Приму пулю за тебя и от тебя

***

8 дней до выборов. — Что тебе нужно от нас?! Может, наконец, подойдёшь, чтобы мы видели твоё лицо? — говорит Намджун охрипшим от вчерашних криков голосом. — И где? Где Джин? «Ангелов» привезли в какое-то незнакомое им помещение, похожее на склад. Лидер банды ещё раз оглядывает избитых связанных друзей. Сердце его в тисках сжимается, когда взгляд падает на Хосока и Чонгука, которые до сих не подают признаков жизни. — Этот инвалид? — выходит из тени молодой парень приятной внешности. — Не беспокойтесь. Его мы в целостности и сохранности проводили домой, приставив охрану. А то бедному же нужна помощь, в таком состоянии вряд ли сам справится. — Кто ты такой вообще? Один из людей Ом Кимджуна? — пытается вырваться Юнги, умеющий, как никто другой, выпутываться из верёвочной западни. — Тс-с, даже не думай, — цокает языком незнакомец. — Я тут забыл упомянуть, что мы ещё установили взрывчатку в доме вашего Принца, поэтому одно неправильное движение — и на этот раз его ничего не спасёт, — обращается после к Намджуну: — Дорогой господин Ким, неужели Вы до сих пор думаете, что за всем этим стоит Ом Кимджун? Да этот старикашка вообще тут не при чём. Если бы ты, конечно, каждый раз не втягивал его в наши разборки. — Какие разборки у меня с тобой? Я тебя даже не знаю! — Ой, ну не кричи, так и оглохнуть можно. Видишь, даже голос сел. Лучше давай я тебе всё объясню. Во-первых, я никак не связан с твоим Омом. Во-вторых, ты и твоя банда разрушили мне жизнь, не зная того. Поэтому я всего лишь хочу в ответ уничтожить вас. Разве многого желаю? — раскидывает руки в сторону. — О чём ты? — лидер не успевает договорить, как получает удар по лицу. — Ну, никаких манер. Хотя чего ожидать от вчерашнего бомжа из трущоб. Думаешь, подзаработал копейки, так теперь уже всё можно? Не перебивайте, пожалуйста. Так вот… На чём же я остановился? — театрально барабанит пальцем по губам. — Ах, да… Ты помнишь своё первое доброе дело, господин Ким? Намджун молчит, а сильный удар на этот раз приходится по животу Юнги. — Отвечай, Джун, когда тебе задают вопрос. Из-за твоей гордыни пострадают твои друзья. — Мы помогли обустроить приют для детей… — неуверенно лидер отвечает. — Ой, нет, ещё-ё раньше, — тянет парень. Намджун изнурённо качает отрицательно головой. — Понятно. Ничего страшного, память — вещь такая. Я тебе напомню. Предстоящая сделка между двумя компаниями купли-продажи земельного участка для строительства ресторана в каком-то районе для отбросов срывается из-за кучки подростков. Компании объявляют банкротами. Знакомая история? Продолжение же такое: одного владельца сажают в тюрьму из-за всплывших документов, которые один из членов твоей банды, — кивает в сторону Хоупа, — украл у друга своего папы, уважаемого господина Чона. Итог. Мой отец покончил с собой, повесившись в камере. Вот и сказке конец. — Ты сын… — Я Сон Джунки, сын человека, жизнь которого вы разрушили! — неожиданно повышает голос Джунки и уже тише продолжает: — С того дня у меня была одна цель: отмщение. Ты ведь сам знаешь, что это такое? Сам гонялся за этим кандидатом, а он даже ни о чём не подозревал. — Псих… А я уже начал сомневаться в своих ребятах… Какой же я идиот… — Ну-ну, не надо быть таким самокритичным. Я один действительно бы не справился, твой «ангел» оказался настоящим ангелом. — Тэхён… — шепчет Юнги. — Тэхён? Ваш ботан-хакер? Нет, Намджун, ты всё-таки был прав. Вы идиоты, — заливается он смехом.

«Хочу, чтобы он испытал боль от потери всех близких, в том числе правой руки — мозга группы.

— Ты со мной?

— Да, я согласен…

— Я рад слышать. Одна цель достигнута».

