Там где небо сливается с землей

      Рано утром, когда солнце еще берет свои права над ночью, Антон просыпается от криков рядом стоящего друга. — Тох! Ант-о-о-о-о-н! Вставай принцесса, — парень, уткнувшись моськой в подушку, морщиться от слишком, громких звуков, — А вот нечего было вчера так наебеневаться. — Друг отходит от спящего Антона в противоположный конец комнаты и распахивает шторы, впуская в комнату свет. Яркий, казалось, слишком яркий свет ударят в глаза. Он морщиться, приоткрывая их. Все плывет. Приподнимая голову, он пытается встать, но сделав неудачную попытку, снова падает лицом в подушку. — Я иду собирать вещи, но чтобы через пятнадцать минут ты был уже готов, когда я снова вернусь, — с этими словами Дима разворачивается и выходит из комнаты, не забывая громко хлопнуть дверью. Вибрация от хлопка раздается по всей комнате и парень по инерции, вздрагивает, снова проваливаясь в сон. Громко, слишком громко все с утра.       Не заметив за собой, как уснул, в комнату снова врывается Дима — Вот паскуда! — в один мах, он доходит до кровати парня и стягивает с него одеяло. От резко появившегося сквозняка, парень поежился на кровати, подбирая по себя ноги. — Я тебе пятнадцать минут назад сказал быть готовым, а ты что? — вопрос скорей звучал риторически, поэтому парень посчитал, что не стоит на него отвечать, — Ладно, раз не хочешь так, будет по другому, — все звуки над ухом Антона стихли. Подумав, что от него все же отстали, он удобно разместился в кровати, подминая под себя подушку, как вдруг… — Ебтвоюмать, — юноша резко подрывается с места. Его окатывают ледяной водой из шланга. Не понимая за что, и что вообще происходит, он, разворачивается спиной и облокачивается на спинку кровати, когда с его волос начинают, скатываются капельки воды. Дима от такой картины заливается смехом, выкручивая ручку шланга на минимум. — Ну как? Взбодрился? — с улыбкой спрашивает друг. — Ты бы видел свое лицо, умора, — подходя к парню, протягивает полотенце. Антон вытирает лицо, попутно высушивая им же волосы. — Ладно, заканчивай водные процедуры, давай вещи соберем твои, а то так на самолет не успеем, — доставая, найденную в углу сумку, помогает собрать в нее вещи.       Они управляются за двадцать минут и быстро спускаются вниз, где их уже заждалась девушка. Оксана грозно смотрит на Антона, который чтобы не выдавать как ему стыдно, накинул сверху капюшон. Конечно, без нотаций он не обошелся по типу «я не понимаю, как можно быть таким безрассудным» или «когда же ты начнешь головой-то соображать!». Чтобы не портить себе весь день, он пропускает это мимо ушей. Окс была слишком уж придирчива, такая ее особенность. Всегда и всюду, но никогда и нигде. Сев в уже подъехавшее заранее такси, они двинулись в сторону аэропорта. На часах «4:40». Рань несусветная, особенно, если до поздней ночи ты пил. Голова до сих пор раскалывалась, и начало немного мутить. Что бы хоть как-то отвлечься, он вставляет наушники в уши и включает музыку. Да, музыка, наушники и дорога в час езды — это лучшее, что существует на свете.       Солнце уже появилось на горизонте. Красный рассвет окутал ранний аэропорт. Ребят подъехали как раз вовремя. Такой большой и красивый, как жаль, что они так скоро встретились. — Спасибо, — Оксана, прощается с водителем и все разом вываливаются из машины. — Супер, мы успеваем на утреннюю проверку самолета. Хватая сумки, девушка ринулась ко входу в аэропорт, перехватывая в другую руку пропуск с ее именем и фото. Остальные же следуют за девушкой совершенно без энтузиазма, еле-еле волоча ноги. Все же они не любят так рано вставать. — Ну вы и сонные мухи, — бросая взгляд, на отставших коллег, вздыхает и так же продолжает путь вперед. Дойдя до нужного им помещения все куча «сонных мух», как выразилась Оксана, уваливается на диван, такой удобный и манящий продолжить спать, пока девушка отходит в другое отделение, отнести документы. Когда ты хочешь спать, что угодно сойдет за место кровати, даже пол, чем в принципе и воспользовался Антон. — Рота подъем! — в дверях появляется девушка и все резко подпрыгивают, — Мои ж вы крошки, что спать хотите? — с какой-то издевкой произносит эти слова, проходя на мини кухню, готовя себе кофе. — Ммм, ну О-о-о-окс — ложась обратно на пол, от безысходности промычал Антон, — Ну будь ты человеком, дай хоть чуть-чуть поспать.

