Хатидже

Валиде отправила Хюррем в Старый дворец, не дав ей встретиться ни со мной, ни с Сулейманом. С одной стороны я одобряла такой поступок, ведь могла дать слабину и уговорить свою матушку оставить девушку во дворце. Но с другой было гадко от сложившейся ситуации. К сожалению, времени раскисать у меня не было. Нужно двигаться вперед, не смотря на все преграды и невзгоды. Сейчас я должна быть сильной ради своих племяниников, своих родных сестер и ради себя. Если я о себе не смогу позаботиться, то и об остальных не смогу. В гареме установилось хрупкое перемирие. Страсть, которой Сулейман воспылал к своей главной наложнице, утихла так же быстро, как и пришла. Юлдуз так же оказалась братом забыта, его интересовал лишь их общий ребенок. Айше же посещала Государя лишь раз в неделю, но слава всем богам, что не в четверг, иначе с ее походами на хальвет были бы скандалы со стороны матерей шехзаде. Юлдуз оказалась достаточно разумной, чтобы не навязываться брату слишком сильно, стараясь заслужить его одобрение своим поведением. Она прекратила ругаться с наложницами, которых посылали Султану, не показывала своей ревности, а лишь смирение и покорность. Возможно в скором времени брат вернет ей свое расположение, но точно этого никто не может знать. Махидевран, после ссылки Хюррем и поддержке Фатимы, стала более благоразумной. Публичные истерики остались в прошлом, как и попытки задеть по больнее своих соперниц. Ни Юлдуз, ни Айше она таковыми не считала. Одна не смогла удержать внимание Падишаха не смотря на наличие сына, а вторая мать девочки. Да, черкешенка продолжала любить и ревновать брата. Одноко советы моей сводной сестры пошли ей на пользу. Пусть она смогла временно вернуть внимание Султана, это придало ей сил бороться дальше за его любовь. Айше же просто радовалась вниманию Падишаха. По характеру она напоминала немного Хюррем: так же могла весело шутить, не взваливала на брата свои проблемы, а просто была рядом, помогая ему отрешиться от проблем. Саназ, как первая и пока единственная дочь Сулеймана, стала его любимицей. Брат любил всех своих детей. И непоседливого Мустафу, и беспокойного малыша Альтана, но именно дочь стала тем светом, что вывел его из печали по погибшему Мехмету. Как бы мне не хотелось верить, что его смерть не случайна, иных доказательств не было. Увы, но если не вернуть Хюррем из ссылки, то я не увижу ее второго ребенка, который не смотря на неоднозначные поступки мне нравился больше всех. Ради будущего появления Михримах придется приложить достаточно усилий, что будет намного проще, если мой брат не остыл к своей рыжеволосой фаворитке. Предложение вместе позавтракать в саду Сулейман принял не особо раздумывая. Все-таки он еще чувствовал вину передо мной за то, что послушал Валиде на счет моего скорого замужества, хотя прекрасно видел, что эта мысль мне еще претит. Пусть я и стараюсь принять эту реальность с прежним хладнокровием и рационализмом, но с каждым прожитым днем становлюсь все более эмоцианальной все принимая близко к сердцу. Завтрак нам накрыли в беседке. В этот раз мы будем завтракать только вдвоем, без других членов семьи. Это дает надежду, что разговор не будет таким неловким, как в присутствие Валиде и других наложниц Сулеймана. - Повелитель, - лучший мой план в этом разговоре это импровизация. - Я хотела бы с вами поговорить на одну не слишком приятную тему. Как бы тяжело не было об этом говорить, но без вашего разрешения я не смогу принять дальннейшее решение сложившейся ситуации. - смирено опускаю глаза вниз. Нет, решение то я принять могу, статус позволяет, но настраивать против себя правителя империи в которой живу мне не с руки. - Я тебя внимательно слушаю, Хатидже, - голос брата был очень серьезен, будто ему не двадцать шесть, а все семьдесят шесть. - Как выяснилось, ты единственный человек, который никогда мне не лгал. Который никогда не использовал меня ради собственной выгоды или достижения своих целей. - Брат... - я была ошеломлена этими словами, ведь все что я делаю с момента пробеждения в этом теле - лгу, использую других, даже его. - Возможно я не всегда показываю это, но ты - мой самый дорогой человек. Ты моя младшая сестра, что росла вместе со мной. Видела мои успехи и неудачи, всегда была на моей стороне. На глаза навернулитсь слезы. Ну вот как можно быть таким доверчивым и искреним? Мне даже стало стыдно за некоторые мои поступки в прошлом и за те которые я совершу в будущем, но отступать поздно. Раз решила ввязаться во все это, то нужно идти до конца. - Мне очень приятно, что ты такого мнения обо мне. Пусть наши мнения не всегда сходятся, пусть между нами в будущем могут возникнуть недопонимания, но ты всегда будешь моим любимым старшим братом, моим главным защитником в этой жизни. Кажется не только я сейчас разревусь. У Сулеймана тоже подозрительно заблестели глаза от этого разговора. Черт, ведь совсем не об этом хотелось поговорить! Но пусть. Такие моменты бесценны в своей искренности. - Как ты знаешь, после потери единственного ребенка, фаворитку отлучают от покоев шехзаде или Султана. - Сулейман нахмурился, но продолжил меня слушать. - Следуя правилам, Валиде отправила Хюррем хатун в Старый... - Как она посмела?! - брат подскочил на ноги, чуть не опрокинув стол. - Кто дал ей право решать судьбу моей наложницы?! - Сулейман... - брат перевел на меня глаза полные гнева, но постепенно стал успокаиваться. - Матушка не хотела причинять тебе боль или как-либо оскорбить. - тяжелый вздох мне подавить не удалось. - Она поступает так, как ее учили. Вспомни, когда Фюлане потеряла Махмуда, ее так же отправили в Старый дворец. Когда Гюльфем потеряла Мурада, лишь мои слезы позволили остаться ей во дворце в качестве моей компаньонки, но Золотой Путь для нее стал навеки закрыт. Султан сел на место, внимательно слушая мои слова. Либо сейчас я сделаю так, что любое предзнание улетучится, либо смогу частично исправить свое вмешательство в будущее. - У меня никогда не было теплых отношений с Фюлане, мы оба это прекрасно знаем. Но смотреть как молодость Гюльфем увядает в стенах этого дворца оказалось тяжелее, чем я думала. Возможно, она снова хочет прижать к груди свое дитя, но такой возможности она лишена из-за моей просьбы. Матушка могла это заметить, поэтому и решила дать твоей новой фаворитке возможно в будущем создать свою семью, ведь бывших фавориток всегда выдают замуж за... - Я тебя услышал, сестра, - Сулейман был мрачен, но не зол, что очень хорошо. - Мне нужно о многом подумать. Он быстро ушел, не дожидаясь моего поклона. Возможно я сейчас окончательно сломала известную мне историю, но никакого сожаления не было. Остается лишь ждать, что решит мой брат и чем это обернется для всех нас.

