По стопам планет

      Губы раскрываются в неуверенности, коленки дрожат ─ то ли от холода (потому что выйти на школьный двор без куртки было плохой идеей), то ли от слов Сары. От того, что она записала в личный дневник их встречу. От того, что поделилась этим. От того, что хотела поцеловать.       Эмбер вжимается в скамейку, считает до десяти, сбивается ещё на единице, повторяет всё по-новой и опять сбивается. Странные ощущения кусают стенки желудка, связывают его в тугой узел, выворачивают наизнанку. Болезненно.       Она поднимает глаза на Сару, читает в её взгляде всё те же слова: «Хотелось поцеловать в ответ». «В ответ». «Хотелось». А затем в один момент выпрямляется, начинает снова дышать, расправляет плечи и спрашивает:       ─ Тогда почему не поцеловала?       Сара грустно опускает глаза в книжку, закрывает её, откладывает на край столика и поднимает голову к небу.       ─ Потому что я ничего не понимаю. Что вообще происходит? ─ она задаёт этот вопрос куда-то в пустоту, затем возвращает голову обратно, серьёзно говорит. ─ В плане, ты, я. Что между нами? Я думала, игра.       ─ Игра? ─ Эмбер мотает головой, как бы прогоняя отсутствие логики, и королева школы выставляет руки на стол, складывая в замочке и опуская на них подбородок.       ─ Ну да, ─ простым голосом. ─ Мне казалось всё это обычным ребяческим флиртом.       ─ Почему?       ─ Потому что мне с детства внушали, что иначе быть не может. Что нельзя так ─ влюбляться в каких-то новеньких, в неудачников и тем более в девушек.       Смит сжимает под столом руки в кулаки, но не от злости, нет ─ от досады. Обидно настолько, что на стену лезть готова.       ─ Все мои чувства и желания всячески отвергались матерью, ─ задумчиво продолжает Сара. ─ Кажется, ты как раз в прошлый раз хотела, чтобы я рассказала тебе о ней?       Девушка коротко кивает, разжимает ладони и внимательно разглядывает чужие веснушки.       ─ Мне уже нравились девушки, Эмбер. А маме нравилось видеть меня с парнями.       Сара ─ маленькая девочка, обиженная на мать. Маленькая, как Плутон, и такая же отверженная. Долгое время пыталась оправдать всю себя перед ней, добиться любви, добиться внимания. А что в итоге? Плутон ведь просто нагло вышвырнули из списка планет, оставив висеть где-то там, далеко, в одиночестве и непонимании.       ─ Так значит, я тебе нр... ─ начинает Смит.       ─ Не знаю, ─ прерывает Сара. ─ Я же говорю, что не понимаю. Мне просто хочется гулять с кем-то в лесу, чувствовать запах елей, сидеть на траве и перебирать чьи-то волосы. Твои волосы, ─ наконец, признаётся она. ─ Держать чью-то руку ─ твою руку. И целовать, ─ делает паузу, затем глубокий вдох, собираясь с силами, а после завершает. ─ Тебя.       Эмбер смущённо улыбается. Сара и вправду романтик ─ много читает и много ─ о любви. Всё время выпускает иглы, как дикобраз, но в глубине души так сильно хочет быть любимой и нужной. И как удачно, что нужна она именно Смит ─ девушке-падающей звезде с красивым блестящим шлейфом на тёмном небе и вечно спутанными кудрявыми волосами. И мыслями.       Эмбер не хочет, чтобы с Сарой было то же, что и с Плутоном. Она поднимается, пересаживается поближе к девушке и крепко-крепко обнимает. Она нравится Саре ─ это не было сказано напрямую, но это так очевидно, так правильно. Словно нечто само собой разумеющееся.       Эмбер обнимает и чувствует шёлк чужих волос, скрипучую кожу куртки и ─ наконец-то! ─ тепло. Её тепло, Сары. Чувствует, как та касается в ответ талии, притягивает к себе ещё ближе и кладёт свой подбородок на макушку Смит.       ─ Ты очень сложная, ─ шепчет Эмбер.       ─ Я знаю, ─ ответным шёпотом.       ─ И закрытая.       ─ Знаю.       ─ Капризная.       ─ Угу.       ─ Невыносимая, ─ в ответ тишина. ─ Но я всё равно буду рядом, если позволишь, хорошо?       Сара отстраняется первая, кивает и как-то стыдливо улыбается. Румянец пробивается на щеках, губы чуть приоткрываются, тело подаётся вперёд, и Эмбер ощущает свою скорую смерть. Но она принимает её ─ позволяет девушке касаться собственных губ, подолгу задерживаться на них, медлительно сминать и целовать, целовать, целовать.       Смит обхватывает руками лицо собеседницы, прикрывает глаза и ─ отвечает. Так долго, сколько может. Пока ветер залетает под рубашку и холодит кожу, пока пальцы изучающе очерчивают контур чужого лица, пока чужие губы ─ такие тёплые и мягкие ─ ласкают её. Пока лёгкие не сжимаются от недостатка кислорода и пока не приходится так нежеланно отстраниться.       Эмбер не убирает рук с чужих щёк, крепко держит их, словно боится отпустить, и понимает, что сейчас в её руках ─ вся солнечная система.       Целый мир.       С инициалами «С. В.»