Счастливые семьи

      С появлением этой девчонки всё в их жизнях пошло наперекосяк. Не сказать, что это было плохо, но всё же незапланированное отцовство Разумовского вносило свои коррективы в повседневную жизнь.       Поначалу Олег скептично относился к Александре — даже когда забрал ее из детского дома, куда ту сплавила нерадивая мамаша после всей этой заварушки с Чумным Доктором. Узнала, что под маской скрывался Сергей, с которым некогда пересекались их пути, подумала, что шизофрения может передаваться по наследству… финал очевиден, а неприятный осадок от всей истории остался у обоих — что у Волкова, что у самого Разумовского.       — Это какой стервой надо быть, чтобы отказаться от собственной дочери по такой идиотской причине? — риторически нередко вопрошал Олег, косясь на пятилетнюю девчонку, самозабвенно листавшую какую-то энциклопедию. Только слепой не заметит очевидного сходства с Сергеем — те же нежные черты лица, васильковые глаза и яркий всполох рыжих, как само солнце, волос.       Александра с самого детства была спокойным и милым ребенком, хотя после такого предательства со стороны матери несколько замкнулась в себе. Когда Олег забрал ее из приюта, а после — освободил Сергея из тюрьмы, та не слишком тепло относилась к ним обоим. Была похожа на шипящего испуганного котенка, которого не единожды били и ругали — такой поступок со стороны матери не мог не оставить след в юной душе. Если предали однажды, то где гарантия того, что не предадут снова?       Иронично, что доверилась Саша впервые не собственному отцу, а самому Волкову. Тот нередко усмехался и заявлял недовольному другу в шутку, что всех Разумовских магнитом к нему тянет. Когда-то давно и сам Сергей нашел друга в его лице. А спустя столько лет — и мелкая девчонка, точная копия своего отца. У судьбы весьма скверное чувство юмора.       Началось всё с ласкового домашнего «Шура». Её неимоверно бесило, когда на торжественных мероприятиях буквально всё и каждый к ней обращались вежливо, Александра Сергеевна Разумовская… чтобы несколько минут спустя любимый дядя Олег с невозмутимым видом окликнул дочь лучшего друга тем самым домашним «Шурка, иди сюда!».       Но все же одной из главных точек соприкосновения стали турецкие сериалы, на которые Волков подсадил Сашу, когда той было уже лет шестнадцать. К большому неудовольствию Сергея.       — И всё-таки Махидевран круче, — фыркнула однажды Саша, развалившись на подушках и загребая к себе поближе чипсы, на что заслужила прожигающий взгляд Волкова. Чисто, как отец, — и для кого он только весь этот изысканный ужин приготовил… нет же. Загребут колу и бургеры, и всё тут.       Даже ДНК-тест не нужно делать, чтобы убедиться — Александра пошла вся в отца. И дело даже не только и не столько во внешности.       — А ты знала, что Хюррем раньше звали, как и тебя? — сузив глаза, поинтересовался Олег. — Она была русской девушкой по имени Александра, которую привезли в качестве рабыни для султана Сулеймана. А в итоге…       — …стала вторым влиятельным человеком во всей Османской империи после самого Сулеймана, — устало вздохнула Разумовская-младшая, закатывая глаза. Уже по десять раз слышала эту историю. Особенно любил рассказывать эту байку ей дядя Олег, когда она была совсем маленькой и интересовалась, почему ее зовут именно так. Хотя не исключено, что он таким образом намекал и на историю ее отца — не так ведь просто из детдомовского мальчишки стать самым молодым миллиардером. — Только вот в истории её звали на Александрой, а Роксоланой, дядь Олег.       Она аккуратно подмяла под себя ноги и лениво потянулась, начисто игнорируя его хмурый взгляд. Возможно, гены, а возможно, и специфика воспитания, но всё-таки, видит Бог, слишком много уж Сашка взяла от отца.       — А мы про сериал и говорим, — хмыкнул бывший наемник, недовольно косясь на то, с каким восторгом уплетала за обе щеки та чипсы. Честное слово, и нравится этим Разумовским травить себя этой гадостью… — Чем Махидевран лучше? Тем, что отравила Хюррем?       Девушка фыркнула, явно не собираясь отступать:       — Так к каждому можно придраться, если обращать внимание только на недостатки и игнорировать достоинства.       — То есть, тебе нечего сказать в защиту Махидевран-султан? — Саша недовольно осклабилась, на что Олег про себя усмехнулся — именно так, как он и предполагал. Аргументов особенных у его воспитанницы и не было. А потому в довершение всего под протестующий визг дочери Сергея отнял у той полупустую пачку «Lay’s»: — И вообще сколько можно эту гадость есть? Знаешь, сколько там вообще калорий?       — Папа не запрещает, а ты и подавно не смеешь, — проворчала та, дернувшись за заветной пачкой чипсов, но Волков невозмутимо переложил их в другую руку и отвел ее подальше от Саши, на что она обреченно взвыла: — Ну, дядь Олег! Так нечестно! Отдай!       — Сначала поешь нормальную еду, — с нажимом произнес тот, напрочь игнорируя полыхающий льдисто-синий взгляд Разумовской. — А там будет видно.       Саша уже раскрыла рот, чтобы выдать новую порцию возмущений, как от порога послышался знакомый голос отца:       — Что вы тут делаете? — совещание, наконец-то, закончилось, а потому свободный вечер можно было провести с семьей. Однако миллиардер застопорился, когда перед его взором открылась привычная картина: пока дочь-подросток развалилась на диване, а Олег сидит на полу неподалеку от нее, по широкому плоскому телевизору по всю стену шли известные и уже порядком поднадоевшие мотивы. Сергей помрачнел предгрозовой тучей, не читаемым взглядом посмотрев на Олега: — Вы что, опять «Великолепный век» смотрите?..       Затянувшееся молчание стало ему ответом на всё. Уже который месяц эти двое пересматривают турецкие сериалы, а за ужином только и спорят о том, кто лучше — Махидевран или Хюррем. И всё бы ничего, если бы Саша не попросила однажды изумрудное платье точь-в-точь, как у сериальной Махидевран. Не то, чтобы Сергей жадничал деньгами, тем более, на любимую дочь… но даже у его терпения есть конец. Особенно, в отношении гребанных турецких сериалов.       По звонкому щелчку пальцев Саши, которая поняла, что сейчас что-то будет, картинка на экране сменилась отрывками из какого-то диснеевского мультфильма. На ее юном лице засияла виноватая улыбка:       — Эм… нет, пап. Мы тут, эм…       — «Моану» смотрим, — покосившись на начальные титры, подсказал Волков, на что Саша часто закивала так, что несколько алых прядей упали ей на лоб.       Разумовский закатил глаза, максимально протяжно вздохнув и сделав фейспалм. После чего загробным тоном отрезал:       — Еще хоть раз увижу, что вы опять весь день сидели за «Великолепным веком», клянусь, я удалю этот гребанный сериал со всех платформ.       Саша нервно поджала тонкие губы до побеления, а сама недовольно помрачнела — у нее явно на языке вертелось немало ругательств на этот счет, однако вовремя смолчала. Поняла, что лучше не спорить, иначе хуже будет. Кто знает, этих программистов. Они на всякое способны.       — Не посмеешь, Серый, — предупредительно проворчал Олег, смерив ухмыляющегося Разумовского недовольным взором.       — А что мне помешает? — нараспев протянул тот, однако у бывшего наёмника всё было схвачено. Тот улыбнулся максимально вежливо, но от этой улыбки веяло ужасным холодом, что даже Саша рядом несколько сжалась от такой картины.       — Помешает то, что я посажу вас обоих на правильное питание и выкину к херам всю ту гадость, что ты с Шурой потребляешь в немереных количествах. Такой компромисс тебя устроит?       Воздух, казалось, потрескивал от напряжения, пока Сергей и Олег смеряли друг друга прожигающими взглядами. Чувствуя себя третьей лишней, Саша неловко прокашлялась и виновато улыбнулась уголками губ:       — Ну… я, наверное, пойду… вспомнила, что домашку… не доделала… кое-что…       — Ты ее еще в пятницу сделала, — машинально отчеканил, не сводя взгляда с мрачного Олега, ее отец. Знал ведь, что его дочь весьма исполнительная и прилежная ученица — перед выходными всегда делала домашнее задание, чтобы отдыхать в субботу и воскресенье.       Отдыхать и смотреть турецкие сериалы в компании дяди Олега. К великому неудовольствию отца.       Впрочем, такие вот небольшие ссоры быстро забывались, хоть и случались часто. Но всё-таки Олег договорился с Сашкой втихаря смотреть «Великолепный век». А то шутить с программистом опасно… да и зная темную подноготную Сергея, как ему сдавалось, тот совершенно серьезно и без колебаний удалит отовсюду все серии, если опять доведут до ручки.