На три части

Сентябрь 1998 г.

      Последний курс Гарри, Рон и Гермиона с Джинни будут учиться здесь, в Хогвартсе. Шум колес поезда глушил разговор лучших друзей, уже сидящих в вагоне. Гарри рассказывал шутки, отчего каждый не мог остановить смех. Все как всегда. Бывает, что некоторые вещи не меняются никогда. Поттер заботливо прижал к себе младшую Уизли, а та положила ему голову на плечо. Пальцы молодых людей переплелись между собой, создавая вид идеальной пары…       Гермиона с упоением смотрела на лучших друзей и томно про себя вздыхала. Девушка повернула голову вправо. Ее любимый ел вафельные трубочки и листал журнал про квиддич. Рон увлечённо читал о новых мётлах, попутно слушая Гарри и заляпывая грязными пальцами страницы журнала. Гриффиндорку это жутко бесило. Её внутренний книжный червячок негодовал из-за такого обращения с печатной продукцией, даже если это обычная газетенка про дурацкую игру. Но это же Рон. Ему бесполезно объяснять, что так делать неправильно, он же просто отмахнется и переведёт тему.       — Гермиона, ты с нами?       Голос Гарри вывел девушку из транса мыслей.       — Ах, да, я тут. — Грейнджер выпрямила спину и поправила складки на кофточке. — Я что-то пропустила?       — Мы обсуждали, кого профессор Макгонагалл выбрала на пост главного старосты. — Джинни немного оживилась и наклонилась ближе к подруге. — Теодор Нотт весьма неплохой вариант для этого.       — Ага, он скользкий гаденыш, чей папаша гниет в Азкабане. — Рон при упоминании Слизеринца скривил лицо. — Да и он не лучше.       — Рональд, Теодор не виноват в поступках своего отца, как и другие студенты Слизерина, — Гермиона решила дать отпор, но так, чтобы не разгорелся конфликт. — Не надо всех укладывать под одну гребёнку.       — Ты ещё защищаешь их? — Рон отстранился от своей девушки и непонимающе на неё уставился. — Не ожидал от тебя такого, Миона.       — Я просто стараюсь втолковать тебе, что такие, как Теодор Нотт или, ну… — в воздухе повисла небольшая пауза, — или например Драко Малфой, не виноваты в том, что родились в фанатичных, зацикленных на чистоте крови семейках, у них не было выбора. Поэтому ты не в праве так о них говорить.       Гарри с Джинни заметно притихли, по их напряженным лицам было видно, что разговор между друзьями вот-вот может превратиться в огромный скандал, ведь в последнее время Рон и Гермиона только и делали, что ссорились, причём из-за пустяков. Хоть они и встречались несколько месяцев, и дня не проходило без споров и перебранок. Гермиона была вечно чем-то недовольна, а Рон просто тупил и старался загладить свои косяки любимой фразой: «Прости меня, Миона. Я больше так не буду».       — Гермиона, — Гарри наконец-то решил вмешаться в спор лучших друзей. — Рон в чем-то прав.       — Ты сейчас серьезно, Гарри? — вот от кого уж точно, но от друга Гермиона не ожидала такой поддержки. — Уму непостижимо. Знаете что? Пойду-ка я пройдусь, — кинув последнюю фразу, девушка направилась к выходу. Непонимающие взгляды друзей устремились на нее.       Грейнджер очень раздражало поведение парней в последнее время. Иногда ей казалось, будто всем плевать на ее мнение, словно она никто для них. Из глаз покатились слезинки, заставшие хозяйку врасплох. Кареглазая быстро смахнула их рукавом, направляясь к тележке со сладостями, возле которой уже терся один из слизеринцев.       