Чистота твоей крови

I don't know 'bout you, 'bout you 'Bout you, you-you-you-you-you There's something in his eyes He's keeping secrets I don't know 'bout you, bout you 'Bout you, you-you-you-you-you There's something in his eyes He's keeping secrets Я ничего не знаю о тебе, о тебе, О тебе, тебе-тебе-тебе... Что-то кроется в его глазах. Он хранит секреты. Я ничего не знаю о тебе, о тебе, О тебе, тебе-тебе-тебе... Что-то кроется в его глазах. Он хранит секреты.

***

30 августа, 1979.       Полдень. Регулус с трудом открыл глаза. Он не помнил, как оказался в постели. Одеяло валялось на полу, а сам он лежал поперёк кровати. Сухость. Не только во рту, она ощущалась по всему телу. Он медленно поднялся и тут же скривился от резкой боли в висках. Кажется, он устроил скандал прямо в баре, но он слишком мало помнил, чтобы ему было за это стыдно. Но один свой промах Блэк всё-таки сохранил в памяти — он достал палочку. Хорошо, что в пабе было не так много людей.       Дойдя до небольшого холодильника, какие обычно и бывают в отелях, Регулус взял бутылку воды и с жадностью опустошил её. «Посмотри, кем ты стал! Ты теперь не просто гадкий маггл, а ещё и алкоголик!». Вальбурга. «Матушка, тебе пора бы прекратить соваться в мои мысли» — отделался молодой Блэк. Но ему снова сделалось скверно: прежние тревоги вернулись. Регулус знал лекарство от страданий, и он отправился за ним.       Не только в душе его было угрюмо: солнце спряталось за тучами, моросил дождь. Улицы ещё вчера живого и солнечного города пустовали. Юноша подошёл к бару, но, поразмыслив, понял, что лучше бы ему там больше не появляться. Он прошёл несколько зданий и свернул в направлении к другому пабу.       В нём оказалось приятнее. Воздух здесь был пропитан древесиной и кофе. Бар пустовал. Негромко играла музыка. Всё было аккуратно прибрано и стояло на своих местах. Регулус присел. Он немного замялся, ведь на часах не было и четырёх. С другой стороны барной стойки располагалась комната, дверь была чуть приоткрыта и оттуда доносились голоса. Блэк уставился на меню. Неподвижные картинки коктейлей и закусок совсем не увлекали его. Он боялся возвращения голосов, как вдруг послышались шаркающие шаги.       — Сириус?!       Регулус ошарашенно поднял взгляд на столь неожиданно появившегося юношу. Давно его не называли так. Раньше, когда они были совсем детьми, их с братом часто путали, что неудивительно: они были похожи, как две капли воды. Но позже, кроткого и спокойного Регулуса было трудно спутать с Сириусом и его бурным нравом.       — Вы ошиблись. Меня зовут Чарльз — здравый смысл взял над ним верх, и Блэк не набросился на бармена с вопросами. Он даже не подал виду, что имя Сириуса было ему знакомо.       Высокий светловолосый парень хлопал длинными ресницами и не сводил с Регулуса взгляд. Его рот несколько раз открывался и снова закрывался, не издавая ни звука.       — А… ну да… — он на секунду замешкался, но тут же взял себя в руки — да, конечно, что будете?       — Виски.       Бармен не стал приставать к нему, хоть и покосился на часы. Мягкие кудри ниспадали на его лоб, почти закрывая брови. Он старался не пялиться, но отвести глаза от младшего Блэка не мог. Регулус открыто посмотрел на него: тот опустил взгляд в пол, протирая уже чистый бокал. Блэк, не стесняясь, начал разглядывать пред ним стоящего. Откуда он знал Сириуса? Выглядел он на пару лет старше Регулуса. Грязнокровка? Он учился на гриффиндоре? Блэк хоть и задирал магглорождённых, но гриффиндорцев старался избегать: не хотел натыкаться на мародёров. Да и едва ли он помнил каждого из них: они не заслуживали места даже в его памяти. Значит, грязнокровка с гриффиндора. Но если он знаком с Сириусом, почему не знал о Регулусе? Или знал, но спутал? Сириус бывал в этом баре?       — Ваш виски — бокал звякнул о стол и оказался под носом у Блэка. Бармен натянуто улыбнулся и снова скрылся в соседней комнате.       