Приму пулю за тебя и от тебя

20 дней после выборов «Ещё раз поздравляем вас с победой на выборах, господин Ом! Надеемся, при Вас наш город будет процветать!» Уже третий день в городе «ангелов» идёт сильный дождь. Солнце как будто не вынесло всей этой несправедливости, его жителей своего общества лишило. На кладбище, где сейчас стоят четверо парней и одна девушка, чувствуется лишь запах сырости. Один известный автор как-то начал своё произведение с перечисления: «Ночь. Улица. Фонарь. Аптека». Если бы попросили описать несколькими словами атмосферу этого дня, то оно было бы таким: «Густой туман. Мрачные тучи. Чёрные зонты». — Джун, нам пора, самолёт через несколько часов, — похлопывает по плечу своего парня Джин. Намджун поворачивается к Джину и смотрит в эти ничего не видящие глаза. Должен ли он чувствовать ненависть к человеку, похороненному здесь? За то, что из-за его ошибки чуть не лишился всех своих братьев, а любимый человек сейчас не может и шагу сделать без него, боясь, как ребёнок, упасть? За то, что им придётся, оставив всё, переехать в другую страну, чтобы иметь шанс хоть что-то изменить? — Да, Принц мой, пойдём сейчас… Только могу я побыть один пару минут? — Конечно, мы с парнями и Джи тогда подождём в машинах. — Я тут буду, РМ, — встаёт чуть подальше от него Хосок. Намджун подходит к могиле. — Рад, что ты сейчас здесь, в этой сырой яме? — спрашивает сам себя Джун. — Думаю, что нет. Но почему-то именно сейчас я спокоен. Наконец, больше не надо думать где ты, умер или жив. Не знаю, попадёшь ли ты в рай после того, как из-за тебя пострадало столько людей, но, надеюсь, всё-таки обретёшь покой. Мы с Джи тебя прощаем… Отец. Слов больше нет. Лидеру банды нечего сказать родному отцу, местоположение которого теперь точно знает. Намджун кивает Хосоку, и они оба направляются к машинам. На могильной доске — имя: «Ким Хангель» (1965-2021).

***

Permanent — David Cook (instrumental) (минус) 10 дней после выборов — Хён? — тихо зовёт Тэхён, проходя в пентхаус Чимина, где уже больше двух недель ночует Юнги. После всех событий, произошедших на складе, Юнги исчез, не выходил на связь, игнорируя все звонки. Его нашли в квартире Чимина только через несколько дней, выследив по датчику, установленному Гейтсом на телефоне старшего.

— Тэхён, знаю, что не имею права просить тебя о чём-то… Но всё-таки… Проследи, пожалуйста, за Василиском после всего, что произойдёт. Ему будет определённо тяжело поначалу. Не допусти того, чтобы он совершил ошибку…

— Чимин…

— Если хочешь, встану на колени, — разбитым голосом выдаёт аналитик, прекрасно осознавая, что из склада живым ему не выйти.