— Ты лишился «мозга» группы, когда он решил примкнуть ко мне и пойти против вас. Освободите его. На этих словах всё это время молчавший Чимин одним пальцем скидывает с себя на соплях державшиеся верёвки. — Чимин? Ты? — смотрит в упор на последнего Намджун. — Знаешь, я бы подумал на кого угодно, но только не на тебя, — с каким-то бессилием произносит Джун, опустив голову. — Чимин? — не верит свои глазам Юнги. — Какого чёрта?! Что ты делаешь? Как ты связан с ним?! Он же подонок! Чимин молчит, пытаясь не растерять всю уверенность в глазах, ухмыляясь, встаёт и исподлобья на связанных друзей смотрит. — Чимин, не молчи, твою мать! Скажи, что всё это всего лишь часть плана! Из-за него чуть не погиб Джин! — кричит что есть силы Юнги, за что получает сильный удар в голову коленом одним из людей Сона. Выплёвывая кровь, парень начинает истерически смеяться, испытывая боль, похожую на ту, которая была после осознания того, что родителей уже не вернуть и он остался совсем один в этом мире. С появлением ребят он почувствовал, что жизнь всё-таки не так уж и плоха, а когда впервые два года назад поцеловал сладкие горькие губы Чимина, и вовсе удостоверился, что она точно неплоха. Сейчас же всё рухнуло в один миг. Находящиеся в бессознательном состоянии Чонгук и Хосок, потерянный лидер и холодный взгляд когда-то обожаемого им Чимина. — Тварь, — только и произносит тихо после всплеска эмоций Юнги. Чимин во время душераздирающего смеха Юнги, не выдерживая, закрыл уши, но последнее почти шепотом произнесённое слово услышал. Он подходит близко к парням, из-за чего охрана настораживается, но Сон Джунки одним жестом руки и кивком даёт понять, что всё в порядке. — Тварь? Я? — смотрит пристально в глаза Юнги Чимин. — Василиск, ты же как никто другой знаешь, что такое боль… Невыносимая, мучительная, поглощающая тебя изнутри… А что бы ты сделал, узнав первопричину этого всего? — с паузами говорит Чимин. — Что ты несёшь? У нас у всех была своя боль, и у любой, конечно, есть причина! Мне противно тебя слушать, просто замолчи и моли, чтобы мы отсюда не выбрались, иначе человек, готовый несколько минут назад получить пулю за тебя, всадит одну из них в тебя. Последние слова для Чимина — как нож, который в сердце вонзили. — Ты не сделаешь этого, просто не сможешь… — А ты прикажи этим ублюдкам развязать нас, и проверим… Кстати, спасибо за уроки стрельбы, — с темнотой в глазах подмигивает Юнги. От этого взгляда Чимин встрепенулся, видя в глазах Юнги лишь ненависть. Вместе с тем пришло и осмысление, что нет ни капли надежды на принятие и прощение. Чимин осознаёт: что бы он сейчас ни говорил, ни объяснял, ничего не найдёт понимания в сердце старшего. Но почему-то решается разложить все карты, как это делают во всех фильмах злодеи. Рассказывают причину поступков, обвиняя всех вокруг, а потом только действуют, а скорее не успевают из-за всей болтовни. На последних мыслях Чимин лишь горько ухмыляется. — Тебе, а точнее вам всем, придётся меня выслушать, — зло оскаливается Чимин. — Кстати, Джунки, ты соврал мне, сказав, что у тебя такая же история, как и у меня. — Ну, прости, тут я решил умолчать детали. Я не сирота, как ты. Мать жива и здорова. Но вряд ли бы ты согласился помочь мне, узнав, что я ненавижу не только Намджуна, но и всю вашу банду. Хотя это же не меняет того, что он разрушил мою жизнь, а его семья — твою? Верно? Flashback «Твои родители хотели бы, чтобы их сын знал причину их смерти. Адрес ниже», — Чимин читает текст письма, полученного от анонима. — Кто ты? И зачем меня сюда вызвал? — спрашивает он у незнакомца. — Я Сон Джунки, человек, который недавно узнал, по чьей вине стал сиротой. — Поздравляю, а от меня чего ты хочешь? — Так твои родители погибли по той же причине… Тебе что-то говорит имя Ким Хангель? Услышав последнее имя, Чимин напрягается всем телом. — Вижу, что знакомо. Это отец вашего лидера. Создатель фармацевтической империи, рухнувшей после того, как его обвинили в разработке лекарств, из-за которых пострадали люди. Наши родители, Чимин, умерли вследствие опытов, проводимых его компанией. — Что ты несёшь? — цедит сквозь зубы ангел. — Посмотри на эти документы и всё поймешь… В руках Чимина анкеты, сертификаты, документы о прохождении тестов, протоколы исследований. Везде фигурировали имена его родителей. И вот и бумажка с текстом: «Место. Дата и время смерти…» Бабушка ему никогда ничего не рассказывала о причине смерти родителей, говоря, что умерли от болезни. А потом, когда ушла из жизни и она, Чимин и вовсе потерял надежду получить ответы на свои вопросы. Намджун заменил ему семью. Он стал другом, братом, отцом. — Зачем всё это ты мне сейчас рассказал? — У тебя не возникло желания отомстить тому, кто лишил нас семьи, детства? — Отомстить кому? Ким Хангелю, который непонятно, жив или умер? И всё это было давно… — Око за око, зуб за зуб. Иногда за грехи родителей расплачиваются их дети. — Что ты несёшь? Намджун должен отвечать за то, что делал его отец?! Он был тогда ребёнком. Если это всё, о чём ты рассказал, правда, то его вины здесь нет! — Мы тоже были невиновны, но убили наших родителей. Об их детях и родных кто-то вспоминал в тот момент, когда проводили над ними опыты с запретными вещества, скрывая настоящие побочные эффекты? — Не хочу тебя слушать! Намджун — мой друг. Если с его головы из-за тебя упадёт хотя бы один волос, я тебя из-под земли достану! — Воу-воу, успокойся, дружище. Неужели ты думаешь, что твой друг — такой безвинный ангел? Помни: яблоко от яблони недалеко падает. — О чём ты? Не говори со мной намёками. — Твой друг повторяет ошибки своего отца. Ты слышал об его проекте VSA? По лицу вижу, что нет. Туда тоже привлекли добровольцев, которые в скором времени в результате исследований с большой вероятностью станут калеками или подохнут. Если не веришь, сам можешь проверить. Чимин выяснил, проникнув в архив компании. Каждое слово, сказанное этим странным парнем, было чистой правдой. Проект существовал и проводился под руководством владельцев «NJH». Человек, которого он с детства считал идеалом, открылся ему совсем с другой стороны. Они с Намджуном начали всё. Оказалось же, что все принципы, на которых строилась идеология их банды, — пустоты без содержательного наполнения.

