Не будет ласковым дождь

Рассматривая собственное отражение в запыленном зеркале прихожей, Пак Чонсон в который раз задал себе вопрос – в какой именно момент его жизнь повернула не в ту сторону? Когда он случайно нашел гитару в кладовке старого летнего домика его отца в Калифорнии? Или когда в пятом классе в летнем лагере его, как единственного умевшего управляться со струнами, заставляли каждый вечер подыгрывать толпе горланящих ребятишек? А может, все дело в чудесной учительнице скрипки, к которой он ходил несколько лет в детстве, в чьем доме всегда вкусно пахло чистотой, мятой и свежим печеньем? Здравый смысл подсказывал Джею, что главную ошибку он совершил, когда покинул утробу матери и появился на свет. Это было не самое мудрое его решение. Чонсон окинул унылым взглядом побитые кожаные остроносые ботинки, строгие прямые черные брюки и белую накрахмаленную рубашку, криво сидящую в плечах. Проблемы начались еще тогда, когда парень выяснил, что за три года вылеживания на дальней полке его единственную парадную сорочку безжалостно сожрала моль. К счастью, на выручку пришел Сонхун с его неизменной коллекцией разнообразного шмотья; правда, размерчик оказался не тот, благо Джей за годы одинокой холостяцкой жизни довольно неплохо научился обращаться с иголкой и ниткой и смог кое-как подогнать рубашку по фигуре. Рукава, правда, пришлось подвернуть почти вдвое. Кто вообще придумал такую глупость, как дресс-код? Сжечь гниду на медленном огне, без лишних сожалений. В последний раз пригладив пятерней кое-как уложенные гелем волосы, Джей тяжело вздохнул и взвалил на плечо чехол с гитарой. В руке он держал спортивную сумку с парой мотков проводов и переходников; конечно, Сону клялся и божился, что никаких проблем возникнуть не должно, но, исходя из собственного опыта работы звукарем на подобных мероприятиях, Чонсон знал, что аппаратуре свойственно ломаться, глючить и портить праздник. Не то, чтобы ему было не наплевать, но он человек профессиональный. Если уж взялся — делай хорошо. Вероятно, зря, но, как говорится, деньги не пахнут, а на свадьбе обещали еще и шампанского налить. В общем-то, не так уж и плохо, по большому счету. В дверь позвонили. Действительно, пора бы уже выходить, путь-то совсем неблизкий. В последний раз проверив пожитки по карманам, Джей кивнул сам себе и потянул на себя дверную ручку. На пороге парня встретил Ли Хисын собственной персоной. Он, как и Джей, был одет формально. С волосами, правда, его сосед справился куда более умело: кучерявая густая шевелюра парня, обычно торчащая в разные стороны, сейчас была аккуратно разделена на две части и красиво уложена, открывая его высокий лоб. Хисын стоял, прислонившись к стене, и тихо насвистывал подозрительно знакомую мелодию себе под нос, засунув одну ладонь в карман, и что-то старательно печатал в телефоне. Даже в такой простой одежде, как брюки и рубашка, сонбэ умудрялся выглядеть как топ-модель с обложки. Джей даже слегка ему позавидовал. Понятно, почему человек вроде Ли умудряется завоевать всеобщую любовь везде, куда бы не пошел. Люди любят красивых людей, в конце концов. — Хисын-хен, я готов, — сообщил Чонсон, запирая за собой дверь в квартиру. — Ты такси вызвал? — Да, я… — отозвался парень, отрывая взгляд от экрана смартфона и поднимая его на соседа. И почему-то подвис, не закончив предложение. — Хисын-хен? — окликнул его Джей, щелкнув перед собой пальцами два раза для пущей убедительности. — Алло гараж, земля вызывает. Тот вздрогнул, и, окинув младшего с головы до ног каким-то странным взглядом, прочистил горло. — Я да, я Хисын-хен, — наконец родил он, неловко потирая шею и откровенно пялясь на младшего исподтишка. — Такси внизу ждет! Чонсон подозрительно прищурился. — Ты чего на меня так пыришь? — поинтересовался он, поежившись. — Я как-то не так выгляжу? Лицо сонбэ на короткий миг отобразило весь спектр эмоций, на которые только способен человек: удивление, смущение, возмущение, растерянность, испуг и еще много чего. — Да нет, — несмотря на промелькнувшую на его лице бурю, голос Хисына был, как всегда, спокоен. Как будто и не было ничего. Может, Джею показалось? — Просто непривычно видеть тебя в нормальной одежде. — В смысле? А так я что, в ненормальной хожу?! — Не то чтобы. Просто твой стиль под названием «сто одна драная старая толстовка» порой вгоняет в тоску. — Так я не клоун, чтобы всех вокруг развлекать, — фыркнул Чонсон. — Хотя сейчас похож, не спорю. — Ну, я бы так не сказал, — протянул Хисын, бросая украдкой на парня очередной короткий взгляд. — Выглядишь вполне