Гермиона подумывала о том, чтобы купить себе сахарные перья, но, увидев, как последние забрал Драко, задержала взгляд на них. Он смотрит на нее, потом на точку ее взора и молча отдаёт свои сладости. На лице Малфоя не было никаких эмоций, лишь холодная маска безразличия и скуки. Это, конечно, насторожило Грейнджер. Во-первых, Малфой даже не попытался подколоть её или оскорбить, а во-вторых, парень просто без слов отдал свою покупку ей, Гермионе Грейнджер, девушке, которую всю их школьную жизнь задирал и оскорблял. Она в эту же секунду одернула правый рукав свитера, под которым прятался уродливый шрам. Почему, когда в голове воскресали недавние ужасы войны, он начинал давать о себе знать и чертовски болеть, будто напоминая ей о том, кто она такая и где ей место?       «Ну уж нет!»       Ей потребовалось несколько месяцев, чтобы забыть все и спокойно жить дальше, и никакой Драко Малфой не сможет снова заставить вернуться в прошлое и бояться.       Грейнджер уже было открыла рот, чтобы выдать хоть что-то. Хотя бы сказать спасибо? Но парень тотчас удалился куда-то вдаль, оставляя гриффиндорку в состоянии шока. Он просто развернулся и ушёл, так и не сказав и слова.       «Мерлин, это странно!» — в момент проскользнуло в голове гриффиндорки, которая продолжала смотреть на исчезающую черную фигуру.       Остальная часть поездки прошла как во сне. Девушка, словно под гипнозом, вернулась в купе и добрых полтора часа сидела в одном положении, смотря в одну точку. В голове вертелась сто и одна мысль о случившемся, и даже Джинни, которая пыталась вывести подругу из оцепенения, не смогла отвлечь Гермиону от размышлений. Младшая Уизли сразу заметила смену настроения девушки, как только та вернулась, но подумала, что при парнях не стоило интересоваться, что с ней. Чуть позже… Грейнджер не уйдёт от Джинни без объяснений.       Хогвартс-экспресс прибыл на станцию вовремя. На улице уже немного темнело, а в воздухе витал запах леса и дождя. Как только Гермиона вышла из вагона, она сразу встретилась с остальными студентами, что решили вернуться на дополнительный курс. Из Гриффиндора она заметила Невилла, который о чем-то увлечённо болтал с Полумной Лавгуд, позади них шли Дин, Симус, Парвати и Лаванда. С Пуффендуя и Когтеврана было от силы человек шесть, во главе которых стояли Энтони Голдштейн и Ханна Аббот. И Слизерин. Девушка внимательно рассматривала студентов змеиного факультета. Они стояли в сторонке ото всех, словно стараясь быть незаметными, ведь кто из них в здравом уме после недавних событий начнет высовываться? Слизеринцы подозрительно вели себя, только тихо перешёптываясь между собой. Вернулись всего четверо парней и три девушки: Драко Малфой, Блейз Забини, Теодор Нотт, Грегори Гойл, Пэнси Паркинсон, Дафна Гринграсс и Милисента Булстроуд.       Вдруг гриффиндорка почувствовала на себе чей-то взгляд, и она догадывалась, кому он принадлежал. Неуверенно Гермиона устремила свой взор в сторону Драко Малфоя, который нагло рассматривал ее. Серый взгляд скользил по ее лицу, будто изучая внешность девушки. По телу Грейнджер прошлись мурашки, а на бледных щёчках появился лёгкий румянец. Их зрительный контакт продлился ещё несколько секунд, пока его не прервал подошедший к Малфою, Нотт. Теодор что-то шепнул на ухо своему другу, и они вдвоём направились в сторону карет с фестралами.       — Гермиона, ты идёшь? — К подруге подошёл Гарри и опустил руку на ее плечо. Гермиона тут же пришла в чувства.       — Да, я… просто задумалась. — соврала девушка и, взяв в руки чемодан, проследовала за остальными студентами. — Гарри, можно вопрос?       — Ну конечно, Гермиона.       — Ты рад, что вернулся в Хогвартс?       — Да, рад несказанно, — отрезал темноволосый.       — А если серьезно? — Грейнджер тоже умела настаивать на своем, этому ее научила Джинни.       — Я рад, что вернулся, что мы теперь вместе с вами… — парень сделал паузу. — Снова, — замолкая, он опустил голову.       — Но? — догадалась подруга.       — Но потери войны слишком велики, и это угнетает меня. — Гарри потряс головой. — Вернее, всех нас.