«Ты живёшь, пока веришь во что-то. В себя, любовь, дружбу, в какие-то принципы, да хоть в инопланетян. Но, когда она [вера] ломается, то жизнь полностью теряет свой смысл».

Они всегда боролись против несправедливого общества, защищая униженных и бедных, пусть и не совсем честными методами. В результате же сами стали частью той самой гнилой верхушки, которая распоряжается судьбами людей. Вакуум, который образовался в душе Чимина, наполнился ненавистью к Намджуну и ко всему, что им было создано, в том числе и к себе. Ведь Мегамозг — тоже плод их деятельности. Желание разрушить всё, в создании чего он и сам играл немаловажную роль, ослепило его глаза.

«— Я помогу тебе положить конец компании «NJH», банде. Но при одном условии. Основная цель — Намджун. Остальные не должны пострадать. Хотя бы физически, — вздыхает Чимин.

<…>

— Ну, так что? Договорились? Ты мне всю информацию, а я за тебя делаю остальную грязную работу.

— Согласен. Но не забывай про моё условие».

И Чимин отдал в руки этому человеку свой же тщательно проработанный план по вмешательству в выборы в мэры города. Намджун тоже не заслуживал этой должности. Лишь одним этим документом можно было сровнять всю их деятельность с землёй. Но ему было уже всё равно. Чимин сомневался каждый раз, когда Сон Джунки, используя полученную информацию, подставлял на каждом шагу банду. Но эти сомнения развеивались, когда в голове всплывали слова самого Намджуна. Чимин тогда специально вывел лидера на разговор, желая узнать об его отношении по поводу того, что, возможно, Ом Кимджун вовсе не подставлял своего друга, а рассказал правду о нём, о его проектах и опытах, желая спасти других людей. И по итогу получил холодный ответ, как оказалось, неизвестного до этого ему человека:

«Да даже если люди и пострадали, то только те, кто добровольно, за деньги, решили участвовать в опытах. Их выбор».

