Красная пелена

      Не смотря на то, что в зале гудела музыка, заставляя воздух вибрировать, в кабинете Аиды стояла кладбищенская тишина. Мёрфи сидел в кресле у стола босса и пустым взглядом гипнотизировал телефон, лежащий перед ним.       Голова нестерпимо болела в районе затылка. Волосы пропитались кровью от раны, полученной во время драки. Разбитая губа пульсировала. Мёрфи снова её облизал, в надежде почувствовать металлический привкус собственной крови, но рана уже затянулась. Сбитое дыхание давалось с трудом, выстреливая острым импульсом где-то справа, вероятно, из-за сломанных ребёр. Сбитые костяшки пальцев саднили, однако всё это парня не беспокоило.       Молчащий телефон был хуже любого орудия пыток.       «Ответь. Прошу, пожалуйста, ответь.»       Глаза начало щипать, будто в них швырнули песка, но оторвать взгляд от устройства, безразлично лежащего перед ним, попросту не было ни сил, ни желания.       Рука сама потянулась написать ещё одно сообщение. Мёрфи оставил их уже больше десятка, но в последний момент передумал. Сжав кулаки, он нахмурился и тряхнул головой. Давить на Андреа — последнее, чего он хотел.       Мёрфи никогда и никому не позволял себя жалеть, и уж тем более, не простил бы себе, что вынудил принцессу испытывать жалость. Он хотел, чтобы она приняла его таким, каков он есть. Но после того, как парень поддался сжигающей последние толики разума ревности, сделать этого не мог и сам. Он хотел быть лучше для Андреа. Особенно для Андреа. Поэтому корил себя за то, что так глупо и безрассудно проебался.       «Не молчи. Ради бога, ответь что-нибудь. Скажи, что не хочешь видеть. Что стал противен. Что разочарована. ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ!»       Пустая тишина была ответом.       Позади скрипнула дверь, на секунду басы ревущей музыки ворвались в комнату и сейчас же затихли. Эдриан вошел в кабинет, подошёл к столу и сел в кресло матери. Молча протянул другу пакет замороженного гороха, который взял на кухне, и достал бутылку текилы вместе с парой стаканов из ящика.       Послышался звук наполняющихся бокалов. Мёрфи посмотрел на выпивку, поставленную перед ним, затем перевёл взгляд на Эдриана и отрицательно покачал головой. Пакет он так и не приложил к голове, задумчиво держа в руках.       — Копы уехали, — констатировал друг сухо.       — Что с ними? — Мёрфи справился о тех парнях, что к их несчастью попались под горячую руку.       Голос показался ему чужим и надломленным.       — Жить будут. Но отделал ты их, конечно…       Мёрфи передернуло от отвращения к себе.       — Что ты сказал полиции?       — Что видел грабителя, но как он выглядит не запомнил, потому что самому досталось, — отхлебнул текилы.       Эдриан. Даже после всего, что было, он все равно оставался другом.       — Спасибо.       — Ты мне скажи, что на тебя вообще нашло? Что за цирк ты устроил?       — Я не знаю… — признался Мёрфи. Он и впрямь не понимал, как так вышло, что он полностью слетел с катушек.       — Это из-за Энди, не так ли?       «Энди». Мёрфи ненавидел это сокращение. Имя его принцессы начиналось с восклицания, переворачивалось рычанием на языке и обращалось стоном наслаждения. На вкус оно ощущалось как мороженное с солёной карамелью.       — Почему она была с тобой всё это время?       — Это секрет, — серьёзно проговорил тот.       Чёрные брови взлетели вверх, вычерчивая удивление на лице Мёрфи. В потемневших глазах снова вспыхнула ревность.       — Это её секрет. Стоит спросить её саму.       Молчание стало ответом, и Эдриан догадался, что Андреа так и не написала, не позвонила.       — Дай ей время.       — Меня бесит, что вы так близки, — внезапно прорвало того. — Меня бесит, что ты знаешь её лучше меня. Меня это настолько бесит, что я теряю контроль. Что бы я ни делал, всё кажется незначительным. Неидеальным. Кривым. Словно я стараюсь, но всё впустую. Чем больше делаю, тем хуже становится.       Эдриан тяжело вздохнул.       — Тебе не приходило в голову, что это только кажется. Я знаю одно. С тобой она счастлива. Если ты этого не видишь, то ты придурок и правда не достоин её.       Вскочив с места, Мёрфи принялся мерить комнату шагами, потирая раскалывающуюся от боли голову ладонями. Куда бы он ни посмотрел, куда бы ни сделал шаг — всё виделось враждебным. Казалось, утешения нет. Убежища от самого себя нет. И прощения нет.       Буйство вакуума, образовавшегося в груди, внезапно оборвала трель текстового сообщения. Сердце парня подпрыгнуло к горлу. Он в один шаг оказался у стола, схватил телефон, жадно читая.

Новое сообщение Андреа Сегодня 1:47 Приезжай