Исповедь лучшего друга

Записная книжка Дазая Осаму

      В те времена у ночи ещё был синий оттенок.

24 мая 2013

Примерное время: 05:00

Ода: Поднимай свой ленивый зад, Дазай! Дазай: И тебе доброе утро, Одасаку.       Взглянув на настенные часы, я даже удивился: зачем это он поднял меня в такую рань? Дазай: А что такое? Мори-сан вызывает? Ода: Нет... Дазай: Тогда что? Ода: Взгляни в окно.       Подойдя к окну, он раздвинул шторы, из-за чего яркий свет на мгновение ослепил меня. Ода: Что ты видишь? Дазай: В данный момент ни-че-го. Мне рассвет в глаза попал. Ода: Верно!       Одасаку присел рядом, запрокинув руку на моё плечо. Ода: Ты только посмотри на этот чудесный рассвет! Дазай: Ну рассвет, как рассвет...       Кинув на меня недовольный взгляд, он произнёс: Ода: А знаешь, почему ты так говоришь? Потому что ты не видел его во всей красе, под открытым небом.       Ода Сакуноске был моей полной противоположностью. В отличие от меня он любил просыпаться рано утром и выходить куда-то в лес, я же, в свою очередь, любил бродить по тёмным переулкам глубокой ночью и, закуривая сигарету, размышлять о литературе. Также, в отличие от меня, он никогда не убивал людей, я - обожаю дарить смерть тем, кто сам её желает. Но, не смотря на все различия, мы с Одасаку были очень близкими друзьями.       Пару раз я спас его от смерти, причём, в один и тот же день на одном из своих заданий. В тот день всё изменилось. Я начал мыслить, как отборный, редкостный убийца и ненавидел себя за это. В тот день, где-то в полночь, из-за осознания того, что я представляю огромную опасность для окружающих, я пытался совершить самоубийство и у меня получилось бы, если б не Одасаку. Он пришёл совсем не поддержать меня, но натолкнуть на верный путь. По началу мне не хотелось его слушать, но он заставил меня выслушать, вдарив мне пощёчину. Потом он поставил меня перед выбором: либо умереть, как настоящая половая тряпка, либо дальше продолжать выполнять свою немаловажную работу и быть под его крылом в любом состоянии. Одасаку сказал мне, что больше всего на свете хотел бы иметь такого друга, как я - безбашенного мафиози, готового пойти на любые жертвы ради выполнения повязшей в грязи и слезах работы, но и в то же время готового на собственную смерть ради спасения совершенно незнакомого, но хорошего человека.       Да, я убивал тех, кто не заслуживал своей жизни, но я всегда спасал из лап убийц честных, ни в чём неповинных людей, хотя бы за это я заслуживал своей собственной жизни.       После слов Одасаку мне не хотелось оставлять его в одиночестве в этом несчастном и засорённом преступностью мире. Мне захотелось начать жить заново, будто бы я переродился в новом теле со свежим интеллектом. И после этого я был счастлив. По-настоящему счастлив рядом с ним. Он наградил меня своей дружбой и показал, что такое свобода, а я, в благодарность, пристроил его на место моего телохранителя в портовой мафии, чтобы мы всегда были рядом друг с другом, шли бок о бок. Дазай: Твоя взяла, псина. Пойдём.       Иногда я называл его псиной, потому что для меня он был символом некой беззаботной, бродячей собаки, как, впрочем, я сам.