себе сносно. — И на том спасибо, — закатил глаза тот. — Кончай болтать, нас машина вообще-то ждет. Диалог прекратился на те недолгие пять минут, что занимала дорога от квартиры до такси. Сонбэ настаивал на том, чтобы поехать вниз на лифте, но Джей отмахнулся, невнятно бормоча что-то про клаустрофобию. На самом деле, данное утверждение содержало в себе наглое вранье. Просто по какой-то неизвестной парню причине, одна мысль о том, чтобы проехаться с сонбэ в полностью закрытом пространстве, заставляла Пака нервничать. В итоге парочка разделилась, чтобы в конце концов встретиться на парковке перед жилым комплексом, где их уже ожидал транспорт. Чонсон еле подавил в себе трусливое желание сесть на переднее сидение. В конце-концов, чего он так боится? Несмотря на все свои регалии, Ли Хисын — это всего лишь Ли Хисын, парень, заснувший в обнимку с ящиком продуктов на коврике у его входной двери. Парень, который каждый день объявляется на пороге его дома с кривой ухмылкой и вопросом «ну, чего у нас там сегодня вкусненького на ужин?». Он обычный, живой человек, который наверняка точно так же, как и сам Джей, с грехом пополам пытается жить эту жизнь, продираясь сквозь тернии повседневных проблем. Однако, когда их взаимоотношения покидали рамки его маленькой квартиры-студии, почему-то парню становилось крайне некомфортно. Как будто он выставлял напоказ что-то очень личное и интимное. Но ведь это глупости, правда? Они друг другу, по сути, никто. Так, сведенная волею судьбы парочка незнакомцев, повадившаяся проводить время за пустыми беседами и вечерней трапезой. Парни почти никогда не говорят о себе; Чонсон не знает о сонбэ практически ничего, кроме имени, возраста и того факта, что он терпеть не может мятный шоколад. Сам Джей тоже не особо о себе распространялся. Впрочем, Хисын и не выказывал особого желания лезть ему в душу; парень был ему искренне за это благодарен. Джейку и Сонхуну бы поучиться у него тактичности. Повертев головой в попытке отогнать ненужные мысли, Чонсон наконец плюхнулся на заднее сидение машины. В салоне пахло искусственной кожей и едким лимонным освежителем воздуха. Хисын, расположившийся на соседнем сидении, нетерпеливо выбивал дробь по колену кончиками пальцев. Джей откинулся назад и повернул голову в сторону окна, подперев рукой подбородок. — А далеко нам ехать? — поинтересовался сонбэ, нарушая неловкую тишину. Чонсон пожал плечами. — Я там не был, но навигатор обещает довезти нас часа за полтора, — сообщает он. — Хотя, учитывая тот факт, что сегодня пятница… Может и дольше. — Мы не опоздаем? — Не должны. Я специально попросил Сону сказать, во сколько нам выходить с учетом того, что мы можем задержаться минут на сорок. — Думаешь, хватит? — Откуда мне знать? — резонно заметил Джей. — Я же сказал, в теории должно хватить. В крайнем случае, разберемся по ситуации. Это ж халтура, хен. Ты чего, никогда на халтурах не выступал? — Да как-то не приходилось, — как-то странно хмыкнул Хисын. — Ну, значит сейчас произойдет боевое крещение, — гоготнул Чонсон. Машина тронулась. Вечереющий Сеул, пролетающий за окном автомобиля, постепенно загорался разноцветными огнями. Вопреки ожиданиям, парочка доехала до места назначения довольно быстро: к всеобщему удивлению, дороги оказываются свободны. Однако, они не знали, что веселье только начинается. Смутные сомнения по поводу происходящего закрались в душу Джея еще тогда, когда такси свернуло с шоссе куда-то в лес. Изначально ничего не предвещало беды; дорога выглядела вполне цивильно, по бокам ее освещали фонари. Однако, они все ехали и ехали, а конца-края видно не было. — Мы точно туда едем? — обеспокоено поинтересовался Хисын, вертя головой по сторонам. — Ну вроде да, — с сомнением ответил Джей, поглядывая в навигатор. — Вроде? — в голосе старшего звякнуло напряжение. — Адрес верный, направление тоже. Короче, хрен его знает, посмотрим куда нас довезут. Через несколько минут машина остановилась рядом со шлагбаумом, дорога за которой, впрочем, не кончалась. — Приехали, — сообщил водитель. — То есть как это, приехали, — не понял Чонсон. — Дальше никак нельзя, пассажир-ним, — поспешил объясниться мужичок. — Территория природного заповедника, без особого пропуска не пустят. Вам придется пройти пешком. Ну вот, начинается. — Потрясающе, — ядовито выплюнул Джей, резко открывая дверь автомобиля. — Вылезай, хен. Дальше мы сами. Хисын пожал плечами и последовал его примеру. Раздражение клокотало внутри Чонсона. Достав из багажника гитару и спортивную сумку, он с силой захлопнул его, заставив транспорт