«Ангелов» напугало состояние Юнги, который был неестественно спокоен. Равнодушный голос и каменная маска. Никаких эмоций. Словно в него проник призрак знакомого холодного Чимина. — Хён? Ты здесь? Тэхён находит Юнги в комнате Чимина, где когда-то застал их впервые вместе. — Уже почти не пахнет им, — тихо произносит Юнги. Только сейчас Тэхён замечает, что старший прижимает к груди подушку Чимина, как ребёнок свою любимую игрушку, зарывшись в неё носом. — Василиск… — Не называй меня так. Василиска больше нет… — голос ледяной. — Хён, ну зачем ты так с собой? — присаживается Тэхён на кровать, которую, видимо, никто не заправлял после того дня, когда в последний раз тут ночевал Чимин. — Пойдём поговорим, тебе станет легче. Юнги ничего не отвечает. Он встаёт, положив подушку на место, и направляется к двери. Тэхён, желая привести комнату в порядок, тянется к постельному белью. — Не трогай… Оставь всё как есть, — просит хриплым голосом Юнги. — Чимин любил, когда всё было убрано… — А я любил Чимина. Но это не помешало ему оставить после себя лишь разрушения, — с пустотой во взгляде говорит он, выходя из комнаты. — Хён, почему ты не с нами, почему избегаешь всех? — догоняет его Тэхён, заходя в гостиную. — Почему не возвращаешься домой или хотя бы к себе? Оставаясь здесь, ты делаешь себе только хуже! — Тебе лучше уйти, Тэ… И этот датчик на телефоне. Удали все приложения по слежке. Я не маленький мальчик, няньки мне не нужны. — Вас… — запинается Тэхён. — Юнги, не уйду, не удалю, пока ты не поговоришь со мной или хотя бы с кем-то из парней. Мы переживаем за тебя! — За меня? Переживаете за меня?! Я жив и здоров, а вот Чимина нет! Гейтс, он же был твоим другом. Так близко, как его, ты никого из нас не подпускал. Что с тобой?! Что с вами всеми?! Ты всегда был таким, мало показывающим эмоции. Интроверт в банде. Но чувства же должны быть! Посмотри на меня, — он кладёт руки на обе щеки Тэхёна, заглядывая в глаза. — Чимин погиб. Бум, — округляет губы на букве «у». — Взорвался. Его нет больше с нами! Моего Чимина нет! — Он погиб, спасая вас, — отводит взгляд Тэхён. — Тэхён, посмотри на меня! Я похож на спасённого человека? — он хватает за подбородок младшего. — Кому, как не нам, знать, что царапины и раны могут быть не только на теле, но и вот тут, — тычет пальцем себе в грудь. — В первом случае помогают лекарства, мази, а вот со вторым, чёрт побери, тяжелее. Юнги отстраняется и, стоя уже спиной к Тэхёну, после небольшой паузы продолжает: — Ты спрашиваешь, почему я не с вами? Отвечу. Всё просто. Не могу смотреть вам в глаза, особенно Джину. Они ненавидят Чимина и имеют на это право. А я не могу и никогда не смогу. Во всём, что случилось, есть и моя вина… Я должен был понять, что с ним что-то не так, но был слеп и глух. Видел, как он страдал, и скидывал всё на стресс. Вёл себя, как последний эгоист, думая, что его проблемы сводятся только к нашим отношениям. А ведь даже перед операцией он вёл себя странно. Дал мне пистолет, хотя по плану я мог обойтись и без этого. И что самое главное, знаешь, что он мне сказал: «Что бы не случилось, я тебя вытащу». Он знал обо всём… Если бы я только прислушался… — Говоришь иногда о нём в настоящем и будущем. — По-другому и никак, Гейтс, поэтому сразу отвечу на твой второй вопрос. Почему застрял здесь, в его квартире, где всё напоминает о нём? Потому что я жду его. Жду его, Тэхён. Идиот, признаю. Но он мой Чимин, мой Мегамозг. Он не мог так нелепо погибнуть. Знаю, придёт тот день, когда он откроет эту дверь, подойдёт, молча, без слов, обнимет со спины и скажет: «Я скучал, хён». И я прощу ему всё, даже если бы он и не раскаивался. Тэхён, — приближается к нему Юнги, падая на колени и опуская голову, как когда-то Чимин. — Если меня спросят, сколько букв в слове «вселенная», я не задумываясь отвечу: «Пять». Насколько же разными могут быть люди. Холодный Чимин и эмоциональный Юнги. Но для такой штуки, как любовь, всё это неважно. Тэхён никогда не читал романы, сказки про любовь до гроба, не смотрел фильмы с таким сюжетом, но, вспоминая слова умоляющего его Чимина и видя перед собой сейчас Юнги, понимает: это и есть та любовь, перед которой можно преклониться. Тэхён уже собирается помочь старшему подняться, как вдруг слышит шаги в прихожей. — Чимин, — Юнги чувствует, как сердце начинает биться всё чаще. — Это он! — встаёт с места, чуть не падая обратно, потеряв равновесие. — Хён! Осторожно, — окликает его Тэхён, добегая до прихожей. — Простите, я курьер из службы доставки готовой еды. Стучался, но вы не слышали, наверное. Дверь была открыта… И я… — тараторит незнакомый парень, понимая, что его оправдания никому не интересны. — Вот ваш заказ, — протягивает он пакет Юнги. — Простите ещё раз за бестактность… — Хён, я заказал тебе немного продуктов, — виноватым голосом произносит Тэхён. Но Юнги его уже не слышит, разворачиваясь, он возвращается в гостиную, задев младшего плечом. — Юнги, я положил продукты на барную стойку, если хочешь, помогу разобрать… — Спасибо, — сухо отвечает Юнги. — Тебе уже пора. Не смотри на меня так, Тэхён. Не сделаю с собой ничего, умирать не собираюсь. Я должен быть здесь, когда вернётся Чимин. Тэхён понимает: это означает, что Юнги принял решение погибать каждый день.

