Секс, Наркотики, Рок.

—Конечно! Давай, вот прям сейчас, оденься ещё раз. — подтвердил свои слова Макаров.       И тут всё пошло не так. Мне предложил сам Даня одеться в это. Либо он хочет меня так поддержать, либо.. ладно, мои мысли меня заставят краснеть. —Тогда отвернись блять! — вытирая слёзы, крикнул я. Даня отвернулся, видимо, обидевшись на такое к нему обращение. — кхм..извини.       Я начал аккуратно одевать костюм горничной. Сначала натянул на свои гладковыбритые ноги чулки, после чего, надел юбку. Далее, блузку, и завязал на воротнике ленточку в бантик. —Всё.. — я был очень красным. Думаю, в нашем полумраке, который царил в комнате, моё лицо могло бы светиться. — если заржёшь, я..опять зареву.       Я подумал, что такой аргумент хорошо подействует на него. Даня развернулся, и увидев меня, сидящего на коленях на кровати в костюме. Да, я выглядел, как настоящая..шлюха? Нет, абсолютно нет! —Ну видишь... очень даже мило. —в этот момент он положил руку на мою ногу, и сел ближе. — я могу задать вопрос? —Убери руку, пожалуйста. — боясь своей эрекции, я всё таки убрал его руку. — задавать вопрос, откуда у меня это, нельзя. —Раз ты занимаешься таким, то.. ты, получается..из этих? — по его лицу было видно, что он боялся сказать это слово. «Гей», о боги, что в этом слове не так?       В целом, я понимал его, всё происходящее было для него шоком. —Даже если так, то что?! — я был готов опять заплакать — можешь бить, давай.       В этот момент мне хотелось заплакать снова. Меня переполняли эмоции, разные мысли бегали в голове, от более менее позитивных до самых ужасных и ебанутых. Я был уверен, что сказал очередную хуетень.       Даня после моих слов переменился в лице, я не мог понять: он ненавидел меня сейчас всей душой, презирал или хотел, наоборот, поддержать. Он немного помолчал и после нарушил тишину: —Ты.. я понимаю тебя, и бить не буду. — в этот момент Макаров обнял меня. Я был в шоке. Быть может в этот момент моё влечение к нему переросло во что-то большее, но я старался не думать об этом. — Пойми, ты мой самый лучший друг, и факт твоего пидорства не помешает нашей дружбе.       Мы сидели и молчали. Я опять заплакал, какой раз за этот вечер. Даня обнимал меня и гладил по спине, словно младшего брата, я был рад, — то самое незабываемое чувство, когда тебя по правде приняли и поняли. Время предательски перевалилось за полуночь, почти во всех окнах погас свет, на улицу вышли маргиналы, алкаши, и другие «твари», обитающие тут.       Небо было чистое, звёзды и луна была видна ясно. —Пока падает звезда, загадай желание, — тихо сказал мне Макаров, показывая своим ровным и красивым пальцем на небо в окне. Я, конечно, загадал, чтобы наша, уже общая тайна, осталась тайной.       В скоре, я почувствовал, как мне всё больше хотелось спать. Макаров отказался оставаться у меня на ночь и поспешно ушел.       Он узнал всё: мою тайну, мои пристрастия, и то, что он мне нравится.       Я ещё долго думал, о многом, о том, как и зачем, почему. Ставил разные философские вопросы, по типу, “А если бы дверь была закрыта?”.       Ближе к часу ночи пришло сообщение в Telegram от Дани, который был у меня записан коротко «Абмал». Просто «Спокойной ночи, Сень».       Я был рад, думал, опять наша дружба станет активной, мы вновь будем общаться. Но история только начиналась.

суббота, 9.40 утра.