покачнуться. Дорога сквозь лес предстояла быть веселой, потому что по чудесному стечению обстоятельств спустя десяток метров парни выяснили, что дальнейшее освещение не предусмотрено. Достав из кармана телефоны, парочка принялась продвигаться вперед почти что на ощупь. Постепенно дорога становилась все круче и круче, и постоянно петляла туда-сюда. — Великолепно, — ворчал себе под нос Джей. — Они бы себе еще свадьбу закатили на вершине горы Килиманджаро, любители экзотики хуевы. — Гора Килиманджаро? — отозвался Хисын, тяжело дыша. — Это которая в Африке? — Нет, которая в Тибете, лол. — Так та же Эверест, если мне память не изменяет. — Слушай, какая, к черту, разница? Один хер чересчур высоко. Я не нанимался хайкингом* заниматься. — Ну, зато, так сказать, бесплатный воркаут. Здоровый образ жизни! — Какой-то ты дохуя позитивный, аж противно, — покосился на старшего Чонсон, отирая выступившие капельки пота. — У тебя что, жизнь слишком хорошая? — Просто стараюсь видеть во всем положительные стороны, — пожал плечами Ли. — И тебе советую. Джей на секунду задумался, а потом презрительно поморщился. — Не, оптимизм – это для слабаков, — фыркнул он. — Предпочитаю по старинке всех ненавидеть. Очень бодрит, кстати. — Хорош трепаться и шагай, — устало посоветовал парню Хисын. Чонсон решил в кои-то веки последовать совету старшего. Следущие несколько минут они провели в относительной тишине и пыхтении. — Хен, — нарушил молчание младший. — Можно вопрос? — Валяй, — отозвался тот. — Как так вышло, что ты дожил до своего почтенного возраста и ни разу не познал всю прелесть халтур? Хисын ответил не сразу. — Трейни в агенствах что-то такое по уставу не положено, — нехотя сказал он. — Ни хрена себе! Так ты был трейни? — удивился Джей. — Ну, типа, — натянуло улыбнулся Ли. — Блин, а ведь реально похож! Если так на тебя посмотреть, личико-то у тебя и вправду смазливое, хен, небось все менеджеры по поиску талантов за тебя передрались. — Вообще-то, на меня обратили внимание из-за вокала, — притворно оскорбился сонбэ. — Ой, Хисын-хен, ты не хуже меня знаешь, что подходи ты чуточку меньше под их стандарты, будь ты хоть Лучиано Паваротти**, в агенство бы тебя не приняли. — Пластическая хирургия все еще имеет место быть, — хмыкнул Ли. — Это лишние вложения, а лишние вложения равно больше риска. В агенствах бизнесмены работают. Им не плевать на чужие мечты ровно до того момента, пока они приносят деньги. — Звучит отвратительно. — Да нет, скорее уж как обычный капитализм. — А ты, стало быть, коммунист? — Упаси Господь. Хисын тихо захихикал. Джей тоже украдкой ухмыльнулся. Вот они, его непринужденные дискуссии с сонбэ, которые он так любит. Почему-то от подобных дебатов на душе парня становилось спокойнее. — А почему бросил? — спросил Чонсон, но тут же спохватился. — Если вопрос некорректный, извини, можешь забить. — Да я не то чтобы сам бросил, — пожал плечами Ли. — Скорее меня ушли. — Даже так. — Ага. Я ногу сильно травмировал во время танцевальных тренировок, у меня случился надрыв связок. Меня, естественно, быстренько слили с преддебютной гонки. Ну, зато Кей-хену повезло чуть больше, — Хисын грустно улыбнулся. — Хотя бы чья-то мечта о сцене исполнится, и я этому рад. — Если честно, звучит крайне паршиво, — признался Джей. — Мне жаль, что все так вышло. — О, не стоит, — отмахнулся старший. — В конце-концов, в этой жизни ничего не делается просто так. Например, если бы я до сих был трейни, мы бы с тобой не познакомились, и не взбирались по этой чертовой горе. — Какой-то не очень жизнеутверждающий аргумент. — Ха-ха-ха, и правда. Спустя примерно полчаса ходьбы почти отвесно вверх, впереди наконец замаячили украшенные огоньками ворота, где их уже ожидал Ким Сону с неизменной широченной улыбкой на губах. — Ура, вы наконец добрались! — просиял парень. Джей и Хисын ответили ему кислыми улыбками на абсолютно постных лицах. Подъем их совершенно вымотал. — А мы-то как рады, — сухо отозвался Пак. — Кстати, мы успели? Улыбка Сону как будто примерзла к его лицу. Парни устало переглянулись. Это не предвещало ничего хорошего. — Тут такое дело, — Ким замялся, словно пытаясь подобрать верные слова. — В общем, ведущий сильно опаздывает, поэтому когда вам придется играть, пока непонятно. Придется какое-то время подождать. Джей устало выгнул бровь. — Пока ждете, могу попросить вам принести бутылочку шампанского, — заговорщицки предложил младший. — Пускай притащат две, — тоном, не терпящим возражений, потребовал Чонсон. — А, и про закуску не забудь. Вечер обещал быть крайне веселым.