Примерное время: 05:15

      Мы быстро дотащились до излюбленного места Одасаку, находящегося на кладбище. Такого расклада карт, честно говоря, я совсем не ожидал. Где угодно, но не на кладбище... Дазай: Почему именно кладбище? В городе ведь столько хороших мест, где можно свободно передохнуть. Ода: Здесь мне спокойней. Никто, кроме мёртвых душ, не способен углублённо проникнуть в мою душу и понять мои истинные переживания. Дазай: А как же я? Разве я никогда тебя не понимал? Ода: Дазай...       Он накрыл мою руку своей ладонью. Ода: Есть одна вещь, о которой ты не должен знать. Дазай: Почему? Просто потому что я не пойму тебя? Ты так считаешь? Ода: Эта тема пробирает меня до глубины души и я боюсь оттолкнуть тебя ею. Я лишь хочу, чтобы ты был счастлив и не покинул меня из-за моей же глупости. Дазай: Но ведь это не значит, что ты должен сдерживать это в тайне от меня. Расскажи свою пусть даже горькую, но правду. Обещаю, даю слово, я пойму. Ода: Слово близкого друга для меня закон; хорошо.       Внезапно, в самый неподходящий для нас обоих момент, раздались гудки моего телефона. Дазай: Извини, я отвечу.       Одасаку кивнул, и я ответил на звонок своего босса Мори. Дазай: Слушаю, Мори-сан. Мори: Дазай-кун, у меня к тебе небольшая просьба. Дазай: Говорите. Мори: На портовую мафию охотятся люди, провозгласившие себя "Овцами". За последнюю неделю они истребили шестёрку наших мафиози - нужно это прекратить. Дазай: Понял. Но можно ли поинтересоваться: почему я узнаю об этом только сейчас? Мори: Я до последнего надеялся, что они не представляют для нас никакой опасности, пока они не начали угрожать нам через наших же людей. Дазай: Я вас понял, Мори.       Отключив мобильный, я разлёгся на коленях Одасаку. Ода: Я пойду с тобой, Дазай. Дазай: Хоть ты, по совместительству, мой телохранитель, тебе всё же не стоит ввязываться в это неизвестного происхождения дерьмо. Ода: Я не смогу бросить тебя на произвол судьбы - вдруг эти люди действительно хороши собой. Ты значишь для меня куда больше, чем просто друг и я наисельнейше переживаю за тебя.       Я поднял на него вопросительный и немного молящий взгляд. Ода: Ты хотел, чтобы я раскрыл тебе свою тайну... Дазай: Хотел. Ода: Чуть позже. Дазай: А если, вдруг, так случится, что станет уже слишком поздно, то что тогда? Ода: Никогда не бывает поздно, Дазай, запомни это раз и на всю жизнь; даже убывающий от тебя поезд всё равно возможно догнать, если хорошенько постараться.       Я направил свои опустевшие омуты в небо, внимательно вглядываясь в уходящий малиновый рассвет. Дазай: Красиво сегодня рассвело, не так ли?       Одасаку молчал, по всей видимости занимаясь раскопками своих мыслей. Дазай: Слушай, а почему ты позвал меня с собой только сегодня? В прошедшие дни ты не желал моего бесполезного присутствия? Ода: Наверное, мне нужно было время, чтоб понять, что без тебя рассвет не такой уж и прекрасный. Дазай: О чём ты, Одасаку? Ода: Дазай... Я...       Вновь, будто бы сработал очередной закон подлости, в самый разгар беседы забремчали гудки моего сотового. Я с недопониманием разглядывал чуждые цифры на экране. Дазай: Номер неизвестен...       Я долго решался взять трубку, но всё же нажал заветную кнопку ответа. Дазай: Исполнитель портовой мафии - Дазай Осаму вас внимательно слушает. Голос: Осаму? Стало быть я не прогадал с номером телефона. Говорит Накахара Чуя - предводитель "Овец".       Расслышав название знакомой организации, я сарказтически ответил: Дазай: Чем могу помочь? Чуя: Тем, что сдохнешь сегодня. Дазай: Какое, однако, интересное заявление с вашей стороны. Чуя: Интересно будет тогда, когда я тебя прикончу, тварь. Уверен, ты знаешь, где меня найти.       Выплюнув эти слова, он тут же сбросил трубку. Я, слегка встревожившись, обратился к другу: Дазай: Пора возвращаться.       Я протянул руку Одасаку, тем самым, помогая ему подняться с сырой кладбищенской земли. Дазай: Ни слова Мори. Ода: Мои уста, как обычно, на замке.