***

      Учебный год официально начинался со следующего дня, а пока студенты настраивались на него. Гермиона раскладывала книги в гостиной старост, перебирая каждую. Девушка удобно устроилась на мягком шерстяном ковре перед камином. Тонкие пальчики выводили разные узоры по корешкам и обложкам фолиантов, а сама она с упоением осматривала новые материалы для последнего курса. Они стали для нее энергией, которой девушка подпитывалась изо дня в день. Многие были уверены, что запах ее Амортенции именно книжки. Так ли это на самом деле?       Грейнджер так увлеклась, что даже не услышала, как кто-то зашёл в гостиную.       — Добрый вечер, Гермиона.       Девушка перевела взгляд на вошедшего человека. В коридоре стоял Теодор Нотт в форменной мантии главного старосты и держал в руках объемную сумку с вещами. Темно-каштановые кудри были небрежно зачёсаны назад, а зелёные глаза внимательно изучали новое помещение. Парень неспешно прошёл в комнату, сбросил с плеча сумку и плюхнулся на диван, отчего Гермиона немного вздрогнула. Она осторожно перевела взгляд на своего нового соседа. Теодор расслабленно откинулся на спинку дивана, забрасывая руки за голову. Грейнджер внимательно изучала лицо слизеринца, останавливаясь сначала на густых широких бровях, плавно переходя на аккуратный нос, на котором виднелся еле заметный шрам.       — Тебе не говорили, что пялиться неприлично. — Тео поднял голову и сладко зевнул.       — А… а я и не пялилась! — фыркнула в ответ Гермиона и отвернулась в сторону камина. — Просто хотела проверить, правильно ли ты надел форму и всё.       Парень слегка наклонил корпус вперёд, упёр голову в ладони и пристально зыркнул на свою соседку, рассмеявшись в ту же секунду.       — Да расслабься, я просто пошутил. Итак, нам предстоит год сотрудничества и совместного проживания в одной башне. Не страшно, Гермиона?       Да, целый год сожительствовать со слизеринцем и выполнять совместную работу. Вроде бы не так страшно. Сколько она учится в Хогвартсе, Гермиона не помнила ни одного случая, когда Теодор её хоть как-нибудь обидел или оскорбил. Нотт, конечно, входил в число приближенных Малфоя, но он никогда не брызгал ядом и не называл ее грязнокровкой. Он просто оставался в стороне, часто отмалчивался, находясь на заднем плане, или и вовсе его не было. Зато она частенько заставала его в библиотеке или около большого озера, где парень любил проводить время в одиночестве. Это, конечно, делало его непохожим на других своих однокурсников. Гермиона считала Нотта закрытой книгой, которая вряд ли поддастся прочтению.       Нет, ей не страшно. Могло быть и хуже. Вот если бы к ней подселился Гойл или даже Малфой, вот это была бы точно катастрофа. Так что Нотт — не самый худший вариант.       — Поверь, Нотт, я сражалась против Волан-де-Морта. Мне ничего не страшно. — Она отмахнула копну волос и начала собирать разбросанные книги.       — Храбрая гриффиндорка. — усмехнулся слизеринец. — Может, тогда установим парочку правил, чтобы предстоящий год нам было максимально комфортно жить вместе?       — И что ты предлагаешь?       — Давай просто установим время похода в ванную и обязанности по обходу школы. Я проверяю от подземелий до гостиной Когтеврана, а ты от астрономической башни до гостиной Пуффендуя. Все довольно просто, запомнишь?       — Не держи меня за дурочку, Нотт. — Гермионе казалось, что парень с ней разговаривал, словно она недалёкая и не знает простых вещей. — Я поняла тебя с первого слова, можешь не утруждаться в объяснении этих элементар…       — Грейнджер, стоп. Я все понял, отлично. — Девушка наигранно улыбнулась кудрявому парню, отчего он шутливо закатил глаза. — А ещё вот что. Если кого-нибудь будешь приводить сюда в гости, сообщи мне об этом заранее. Просто не хотелось бы стать свидетелем ваших с Уизли игр.       — Да за кого ты меня принимаешь?! — Гермиона вскочила на ноги и грозно сложила перед собой руки. — Если я и уединюсь со своим парнем, то это точно не будет башня старост. И почему это правило касается только меня?! Тогда, получается, тебе тоже без разрешения нельзя водить сюда девушек.       — О, поверь, Гермиона, насчёт этого можешь не беспокоиться.       Тео подмигнул ей, отчего Гермиона лишь раздраженно фыркнула. Расправив складки на юбке, уверенной походкой она направилась вверх по лестнице. И, не успев дойти до двери, девушка услышала, как Нотт ей что-то сказал.       — Спокойной ночи, Гермиона, — Тео отсалютовал ей и удобно разлёгся на диване, закидывая ноги.       — И тебе того же, Нотт.       Девушка быстро ворвалась в свою комнату, громко хлопая дверью.       — Аргх!       Ну до чего самоуверенный засранец. Будто Гермиона — какая-то гулящая девица без моральных ценностей и этических соображений. С какой это стати она не будет соблюдать правила?       От громкого стука дверью проснулся Живоглот и жалобно замяукал. Полукнизл спрыгнул с подушки и сладко потянулся, сонно зевая.       — Прости, маленький, я не хотела тебя будить. Просто один высокомерный слизеринец решил меня позлить, — гриффиндорка жаловалась коту с явной неприязнью в голосе.       Наконец-то Гермиона могла рассмотреть свою комнату на ближайший год. Золотистые обои, большой письменный стол, платяной шкаф для вещей, красный ворсистый ковёр и главное украшение этой комнаты — огромная кровать с балдахином в цвет ее факультета. Словно она очутилась в родной гостиной, только поменьше. Все находящееся здесь напоминало ей те беззаботные мгновения, когда она и ее друзья весело проводили время около камина, просто живя сегодняшним днём.       Все вещи были сложены в шкафу вместе с привезёнными книгами. В последнее время Гермиона увлекалась магловской литературой, только за последний месяц она прочитала порядком двадцати книг, начиная с детективов Агаты Кристи и заканчивая романами Шарлотты Бронте. В них девушка видела некий шарм, который вряд ли можно найти в магических книгах, поэтому она и прихватила парочку с собой. Ну как парочку — штук тридцать, чтобы не было скучно проводить ночные патрулирования.       Неспешно сняв с себя форму, шатенка достала лиловую шелковую пижаму из шкафа и надела на себя. Приятная ткань ощущалась как вторая кожа, будто на ней и вовсе ничего не было. С разбегу девушка плюхнулась на матрас, буквально в нем утопая. Настолько он был мягким.       — Боже, до чего приятно, — произнесла Гермиона, по телу которой уже вовсю бежали мурашки от удобства.       Заплетя тугую косу, девушка улеглась на подушки и с помощью заклинания выключила свет. Комната тут же окуталась холодом и мраком. Благо, теплое одеяло целиком накрывало тело, и проблем со сном не было.       Завтра первый учебный день в Хогвартсе, первые занятия и первое патрулирование вместе с Ноттом. Годрик милостивый, дай ей сил. А они Гермионе завтра понадобятся, ещё как!       И никакой Нотт не сможет ей испортить настроение!