Регулус с силой сжал кулак. Если он был прав и этот парень учился в Хогвартсе, то личность сбежавшего Блэка могла быть раскрыта. Только не это. Как ему удалось так оплошать?! Чёрт! Блять! Он с яростью влил в себя содержимое бокала. Чёртовы грязнокровки, чтоб их…!       Дверь на улицу негромко хлопнула и бар заполнился шумной группой студентов.       — Шесть шотов самого дорогого бренди, что здесь есть! Мы сдали этот чёртов зачёт! — рыжий парень в поношенной одежде улыбался во все зубы, руки его крепко сжимали плечи товарищей.       Знакомый бармен вернулся из комнаты с приветливой улыбкой. Он выполнил заказ и ласково смотрел на новых посетителей.       — Где потерялся Дэн? Неужто он нас кинул? — выпалил один из студентов.       — Не-е, обещал догнать — ответил ему другой.       — Небось опять ошивается со Стейси?       Молодые люди залились хохотом. Их активный разговор продолжался ровно до того момента, как дверь снова отворилась с неприятным грохотом. Они замолкли и бесшумно повернулись к выходу. Смуглый темноволосый парень влетел в помещение и замер с лыбой до ушей.       — Она согласилась… у нас будет свидание! — наконец заорал он.       Бар разразился одобрительным гоготом и улюлюканьем. Рыжий встал с места, подошёл к своему другу, схватив его за щёки и громко чмокнул в губы.       — Согласилась! Подумать только! — он не сбавлял громкости — ещё один круг, бармен!       Регулус всеобщего счастья не разделял. Его нервировала эта шайка балбесов, рушившая мирную тишину уютного паба. Он заказал три стакана алкоголя и направился в угол комнаты. Его терзали мысли о бармене. Очередной выскочка. Грязнокровка. Что он знал? Как много он знал? Уверен Блэк был только в двух вещах: этот парень знал Сириуса, и Регулусу нельзя было подавать виду, что он понимал, кто это. Чёртовы мысли.       Он быстро напился, но пить не прекращал. Наступил вечер. Бар быстро заполнился. К Блэку подсела хрупкая женщина. Она была старше лет на восемь. У неё были тёмные длинные волосы, собранные в неаккуратный пучок, проницательные изумрудные глаза и тонкая бархатная кожа. В уголках губ, несмотря на молодой возраст, уже появились едва заметные морщинки.       — Ты выглядишь дорого — заметила она с русским акцентом, юноша опустил взгляд на свою одежду — о, нет-нет, я не о твоей одежде. Ты, видно, напился, но твои манеры… отличаются от здешних. Откуда ты?       — Лондон — пьяно выдавил Регулус.       — Ах, Лондон. Из богатенького района, я полагаю. Как же тебя сюда занесло? Бедный… ты так пьян, тебе принести водички? — тонкими пальцами она бережно поправила его непослушные тёмные пряди и, не дожидаясь ответа, ушла к барной стойке.       Словно обеспокоенная мать, она хлопотала вокруг него, принося то стакан воды, то мокрое полотенце, которое она нежно прикладывала к его горящей коже.       — Не стоит так напиваться. От алкоголя тебе становится худо.       — Мне и без него худо — угрюмо промямлил тот.       — Бедный мальчик — женщина прижала его голову к своей груди и погладила грязные локоны.       — Эй, мать Тереза, оставь мальчугана в покое — обратился к ней толстощёкий мужчинка с кружкой пива в руке.       Она молча отпустила Регулуса и встала, направившись к одной из дверей.       — Тереза! — крикнул Блэк.       Женщина обернулась к нему. Уголки глаз её смягчились и она расплылась в улыбке. Так она стала выглядеть много моложе, нежели с грустным взглядом.       — Меня вовсе так не зовут, — Регулус смутился, но она с такой нежностью смотрела на него, что он продолжил.       — Спасибо.       «Мать Тереза» снова улыбнулась ему и скрылась в веселящейся толпе. Больше он её не видел.       Происходящее дальше осталось в памяти Регулуса размытой картинкой. Последнее, что он помнил, происходило около полуночи: он вцепился в края унитаза в маленькой ванной комнате. Кто-то бережно держал его волосы, убирая упавшие пряди от лица.