***

— Пациент проснулся, у него уже гости, — зовёт Тэхёна миловидная девушка. Проходя в палату, он видит перед собой впервые за последнее время улыбающегося Чонгука и рядом с ним сидящего Хосока. — Чувствую, сегодня тебя накормили чем-то вкусным? — подходит Тэхён к койке младшего. — Привет, хён, — обращается он к Хосоку. — Угадал, Гейтс! Сегодня мне разрешили поесть то, что я хотел, а не то, что можно, — продолжает улыбаться Чонгук. — Кролик, не меня недавно откачивали из-за отравления. Тебе подмешали в алкоголь какие-то психотропные вещества, ты же это понимаешь? Поэтому должен смириться, что в ближайшее время будут одни ограничения, — улыбаясь, смотрит на него Тэхён. — Ты же только что сидел весь поникший, — недоумевает Хосок. — Тэхён, он расцвёл, только когда ты зашёл. Не слушай его, еле заставил хоть что-то поесть. — Эй! — возмущается Чонгук. — Что «эй»?! Врать очень плохо, Кролик! — подтрунивает над ним Хосок, не скрывая смеха. — Ладно, голубки, пойду кофе принесу, тут он такой вкусный, только ради него и припёрся. — Сам ведь врёт и не краснеет, — доносится до стоящего у дверей парня голос Чонгука. — Если что, кофе очень долго готовится, — подмигивает Хосок и выходит. И всё равно, что автомат стоит рядом с палатой младшего и готовится кофе не больше минуты. Всё это время Тэхён ухаживал за Чонгуком, которого удалось только чудом спасти. Но, насколько Хосоку известно, они так и не поговорили после всей этой ситуации. — Тэ, ты в порядке? — становится серьёзным Чонгук, видя состояние Тэхёна. — Да, в полном, — сухо отвечает хакер. — Ты точно поел? Я продукты принёс, — не смотря на Чонгука, беспорядочно раскладывает их на тумбу, стоящую рядом с койкой. — Тэхён, — Чонгук хватает за запястье парня, заставляя остановиться. — Посмотри на меня… Немного задержавшись в этой позе, Тэхён оборачивается к Чонгуку. — Кролик? Тебе что-то надо? Помочь в уборную сходить? — Тэхён, перестань, пожалуйста… Я же вижу, на тебе лица нет. — Я был в квартире Чимина вчера… — И поговорил с Юнги? — Да… — Дай угадаю: не удержался и рассказал ему обо всём? Тэхен лишь утвердительно кивает. — Ты сделал всё правильно… Тэ, мы с тобой тоже должны разобраться во всём… Who — Lauv feat. BTS — Гук, сейчас не время. Поправишься — поговорим… — Тэхён, как раз наоборот. Мы должны всё обсудить… Тэхён освобождается от хватки младшего, направляясь к выходу. — Тэхён! Ты не можешь так просто встать и уйти! Этого разговора не избежать! Наша история не может так просто закончиться… — Наша история? — замедляет шаг Тэхён. — Чонгук, ты хочешь поговорить? Давай поговорим тогда, — он подходит вплотную, специально заправляет чёлку назад, приоткрывая вид на шрам около брови… Чонгук лишь стыдливо опускает взгляд. — Прости, Тэ. Я думал, что ты… — Снова «прости», снова ты думал… — Этот поцелуй, фото с Джиханом… — Дай я тебе расскажу о Джихане… — Ты не обязан… — Ты прав, я никому ничем не обязан. Но всё-таки, раз начали. Тебе же уже известно, что Ом Кимджун ни в чём не виноват, соответственно, и его люди. Я встретил Джихана в тот день, когда устроил пожарную тревогу в офисе Ома. Он узнал меня сразу — парня, который когда-то подошёл к нему в клубе и поцеловал. В тот день, два года назад, когда ты отвернулся от меня, узнав об ориентации. В глазах Чонгука читаются нескрываемый шок и стыд. — Да, Кролик… Джихан даже моего настоящего имени не знал. Связывался неоднократно после встречи по номеру, указанному в анкете, которую я заполнил якобы для прохождения собеседования. Предлагал встретиться, но я отказывал, потому что он был человеком Ом Кимджуна, мы не знали всей правды и… — он не договаривает. — Хоть и, повторюсь, никому ничем обязан не был, в тот злополучный день мы случайно встретились с ним на улице, попросил не преследовать меня, а он поцеловал меня в знак прощания. После небольшой паузы, понимая, что Чонгук находится в замешательстве, Тэхён продолжает: — Знаешь, что самое обидное, Кролик? Ты не дал мне и слова сказать… А Юнги, который своими глазами и ушами от первого лица узнал о предательстве, принял и простил. — Я могу всё исправить… Только дай мне ещё одну возможность, Тэ… Я залечу все твои раны, — он протягивает с осторожностью руку, словно боясь сделать больно, и дотрагивается до оставленного им же шрама, проводя большим пальцем по нему. Тэхён вздрагивает от такого прикосновения, но, приходя через секунду в себя, нежно отодвигает руку младшего. — Чонгук, у нас не было с тобой никакой истории. Всё намного банальнее. Ты подал руку, я, доверившись, взял её. Ты боролся со своими травмами, а я любил в одиночку. Ты унижал, я молча терпел. Ты решил попробовать, я понадеялся. Ты сравнял меня с землёй, я же привстал и пополз дальше. Это замкнутый круг, Гук. Вся любовь к тебе отравляла, как яд, постепенно, мою кровь, заставляя прятать в закромах свою гордость. Она поглотила меня полностью. Не буду врать, мои чувства так быстро никуда не денутся, — смеётся, вздыхая. — Честное слово, будто родился, чтобы любить только тебя. Абсурд. Знаешь, было легче делать это молча. Громко и взаимно — увы, не про нас. — Тэхён, прошу тебя, — не своим голосом произносит Чонгук, не желая принять, что это конец. — Ты болен, Гук. Тебе нужна помощь. Профессиональная помощь. Прости, я пытался. Но это оказалось сложнее, чем я думал. Поэтому на этом всё. Настало время идти дальше. Через пару дней я улетаю… — Тэхён?! Ты же шутишь? — всё надеется Чонгук, но замечает, что ни один мускул на лице старшего не дрогнул. Не врёт. Это действительно конец. — Я хотел ещё повременить до поездки этот разговор, но у нас всегда всё не по плану, — улыбается Тэхён, теребя волосы младшего. — Тэхён! Умоляю, не делай этого! Не лишай себя друзей и работы из-за меня! — губы Чонгука дрожат. — Чонгук, я всегда находился в тени, мне было так уютней. Но из зоны комфорта рано или поздно надо выходить. Ты помнишь, как получилось, что в офис Ома отправили меня и тебя? Я был всего лишь заменой Василиска. Помнишь, когда в последний раз я самостоятельно водил машину? Правильно. Когда вытаскивал тебя из бара перед операцией. Пришло время выйти из своей скорлупы. — Гейтс, ты самый умный, добрый, красивый парень, которого я знаю. Останься тут, с нами, — глотает ком в горле, — со мной… Мы справимся. Я буду держать твою руку в этот период, а ты мою… Мы будем опорой и поддержкой друг для друга. Не бросай, — умоляет Чонгук, задыхаясь, чувствуя, как лицо становится мокрым. — Не надо, — Тэхён берёт в руки лицо младшего, вытирая слёзы. — Тебе нельзя так волноваться. Я пойду… — Нет, только не это, хотя бы не сегодня, не отпускай мою руку! — уже не своим голосом просит Чонгук. — Если сейчас не уйду, потом будет сложнее, — он оставляет поцелуй на щеке и направляется к выходу. — После выписки у нас ещё будет возможность поговорить. — Тэ! Ты не откроешь эту дверь! Тэхён замирает, держась за ручку двери. — Позову Хоупа… Что-то он долго кофе делает… Прощай, Гук, — парень давит на ручку, открывая дверь, и, не оборачиваясь, выходит. — Никаких «прощай», Ким Тэхён! Никаких «прощай»! — кричит Чонгук вслед что есть силы. Голова кружится при первой же попытке встать. — Чонгук! — врываются в палату Хосок и медсестра. — Что ты творишь?! Тебе нельзя пока двигаться! — Он ушёл, Хоуп! Он ушёл! — пытается освободиться из хватки. — Завтра тебя выпишут, и вы снова поговорите! Только успокойся, прошу! Иначе так только себе хуже сделаешь! — крепко обнимает его Хосок, чувствуя, как сильно бьётся сердце в груди младшего, пока медсестра ставит укол. — Завтра, — прикрывает глаза Чонгук, — завтра… Тэхён, стоящий всё это время у палаты, сползает вниз по стене, давая волю эмоциям. Это их последний разговор, «завтра» уже не будет. Рейс сегодня ночью. А маленький шрам на лице и в душе будут единственными оставленными воспоминаниями о его Кролике.