***

      Утром девушка открыла глаза, жмурясь от лучей столь навязчивого солнца, отчего пришлось подвинуться в тень. Гермиона, зевая, по привычке прикрыла рот рукой. Новый день и новые заботы старосты.       Сладко потянувшись на большой кровати, девушка окончательно проснулась. В комнате было немножко прохладно, поэтому она накинула на себя голубой махровый халат и поплелась в сторону смежной с Ноттом ванной. К её большому счастью, тот ещё не проснулся, и сейчас ванная в её распоряжении на целых добрых полчаса.       Приняв горячий душ и почистив зубы, шатенка с помощью простых чар красоты привела волосы в порядок и оделась в школьную форму. Плиссированная юбка, рубашка и жилетка за все годы учебы стали такими родными, что она без них себя уже не могла представить.       Сегодня ей хотелось чего-нибудь добавить в свой образ, и поэтому, достав из громоздкого чемодана подарок Рона — серебряную заколку в виде пёрышка, — девушка подцепила ею волосы. Может быть, он ее заметит.       Собрав книги, пергаменты и перья в сумку, гриффиндорка быстро покинула башню старост и направилась к гостиной Гриффиндора за своими друзьями и парнем, чтобы вместе отправиться на завтрак.       Как только она подошла к портрету Полной Дамы, та пропустила девушку, даже не спрашивая пароля.       — Мисс Грейнджер, рада вас видеть, — женщина улыбнулась.       Пройдя дальше, Гермиона заметила, что в гостиной студенты потихоньку собирались на завтрак и на занятия. Дин и Симус что-то бурно объясняли Невиллу, пока Лаванда сплетничала с Парвати на диване. Первогодки уже давно ушли на приём пищи, оставляя старших одних.       — Вот и наша ответственная староста! — воскликнул Симус, и все присутствующие в гостиной обратили на Грейнджер внимание. — А мы-то думали, когда ты почтишь нас своим присутствием.       — Походу Гермиона была занята распределением обязанностей с одним змеёнышем. — подколол Дин, отчего Лаванда и Парвати противно захихикали.       — Я не…       Не успела Гермиона договорить, как увидела, что со спальни мальчиков спускались Гарри и Рон. Парни над чем-то смеялись и не сразу заметили ее нахождение в гостиной.       Рон как ни в чем не бывало спокойно подошёл к своей девушке и по-хозяйски прижал за плечи к себе. От такого натиска Гермиона сначала опешила, но всё же немного успокоилась. Значит, после ссоры у них всё нормально, и никто ни на кого не держит зла. Наконец-то можно успокоиться. Гермиона положила голову на крепкое плечо своего парня, немного привлекая его внимание. Но Рон был увлечён беседой с Гарри… И это, конечно, начало злить Грейнджер. Неужели ее парень не может заметить собственного подарка, сделав комплимент о том, как эта заколка шла ей.       Мерлин, побыстрее бы пойти в Большой Зал.       — Всем доброго утра.       Из спальни девочек выскочила Джинни Уизли. Рыжая бодро подскочила к своему парню, чмокнув его в щёчку.       — Ох, Гермиона, мне так не хватает тебя в нашей спальне. — Джинни подошла к Грейнджер и тихо шепнула ей на ушко. — Уже в первую ночь чуть не сошла с ума от сплетен этих куриц. А мне их терпеть целый год.       — Сочувствую, Джинни, — Гермиона ободряюще обняла подругу. — но думаю, у Гарри в спальне будет намного лучше.       — Чшш! — Рыжая отвела подругу в сторону, чтобы парни их не услышали. — Не хочу, чтобы Рон узнал, что я ночую у Гарри. Ты же знаешь, если хоть кто-нибудь из моей семьи что-нибудь узнает, вскоре узнают и все остальные. А мама мне уши оторвёт за это и запрет меня на семь замков, и прощай мечта жить вместе с Гарри после школы на Гриммо.       — Главное, чтобы все ваши ночные свидания не закончились зачатием следующего поколения Поттеров-Уизли, — Гермиона усмехнулась, за что получила грозный карий взгляд Джинни.       — Ты прямо, как моя мама, Миона, а ты всего лишь старше меня на два года.       — Джинни, просто я переживаю за вас, вы ведь мне как родные.       — Ладно, мамочка. — Джинни обняла подругу и потянула ее в сторону выхода из гостиной. — Пойдём уже завтракать. Ты не поверишь, какая я голодная после ночи жаркого секса с Гарри…       — Джинни!

