размазалась, рот превратился в трясущуюся алую кляксу, и, когда она снова попыталась заговорить, голос ее трясся и квакал, перебивая даже панические выкрики Джерри, как у избалованного ребенка в истерике: — Т-ты уйдешь… уйдешь с ним?! Как всегда, ты… ты… Папа! Папааа!.. Отцовский инстинкт жалости играл в Рике, чего уж скрывать, но вместе с тем она была противна ему — искренне и от всего сердца. А что еще могло получиться от такого папаши, как он? — Никогда бы не подумал, что придется защищать мелкого не от Галактической Федерации, а от вас! Не имея, увы, другой возможности отвести душу, он смачно плюнул прямо Бет под ноги. — Как жаль, что я не могу тебя убить, — насупился он, нехотя убирая бластер обратно в карман. — Потому что обещал Морти… — Морти?.. А тот, к счастью, уже собрался — спускался с дорожной сумкой на плече по ступенькам осторожно, как по минному полю. — Д-да ты… ты!.. Его умная доченька, к сожалению или счастью, уже поняла сама, что ничем не сможет удержать их обоих, и напоследок попыталась выкрикнуть вслед что-то максимально обидное: — Ты всегда был только за Морти! Только за него! Ты… ты никогда меня не любил!!! — Любил, — вздохнул Рик, обнимая пацана за плечи. — В том-то и дело, Бетти, что любил… Наконец-то все закончилось — он пришел к семье Смитов в последний раз вовсе не для того, чтобы вести переговоры. Обычно Санчез не решал проблемы, а уничтожал их, и тот факт, что после его ухода дом не взлетел на воздух, он считал небывалым актом милосердия со своей стороны… Вот теперь-то все стало, как в старые добрые времена. Только Рик, Морти и космические приключения на веки вечные!

***

      Иногда безумию нужен перерыв. Особенно после того, как всю неделю напролет летал по соседней Галактике с полным багажником контрабанды, пытаясь оторваться от хвоста федералов… Мимо хижины пролетела комета, извергающая разноцветное пламя, но даже она не была так красива, как обнаженный, еще не до конца проснувшийся Морти, игриво закинувший на старика ногу. Пацан еще немного стеснялся близости, но к члену приобщался весьма охотно, и теперь никто им не мог помешать. Вообще никто! Давно стоило сбросить эту тупорылую семейку с плеч. Разве можно было себе позволить рядом с ними такую свободу, как лежать с утра в одной постели, лениво целуясь? — М-мне… мне приснился плохой сон, Р-рик, — вдруг признался Морти, отводя взгляд, и он, хмыкнув, зарылся пальцами в непричесанные кудри. — Да, и какой же? Ответ его не то чтобы удивил, но неприятно царапнул по сердцу. — Ч-что я… что я снова дома, и… — тяжело вздохнув, юноша прервал сам себя, и Рик не дал ему закончить. — П-просто сон, пес. Не парься! Вообще, в сновидениях можно встретить всякое, от многослойных симуляций до легальных подделок Фредди Крюгера, но какой смысл об этом задумываться? Все ведь уже позади! — Никто тебя больше не тронет. Р-разве что только я, — усмехнувшись, Рик прижался губами к шее, которая и без того была уже покрыта недвусмысленными пятнами. — И т-так, что ты будешь просить еще и еще… Теперь можно было делать все, что захочется. Лететь куда угодно и насколько угодно, смотреть всю ночь телевизор и трахаться до дыма из ушей, да и отсутствие домашних заданий явно сделало Морти веселее. А не вмешайся Рик в ситуацию, этот дурачок так и оставался бы дома, получая тумаки каждый день на завтрак, обед и ужин! Похоже, ему вообще нельзя давать свободы воли. Только отвернешься, и малец свою жизнь моментом под откос пустит — что ж, Рик больше не собирался повторять эту ошибку. Он подмял под себя Морти и в переносном, и в прямом смысле, упираясь полувозбужденной плотью в сжатую тугую дырочку, и все дурацкие сны отошли куда-то на десятый план… Все плохое осталось позади. И мальчишке будет более чем достаточно ста лет, чтобы забыть!