***

Ghost — Jacob Lee  Сидя на берегу океана, «ангел» наблюдает за вечерним закатом. За тем, как краски в тёплых тонах сменяются одна за другой. Солнечные лучи образуют прекрасную жёлто-оранжевую дорожку на поверхности воды. Но, несмотря на открывающийся сказочный вид, умиротворения внутри нет. Душевное спокойствие можно обрести не только находясь в таком прекрасном месте, но и занимаясь любимым делом, слушая музыку или просто прижимаясь к тёплой груди любимого человека в маленькой однокомнатной квартире. «Ангел» же лишился возможности смотреть на всё это с тем самым, из-за которого до сих пор так быстро бьётся сердце. Ошибки всегда имеют последствия, а иногда даже непоправимые. Он попал в райское место, ставшее для него личным адом. Ненавистное им одиночество теперь будет преследовать всегда. Или… От раздумий его отвлекают шаги позади. — Сара, я же говорил, что не хочу есть… Знаю, Тэхён просил контролировать меня, но это ни к чему. Спасибо тебе за заботу. Но человек позади не уходит, шаги вместе с тем слышатся всё ближе. — И долго ты собирался бегать от меня? — садятся рядом на белый песок. Это не голос Сары. И даже не женский голос. Это знакомый шепелявый голос, заставляющий сердце выпрыгнуть из груди, а кожу покрыться миллионами мурашек. — Юнги, — шепчет «ангел», не смея обернуться, чувствуя, что ещё секунда — и он свалится замертво. Хотя вроде и так уже умер. — Чимин… Посмотри на меня, — берёт лицо младшего в свои руки Юнги, всё ещё не веря в реальность происходящего. Взгляды, направленные друг на друга. Одно дыхание на двоих. Минутная стрелка на часах больше не движется. Юнги умер вслед за Чимином в квартире последнего, где его оставил Тэхён, и попал в рай? Нет. Чимин жив. Чимин здесь. Чимин рядом. Это подтверждает тот невесомый поцелуй, который он оставил на губах старшего. Всего лишь трепетное касание губ. Хотя Юнги уже этого не хватит никогда. Он скучал по мягким соблазнительным губам, поэтому, не теряя ни секунды, он прижимает младшего к себе, держа за талию, целуя нежно, боится отпустить, нарушить этот волнующий до дрожи момент. Но постепенно этот поцелуй становится более жадным, страстным… Все те эмоции и чувства, которые двое испытали в разлуке. Страх, потерянность, опустошение. Все вышли на волю через этот поцелуй, освобождая душу от темноты. — Юнги, — снова произносит дрожащими губами Чимин. — Это не мой очередной сон? — Если это сон, то он наш, общий, и тогда я не хочу просыпаться, — зарывается носом в область виска Юнги, вдыхая любимый аромат. — Как ты тут… — Потом, Чимин… Всё потом… А сейчас давай просто насладимся этим моментом. Говорил же, что ты мой душой и телом. Я всего лишь вернулся за своим, — он крепче обнимает Чимина, прижимающегося к нему. — Ты можешь быть Мегамозгом при других, сильным духом парнем, но только не со мной… Ты мой Чимин, тот отзывчивый мальчик, который готов без доли сомнения отдать свой последний кусок хлеба незнакомцу… — Я предал тебя, предал вас всех… Ты тоже мог, но не сделал. Я оказался слабее, — закрывает ладонями лицо Чимин. — Ты не смог этого сделать. Твоё сердце не позволило. Просто ты всю жизнь привык полагаться лишь на мозг, отключив чувства. А когда узнал про своих родителей, которых потерял в раннем возрасте, холодный разум впервые уступил эмоциям, — Юнги убирает руки младшего, заглядывая в глаза сверху вниз. — Смешно, ты сам находишь объяснение моим поступкам, не давая оправдаться, — усмехается Чимин. — Всё это уже ни к чему, Чимин-а, — он гладит успокаивающе по голове младшего. Юнги совсем иначе представлял эту встречу, после того, как Тэхён рассказал всю правду. Он хотел накричать на него что есть силы. Да даже причинить физическую боль, чтобы донести всё то, что ему пришлось испытать, думая, что Чимин погиб. Но, увидев это лицо, не смог. И это уже не важно. Тёплый ветер приятно щекочет кожу, гребни прибрежных волн теперь светятся ярким завораживающим синим светом, на небе появляются первые звёзды, а пост солнца занимает полная луна. Атмосфера вокруг приобретает совсем другое звучание, более чарующее, таинственное, хранящее в себе множество секретов. Но желания их разгадывать у лежащих на берегу «ангелов» нет. Жизнь их просто научила, что прошлое может быть пагубным, а будущее — неожиданным, поэтому остаётся всего лишь наслаждаться сегодняшним, настоящим. Когда под боком мило сопит Чимин, как потерянный раненый котёнок, Юнги поднимает голову, смотря на мириады звёзд, светящихся на тёмном небе: «Говорят, угасание звезды означает конец чьей-то жизни. Но твоя звезда, Чимин-а, будет гореть рядом с моей ещё очень долго».