***

      Через какое-то время все гриффиндорцы уже были на пути к кабинету зельеварения. Войдя внутрь, Грейнджер искала своего соседа Тео. После нескольких метаний взглядом по помещению, девушка осознала, что кудрявой головы тут не застанет. Куча склянок, зелий, ингредиентов заполнили старые деревянные полки. Здесь довольно холодно и темно, потому что это было подземелье с минимальным количеством окон для проникновения света.       Слизнорт уже начал вести занятие, рассуждая на тему приворотных зелий и всего прочего. Гермиона все знала про это, заранее изучив материал. Учебник лежал перед ней на удлиненном столике. Высохший пергамент немного потрескался, отчего указания по приготовлению отвара немного стерлись. Длинные пальцы девушки плавно переворачивали страницы учебного пособия, рассматривая рецепты зелий.       Неожиданно она почувствовала на себе чей-то взгляд.       Гриффиндорка подняла голову, чтобы вновь пробежаться взором по классу, и она заметила серые глаза, смотрящие на нее. Это был Драко Малфой. Парень сидел на соседнем от неё ряду вместе с Блейзом Забини и нервно постукивал пальцами по древесине. Рукава его белой рубашки были засучены до локтей, открывая вид на бледные кисти. Платиновые волосы слегка зачёсаны назад, и лишь пару прядей падали на лоб, немного прикрывая сосредоточившийся взгляд.       Девушка смотрела в ответ, не отрываясь. То, как Малфой её разглядывал, заставляло сердцебиение участиться, а ладони вспотеть. Ни один парень так не смотрел на неё, даже Рон. Так пристально и волнующе. Ох, кажется, у неё покраснели щеки.       «Интересно, о чем он думал сейчас?»       Ей так хотелось понять, что у него в голове. Навыки в Легилименции сейчас бы правда пригодились.       Она дала волю улыбке, смотря на блондина. Тот немного задержался на ней взглядом и в ту же секунду отвёл его, оставляя Гермиону немного разочарованной.       «Еще чуть-чуть, и я бы утонула в этих глазах...»       — Итак, дорогие студенты. — Профессор Слизнорт привстал со стула и окинул класс взглядом. — Перейдём от теории к практике. Сегодня мы с вами приготовим Амортенцию. Список ингредиентов вы найдёте на странице семьдесят шесть, а сейчас я распределю вас по парам. — Мужчина напялил очки на нос и взял свиток. — Гарри Поттер и Блейз Забини, Рональд Уизли и Грегори Гойл, Пэнси Паркинсон и Симус Финниган…       Гермиона напряглась всем телом. Потенциальных напарников оставалось меньше, и, когда профессор Слизнорт остановился на ней, девушка встала как вкопанная.       — Гермиона Грейнджер и Драко Малфой.       Они одновременно посмотрели друг на друга. На лице Драко не дрогнул ни один мускул. Парень сидел неподвижно, только лишь сцепленные в замок руки и напряженная челюсть выдавали его реакцию. Что не сказать о Грейнджер.       Безусловно, девушка была удивлена и не до конца поверила своим ушам, но решила взять инициативу в свои руки и сделать первый шаг навстречу слизеринцу. Подойдя к нему, та заметила, что парень выпрямился и прочистил горло. Они старались держаться уверенно, ведь не зря оба были лучшими на своих факультетах.       Гриффиндорка подошла к его столу и молча начала собирать ингредиенты из склянок. Парень осмотрел ее немного ошарашенным взглядом.       — Так, значит, мы теперь работаем вместе, Грейнджер?       — А я смотрю ты такой догадливый, Малфой. — На что блондин лишь усмехнулся, подавая ей очередной предмет для приготовления любовного зелья. — Нам придется научиться ладить друг с другом, чтобы сдать задание на «Выше ожидаемого».       — Как ни странно, но я с тобой согласен. — Девушку удивил столь спокойный ответ от слизеринца, без каких-либо подколов или издевок в ее сторону.       Пара внимательно сосредоточилась на приготовлении зелья и лишь иногда перекидывалась между собой парочкой слов.       Изредка Гермиона ненадолго отвлекалась посмотреть, как Малфой работает. Девушка внимательно следила, как он умело нарезает ингредиенты для зелья, как длинные белые пальцы мешали ложку в котле. Всё это Малфой делал с такой уверенностью и грацией, что Грейнджер понимала, почему он был любимчиком у Снейпа. У него очевидный дар к зельеварению.       — Грейнджер, — послышался голос Драко, отвлекая гриффиндорку от мыслей о его умелых движениях рук.       — А… что? — Гермиона немного растерялась.       — Если ты так будешь на меня смотреть, ты порежешь не только корень мандрагоры, но и свои пальцы, — усмехнулся Малфой, отправляя в котёл нарезанные компоненты.       — Я вовсе не смотрела на тебя, — строго ответила Грейнджер, чтобы не выдавать свои пунцовые щёки. — Просто я кое-что заметила у тебя в волосах.       Блондин тут же провёл рукой по своим шелковистым прядям, но так ничего и не обнаружил. Это, конечно, вызвало у него тихую и милую улыбку. Ведь не каждый день можно заставить краснеть Гермиону Грейнджер.       — Ну, как скажешь.