      И снова просыпаюсь, с чувством, что сегодня я иду на лобное место. Да, жизнь поменялась в миг, а прошёл всего вечер.       Одевшись в обычное своё домашнее бельё, я пошёл на кухню. Тут стоит объяснить, почему я живу, по факту, один.       Так вышло, что мои родители мало интересуются тем, что я делаю, и как живу. Мамка гуляет, а отец.. не будем об этом.       Сейчас я мечтал о сексе, наркотиках, об отношениях с Даней.       Уведомление телефона нарушило мою прекрасную идиллию за чашкой растворимого кофе по акции, которое воняло клопами. Опять же, это написал «Амбал», с предложением погулять. О боже, зачем, зачем, зачем! Как мне смотреть в глаза ему!       Я сам не понимал, что отвечают ему мои руки. Это было в состоянии эйфории. Я согласился, даже не спросив, кто помимо нас собирается идти.       Утро только начиналось, был ясный день, такая погода редка в наших краях. Солнце проходило сквозь занавески на кухню, я продолжал просто сидеть, ждав ответа своего Абмала. И ответ был мною получен, он написал, что зайдет за мной вскоре, и, видимо в шутку, попросил, чтобы я не наряжался в свой костюм. Я закрыл глаза и с ножом в руках пообещал себе убить его.       Я поел то, что у меня было, безусловно, мне стало этого мало. Я поплёлся в комнату и попытался найти нормальную одежду.       Одев на себя обычный свитшот и спортивные штаны, я поплёлся в прихожую, где попытался успокоится перед предстоящей прогулкой. Я часто люблю залипать и смотреть в одну точку.       Звонок в дверь меня испугал, я не ожидал его совсем. И угадайте, кто же это мог быть? Конечно, это был Даня! И он был один. Меня это испугало, но я впустил его, и после нашего недолгого рукопожатия, мы вышли из дома, и ведя обыденный диалог о «всяком» и предстоящим концом года, мы дошли до реки.       Май только начался, а некоторые одуванчики уже показывались в траве. Ещё утренняя роса блестела на земле, и из-за этой самый росы, все мои кеды промокли.       Мы пришли в богом и людьми забытое место. Тут река превращается в речушку, а после становится снова большой рекой. Здесь часто проводит время наша компания, ведём тот самый «аморальный» образ жизни.       Тут редко ходили люди, а ближайшие дома были в километре. Тишь и благодать, которая лишь иногда нарушалась звуками птиц.       Безусловно, тишина иногда бесила. Слишком идеальное место? Может, просто я не вижу в нем никаких недостатков. —Будешь? — Даня протянул мне Смог, который я с радостью взял в рот и втянул в себя дым. Макаров залился смехом, увидев, как я парю. — Мило, как дама.       Я разозлился и, немного отвернувшись, начал искать место, где бы сесть. Мы шли сюда около двух часов, время уже было больше часа дня. Я планировал тут побыть до самого вечера.       Мой обидчик понял, что сказал хуйню, и решил извиниться, на что я, конечно, сказал ихидное «Повёлся».       Немного поговорив, я предложил выпить под банке колы, которые купил ранее. Безусловно, он согласился. —За твой костюмчик. — с детской и тупой улыбкой сказал Абмал, и ударил своей банкой о мою. Я хотел его убить. —Подавись. —Слишком некультурно, господин Фёдоров. —Про культуру мне говорит амбал, даа?       Я начал пить из банки, и Макаров, видимо, обидевшись на меня, опракинул банку, и сладкая жидкость полилась мимо рта, на одежду. —Я убью тебя нахуй! — громко кричал я, пока этот долбаеб смеялся в голос. Я побежал за ним. Погоня за ним длилась, пока он не дошел до берега. — тебя утопить?       Я прыгнул на него. О боги, и тут случился ужас, я упал прям коленями в воду. Сука, как же было мерзко и больно. Безусловно, в это я винил Даню, и, встав на ноги, я снова побежал за ним, и, повалив его на землю, готов был избить Амбала. Но что-то меня держало, его красивые черты лица, скулы. Никаких висячих щек, которое были у меня. Я был похож на ребенка с этими щеками. Его кучерявые выкрашенные в блонд волосы красиво падали на лоб.       Он воспользовался минутой моего раздумья, и резко взяв за затылок, коснулся своими губами моих. Мы стали едины телом в этом поцелуе. Его вкусные, сладкие и мягкие губы крепко впились в мои. Я ловил кайф с этого действия, мне не хватало воздуха, нам обоим хватало мало воздуха. Он перевернул меня на лопатки, и дав нам подышать, продолжил свой страстный поцелуй. —А ты мне нравишься, Федеров. — последнее, что я услышал, перед тем, как он продолжил меня целовать.