***

Flashback — Спасибо, — сухо отвечает Юнги. — Тебе уже пора… Не смотри на меня так, Тэхён. Не сделаю с собой ничего, умирать не собираюсь. Я должен быть здесь, когда вернётся Чимин. Тэхён понимает: это означает, что Юнги принял решение погибать каждый день. Но он не допустит, чтобы еще кто-то из «ангелов» страдал, поэтому единственным правильным шагом посчитал рассказать всю правду Юнги, несмотря на просьбу Чимина этого не делать. — Юнги… Чимин не… — Тэхён, не надо… Он придёт, я знаю… — Чимин не погиб… О личности предателя Тэхён узнал, выполняя поручение Намджуна найти того, кто переключил камеры в режим реального времени. Конечно, Тэхён был уверен, что проверил с утра готовность и работоспособность устройств. Оставался один возможный вариант. Подмена записей во время самой операции. Тэхёну всего лишь надо было просмотреть камеры, установленные в своей «лаборатории». И вот оно, кадр, повергший его в шок. Чимин меняет записи в тот момент, когда хватает управление во время разговора Тэхёна с Чонгуком. Flashback — Подонок! — врывается в комнату Чимина Тэхён, ногой открыв дверь. У окна стоит дрожащий Чимин с пистолетом в руках, держа оружие у виска. — Ты решил так просто уйти из этого мира, оставив после себя всё говно, Мегамозг? Нет уж! Ты сейчас же опускаешь пистолет, подчищаешь всё за собой, лишь потом делай всё, что хочешь! Тэхён скрывал. Скрывал от всех тайну, чтобы вывести Сон Джунки вместе с Чимином на чистую воду. Понять его мотивы и остановить. Тэхён знал, что Намджун начал подозревать его, но рассказать обо всём не мог, поэтому терпел двусмысленные взгляды и намёки со стороны лидера в свой адрес. В тот день, когда Сон Джунки похитил «ангелов», Тэхёну надо было спасти Джина, а Чимину — остальных, всего лишь напугав установленной взрывчаткой на складе.

— Чимин же привёл её в действие! От склада остались одни обломки! — плачет от радости Юнги, не находя себе места, мотаясь из одного угла комнаты в другой.

— Я знал, что он пойдёт не по плану… Поэтому оказался в нужное время в нужном месте.

Тэхён не помнит, как оказался у склада. Он всё это время следил за старшим, понимая, что тот не боится смерти, более того, повсюду её и ищет. А умереть ради спасения своих друзей — это единственный способ получить прощение. По дороге Тэхён лишь молился о том, чтобы старший не успел реализовать задуманное. Проходя через чёрный вход, он увидел перед собой Чимина, держащего Сон Джунки и напевающего какую-то песню.

— Чимин! Ты привёл в действие взрывчатку! Зачем?! Иди сюда, мы выйдем через подземный вход и тебя не заметит полиция!

— Гейтс, что ты тут делаешь? Джин?!

— Он в безопасности, а вот ты нарушил своё слово! Хватай его, — показывает на Сона, — и на выход!

— Ты сам сказал, Тэ, что после того, как подчищу всё за собой, могу сделать с собой всё, что захочу… Оставь меня в таком случае. Это мой выбор.

— Тогда и я останусь, вместе покинем этот грязный мир.

— Ты свихнулся!

— Как и ты, — говорит чётким голосом Тэхён, не оставляющим и доли сомнения в готовности последовать за другом.

Чимин же не мог позволить, чтобы ещё один человек, его близкий друг, брат, пострадал из-за его решения. «Ангелы» вместе с Сон Джунки покидают склад до того, как последний взрывается.