***

      Спустя два часа все зелья у студентов были готовы, и профессор Слизнорт уже спешил проверить работы своих учеников. Проходя мимо каждого стола, преподаватель комментировал результат каждой пары, ставя им оценку. Наконец-то он дошёл до парты Гермионы и Драко.       Осмотрев котёл с содержимым, Слизнорт увидел идеальный перламутровый блеск и спиральный пар и почувствовал четкий запах, исходящий от него.       — Итак, на первый взгляд зелье выглядит превосходно. — Профессор со всех сторон разглядывал котёл с содержимым. — Мисс Грейнджер, прошу продемонстрировать его правильность.       Гермиона не спеша подошла котлу с зельем и немного вдохнула запах Амортенции.       «Сейчас почувствую запах скошенной травы, пергамента и мятной пасты».       Но девушка уловила другой аромат. Неожиданно она ощутила запах сахарных перьев, сигарет и черничного пирога.       Мерлин, это не запах Рона. Какой-то бред! Гермиона всегда думала, что именно так пахнет для неё Амортенция. Что же могло произойти такое, отчего она изменила свой запах?       — Простите, профессор, но у меня легкая простуда и заложен нос, — Гермиона тут же придумала быструю отмазку. — К сожалению, не могу почувствовать запах Амортенции.       — Какая жалость, но я поверю своим глазам и поставлю вам «Превосходно». На сегодня мы закончили, все свободны.       «Ух, пронесло!»       Студенты начали потихоньку выходить из кабинета. Собрав свои конспекты и перья, Гермиона, не сказав ничего Малфою, быстро выскочила из помещения, оставляя в замешательстве слизеринца.

***

      Дальше по расписанию у Гриффиндора стояли Чары и Руны. Как всегда, девушка блистала своими обширными знаниями, первая отвечая на вопросы преподавателей. Гермиона чувствовала себя в своей тарелке.       После ужина она договорилась с друзьями встретиться в библиотеке и поработать над эссе по Чарам, ну а после её ждал первый патруль по школе вместе с Ноттом. Бр-р-р, только вспоминаешь его довольное лицо с ухмылочкой, сразу же хочется кинуть в него жалящее заклинание. Но что поделать, обязанности главного старосты трудны и тернисты. Она не трусиха и сможет противостоять этому слизеринскому гаденышу. Ведь она же Гермиона Грейнджер!

