Мистер Малфой

Она так же носила шпильки и узкие юбки. Заправляла рубашки в брюки и безупречно повязывала галстуки. Укладывала кудри аккуратными локонами и использовала тот же парфюм. Ходила к Запретному лесу вечерами и наведывалась к профессору Лонгботтому в теплицы. Она по-прежнему наводила трепетный ужас на студентов и была самой одарённой ведьмой столетия. Она оставляла алый след на каждой чашке, из которой пила кофе за завтраком в Большом зале. Она укладывала столовые приборы параллельно друг другу и очень тщательно пережёвывала пищу, прежде чем проглотить. Мышцы её шеи сокращались так красиво, что он мог бы сутками просто смотреть, как она пьёт. Она всегда была очень приветлива с преподавательским составом Хогвартса. Однако… Она совсем не смотрела в сторону нового преподавателя по Зельеварению, особенно, когда тот курил. * - Вы всё ещё ходите вечерами в Запретный лес, мисс Грейнджер? – он иронично приподнял бровь и поправил на плече лямку вместительной холщовой сумки, в которую только что набрал необходимые ингредиенты для предстоящего занятия. - Это меня успокаивает, мистер Малфой, - она попыталась обойти его, но Скорпиус успел взять её за запястье. - А знаете, что успокаивает меня? – спросил он, мягко погладив её кожу большим пальцем и отчасти удивляясь, что она так и не скинула его руку. – То, что Вы больше не мой профессор. Вы – моя коллега, - он придвинулся чуть ближе. – Ваша консультация по профпригодности оказалась самой ценной. Она так внимательно смотрела на него, будто видела впервые. Наконец, её губы разомкнулись и, через взволнованный вдох, она заговорила: - Что ж, это большая удача, что такой талантливый молодой преподаватель решил войти.. Он не слушал. Как в его мечтах. Через вестибюль – вниз по лестнице – в самое сердце подземелий – в личные покои. Скинув сумку у дверей и срывая с шеи галстук. Свой, её. Находя в полумраке её мягкие губы, путаясь пальцами в волосах, обхватывая за талию и приподнимая на носки, пытаясь подтащить её выше к своему лицу, так как без туфель она стала гораздо ниже. Ругаясь с застёжкой её юбки, не позволяющей ей обхватить его ногами. Рывками продвигаясь вглубь комнаты, сдёргивая пуговицы с рубашки, а лямки белья с плеч, и скользя пальцами по обнажившейся коже. Чувствуя её желание, с тем же нетерпением избавляющей от рубашки его самого и отвечающей на лихорадочную очередь горячих поцелуев. Пока они оба не упали на кровать. С коротким прерванным вскриком. Он накрыл её губы, задирая узкую юбку на талию и втискиваясь между её бёдрами, туда, где было так влажно, что он непроизвольно толкнулся. Мерлин-что-ты-творишь. Брюки неприятно давили, и он резко выдохнул, пытаясь вернуть себе хоть какой-то контроль. На секунду разрывая поцелуй, чтобы увидеть самый настоящий пожар в её глазах. Прижавшись лбом к её лбу, чувствуя, как пара капель пота скатилась по виску. Оттянув её нижнюю губу зубами и сразу же сталкиваясь с её ртом, сплетаясь языками. Удержал её ладонью за шею, возвращая вторую руку на бедро и залезая пальцами под кружевную резинку чулок, оттягивая, с наслаждением продвигаясь по гладкой коже выше, ощущая, как она вдруг задрожала. Дразняще обведя край белья, он отодвинул его в сторону и, лизнув её в подбородок, ввёл в неё сразу два пальца. Накрыл её открытый рот губами, повторяя языком движение пальцев внутри, сглатывая её стоны до головокружения. До болезненной пульсации. Она сама прервала поцелуй, потянувшись к нему, привставая, помогая снять брюки. Оттолкнув её обратно на кровать, он припал к её шее губами и, прикусив нежную кожу, с рыком вошёл. Она запрокинула голову, ещё сильнее открывая для него шею, и громко протяжно застонала. Он был просто на грани, когда она развела бёдра чуть шире, позволяя ему следующим движением проникнуть в неё ещё глубже. Приподнявшись над ней на локте и удерживая её за талию, он смотрел, как удовольствие стирает с неё самоконтроль. Как она мотала головой, спутывая некогда аккуратные локоны, как срывалась на крики, как потянула его лицо к себе, желая ощутить больше. Как можно больше. И он давал ей это, целуя в шею, ключицы, сдавливая вздымающуюся грудь ладонью, надавливая большим пальцем на затвердевший сосок, кусая и зализывая её кожу. Толкался резче, задыхаясь, встал на колени и, не выходя из неё, подтянул на них её ягодицы, практически укладывая её себе на бёдра, продолжая входить на полную длину и наслаждаясь её страстными вскриками. Упиваясь тем, как дрожь перекинулась на всё её тело, и её горящим взглядом за секунду до того, как она сжалась вокруг него с почти жалобным стоном, он сделал ещё несколько грубых толчков, позволяя ей сползти спиной обратно на матрас и, придавив её своим весом, исступленно кончил. - Мерлин… - услышал он её хриплый шёпот сквозь шум крови в ушах. – С этого дня Вы больше не ку̀рите, мистер Малфой. Скорпиус довольно усмехнулся, оставляя на её ключице влажный поцелуй.