***

Два года спустя. — Хён! — встречает выходящих из самолёта Намджуна и Джина Чонгук, оглядываясь вокруг. — Чонгук, ты чего такой взволнованный? Неделю назад же расставались. Каждый месяц Намджун с Джином улетают в Сингапур на обследование. Самый старший из «ангелов» благодаря хирургу, которого когда-то посоветовали Намджуну, снова различает все краски вокруг. Намджун, как и обещал самому себе, предложил Джину свободу, однако тот лишь усмехнулся таким мыслям лидера со словами: «Зачем мне видеть мир, в котором не будет тебя?» Поэтому, вместо расставания, на пальцах обоих теперь блестят на солнце скромные обручальные кольца. — Ищет Тэхёна, — понимающе кивает Джин. — Он ведь, — немного запинается Чонгук. — Вы ведь должны были встретиться в Сингапуре и вместе вылететь на свадьбу… — Да, Кролик. Мы договорились, но Тэхён позвонил и сообщил, что у него какие-то важные дела в школе появились. Чонгук лишь молча кивает, выдавливая из себя что-то наподобие улыбки. — Надеюсь, хён примет такую причину отсутствия друга на своей свадьбе… Тэхён осуществил свою мечту, переехав в Европу — туда, куда когда-то не смог поехать со своими одноклассниками из-за прихотей и выдуманных страхов родителей. В первое время он всего лишь приспосабливался к самостоятельной жизни, а потом наслаждался свободой. Полтора года назад же открыл в Ротенбурге школу для юных программистов, став преподавателем и одновременно заняв должность директора учебного заведения. Flashback Два года назад. — Тэхён? Ты здесь? — открывает дверь Чонгук, которого только что выписали из больницы. Но комната младшего пустует. Какое-то неприятное липкое чувство обволакивает всё внутри. Чонгук немедля проверяет свои догадки, открывая шкаф, где оказывается всего пара вещей старшего. Не помня себя, он вылетает из комнаты, заходя в «лабораторию» их хакера. Здесь всё осталось почти нетронутым. — Он уехал вчера ночью, Гук, — доносится голос Хосока позади. — Куда? Куда, хён, он уехал?! — не сдерживает слёз Чонгук. — Не знаю, Кролик, — виноватым голос сообщает Хосок. — Ты же обещал, что сегодня мы поговорим с ним! Обещал! — впадает в истерику он, падая на колени. — Я найду его и приведу обратно… Чонгук в первую очередь решает пройти лечение в наркологической клинике, чтобы начать жизнь с чистого листа. А потом ищет того, кто занял все его мысли. Месяц, два, три, а может и больше. Он давно потерял счёт времени. Но останавливаться не намерен. Наконец, с помощью своих связей ему удаётся выяснить местоположение Тэхёна. Но каждый раз, когда был в шаге от встречи со старшим, тот исчезал, словно в городе и не было никого по имени Ким Тэхён. Осознание того, что специально избегал, надежду на воссоединение сводило на нет. Ротенбург-об-дер-Таубер — это один из самых атмосферных городов Германии, привлекающий туристов своей средневековой архитектурой и местами, впитавшими историю своей страны. Для Чонгука же — очередной город, где снова все ожидания разобьются вдребезги. Но… — Чонгук? Это ты? Что ты тут делаешь?! — Тэхён, — он не может отвести взгляда от довольно возмужавшего старшего. — Перестань искать меня. Перестань гоняться за мной. Я ведь просил отпустить. Зачем ты снова и снова появляешься в моей жизни? Мне очень понравился этот город, не заставляй снова покидать полюбившееся место… Не так Чонгук представлял их личную встречу после долгой разлуки. — Тэ… — Думаешь, я не знаю, что ты следишь за каждым моим шагом? Я не могу дышать, везде чувствую твоё присутствие рядом. Моё сердце не каменное, Кролик! Умоляю тебя, прекрати мучать себя и меня… — Хорошо, — еле выдавливает из себя Чонгук, ощущая покалывание в пальцах на руках и ногах. — Хорошо, — повторяет он словно уже самому себе. — Я не буду тебя преследовать, не буду даже узнавать, где ты, с кем ты… Я дам тебе, — делает паузу, — я дам нам год, год свободы. И если через год ты решишь, что в твоей жизни мне нет места, пойму и отпущу навсегда. И вот год подходит к концу. Но Тэхён, видимо, выбрал жизнь без Чонгука.

***

Floating Through Space — Sia, David Guetta Весь внутренний двор особняка украшают цветы в пастельных оттенках: белые, бежевые, розовые. На Джесси белоснежное платье до пола, с прозрачным декольте, идеальным кружевом на рукавах, а на голове аккуратно уложенный пучок. Одежда немного прикрывала уже чуть виднеющийся животик. Чонгук не упускал каждый раз возможности подшутить о положении девушки. Они все приняли её как родную. Намджун познакомил её со своей сестрой Джи, которую всё это время держал на расстоянии от их деятельности. Юнги и Чимин появляются, когда церемония уже началась. Последний, встречаясь глазами с Намджуном, молча кивает и присаживается рядом с ним, всё ещё держа руку Юнги. Боль не уходит, она лишь притупляется. «Ангелы» простили Чимина. Никто не хотел снова попадать в тот кошмар, который наступил после того, как все думали, что их Мегамозг погиб. Намджун страдал сильнее всех, потому что чувство вины было настолько всепоглощающим, что начало пожирать его изнутри. Они создали всё, что имеют на сегодняшний день, вместе. Банды не было, если бы он не встретил Чимина. Последний всегда выполнял все приказы без лишних вопросов, сам никогда при этом ничего не прося. Намджун винил себя за слепоту, он не был идеальным лидером, которым себя считал. А вся история родителей Чимина знатно подкосила его. Каким бы ты ни был сострадающим и добрым человеком, понять боль чужого можно только, если похожая коснётся тебя самого. Намджун понял, какую ошибку он совершил, приняв решение, несмотря на уговоры Джина, продолжить проект VSA, который изначально имел благородные цели, зная, что ставит под угрозу жизнь одних людей ради спасения других. Понял в тот момент, когда смотрел в глаза Чимина. Перед ним предстал маленький мальчик, его близкий друг, оставшийся из-за тщеславия и амбиций других без родителей. Поступок Чимина причинил, конечно, боль и разочарование, но он также спас Намджуна, не допустил его превращения в то чудовище, которым стал его отец, Ким Хангель. Ом Кимджун так и мог не узнать всей правды. Но Намджун решил всё рассказать и попросить прощения. Ведь этот человек не был виноват ни в чём, а Намджун причинил ему столько зла. Если бы не решение Хоупа, лишил бы его единственной дочери, которая с трудом, кстати говоря, приняла лидера. Сон Джунки же, настоящий враг «ангелов», теперь всю жизнь проведёт в психиатрической больнице. Ом Кимджун рассказал, что всегда искал детей своего друга, узнав, что те убежали из родного дома, хотел обеспечить их всем, чем мог. Но не смог этого сделать. А когда узнал, что Намджун и Джи и есть те самые дети, готов был пожертвовать даже своей должностью. Но Ким уверил его, что всё это ему теперь не нужно. Счастье — это его Принц и «ангелы», а Ом — идеальный человек для такого поста. Приятная музыка сопровождает шаги прекрасной девушки, приближающейся к алтарю, где её ждет не менее прекрасный мужчина. Хосок не отрывает взгляда от своей избранницы и думает: «Что бы случилось, не поняв я намёка и отступив?»