***

      — Эх, я так объелся. — Рон сыто потёр живот и обнял свою девушку за плечо.       — Ещё бы, Ронни, съел три куриных ножки, тарелку ростбифа и малиновый пудинг, — съязвила младшая Уизли. — Тут даже дракон будет сыт.       Друзья вчетвером захохотали и направились в сторону библиотеки. Родные стены и полки с книгами встретили Гермиону, зазывая поскорее окунуться в пучину учебы. В помещении было довольно много студентов с разных курсов, за которыми следила мадам Пинс, что сидела на своём привычном месте, читая какой-то журнал.       Запах старых фолиантов и свечей был таким родным и явно настраивал на эффективную работу над домашним заданием.       Две парочки уселись недалеко от секции ботаники. С помощью заклинания левитации перед студентами появились уже нужные книги. Достав принадлежности из своей сумки, Гермиона окунулась в мир предмета Чар и Рун.       — Герми. — Большая ладонь Рональда настойчиво опустилась на левое колено, которое выглядывало из-под школьной юбки. — Ты уже два часа увлечённо занята этими дурацкими Рунами. Может, наконец-то уделишь мне внимание?       Рука ее парня медленно, но настойчиво скользнула вверх по внутренней стороне бедра, вызывая мурашки по телу Гермионы и некое раздражение. Как он смеет отвлекать её от домашнего задания?!       — Рональд, ты не видишь, что я немного занята? — Девушка отпихнула от себя руку Уизли и расправила складки на юбке. — И тебя не смущает тот факт, что нас могут увидеть?       — Да расслабься, Герми. — Рон прильнул ближе к девушке, заправляя выбившуюся каштановую прядь за ухо. — Гарри и Джинни давно уже ушли, а мадам Пинс уже похрапывает у себя. Так что мы здесь одни.       Рон уже наклонился к Гермионе, чтобы поцеловать, но девушка ловко успела увернуться. Мерлин, это же неприемлемо! Как он может распускать руки? Библиотека — это хранилище знаний, а не место для распутных действий.       — Рон, ты же знаешь, как я не люблю, когда так меня называют. — Грейнджер уже понемногу начала злиться. — Да к тому же знаешь, что-то у меня разболелась голова. Я, пожалуй, пойду к себе и доделаю там работу. До завтра, Рон.       Быстро собрав свитки, книги и перья, Гермиона схватила сумку и вылетела из зала библиотеки, оставляя расстроенного и злого Рональда Уизли, который готов был вот-вот завыть.

