Родился Агриче - остался им же

Наблюдать закат интересно, покуда отец падает на пол и кричит блядские крики в сторону Роксаны, что устроила переворот, сделав так, чтобы все подумали, будто это Деон всё сделал. Я и он становимся по правые руки от сестры. Проходит секунды, как в зал суда забегает Джереми. — Деон, что ты делаешь возле сестры?! — кричит он, будто бы не замечает меня. Нет, всё намного проще. Джереми не любит меня, как Сану, но относится ко мне уважительно. В принципе, как и я к нему, ведь он был рядом с сестрой, пока не было меня. Деон на слова Джереми усмехается. Ещё год назад я бы сказал, что ненавижу его, особенно после того, как он вернул меня домой и всегда был позади, чтобы если что схватить, но сейчас я благодарен ему за возвращение. Ведь теперь я там, где должен быть. Скоро Феделиан прибудут и тогда мне придется сыграть главную роль в этом спектакле. Рант пытается что-то сказать. Он смотрит мне прямиком в глаза, я ж в его пытаюсь разглядеть хоть что-то человеческое. Но не вижу там ничего. Пустота. — Какая досада, отец. Мой голос словно шелест ветра, покуда мои глаза сталь. Я спускаюсь к нему и не останавливаюсь, даже если Роксана хватает меня за руку. Становлюсь перед ним на колени и ладонями в перчатках хватаю его за подбородок, слегка приподнимаю и говорю: — Скоро наступит новый рассвет и тебе придёт конец. Его зрачок заполняет радушку. Да, отец. Ты всё прекрасно понимаешь. Эре вашей власти наступит конец и лишь тогда, именно тогда я вздохну спокойно.