— Чон Хосок! Зачем ты преследуешь меня? Каждый день встречаешь и провожаешь до университета. Мои подруги думают, что ты мой тайный воздыхатель.

— А разве это не так?

— Смею напомнить, ты вчерашний мой похититель, — закатывает она глаза.

— Но ты так никому ничего и не рассказала, — улыбается парень.

— Нет, потому что увидела в тебе другого человека, — кажется, она сболтнула лишнего. — Всё, прекрати эти гляделки, пожалуйста, между нами ничего не может быть. Я любимая прилежная дочь своего отца, а ты киллер, состоящий в банде. Согласись, что мы разные… Наша жизнь, принципы и цели кардинально отличаются.

— Неужели у Хоупа совсем нет шанса?

Немного помедлив, Джесси холодно отвечает:

— Нет. Нету, — она отворачивается, направляется обратно к зданию и, уже немного отдалившись, оборачивается:

— У Хоупа шансов нет.

Хосок замечает мимолётную улыбку, проскользнувшую на лице девушки, и сам улыбается, как влюблённый мальчишка, понимая: «У Хоупа нет, но зато Чон Хосок ещё может побороться за её сердце».

 Когда молодожёны дают клятвы друг другу, Чонгук замечает впереди знакомую макушку. Сердце начинает колотиться ещё быстрее, руки заметно потеют: Тэхён. Он не хочет нарушить прекрасный момент церемонии, поэтому еле сдерживается от порыва подорваться к старшему. Когда же Хосок с Джесси принимают поздравления, видит, как первым к ним подходит Тэхён, немедля направляясь в их сторону. — Так и знал, что свадьба у вас будет по залёту, охомутала ты моего брата! — рвётся обнять Чонгук Джесси. Стоящий рядом Тэхён вздрагивает от голоса младшего, пытаясь не выдать своих эмоций. — Тэхён, ты всё-таки приехал, — шепчет ему Чонгук, еле дыша. — Не мог пропустить свадьбу друга, но послезавтра возвращаюсь в Ротенбург, — выдаёт он. — Гейтс, тебе… Тебе так полюбился этот город? — язык заплетается. — Да, Гук. Вот оно. Тэхён принял решение за них. Чонгуку надо с ним смириться? А есть другой выход? Так тяжело, как сейчас, в душе никогда не было. Как-то сказал в порыве гнева, что Тэхён — самое худшее, что было в его жизни. Как же он сильно ошибался. Но если старший действительно счастлив без него, то Чонгук, чёрт побери, готов пожертвовать самым дорогим — своими чувствами. — Значит, у нас с тобой осталось лишь «завтра»? — Да, но, — поворачивается Тэхён, заглядывая младшему в глаза, — если ты хочешь, то можем продлить его до «вечности», — и продолжает: — У меня тут в кармане завалялся лишний билет до Ротенбурга. Сердце снова бешено стучит, но уже совсем из-за противоположных тёплых чувств. Тэхён не отпустит своего Кролика, а Кролик с этого момента всегда будет рядом со своим Гейтсом. Чонгук рывком притягивает Тэхёна в свои тёплые объятия. — Ты готов помогать мне в школе? Там убивать, конечно, никого не надо будет, но приструнить… — Твой ученик Феликс изрядно помотал тебе нервы? — смеётся Чонгук. — Всё-таки продолжал следить за моей жизнью, раз знаешь такие подробности? Нарушил своё же обещание, — прижимается Тэхён ближе к младшему, качая головой. — Только если совсем чуть-чуть, — усмехается Чонгук, оставляя поцелуй на губах любимого. Они бы ещё долго целовались, если бы не голос Джина: — Чего вы там встали, голубки? Потом не жалуйтесь, что на общей фотографии вас не будет! Чимин улыбается. Он счастлив, что Тэхён остановил его от совершения ещё бо́льшей ошибки, Юнги поддержал и заставил вернуться к «ангелам». Они могут находиться в разных уголках земли, банда может не существовать, но одно останется неизменным: их дружба и братство. А людям можно помогать и совсем другими способами. На фотографии запечатлены семь друзей детства, семь братьев (а некоторые и больше), нашедших утешение и спасение друг в друге.