— Вот так ты оценил жизнь моих родителей, Джун. Всего лишь люди, которые болели и не хотели умирать, оставив своего грудного ребёнка сиротой. Они и не предполагали, что, участвуя во всём этом, лишь ускорили этот процесс, — заканчивает свой рассказ Чимин, слыша лишь нервный, дикий смех Юнги. — Джунки, а ты не промах, я смотрю, — успокаиваясь, через уже тихий смешок обращается к нему Юнги. — Не смог уговорить меня, перешёл на Чимина? Это ведь ты меня преследовал? — Что, о чём ты говоришь, Василиск? О чём он, Сон? — недоумевает Чимин, перемещая взгляд с одного на другого. — Значит, тебя тоже пытались переманить, — наконец реагирует как-то Намджун. — А-а-а, это, — делает вид, что вспоминает, Джунки. — Точно… Я тогда тоже хотел использовать факт смерти родителей, но этот, — показывает пальцем на Юнги, — даже не соизволил приехать на встречу. Малыш Василиск, твоих родителей убили, и это был не вор, как ты думал всегда. А всё тот же Ким Хангель приказал их убрать, потому что они знали о его делишках многое. — Вот из-за чего ты какое-то время вёл себя так странно… Уехал из города, — тихо говорит Чимин, делая умозаключения. — Да, он навещал могилу своих родителей, — подсказывает Сон Джунки. — Мы следили за ним. — Раз у тебя были документы, почему сам не уничтожил меня? — наконец, задаёт интересующий вопрос Намджун, отвлекая всех. — РМ, ну, так же неинтересно, посадил бы тебя за решётку — и что дальше? Заставить вас мучиться, страдать, ненавидеть друг друга — вот это по-нашему. В крахе моего отца виноваты вы все, — усмехается Сон. — А значит и отвечать вам всем. Ну, кроме Чимин-и, уж больно мне понравился его вкусный мозг, такую правую руку сложно найти. Я прав, Джун? Ещё ваш хакер куда-то пропал. Но Чимин обещал мне его найти. — РМ? Это ведь неправда? Ты же не продолжаешь дело отца? — поворачивается к лидеру с надеждой в глазах Юнги, не слушая монолог Сона. — Если останемся живы, то расскажу всё, — кивает Намджун. An Unfinished life — Audiomachine — А вот это вряд ли, друзья мои, — разводит руками Сон Джунки. — Конечно, обожаю сериалы, особенно драмы, слушать ваши откровения — одно удовольствие, но приятного по чуть-чуть. Поэтому, увы, но пришло время прощаться. Итак, с кого бы начать? Чимин, предоставляю тебе такую возможность, — передаёт пистолет ему. — Как раз докажешь мне свою верность. А то, мало ли, у тебя появились сомнения после того, как ты узнал мою настоящую историю. — Я выбираю Хосока, — уверенно произносит Чимин. — Он же украл документы твоего отца? Сон Джунки одобрительно кивает. — Что? Нет, не может быть! Тварь, тварь! — орёт во всё горло Юнги. Чимин присаживается на корточки перед Юнги, смотря в его глаза снизу вверх. — Доверься, хён, — почти шёпотом произносит он, приподнимая голову, оставляет робкий поцелуй на губах старшего. И уже громко, чтобы слышали все: — Простите меня. Назад пути нет. Чимин целится пистолетом в Хосока. В своего друга, брата. В глазах Юнги и Намджуна застыли ужас и неверие в реальность происходящего. Никто и не замечает, как «ангел» маленькими шагами приближается к Сон Джунки, всё ещё не отводя взгляд от Хоупа. А потом всё как в тумане. Оказавшись с Джунки на одном уровне, Чимин резко хватает его, заводя руки за спину. Он держит его крепко, приставляя пистолет к виску. — Что, что ты делаешь? — бегает глазами Сон. — Идиот. Зря Мегамозгом прозвали. Во-первых, я бы не дал тебе заряженный пистолет, страховка, понимаешь ли. Во-вторых, забыл совсем, что твой старший хён может сейчас взлететь на воздух в своей же квартире? — кивает он в сторону человека, держащего детонатор. — Во-первых, — подхватывает Чимин, — нажимай сколько душе угодно. Мой друг давно подчистил всё в