Примерное время: 01:00

      Дождавшись глубокой ночи, я начал распихивать оружие по внутренним карманам своего длинною в пол пальто. Дазай: Тебе не нужно вмешиваться в эти скудные разборки. Я думаю, он придёт один, и выйдет не совсем справедливо, если я приведу с собой подмогу. Ода: Я аккуратно подстрахую тебя, стоя в сторонке. У меня не получится беззаботно сидеть здесь в то время, как твоя жизнь будет метаться по тонкому лезвию ножа.       Я совсем его не слушал, а думал лишь о своём. Дазай: Судя по манере его речи, можно сделать вывод, что он всего-навсего мелкая выскочка. Думаю, рассправиться с ним не составит мне особого труда. Ода: И всё же я иду с тобой.       Я так и не смог разубедить его, поэтому нам пришлось идти в неизвестность на пару. Дойдя до берега какой-то неизвестной мне реки, но также довольно прославленной тем, что на её берегу чаще всего коротают своё время "Овцы", я замер в ожидании их дерзкого предводителя. Уже буквально через минуту он показал свою персону. Чуя: Так это ты тот самый Дазай Осаму... Любимчик босса портовой мафии.       Свои последние слова он протянул пафосно, с нескрываемым отвращением. Чуя: А я смотрю ты явился с сопородной шавкой. Что, зассал выйти один на один, да? Хотя стоило ли ожидать чего-то большего от такого, как ты? Дазай: Мой телохранитель не при делах - просто выполняет свою работу. Чуя: Ой, правда? Ну, в таком случае, он может спокойно и безо всяких проблем покинуть этот берег. Такую реакцию ты ждал от меня, ублюдок? Дазай: Ты его не тронешь. Чуя: Уверен? Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен трогать его. Дазай: Я предлагаю сделку. Чуя: Сделку?       Рыжий предводитель залился громким, истерическим смехом. Чуя: Валяй. Удиви меня, портовая мафия. Дазай: Сейчас мы отпустим моего друга с миром, и я, без доставления взаимных проблем, сражусь с тобой один на один. Чуя: Ну а если я не соглашусь на эту авантюру, то что? Дазай: В таком случае мне придётся воспользоваться оружием. Чуя: Хорошо; он может покинуть поле боя, но с условием сдачи твоего запаса оружия. Иначе я прибегну к крайним мерам. Дазай: Следовательно, я могу подойди к нему, чтоб вручить пальто? Чуя: Нет. Ты будешь стоять на своём месте; подойдёт он. Дазай: Как скажешь.       Я аккуратно и без резких движений обернулся к другу. Дазай: Одасаку, забери все средства убийств, пожалуйста.       Как только Одасаку оказался в незначительном диаметре от меня, я сбросил пальто со своих плеч. Далее, обхватив его шею, тем самым создавая вид, что желаю объятий, я резко вытащил пистолет из внутреннего кармана и, ловким движением пальцев сняв его с предохранителя, направил прямо на рыжего. Тот, лишь усмехнувшись, выпалил: Чуя: А я ведь предупреждал, что прибегну к крайним мерам в случае невыполнения договора. Как-никак я одарён способностью гравитации. Прощайтесь с жизнями, портовая мафия. Дазай: Одасаку, беги! Ода: Я не брошу тебя. Ты ведь помнишь, что с помощью способности я могу видеть будущее? Дазай: Ну и что же ты видишь?       Полностью погрузившись в себя, он собрал определённую информацию, созданную способностью, а потом с твёрдой уверенностью ответил: Ода: Сегодня никто не умрёт. Не в мою смену!       Тем временем кусок земли под ногами рыжего вырвался с корнем, поднимая хозяина гравитации в небесное пространство. Оторвав свои ноги от куска, он пнул его в нашем направлении, словно это был обыкновенный футбольный мяч. Мы с Одасаку рванулись по разные стороны, уворачиваясь от земельной пули. Чуя: К вашему сожалению это ещё не всё, на что я способен. Сейчас вы узрите истинную форму моего дара - "Смутную печаль".       Вынув руки из кармана толстовки, в котором постоянно находились его руки, он активировал самую "грязную" сторону своей способности. Его тело стало покрываться рваными кровавыми полосами, а глаза закатились так, что выглядели совсем не человечно. Дазай: Одасаку, прошу, беги. Хотя бы ради меня. Я обезврежу его, прикаснувшись, а ты совершенно ничего не сможешь с ним сделать и от беззащитности пострадаешь, поэтому, ради нас обоих, беги! Ода: Я верю тебе, Дазай. Ты справишься.       Послушавшись меня, Одасаку пустился наутёк, но, видимо, рыжему лидеру не хотелось так просто выпускать его из игры, поэтому он попытался "удалить" его сам, нацелив свой огромный гравитационный шар в его сторону. Чуя: Не так быстро, мафия!       Я помчался вперёд шара, забывая всё на свете. На кону стояла жизнь моего лучшего друга, а на свою жизнь мне было, мягко говоря, плевать, поэтому я отважно и голопом бежал, оставляя после себя дорожку пыли. И я успел... Шар пронзил меня почти насквозь, а Одасаку уже и в поле видимости не было. Видимо, рыжий даже не собирался убивать моего друга, а лишь подстроил всё так, чтоб его способность испыталась именно на мне. С чего я взял, что испыталась? Всё очень просто: было видно невооружённым глазом, что он слишком неумело обращался со своей "Смутной печалью", поэтому я сделал вывод, что он использует её в первый раз.       "Да он и остановить-то её никак не сможет; только если с моей помощью..." - пришло мне на ум. Чуя: Так вот она какая портовая мафия. Неужели ты так быстро откинулся?       Я продумал всё до мельчайших деталей: сделал вид, будто от меня остался один лишь труп и даже на время прекратил вдыхать кислород для более точной правдоподобности. Чуя: Какие же вы жалкие.       Он опустился к моему телу, чтоб убедиться в моей смерти, а я, не разлепляя глаз, тихо произнёс: Дазай: У этой ночи такой глубокий синий оттенок... Красиво, не так ли?       Не успел он опомниться, как я уже дотронулся до его тонкой руки, в следствие чего его запасы энергии целиком и полностью иссякли. Чуя: Ты! Ты... Дазай: Моя способность "Неполноценный человек" позволяет мне расщеплять способности других эсперов одним лишь прикосновением ладони. Чуя: Неплохо, портовая ма...       Не успев договорить, он упал на землю, совершенно обессилев. Дазай: Видимо, "Смутная печаль" тебя переутомляет, рыжий.       Он уже не слышал меня, поскольку сразу же затерялся в глубочайших сновидениях.       "Нужно отнести его к Мори. А тот уже пускай делает с ним всё, что захочет" - ходило в моих мыслях.       Подобрав свой мобильный, я набрал номер Одасаку, чтобы сказать, что всё хорошо закончилось. Дазай: Одасаку, со мной всё хо... Ода: Дазай... Я хотел бы увидеть тебя в последний раз. Я умираю, Дазай... Дазай: Что?! Как это... Что... что произошло? Ода: Иди прямо, и ты найдёшь меня. Поторопись.       В состоянии шока я выронил телефон из рук и, подхватив спящего рыжего, понёсся так, как только мог. Дазай: Одасаку!       Заметив полумёртвого Оду, лежащего в луже крови, я слегка не аккуратно и равнодушно положил рыжего наземь и пустился к другу. Дазай: Одасаку! Я обязательно спасу тебя, слышишь! Ода: Яд начал своё действие. Меня уже ничего не спасёт, Дазай. Дазай: Нет, замолчи! У тебя ещё есть шанс! Ода: Прости меня, Дазай. Дазай: Кто это сделал?! Говори!       Впервые за долгие годы мои глаза снова начали утопать в слезах. Дазай: Говори же, ну! Ода: Девушка... Одна из "Овец". Дазай: Д-девушка?       Я ненавистно относился к женскому полу ещё с самого детства.       Моя мать, насколько мне было известно, употребляла кайф и, решив не создавать себе дополнительных проблем, бросила меня, едва успев родить. С совершенно случайным стечением обстоятельств Огай Мори нашёл меня в какой-то подворотне и полностью заменил мне отца. Няней мне служила его возлюбленная шестнадцатилетняя Элис, которая за все мои пятнадцать лет не постарела ни на год. Была ли она человеком? Я считаю, что нет, ведь она является частью способности Мори. Возможно, он сам её и создал в целях развлечения...       Ещё я ненавидел женщин по одной простой причине: однажды Одасаку влюбился в восемнадцатилетнюю даму, которая, на тот момент, приходилась мне девушкой. Но, отбив её у меня, он сильно пожалел... Моя бывшая дамочка, разведя Одасаку на половой контакт, сразу же сбежала от него, попутно высмеяв наивность нас обоих; мы не раз били морды друг дружке из-за неё, в следствие чего оба достигали дна и стремительно теряли успеваемость среди сотрудников.       С тех самых пор у меня то-ли не хватает силы духа, то-ли у меня выработалось, своего рода, отвращение - я не связываюсь с представительницами женского пола. Дазай: Клянусь, я найду её. Найду и убью! Ода: Не стоит жить одной лишь местью. Нужно закрыть на всё глаза и двигаться только вперёд. Дазай: Куда я буду двигаться? Без тебя... Ода: Дазай, я знаю, что тебе плевать на добро и зло, но послушай мой последний совет: тебе стоит работать с эсперами, приносящими благовеяние в этот мир. Так ты станешь хотя бы чуточку лучше.       В глазах Одасаку уже начало темнеть, но он из последних своих сил всё ещё пытался говорить со мной. Ода: Наклонись ко мне поближе, Дазай.       Я сделал так, как он просил, уже не понимая того, что происходило здесь и сейчас. Ода: Я люблю тебя, Дазай. Люблю с самой нашей первой встречи. Теперь-то ты знаешь мою тайну.       Он дотронулся своими губами до моих, но будто уже не решаясь меня поцеловать. Дазай: Я всегда знал это. Всегда... Ода: Ты был прав, что уже слишком поздно.       Опрокинув последние слова, Одасаку полностью покинул своё тело. С моих уст, будто невольно, начали срываться душераздерающие крики, пугающие даже высоко летящих птиц, а моё тело трясло от сильнейшего шока, будто тело наркомана в конвульсиях после передозировки. Моё тело парализовало от макушки до кончиков пальцев; я не мог принять тот факт, что Одасаку больше не со мной. Влюблённый в меня дурачок, неумеющий скрывать свои чувства, больше не со мной...