***

Сулейман был в смешанных чувствах. Как бы он ни старался быть ко всем справедливым, иногда он сам не замечал, как причиняет боль близким людям. Хатидже, хрупкая, добрая сестра будто сняла пелену с его глаз. И это уже не в первый раз. Когда он услышал от нее о недоверии к Ибрагиму, ему хотелось закончить этот неприятный разговор как можно скорее. Его друг, почти брат, не способен был на предательство. По крайней мере Султан желал в это верить. Увы, но младшая сестра в этом оказалась права. Если бы не случайно подслушанный разговор, он продолжил жить в неведении. Ибрагам прикрывал интриги и проступки Махидевран, скрывал от него правду, не смотря на то что уверял в своей честности. Только то, что он делал это из-за Мустафы немного примирило Падишаха с действительностью, но доверять своему другу как раньше он больше не мог. А теперь разговор о его фаворитках снова что-то в нем всколыхнул. Султан не думал, что так жестоко поступает с некоторыми своими бывшими любимицами. Фюлане, яркая, дерзкая наложница, его первая фаворитка и мать первого ребенка. Она была подобно яркому палящему солнцу своим неукротимым характером и стойкостью духа. Увы, но смерть их сына слишком сильно отдалило их, сделало абсолютно чужими людьми. Сейчас ему стыдно, что за все это время так и не узнал о ее дальнейшей судьбе. Гюльфем. Добрая, спокойная Гюльфем хрупкий цветок, что он оберегал. Ее внутренее достоинство и то, как она стойко встречала все невзгоды всегда всилялало уважение в Сулеймана. Увы, но и ей он причинил боль своим равнодушием и холодом. Да, она живет во дворце и он может увидеть ее в любой момент, но ее глаза больше не сверкают счастьем, уста не украшает нежная и добрая улыбка. На ее лице лишь смирение и покорность судьбе. По крайней мере он сможет исправить свои ошибки по отношению к ней, пока еще не стало слишком поздно. - Ибрагим, - Султан дошел до своих покоев и позвал своего друга. - Прикажи Гюльфем Хатун прийти в мои покои для разговора. Больше не говоря ни слова, Падишах устроился за рабочим стол и стал дальше раздумывать над своими отношениями с наложницами. Махидевран. Его Весенняя Роза, прекрасный цветок черкессии. Как он был слеп по отношению к некоторым ее поступкам. Сам мужчина понимал, что своей любовью избаловал девушку до такой степени, что она перестала быть той, кто заставлял его сердце замирать в предвкушении и нежности, она перестала быть его миром из-за своего эгоизма и непомерной гордыни. В его сердце до сих поро было место для нее, но не как для любимой женщины, а как матери его сына. Пока она никому не вредит, он будет относится к ней с уважением, которое заслуживает мать его ребенка. Юлдуз и Айше. Его новые фаворитки, которые сделали его счастливым. Они подарили ему храброго шехзаде и первую прекрасную султаншу. Как бы он не хотел быть к ним одинаково справедливым, но к Айше он чувствовал намного больше тепла. Никто не знал, но Сулейман всегда мечтал о дочери. Маленькой принцессе, которую он сможет баловать, которая всегда будет выбирать его сторону, просто потому что он ее отец. О той, что никогда не воткнет ему кинжал в спину, как его любимая сестра. О, если в будущем Саназ будет хотя бы в половину такой же доброй и чуткой как Хатидже, он будет самым счастливым отцом. Именно Хатидже, его хрупкая и добрая сестра всегда могла найти что-то, что покажет ему мир в новом свете. Он был благодарен ей за ту любовь и заботу, что она проявляет к племянникам, жертвуя своим временем и откладывая свои дела. Султанша даже отадала ему свою любимую служанку, его милую Хюррем. О Хюррем, Смеющаяся Госпожа его сердца и души. Скоро бы он узнал, что с ней так не справедливо обошлись, если бы не сегодняшний разговор? Нет, он не сможет от нее отказаться, ведь эта девушка частичка его сердца, которую он ждал все эти годы. Решено, сначала разговор с Гюльфем, а после он прикажет вернуть его рыжеволсую гурию в гарем. Он Султан - его слово закон. Многие будут недовольны этим решением, но им придется с этим смириться. От своего счастья Сулейман отказываться не собирается.