квартире Джина. От твоих людей там следов и не осталось, как и от установленной взрывчатки. — Друг? Они же все здесь… Тэхён, — догадывается Джунки. — Он никуда и не пропадал, так? — Во-вторых, — игнорирует Чимин его вопрос, — настоящая бомба установлена здесь, поэтому твой пистолет мне ни к чему, — он достаёт детонатор, всё ещё держа Сона на прицеле. — Надеюсь, вы поняли, — обращается ко всем. — Одно нажатие на кнопку, и после взрыва даже ваши тела родные не получат, поэтому быстро развязали всех и свалили быстро. Кстати, и полиция на подходе. Охрана, переглядываясь, быстро выполняет требование Чимина, освобождая парней, и убегает прочь из склада. — Вот тебе и верные люди, — лишь пожимает плечами Джун Ки. — Чимин? — хлопает непонимающе Юнги, удерживая Чонгука. — Отпусти или выруби его, — показывает глазами на Сона РМ, подхвативший в свою очередь Хосока. — Иди сюда, мы свободны, можем идти! — Какие же у вас страсти! — с нездоровым видом расплывается в улыбке Джунки. Через пару секунд слышится вой сирены полицейских машин и скорой. — Идите, хён, мы пока тут побудем… Всё-таки жизнь — как фильм… А в большинстве фильмов у плохих парней один конец, — горько вздыхает Чимин. Намджуну и Юнги не нравится этот пустой взгляд аналитика банды: он пропитан той самой безнадёжностью, которая была у всех семерых до того, как они нашли друг друга… — Чимин… Чимин-а, — тянет к нему руку Юнги, не прекращая зрительный контакт, — ты же не сделаешь ничего такого, что может причинить нам всем ещё одну боль на всю жизнь? Да, единственный мой? — у него перехватывает дыхание. — Уже… Уже причинил, Василиск, — закрывает глаза Чимин. — Если он сейчас спасётся, вам не жить спокойно, ошибки надо исправлять, — аналитик нажимает на кнопку. — Время пошло, у вас семь минут, чтобы выйти отсюда. — Нет, нет, нет… Чимин! Нет! Только не это, — не своим голосом, исходящим глубоко изнутри, кричит с ужасом в глазах Юнги, наклоняя Чонгука к Намджуну и продвигаясь вперёд. — Не двигайся, Юнги! Джун, уходите… шесть с половиной минут! — Чимин-а, не глупи! Юнги! — уже не зная, кого образумить, кричит РМ. — Помоги вытащить наружу парней, а потом вернёмся за Чимином! Юнги быстро приходит в себя, видя бесчувственное состояние Хосока и Чонгука, которые не виноваты ни в чём, а сейчас могут взять и погибнуть только потому, что Юнги — эгоист, держащийся за последние капли надежды помочь любимому. Потерявшемуся любимому. Не отрывая взгляд от Чимина, Юнги кивает ему, давая понять, что не отпустит вот так просто. А после подходит к Намджуну, хватает Чонгука и идёт к выходу. Бежит. Чимин же, смотря на Сон Джунки, который спокойно ожидает своей участи, тихо напевает слова своей любимой песни: «But I'm only human after all I'm only human after all Don't put your blame on me…» Юнги, весь в поту, оказавшись снаружи, бросает на землю Гука, к которому подбегают врачи, и сразу же направляется обратно… Но… Резкий звук. Взрыв, превращающий склад в одни обломки. Тяжёлое дыхание. Оглушающий звон в ушах. Чимин привёл в действие бомбу раньше времени. Кто-то сказал: «Во всех сказках неизменимо одно — злодеи не могут быть счастливы!» Но любая ли ошибка превращает «ангела», предавшего своих друзей, в злодея?

***

Уже третий день в городе «ангелов» идёт сильный дождь. Солнце как будто не вынесло всей этой несправедливости, его жителей своего общества лишило. На кладбище, где сейчас стоят четверо парней и одна девушка, чувствуется лишь запах сырости. Один известный автор как-то начал своё произведение с перечисления: «Ночь. Улица. Фонарь. Аптека». Если бы попросили описать несколькими словами атмосферу этого дня, то оно было бы таким: «Густой туман. Мрачные тучи. Чёрные зонты».