27

      Смотря на Яну, сложно представить, что она любит футбол. Дело не только в том, что данный вид спорта стереотипно мужской, и если девушка заикнется о своей вовлеченности в процесс перекатывания мяча по полю, то ей сразу же начнут задавать сотню глупых вопросов, чтобы проверить насколько она подкована в футбольной истории. Вероятно, правильные ответы достоверно неизвестны и самим “настоящим” болельщикам, но футбол - это ведь их по праву, а значит и доказывать никому ничего не надо. Она редко ходила на стадион, у нее в шкафу не пылились шарфики с символикой любимого клуба, иной раз она пропускала матчи и по телевизору, после узнавая о результате от родителей или друзей, да и в принципе лишний раз о своем увлечении не говорила, как раз с целью избежать допроса с пристрастием. Да и времени на футбольные матчи, как в детстве, не оставалось, учитывая учебу и работу. Яна училась на журфаке, вдохновившись примером своей матери, работающей ресторанным критиком, причем весьма успешным, с богатой записной книжкой, хранившей в себе столько имен разной важности, но, в отличие от мамы, она хотела писать о ночной жизни: ходить по гламурным заведениям Питера, оценивать обстановку внутри, уровень обслуживания. Но пока что получалось только напиваться вкусных коктейлей и танцевать под пластинки, которые ставил угашенный диджей, и выходить из клуба, пропахнув сигаретным дымом и потом.       На утро какие-то мысли удавалось написать на бумаге и, отправившись на работу после пар, отдать главному редактору. Благодаря своей маме, ее статусу и кумовству, процветающему в некоторых издательствах, короткие очерки под псевдонимом Пиноккио - из-за фамилии Буратинова - публиковались в отдельном блоке молодежного журнала с неплохими продажами. Конечно, это не Glamour и не Shape, в которые в перспективе собиралась попасть Яна, но она звезд с неба не хватала, понимая, что всему свое время - ее всегда приземлял отец, который находился в тени своей жены, выполняя роль домохозяина, что всех в их семье устраивало.       Если бы не бесплатные билеты на матч молодежки Зенита, которые достались от подруги, то Яна бы вряд ли сама пошла на игру. Молодежный состав ее не волновал, она то на игры основы ездила редко, а тут еще менее интересное противостояние. Погода на улице была хорошей, по-настоящему летней, сессия закрыта - нет причин тухнуть дома, да и по футболу она уже, признаться честно, соскучилась.       Буратинова сидит на трибунах, подперев подбородок руками. Настя - ее подруга детства, с которой они вместе болели за Зенит - как всегда придет на матч за пять минут до начала, а не двадцать, как обычно это получается у Яны, не умеющей правильно распоряжаться своим временем. Пока одни страдают от постоянных опозданий, Яна всегда приходила намного раньше.       — Пиноккио! - визг Насти, на медленно заполняющемся стадионе, был слышен крайне отчетливо.       — Привет, ты как-то рано сегодня, - ни капли не смутившись своей громкой подруги, с улыбкой говорит Яна. Она целует Настю в щеку, и та садится рядом.       — Ага, сама в шоке. Просто папа подкинул.       — Передай ему спасибо за билеты, иначе я бы весь день в кровати провалялась, - зевая, говорит Яна. Она прикрывает глаза, нежась под лучами солнца, пока Настя наблюдает за разминкой футболистов на поле, параллельно рассказывая о своем неудачном свидании.       —...а ты что?       — Ничего, блин. Сказала, что он офонарел, но и это еще не все... - монолог продолжается. Но внезапно локоть подруги прилетает прямо в бок.       — Миронова, ты че, аккуратнее, - испуганно подпрыгнув, не ожидая удара, говорит Яна и открывает глаза. Теперь она понимает в чем проблема. К ним, причем крайне решительно, направлялся один из футболистов Смены. С детской припухлостью щек, крупнее других мальчишек, если говорить о весе, с взъерошенными короткими волосами и акульей улыбкой. В солнечном свете он, безусловно, выглядел очень даже мило.       — Привет, - он останавливается около скамеек запасных, за которыми сидели Яна с Настей, и смотрит целенаправленно на первую. Буратинова, как и ее подруга, опускает на него взгляд без всякого энтузиазма. Да, они могли поболтать о том, как круто быть женой футболиста. Но посматривали они в сторону Дэвида Бэкхэма, представляя идеальную жизнь, где они ходят по ковровым дорожкам и получают всякие ништяки, будучи пассией спортсмена. Иронично, но вместо накачанного красавчика к ним подкатывали щупленькие парни в спортивных костюмах, бритой головой, и не имели ничего общего с их мужчиной мечты. Паренек перед ними выглядел значительно лучше, но никакого восторга и трепета Яна от этого заинтересованного взгляда в свою сторону не испытала. Она любит парней постарше.       — Привет, - лениво здоровается Яна, махнув рукой. Несколько тонких браслетов на запястье характерно звякнули.       Наступило молчание. Кажется, такое безразличие немного смутило футболиста перед ней. Он осматривается по сторонам, дабы убедится, что тренер отошел и не видит, как он вместо разминки болтает с какой-то девицей. Буратинова сдувает прядь волос с лица, жуя жвачку.       — Я Игорь, - представляется футболист. В голове всплывает его фамилия. Кажется, отец что-то говорил о юном даровании, которого вот-вот заберут в основу.       — Кайф, - продолжая жвать жвачку, отвечает Яна.       И снова молчание.       — А почему Пиноккио то? Нос растет, когда врешь? - ерничает Игорь, заставляя Яну скривиться. Так вот из-за чего он подошел сюда. Крик Насти привлек его, теперь понятненько.       — Ага. Или просто фамилия такая.       — Прикольно. Ну, я побежал? - спрашивает Денисов, когда краем глаза замечает тренера, выходящего из подтрибунного помещения. Его и так забраковали из-за лишнего веса, так еще и вставят пиздюлей таких, что мало не покажется, если увидят, как он отлынивает от разминки.       — Беги, - недовольно надувая губы, отвечает Яна, взглядом футболиста провожая.       Кто ж знал, что дальше будет только хуже...