Драконье лето

      — Странный он какой-то, этот мистер Хилл, — раскладывая вещи по полочкам, задумчиво произнесла Сара.       — Ага, такой загадочный и импозантный, прям ух, — воодушевленно подхватила Кенди, развешивая многочисленные платья на вешалки.       — Я не это имела в виду, Кей. — Сара сделала паузу и заключила: — Он меня пугает. И как-то слабо верится, что он вожатый детского лагеря. Ему бы больше подошло быть бандитом и грабить банки с пистолетом.       — О’Нил, вот умеешь же ты все изгадить, — встревает в разговор Адель, бросая едкий взгляд в сторону шатенки. — А блондиночка, между прочим, дело говорит. Вожатые у нас очень горячие и игнорировать этот факт глупо. Не знаю, где обитают такие преподаватели, но я готова была бы даже перевестись в школу в соседний город, чтобы учиться у них, да вот только в этом году я ее заканчиваю, увы. Кстати, это бесплатный совет, девочки. Пользуйтесь на здоровье и можете не благодарить.       Самодовольная улыбка расплылась на лице рыжей. Это явно чья-то злая шутка — по-другому назвать тот факт, что девушки вынуждены три недели жить с этой бестией в одной комнате, язык не поворачивается. Как будто их нахождения в одном отряде было не достаточно. Двадцать один день. Пятьсот четыре часа. Тридцать тысяч двести сорок минут — вот сколько времени им предстоит провести бок о бок и при этом постараться не убить друг друга. Это будут адские каникулы.       — А мне понравился кучерявенький. — Из другого конца комнаты раздался тихий мягкий голосок, явно не принадлежавший ни одной девушке из сентфорской четверки. — Мистер Адамс показался мне очень милым и добрым.       — Вишня, — немного грубовато добавила Стеф. — Обаятельный засранец, не правда ли? Самого дьявола уболтает на что угодно. — Едкая улыбка появилась на губах Стефани. — Тебя ведь Лайя зовут, верно? Ты прилетела по обмену?       — Да, все верно. Мы из Бухареста.       Кротость, скромность, стеснение и страх перед незнакомыми людьми, которыми тут являются все — вот что отражалось на ее лице. И рядом нет тех двух воинов-защитников, которые своими широкими спинами огородили бы этот хрупкий цветок от коварных лап местного хищника — Моринг. У девушки есть только два выхода: быть сожранной или все же показать зубки и вовремя дать отпор рыжей. Будем надеяться, что она справится.       — Ты и те два парня?       — Влад и Лео.       — И кто же из них твой парень? — бестактно спросила Адель вопрос, который на самом деле в той или иной степени интересовал, в общем-то, всех присутствующих в комнате.       — Что? Парень? Нет, мы всего лишь друзья, — стеснительно улыбаясь, Лайя поспешно отвела взгляд в пол. Ее щечки заметно покраснели, давая всем пищу для размышлений.       — Оу, — многозначительно протянула рыжая. — Понимаю. — Лайя подняла в изумлении глаза. — Иногда так сложно выбрать кого-то одного. Почему бы в таком случае не взять оба варианта, да? Вопрос лишь в том устроит ли их такое соседство. Хотя, судя по всему, всех все устраивает. По крайней мере, пока.       — Я не… — попыталась вставить девушка, но ее перебил жесткий голос Стефани, которая встала между ними, закрывая Бёрнелл собой.       — Заткнись, Моринг. Со своими грязными намеками иди к Тёрнеру.       — Защитница слабых и униженных проснулась? — Адель сделала несколько шагов по направлению к девушкам, встречаясь лицом к лицу с брюнеткой.       — Не лезь не в свое дело.       — Могу тоже самое сказать и тебе, Спенс. — Адель лукаво улыбается, при этом опасно стреляя глазами. — Мы просто общаемся с Лайей, а ты нам мешаешь. Еще и грубишь мне. Нехорошо.       — Сними корону, Адель. Мы не в школе и здесь твои угрозы не действуют.       — Разве? — Моринг ухмыляется, языком обводя контур губ. — Еще посмотрим.       Смерив друг друга ненавистными взглядами, девушки вернулись к своим прежним занятиям.       — Спасибо, — шепнула Лайя на ухо Стеф, когда они шли в сторону столовой.       — Не за что. — Улыбнулась Спенс, пожимая ладошку девушки. — И да, насчет Вишни.       — Мистера Адамса? — резко вставила Бёрнелл. Видимо, ей не комфортно называть его по имени.       — Да, его. — Стефани закусила губу, на секунду задумавшись, говорить ли то, что она хотела сказать или нет. Лайя кажется ей такой наивной и доверчивой, что хочется защитить ее от сурового мира вокруг. И, кажется, Стеф начинает понимать, почему Влад и Лео так носятся с ней. Пусти ее в свободное плавание, она не проживет и дня. Обязательно найдется тот, кто обманет, обидит, раздавит и попросту уничтожит это нежное создание. Хотела бы Спенс быть такой же мягкой и хрупкой, и чтобы кто-то о ней так же заботился. Но жизнь распорядилась иначе, решив закалить ее характер и сделать сильной. — Не очаровывайся им сильно, ладно? Я знаю такой тип парней; на уши приседают красиво, а когда дело доходит до чего-то серьезного, сбегают, только что пятки сверкают.       — Да я и не собиралась, но спасибо за предостережение. — Девушка ошарашенно округлила глаза. — Ты очень хорошая.       — Это довольно спорное заявление, — с горькой улыбкой ответила Стеф и резко развернулась к разговаривающим Саре и Кенди, желая прервать неудобный диалог с Бёрнелл. Спенс всегда не любила, когда пытаются залезть к ней в душу.       В столовой сентфорская пятерка снова воссоединилась и без энтузиазма ковырялась в сегодняшнем ужине, состоящем из гречки с грибами и мясных ежиков. На удивление было вкусно, но по достоинству оценить местную кухню получилось только у Кенди, ведь все остальные ее компаньоны за столом были слишком заняты своими невеселыми мыслями, чтобы это понять.       — Значит, вас поселили в одной комнате с Адель? — зачем-то переспросил Дерек у Сары, что только что озвучила эту ошеломительную новость. — Трудно вам будет, особенно тебе, Сар. — Девушка бросила укоризненный взгляд в сторону Никсона. — Ну все же знают, что она неровно дышит к тебе, потому что тебе не повезло стать объектом домогательств Майкла; без обид, Бобби, но твой братец тот еще бабник.       — А я что, говорю что-то против? — злобно бросил Боб, с силой вонзая вилку в неповинную еду и превращая аккуратный шарик в безобразную кучу фарша. — Подумать только, я уехал за сотню километров от дома, чтобы снова жить в одной комнате с братом, слушать его язвительные реплики в свою сторону, «жизненные» советы и чувствовать у себя под носом вонь его носков и завышенного самомнения. — Вилка улетела в сторону.       — Воу, полегче. — Стефани втянула руки вперед в успокаивающем жесте. — Он же не такой уж и плохой. Ты чего так завелся?       — Ты это серьезно сейчас? — возмущенно спросил Бобби, не веря собственным ушам.       — Да, я знаю, он та еще заноза в заднице и характер у него не сахар, но, поверь, он очень тебя любит.       — Такая себе любовь у него.–Скептический взгляд Тёрнера-младшего прожигал девушку насквозь.       — Своеобразная. Но согласись, не может же он обнимать и целовать тебя у всех на глазах. Вот и ведет себя как мудак. Короче, это сложно объяснить. У вас мальчиков с этим гораздо сложнее, чем у нас девочек. Вы не можете позволить себе проявлять открыто чувства и поэтому прячете их за маской отчуждения, холодности, жестокости, сальных шуточек и подколов.       — И когда это ты успела стать экспертом в области Тёрнеров? — саркастично спросила Кенди.       — Просто я вижу чуть больше, чем другие, Кендс. — Кусочек мяса отправился в рот девушки под пристальным взглядом блондинки. — Ой, ладно, мы с ним как-то раз разговорились после занятий.       — И ты о таком умолчала?! — Блондинка порывисто отложила приборы в сторону и в возмущении закусила губу.       — Да о чем, о таком? Это было даже не свидание. Мы просто вместе вышли со школы, и он довел меня до дома. — Нельсон уже готовилась что-то сказать, но Стеф решительно прервала ее указательным пальцем. — Мы просто дошли до моего дома. Без поцелуйчиков, обнимашек, держаний за ручки и всякой такой еруды. И сейчас я шокирую тебя еще больше: Майкл абсолютно нормальный парень, когда не рисуется и не ведет себя как альфа-самец. Думаю, после окончания школы он сильно изменится и уже не будет так сильно тебя бесить, Боб. — Брюнетка перевела взгляд на ошеломленного такими заявлениями Тёрнера-младшего.       — Сильно сомневаюсь, — промямлил он, запихивая в рот растерзанный мясной ежик.       — Да хрен с твоим братом, — резко перебила Кенди, — лучше расскажите, кого еще к вам подселили.       Любопытство блонди не знало границ, и всем присутствующим было предельно ясно, что, а точнее сказать кто именно ее интересует — потенциальные жертвы для воплощения своего плана на летний роман в жизнь. Если Нельсон что-то взбредет в голову, то она становится чем-то вроде локомотива, который с бешеной скоростью и силой несется к своей цели, и ничто не способно ее остановить.       Дерек демонстративно уткнулся лицом в чашку с чаем и до невозможного медленно принялся пить из нее, в то время как Бобби с аппетитом уничтожал содержимое своей тарелки. Молчание затягивалось и давило тяжелым дыханием блондинки, которая ждала ответ на свой вопрос.       — Ну и? — Не выдержала Кенди, прерывая тишину и чавканье Бобби.       — А? — Парень поднял лицо над тарелкой и вопросительно посмотрел на нее.       — Я спрашивала, кого еще к вам подселили кроме твоего старшего брата, — уточнила она, протягивая другу салфетку.       — Ах, это. Да этих, иностранцев, — не придавая особого значения, бросил он, вытирая рот.       — Чего? Ты серьезно? Кого именно? — затараторила блондинка, возбужденно вытаращив глаза и не скрывая радостной улыбки.       — Всех троих, — с опаской посматривая на подругу, ответил он.       — Аааа, — закричала Нельсон, но тут же прикрыла рот ладошками, когда нее начали оборачиваться с других столиков. — Охренеть. Вот это везение.       — И в чем, позволь поинтересоваться, заключается наше везение? — язвительно спросил Дерек.       — Твое — не знаю, а вот мое мне очевидно. Вы будете с ними общаться, задружитесь и познакомите меня с ними, — радостно прихлопывая в ладоши своему гениальному плану, заявила блонди.       — Хороший у тебя аппетит, Кендс, — заметила Стеф. — Хочешь всех троих заполучить? А тебе не много ли будет?       — Зачем мне все трое? — Она невинно захлопала глазками. — Мне вполне будет достаточно и одного. А оставшиеся двое достанутся вам, мои любимые подружки.       Сара и Стефани неоднозначно переглянулись и почти одновременно отчаянно вздохнули. К наполеоновским планам своей подруги по захвату мужских сердец они относились снисходительно, но лишь до той поры, пока эти самые планы не затрагивали их самих, ведь у девочек не было особого желания и настроя играть в эти игры.       — И тебя не смущает, что эти пришельцы явно уже заняты? — едко заметил Никсон, голосом подчеркивая свое пренебрежительное обращение к ним. По его вечно сдержано-недовольному лицу сложно было сказать, какие именно эмоции он сейчас испытывает, но в голосе чувствовались ревностные нотки. Хотя Дерек всегда скептически и с опаской относился к новым людям, поэтому ничего удивительно в его реакции на новеньких не было.       — Не стенка — подвинутся, — уверенно заявила Кенди, закидывая в рот конфету, которую только что проворно стащила у Тёрнера из-под носа.       — Девушки, может быть, и подвинутся, но вот насчет парней я не уверен, — таинственно заявил Дерек, обхватывая подбородок пальцами и принимая задумчивый вид       — Што ты хошешь этим шкашать? — выпалила блондинка, не переставая при этом жевать конфету. Теперь уже Бобби протянул ей салфетку.       — Хотите сказать, что я один это заметил? — Четыре пары глаз с интересом смотрели на него. — Ладно, вот вам мой краткий отчет о наблюдении: Александр мне напомнил Майкла, только версия 2.0 — более прокаченная в навыках обольщения, сарказма и идиотских шуток. И, пожалуй, это единственный призрачно возможный вариант для тебя, Кей, потому что Влади и Лео всецело поглощены своей подругой Лайей.       — А вот тут ошибочка — ни с одним из них она не встречается, — деловито поправила Кенди.       — А я этого и не говорил, — снисходительно улыбаясь, парировал Никсон. — Они оба сохнут по ней — это даже слепому видно и тупому понятно. А то, что она им не отвечает взаимностью — это лишь вопрос времени, кто из них двоих первым пробьет ее оборону и займет почетное место кавалера, оставив второго прозябать в статусе «просто друга» в гордом одиночестве.       — Ну и славно, — в голосе Нельсон появилось раздражение, — значит, один из них точно освободится.       — Даже если и так, все равно они оба мне не нравятся.       — Не вижу в этом ничего плохого. Наоборот было бы крайне неловко, если бы ты воспылал к ним симпатией, — чуть повеселев, пошутила блонди, однако тяжелый взгляд Дерека умерил ее веселье.       — Ты прекрасно знаешь, что я не об этом.       — Хорошо. Что, по-твоему, с ними не так? — вспыхнула Кенди. — Лео, например, показался мне веселым и открытым.       — И именно у таких людей чаще всего скрыты скелеты в шкафах, — складывая руки на груди, безапелляционно заявил Никсон.       — Да ты что?! — в наигранном удивлении воскликнула девушка. — А что вы скажете насчет Влада, товарищ эксперт?       — А этот вообще мутный тип и даже не скрывает этого. По большей части молчит, ни с кем не контачит, а из эмоций только холодная вежливость.       — Ой, он мне смутно кого-то напоминает. Не знаешь, кого? — язвительно произнесла Кенди, упирая в Никсона ехидный взгляд.       — Ха-ха, очень смешно, — раздраженно проговорил Никсон, окидывая недовольным взглядом хихикающих друзей.       — А ведь реально сходство есть. — Стефани давилась подступающими к горлу приступами смеха.       Вся четверка, не скрывая эмоций, начала покатываться со смеху, заливая своими звонкими голосами помещение столовой и заглушая тем самым разговоры остальных находящихся в ней ребят, в том числе и двух вожатых, которые с серьезными минами обсуждали что-то приглушенными голосами. Головы обоих мужчин как по щелчку пальцев синхронно обернулись на возникший шум. На лице Аарона промелькнуло раздражение, на лице Ви — любопытство.       — Давай заканчивать тут и пусть разбредаются по своим домикам до утра, — допивая свой чай и со стуком отставляя кружку, произнес Хилл.       — В смысле до утра? А как же вечер знакомства, первый огонек и все такое? — В глазах вишневого отразилось искреннее непонимание.       — Ты сейчас серьезно? Какой нахрен огонек? — прошипел Аарон, сдерживая себя, чтобы не накричать на друга прямо здесь при всех.       — Конечно, серьезно — упрямо ответил тот. — Слушай, я тут книженцию одну нарыл, что-то типо руководства для вожатых. Охренеть полезная вещь, я тебе скажу. — Поймав нужную волну, быстро заговорил Ви. — Так вот там сказано, что первый вечер очень важен, так как нужно дать детям возможность поближе познакомиться с нами и друг с другом, чтобы им было комфортно пребывать в лагере, и процесс адаптации прошел легко и без проблем. Заодно и мы их немного узнаем и запомним.       — Ответь мне на один вопрос: зачем?       — Что зачем?       — Зачем нам это все нужно делать? — четко разделяя слова, произнес Хилл. — Я согласился втянуть себя в это, но я вовсе не собираюсь читать книжки и быть реальным вожатым для этих сопляков. — Он вздохнул и устало потер переносицу. — Ви, мы не педагоги, а идиоты, которые попали в идиотскую ситуацию и должны продержаться во всем этом дерьме три недели. Ни больше и ни меньше.       — Дорогой мой идиот, — кучерявый хлопнул друга по плечу, — а ты не думал, что чтобы продержаться здесь три недели и не спалиться, нам нужно вести себя соответственно?       — Предлагаешь мне водить с ними хоровод и прыгать через костер? — Аарон раздраженно скинул с плеча руку Вишни.       — Ты явно путаешь времяпрепровождение в детских летних лагерях с проведением языческих праздников. Но кое-что все-таки делать придется, да.       — В таком случае без меня.       Саркастичная ухмылка отразилась на смуглом лице, и он уже отодвинул свой стул, намереваясь встать, когда ладонь кудрявого решительно пригвоздила его к столу.       — Хочешь повесить на меня в одиночку разгребать все это? Тебе напомнить, сколько раз я спасал твою задницу?       — А я твою?       — Вот именно, Ар. Мы всегда решали все проблемы вместе. И с этим тоже справимся вместе.       — Черт, Ви, тебе нужно было идти в политику. — Насмешливо-вопросительный взгляд Вишни заставил Аарона впервые за весь прошедший день улыбнуться. — Так вдохновенно и красиво льешь в уши, что хочется заглядывать тебе в рот и верить каждому твоему слову.       — Достаточно будет всего лишь полностью переписать казино на меня, — хитро улыбнулся тот.       — Оно и так твое, начиная с идеи и заканчивая драконом на стене.       — Но владеем мы им совместно. — Протягивает руку для пожатия.       — Обойдешься. — Улыбаясь, Хилл пожимает руку друга и выходит из-за стола.       Внимательный взгляд янтарных глаз выцепил нарушителей спокойной атмосферы, и мужчина направился прямиком к их столику.       — Я вижу, вы уже закончили с ужином, — громкий низкий голос эхом прокатился по помещению, заставляя веселящуюся компанию резко притихнуть и напрячься. — В таком случае встаем из-за столов, убираем за собой посуду и идем дальше разбирать свои вещи. В восемь часов общий сбор в центральном зале. — Чуть повысив голос, добавил: — Это всех касается.       Мужчина поймал на себе одобрительный взгляд друга, который незаметно под столом показал ему приподнятый вверх большой палец. Ухмыльнувшись, Хилл вышел из столовой.       — Это всего лишь твое предположение, Дерек. Причем не основанное ни на каких фактах, ведь мы толком даже не знаем их, — начала Сара, возобновляя разговор на прерванной ноте. — Первое впечатление часто бывает обманчивым, так что не стоит делать поспешных выводов. Дадим этим ребятам сначала проявить себя, а потом уже будем делать выводы. К тому же нам с ними не жизнь проживать, а всего лишь делить комнату каких-то три недели.       — Полностью согласна с карамелькой, — поддержала подругу Стеф, ставя грязную посуду на специальный стол, а после приобнимая ту за плечи. Так они дружно и покинули помещение.       Первый огонек прошел на удивление на легкой и позитивной волне. Большую часть времени поддерживал атмосферу мистер Адамс, но и мистер Хилл в этот раз был более разговорчив и временами даже выдавал что-то наподобие улыбки, тщательно скрывая за ней скуку и раздражение. После окончания общего сбора был объявлен час на принятие водных процедур и подготовку ко сну.       — Ты куда собралась? — поинтересовалась Сара у Стефани, когда та накинула на плечи джинсовку.       — Хочу папе позвонить.       — С улицы?       — Да, там лучше ловит.       — Хочешь, можешь позвонить с моего, у меня вроде здесь хорошо принимает. — Шатенка протянула телефон подруге.       — Спасибо, но я лучше все-таки со своего. И воздухом заодно подышу. — Девушка подмигнула, и до О’Нил наконец дошла истинная причина вечернего променада подруги.       — Смотри не наткнись на кого-нибудь в темноте, когда будешь «дышать», — усмехнувшись, предостерегла она.       — Хочешь, можешь составить мне компанию.       — Ой нет, я уже помылась и не хочу вновь натягивать на себя уличную одежду.       — А ты, Кендс?       — Не, мне еще нужно пост в инстаграм сделать о сегодняшнем дне, — деловито ответила блонди, не отрываясь от экрана телефона.       — Кенди, пообещай мне, что когда станешь знаменитой блогершей, ты не зазнаешься и не забудешь о своих старых друзьях. — Стефани театрально сложила руки на груди в умоляющем знаке.       — Иди уже. — Девушка кинула в подругу подушку и все трое залились смехом под возмущенное цоканье Адель.       Вечер был приятно теплым, а легкий ветерок с озера приносил освежающую прохладу. Чистое ночное небо пестрело сверкающими звездами, которые в отдалении от города были невероятно яркими и красивыми. Обогнув домик, Стефани направилась в сторону деревьев, где, ловко примостившись между двумя внушительными дубами, она устроила свой маленький привал. С этой стороны практически не было видно зданий лагеря, и со всех сторон площадка была хорошо прикрыта от случайных прохожих густой растительностью.       Щелкнув зажигалкой, она сделала глубокий вдох и в наслаждении прикрыла глаза. Едкий дым мгновенно заполнил легкие, даря чувство легкой эйфории и расслабления. Выдохнув голубоватое облако, она сделала еще несколько крепких затяжек, но последняя заставила ее громко прокашляться, когда неожиданно она услышала возле себя:       — Курить на территории лагеря запрещено. Мне придется сообщить администрации, а они позвонят твоим родителям. Если повезет, отделаешься предупреждением, а если нет — поедешь домой.       Голос раздался настолько неожиданно, что от испуга Стефани подпрыгнула на месте и пискнула. Быть застуканной вожатым за курением в первый же день пребывания сомнительное везение. Девушка быстро разворачивается, попутно туша сигарету о ствол дерева и избавляясь от бычка, как будто это может как-то облегчить ее участь. Смотрит на подпирающего другое дерево Вишню, что так лукаво и по-мальчишески улыбается, и возникшая внутри нее паника постепенно начинает утихать.       — Тогда мне придется сообщить администрации, что ты никакой не педагог и вообще не понятно, что здесь делаешь. А еще я скажу, что ты любишь совращать маленьких девочек.       — Второе точно будет наглой ложью, — улыбка на его лице потускнела, но не исчезла совсем.       — Уверен? — Стефани сложила руки на груди и повторила его позу, облокачиваясь на свою импровизированную пепельницу.       — Абсолютно.       — А что насчет первого?       — С чего ты взяла, что я не педагог? — В бледно-голубых глазах плескался интерес вперемежку с напряжением.       Девушка усмехнулась, закатывая глаза и устремляя свой взгляд на страшно интересующую ее в этот момент ветку дерева, похрустывающую у нее под ногами.       — С того, что мы провели вместе целое лето, и ты ни разу не заикнулся о своем образовании, работе и супер-пупер важной кандидатской, хотя обычно люди о таком хоть и вскользь, но упоминают.       Губы брюнета растягиваются в довольной улыбке, а лицо приобретает задумчивое выражение. Он не ошибся тогда, год назад, в первые же пять минут отметив насколько она умна и проницательна.       В памяти проносятся кадры их короткого, но такого яркого и запоминающегося путешествия по стране. Спонтанное решение отдохнуть от дел банды, от всего опостылевшего, обрести внутреннее равновесие и просто насладиться чувством свободы в одиночестве вылилось в трехмесячный трип на машине по всей их необъятной стране. И таким же спонтанным и необъяснимым было его решение подвезти незнакомую девушку до соседнего города, которая в последствие прочно заняла место на соседнем пассажирском сидении на все девяносто дней пути и была ему верной спутницей, рьяной соратницей и страстной любовницей. Бары, казино, прогулки под луной, придорожные кафе, дешевые мотели, мелкие авантюры, недетские шалости, ночь в полицейском участке за купание в океане ночью и долгие поцелуи в кузове его доджа при просмотре кино в кинотеатре под открытым небом.       Вишня мог бы с уверенностью сказать, что это было самое легкое и счастливое время в его жизни. Ровно до того момента, когда они въехали в черту Сентфора. И тогда закончилось все: и безграничное счастье, и внутреннее спокойствие, и надежда на что-то большее.       — Так же, как упоминают о том, что еще учатся в школе? — саркастично выгибая бровь, спросил он.       Его удар прилетает прямо в цель. Об этом отчетливо говорят ее заблестевшие глаза, поджатые губы и слегка подрагивающие пальцы, которые она тут же прячет в карманы куртки.       — Не передергивай, — жестко бросает она, начиная обороняться. Не позволит больше залезть к себе под кожу, обосноваться там, а потом все бросить и уйти. Не в этот раз. — Ты уже все сказал еще год назад. Ни к чему ворошить прошлое.       — Так уверена в этом? — уже более громко начинает говорить парень, чувствуя, как эмоции просятся наружу. — Ах да, это ведь так удобно — винить во всем меня, забывая при этом, что сама наворотила дел не меньше.       — Ты меня в чем-то обвиняешь? Хочешь сказать, что ты рассказал мне все о себе тогда, да? Если бы это было так, то не было бы этого разговора.       Самообладание Стефани сегодня явно дало трещину. Все еще не забыла, хотя очень хотела и старалась это сделать. И сейчас его присутствие здесь, его слова и выражение лица, будто ему тоже все это доставляет какую-то боль — словно ножом по старой, уже зарубцевавшейся, но еще не зажившей ране, и вот она снова вскрыта, снова кровоточит и болит. Черт, она думала, что справится с этим, но теперь уже ни в чем не уверена.       — Хочешь знать, кто я и что здесь делаю? — спрашивает Ви, неотрывно смотря на Стеф, которая в свою очередь всячески старается избегать с ним зрительного контакта.       — Честно? — Поднимает свои глаза и грустно улыбается. — Нет. Мне все равно.       — Но тебе ведь это важно.       — Было важно. Наверное. Но это в прошлом.       — Как скажешь. — Голос Вишни звучит резко и холодно. Видно, что эти слова даются ему нелегко, но, тем не менее, если она готова все отпустить и забыть, то кто он такой, чтобы хвататься за ниточки не существующих чувств и мучить их обоих. — В таком случае, мир?       Парень протягивает девушке вытянутый мизинец, и от этого жеста Стеф тихо смеется себе под нос. Именно так они всегда и мирились на протяжении тех долгих, беззаботных, счастливых девяноста дней их лета. Она протягивает ему свой в ответ, и они крепко сцепляются под льющийся смех обоих. Вишня притягивает ее к себе ближе и, заговорчески улыбаясь, спрашивает:       — Уверена, что не хочешь узнать всю правду обо мне?       — Уверена, — продолжая смеяться, отвечает Стеф, лицом зарываясь в его кожанку. — А еще я уверена, что ты не защищал никакой кандидатской.       Вопросительно-обиженный взгляд вишневого вызывает у нее новую волну веселья.       — Ты, конечно, не глупый, но корпеть над книжками, зубрить термины и писать научные труды явно не в твоем стиле.       — Считаешь, что настолько хорошо успела узнать меня? — игриво выгибает брови и водит ими вверх вниз.       — Да, — беззастенчиво заявляет девушка, на что тут же получает месть в виде щекотки. — Ай, все, сдаюсь-сдаюсь.       — И что мы теперь будем делать? — Бледно-голубые глаза блуждали по лицу девушки, словно сканируя и пытаясь запечатлеть его в памяти таким жизнерадостным и красивым.       — Ты будешь играть роль вожатого, а я буду обычным ребенком, приехавшим на смену, чтобы отдохнуть от родителей и как следует повеселиться.       — Не знаю даже, что сложнее представить: меня в амплуа вожатого или тебя в виде послушного ребенка.       — А мы очень постараемся. — Брюнетка задорно подмигнула.       — В таком случае, ребенок, чтобы я больше не видел тебя с сигаретой.       — Включил режим строгого воспитателя? — Она лукаво посмотрела на него и томно спросила: — И что же вы мне сделаете, если я ослушаюсь?       — Вне всяких сомнений, выпорю, — также томно ответил он, но не смог сдержать улыбки и расхохотался вместе со Стефани.       Под звуки радостного смеха и взаимных подколов они вернулись к домикам и разошлись каждый в свой.