«Пунктик: не набухиваться перед вылетом, НИ-КОГ-ДА»

      На что девушка лишь хмыкнула, продолжая помешивать свой кофе. — Что же ты делать будешь, когда у тебя дети появятся? — не поворачиваясь к парню, задает вопрос. Сонный мозг долго обрабатывает полученную информацию. — Иногда днями не спать придется, — продолжала лепетать девушка. — А с чего ты взяла, что у меня вообще будут дети, — не открывая глаза, отвечает Антон. — Ну как же, рано или поздно, твоя девушка захочет ребенка, и тут ты уже никуда не денешься, — присаживаясь на кресло рядом с диваном, ставит на столик чашку с горячим кофе. Резкий запах ударяет в голову, но сил проснутся, все равно не придает. — А с чего ты взяла, что у меня вообще будет девушка, — произносит парень, не до конца осознавая сказанного. В комнате резко становится тихо, настолько, что за окном можно услышать пение уже проснувшихся птичек. Тишина повисает на некоторое время и только благодаря этому, до парня все же доходят его слова. — Ой, блять, то есть, я не это хотел сказать, — резко открывая глаза и подрываясь с пола, начинает тараторить парень, но кажется, его оправданий никто не слышит, потому что все по-прежнему смотрят на него с широко раскрытыми глазами. — А, блять, хуй с вами, — парень махнул на ребят рукой, понимая, что все равно всем срать на то, что он пытается им сказать. — Да мы поняли, Антон, — поддерживает его друг, — Только, теперь ты спать со мной в одной комнате не будешь, я начинаю бояться за свою задницу, — вся компания заливается смехом и у парня неосознанно краснеют, кончики ушей. — Дим, иди в пизду, — парень срывается с места, подходя к входной двери и хватаясь за ручку, открывает ее. — Ты хотел сказать, на хуй? — поправляет его друг. Антон раздраженно выдыхает и, выходя за дверь, хлопает ее. За дверью раздаётся дикий смех. Ей богу, как малые дети. Парень быстрым шагом идет в туалет. Он умывается, приходя в себя. Холодные капли воды, стекают по шее, за рубашку. Не самое приятное чувство. Спустя пять минут, возвращается в комнату. 7:20 — Собирайтесь, красавицы — раздаётся голос девушки, — Пора идти на самолет.       Вроде бы и должен привыкнуть, но чувство страха, снова подступает. Интересно, это когда-нибудь пройдет или мне мучаться до конца жизни с этим? Ты летаешь в небе, но боишься высоты, смешно не могу. Ладно, свалим на то, что летает первый раз и просто еще не привык, думаю, со временем, это чувство притупляется, но черт, как же страшно сейчас.       Чистое, бескрайнее голубое небо, без единого облачка. Лучшее время для полетов. Удивительный небесный цвет, создающийся благодаря рассеиванию света на мелкие частицы в результате преломления, вследствие чего и выявляется столь дивный цвет, почти такой же прекрасный как глаза Арсения. Стоп, что? Арсения? А когда это я успел его глаза рассмотреть? Ладно, проехали. Хм, жаль, что небо не розовое или фиолетовое. Интересно, мы бы также привыкли к его цвету или все же по-другому реагировали?       Утренний воздух, уже успевший смешаться с запахами моторного масла и утреннего дождя, все также приятно щекотал нос. Легкий ветерок раздувал челку на лбу. Машинально стараясь убрать ее с лица, чтобы не споткнуться, он делать первые шаги на троп. Шум двигателей немного оглушает, а к горлу подступает ком страха. — Тох, любимое задание, — девушка хватает только зашедшего парня на самолёт и тащит в сторону чулана, раскладывать пледы. Такие мягкие и пушисты, вот укутаться бы в них сейчас, сесть на кресло веранды, попивая цветочный чай, а рядом Арсений и все хоро… Стоп, снова Арсений? Зачем я о нем вообще думаю! Боже, кажется, крыша поехала. Нужно будет к психологу сгонять, если это не пройдет. — Тош, там тебя ищут, кажется, — раздается голос Димы, вырывая Антона из его мыслей. — Что? Меня? Кто? — резко подрывается с корточек парень и роняет лежавшие на ногах пледы. Ком, который был от страха полета, казалось, рассеивался, и его накрывало волной непонимания. — Да не знаю, просто Окс попросила тебя вернуться в аэропорт, ты кому-то нужен, — обеспокоенно говорит девушка, поднимая упавшие на пол покрывала.       