***

      Грейнджер не заметила, как она оказалась в своей спальне. Громко хлопнув дверью, девушка сбросила сумку на пол и плюхнулась на постель. Сейчас в ней было столько злобы и раздражения, что она готова броситься, как дикая кошка, на любого, кто к ней подойдёт.       Ну как же Рон не понимает, что она пока не готова к очередной близости, ведь прошлая и единственная прошла неважно. Мерлин, воспоминания от том, как она лишилась девственности в комнате Рональда, пока всё семейство праздновало годовщину свадьбы Молли и Артура, вызывали у девушки приступы мигрени и тошноты. У них всё прошло быстро, скомканно и под одеялом, чтобы, не дай Мерлин, их кто-нибудь услышал. Нет, Гермиона, конечно, знала, что в первый раз будет больно, но, чтобы на следующий день было больно ходить и всё тело ломило, это уже чересчур.       После этого у них так и не было близости, хоть Рон и активно настаивал, Гермиона никак не могла переступить через себя и снова отдаться своему парню. Слишком больно…       «Так, надо перестать об этом думать. Сейчас быстренько пройдусь по Хогвартсу и немного освежу мысли».       На ручных часах Гриффиндорки время показывало десять вечера, а это значит, что ей пора переодеться в обычную одежду и отправиться патрулировать вместе со слизеринским змеем.       Достав из сундука обыкновенные джинсы и фиолетовый свитер, Грейнджер быстро переоделась и отправилась к комнате Теодора. Она настойчиво постучала в дверь напротив, но ей так никто и не ответил.       «Значит, не дождался меня и ушёл один. Вот идиот!»       Гермиона взяла с дивана свою мантию старосты и направилась на вечерний патруль.       Погода в начале сентября выдалась довольно тёплой, а ночью всего лишь дул лёгкий ветерок. Дорога освещалась факелами, поэтому девушке представлялась хорошая видимость происходящего в коридорах.       Хвала Годрику, за время патрулирования ей не попались озабоченные старшекурсники или заблудшие первокурсники. Всё прошло довольно тихо и без происшествий.       Спустившись с астрономической башни и завернув в коридор на четвёртом этаже, Грейнджер кое-что заметила, точнее кое-кого. Чей-то силуэт сидел на подоконнике, склонившись вниз.       — К твоему сведению, уже комендантский час, и тебе следовало бы быть в своей гостиной. — Девушка направилась в сторону нарушителя с твёрдым намерением наказать. — С какого ты факультета?       — Уф, Грейнджер, полегче.       Перед девушкой появился Теодор Нотт, который читал что-то. Слизеринец был одет в чёрные брюки и такого же цвета свитер, а его мантия лежала рядом с ним. Только увидев свою соседку, Нотт отложил книгу и внимательно рассмотрел грозную главную старосту. Парень явно заинтересовался её внешним видом, а именно — узкими джинсами, которые отлично сидели на ней. И он готов поклясться Салазару Слизерину, таких стройных ножек он нигде не видел. Но, пожалуй, Тео отвлёкся.       — Не нужно быть такой свирепой, котёнок, а то я могу завестись, — Тео лукаво улыбнулся.       — Я тебе никакой не котёнок, Нотт, — фыркнула Грейнджер, скрещивая руки на груди. — Ещё раз так меня назовёшь, получишь Ступефаем прямо в своё слизеринское лицо.       — Ну, не будь такой, букой, Грейнджер, я же просто шучу. Присаживайся рядом.       Слизеринец похлопал по дереву, приглашая присесть. Он выжидающе посмотрел на неё, проверяя, осмелится ли малышка Грейнджер приземлиться рядом с ним и поговорить.       Сама гриффиндорка на секунду заколебалась, но всё же решила присесть. Всё равно она уже проверила территорию школы, а возвращаться в свою спальню, чтобы тупо лежать на кровати, было довольно скучно. Пусть хоть Нотт развлечет её.       Она осторожно уселась на край подоконника, поджимая под себя ноги. Ей стало немного зябко, и она поплотнее закуталась в свою мантию. Теодор заметил это и внаглую к ней подсел, чтобы согреть девушку теплом, исходящим от его тела.       — Что читаешь? — Гермиона решила разрядить неловкую обстановку и поэтому переключила внимание на книгу, которую читал Теодор.       — Да так, — отмахнулся парень, отворачиваясь в сторону окна.       — Мерлин, это же Шарлота Бронте «Джейн Эйр», — восхитилась Гермиона, рассматривая книжку с любимым произведением. — Откуда она у тебя?       — После суда над пожирателями, их детей обязали пройти курсы, в рамках которых мы изучаем маггловскую культуру.       При упоминании пожирателей у Тео заметно сменилось настроение. Он стал задумчивым и отстранённым. Наверное, ему было неприятно вспоминать произошедшее.       Гермионе неожиданно захотелось взять его за руки и сказать, что всё хорошо и ему не надо так переживать. Но всё же она сдержалась от этого порыва эмоций и приготовилась внимательно слушать своего собеседника.       — Конечно, это мало, кому понравилось, а точнее — никому, но никто просто не хотел попасть под дело и оказаться со своим родителем по соседству в камерах Азкабана. Нет, не подумай неправильно, но, когда ты жил целых восемнадцать лет в семье, где главной ценностью была чистота крови и ненависть к маглорожденным, — волей не волей — помешаешься на этом. Но я не из таких, честно, я никогда не презирал таких, как ты, наоборот, мне нравится ваша культура, ваша жизнь и многое другое.       Она слушала его очень внимательно. Да, Тео казался взбалмошным шутником, но сейчас он раскрывался перед ней с другой стороны.       — Когда я был маленьким, моя мама мне читала ваши сказки, показывала картины художников эпохи Возрождения и даже пару раз водила меня в магловскую часть Лондона. Это самые счастливые дни моей жизни.       В уголках глаз слизеринца блеснули пару слезинок. Каждый раз, когда он вспоминал свою покойную матушку, сердце разрывалось на тысячу осколков, и безумно хотелось кричать от боли. Отец говорил ему, что слёзы — признак слабости у мужчины, но он никогда не слушал этого тирана. Ему постоянно прилетало от отца за то, что он неуместно проявлял эмоции и характер. Утренние и вечерние Круциатусы были для него как каждодневный приём пищи. И всё это в целях воспитания.       Черт его подери, как он был рад тому, что этого ублюдка упекли в Азкабан.       — Мне приятно слышать, что ты так относишься к моей культуре. — Гермиона придвинулась к своему соседу. — Теодор, ты большой молодец.       Услышав слова похвалы, Нотт немного улыбнулся и отвлекся от мрачных мыслей. Сейчас он чувствовал себя в безопасности, и ужасно хотелось получить ещё поддержки от пышноволосой малышки Грейнджер. Уж слишком сильная от неё аура спокойствия и помощи.       — Ну а книгу я купил, когда мы с Драко отдыхали в его поместье в Шотландии. И готов поклясться, что маггловская литература — просто шедевр, я буквально влюбился в писателей восемнадцатого века.       — Да, в них есть свой шарм, — улыбнулась в ответ Гермиона. — Знаешь, я взяла несколько книг в школу, могу одолжить тебе на время.       — Почту за честь, котёнок.       — Я же сказала так меня не называть, Нотт!