Но вот страх снова вернулся и с новой силой, пока он спускался с самолета и быстрым шагом направлялся к зданию. В голове прокручивались куча мыслей, но ничего собрать в кучу не удавалось, поэтому просто мелькали, как на карусели с лошадками по кругу. От этого начинало тошнить, а ладошки резко взмокли. Быстро, почти что, снося стеклянные двери на ходу, вбегает Антон и останавливается, видя перед собой стоявшего спиной и спокойно разговаривающего с Оксаной мужчину, с очень знакомой макушкой. Заметив его, мужчина разворачивается и встречается с зелеными полными непонимания глазами. Он улыбается уголком губ и медленно идет к парню. А Антон, просто стоит, как вкопанный и ничего не может поделать. — Привет, — останавливается рядом, говоря своим томным голосом. — Ты вчера так быстро убежал, что мы не успели попрощаться, — склоняя голову на бок, он улыбается уголками губ. — А…э…ну…да…оэ, — только и получается выдать парню, пытаясь не краснеть как «синьор помидор» от нахлынувших воспоминаний вчерашнего вечера. Но, щеки уже сдают его, начиная пылать, что казалось, у него сейчас подскочит температура. — Ты чего так покраснел? Температура, что ли? — отодвигая челку, он кладет ладошку на лоб парня. Такая теплая и сухая, не то, что мои, которые сейчас, почти как ниагарский водопад стали. Он аккуратно переводит руку со лба, на щеку парня. От этого зеленые глаза раскрываются в еще сильнейшем непонимании происходящего. Антон приоткрывает губы, чтобы сказать или высказать своё негодование, но не успевает и мужчина резко припадает к его губам, накрывая их своими. Впадая в полный ступор, и не зная как реагировать, он продолжает стоять. Арсений ухмыляется в поцелуе и усиливает напор, покусывая нижнюю губу мальчика. Ноги подкашиваются, и Антон падает на грудь мужчины, не в силах удержаться от подступившей слабости, но сильные руки подхватывают его и обвивают тонкую талию. Парень, обхватывая шею мужчины, начиная отвечать на поцелуй, как от него отстраняются, и он застывает с выпяченными губами, на которых остался вкус мятной вишни. Голубые глаза, со всей любовь и заботой смотрят на слегка покрасневшие от поцелуя губы, и улыбается, как бы гордясь своей работой. — Да, так намного лучше, — произносит мужчина, переводя взгляд на глаза парня. — А…ч-что это было? — заикавшись и полностью покрывающимся в красный цвет, спрашивает юноша. — Тош, я знаю, прозвучит дико, но ты мне сразу понравился, просто я боялся тебе сказать и узнав, что ты уезжаешь, я просто не мог не прийти и не… — в ушах стоит белый шум, он больше ничего не слышит, мыслей нет. Губы немного печет и еще остаётся ощущение поцелуя, такое приятное и слегка мокрое. Неожиданно для себя он вспоминает про девушку, стоявшую за мужчиной, но когда выглядывает, ее уже нет, а виднеется красный рассвет и улетающий вдаль самолет. Его бросили. Оставили здесь. Совершенно одного. — Тох, Тоха, Антон еб твою мать, проснись! — крича на ухо и пихая в бок, раздается голос Димы, — Мы приехали, скоро вылет, вылезай, давай. — Антон резко подрывается с места и осматривается по сторонам. Засовывая руку в карман и доставая оттуда телефон, он бросает взгляд на его дисплей. Время «5:33». Чувство тревоги потихоньку спадает, а бешено колотящееся сердце успокаивается. Он в машине, его друзья рядом и это был сон. Просто дурацкий страшный сон. Все, решено, по прилету записываюсь к психологу.

«Иначе точно свихнусь»