Длинный путь домой..

Нет покоя грешникам. Четыре года спустя... Кэл стоял на том же месте, что и четыре года назад – перед пустой могилой Джилл. Хотя после нескольких месяцев поисков ФБР все же смогло разыскать место, где ее насильно удерживали и после еще нескольких месяцев ФБРовцы нашли Кайла Партриджа, серийного убийцу и гребаного ублюдка, ответственного за ее смерть, тело Джилл никогда не восстановят. Кайл был убит во время ареста задолго до того, чтобы было возможно допросить его. Кэл не мог забыть тот факт, что этот монстр умер, но он надеялся, что в один прекрасный день они смогут похоронить Джилл должным образом. Он не очень верил в высшие силы и все это дерьмо, а после того, что произошло с Джилл, он не верил вообще. На самом деле она заслуживает большего, но это было единственное, что он мог обеспечить. Мысли, что ее тело оставили где-нибудь в лесу и животные устроили себе пир или бросили в мусорный контейнер, как самый настоящий мусор, вызывали тошноту. Эти незавершенные дела поддерживали его здравомыслящим все эти годы. Жизнь Кэла являлась нисходящей линией с того дня. Он не был в состоянии преодолеть чувство вины. Все, кто продолжал говорить, что время лечит, лгали. Время не лечило и не заживляло раны. Оно только усугубляло положение. Он снова и снова прокручивал в голове последнюю неделю жизни Джилл. Ее последний вздох. В течение последних недель он перестал жить в отрицании, но все еще не мог принять истину, не мог жить с этим. Все еще не мог с ней распрощаться и сказать «до свидания» Небо было темным, северный ветер уносил остающиеся листья с деревьев и ко всему этому, как и в похоронный день, начал лить дождь. Это началось с нескольких капелек, как слезы с неба, но скоро начало лить не на шутку. Откуда ни возьмись мысль, что это «слезы ангела» пришла ему на ум. Он знал, что если его ангел смотрел за ним, смотрел за тем, кем он стал, он будет плакать. Кладбище было единственным местом на Земле, где он мог найти своего рода одиночество, вроде «мира», хотя он знал, что это не имело особого смысла. Тем не менее, это место успокаивало его. После похорон он пил, он спился до забвения, и что еще хуже, он не мог или не хотел останавливаться. И только когда он потерял сознание, «демоны» прекратили преследовать его. Вина и ненависть к самому себе со временем становились только сильнее, и он продолжал тянуться за бутылкой. Вначале он пропускал работу, Эмили, неспособная оказывать влияния на его поведение, ушла жить к Зоуи, а позже поступила в колледж. Он старался изо всех сил, чтобы оставаться трезвым, чтобы быть хорошим отцом и продолжать удерживать компанию «на плаву». Но возвращаться к работе было слишком трудно – он видел ее повсюду, он блуждал в ее офисе, надеясь встретить ее там, продолжал видеть ее в лаборатории или в коридоре. Ее улыбка, ее смех и добрые слова следовали за ним всюду. Он не нуждался в видео с высоким разрешением, чтобы видеть ее – она всегда была там. И по правде говоря, это были его самые счастливые моменты. Но когда мечты разбивались, он вспоминал. Он вспоминал, что это только его воображение. И затем его демоны - вина и ненависть к самому себе возвращались с еще большей силой, чем прежде. Торрес и даже Локер пытались говорить с ним, пытались помочь, но он отталкивал их. Он оттолкнул всех, кто посмел подойти к нему слишком близко. Он никогда не был хорош своим характером, но теперь он страдал, и это было в десять раз хуже. Он мог наброситься на любого и в любое время, особенно после того, как ему начали сниться кошмары, которые осуществляли его самые страшные предположения. Чтобы справиться с ними он пошел легким путем - выпивка и забвение. Конечно, все это оказало большое влияние на его работу. Некоторое время фирма продолжала работать, даже когда он не являлся, но это длилось недолго. И главным образом это снова была его ошибка – он испортил несколько дел, связанных с ФБР, показывался на встречах с потенциальными клиентами абсолютно пьяным и получил за это действительно плохую репутацию. Но худшее произошло, когда он обвинил сенатора штата в заговоре и назвал его лживым сукиным сыном перед СМИ. Первым бегущим с тонущего корабля был Локер. Но вскоре после того, как ушла Риа, за ней последовали и другие сотрудники. И снова – кто мог действительно упрекать их в этом. Кто мог мириться с его вспышками и несвязным поведением? К сожалению, он знал ответ на этот вопрос. Был только один человек в мире, который мог. Кто бы не оставил его сторону независимо от последствий или чего-либо еще. Кто не боялся противостоять ему и высказывать свое мнение, даже когда оно сопровождалось вспышкой его гнева... Впервые за многие годы он остался трезвым в течение недели. Как всегда это была Эмили, которой удалось достучаться до него. Это был первый день, который он помнил вполне ясно. Он проснулся в больнице с Эмили, сидящей прямо около него. Позже он узнал, что развязал борьбу в баре с двумя мужчинами из какой-то банды. Это была чистая удача, что он все еще дышал. Лицо Эмили было распухшим от слез, и как только она заметила, что он двинулся, она за мгновение оказалась около него, смотря своими большими карими глазами прямо в его душу: "Я думала, что потеряла и тебя тоже". Он подметил, что в выражении ее лица мелькнул страх. Тоже выражение, что и когда она приехала к нему, зашла в комнату и увидела последнюю ссору их с Джиллиан. Та, скорее всего, из-за которой она умерла, та, которая все еще преследовала его. "Я знаю, что ты чувствуешь себя виновным из-за смерти Джиллиан, но, папа, я люблю ее также, все мы любим ее, и убийство себя не вернет ее тебе. Я нуждаюсь в тебе – я нуждаюсь в своем отце.… Вернись...", она продолжала лепетать что-то непонятное, положив свою голову ему на грудь, ее горячие слезы увлажняли его больничную пижаму. Он знал, что был эгоистичен и не уделял много внимания внешнего миру, полностью потерявшись в своей боли. Но он также не допустил и свою дочь, самого близкого человека, которого он имел в этом мире. Он причинил ей боль. Осуществление своих прошлых действий, и их последствия накатили на него, как волна цунами. У него были обязательства перед дочерью, которыми он пренебрег. Он знал, как больно потерять кого-то дорогого и чувствовать ответственность за это. Он не мог заставить Эмили пережить это. Он должен был взять контроль над своей жизнью, должен был изменить пути, и больше всего – начать исправлять все свои проступки. Кроме одного, которого он не мог изменить, но должен был научиться жить с ним. Просто должен был. Теперь, почти неделю спустя, он все еще полон решимости сдержать свое обещание, данное Эмили и измениться. И чтобы сделать это, ему требовалось некоторое время вдали от этого города, в котором все напоминало ему о Джиллиан. Он и Эмили согласились, что он поживет в домике в горах, чтобы начать писать свою книгу, и, надо надеяться, изменение обстановки поможет ему поправиться. Она обещала навестить его через месяц и провести некоторое время вместе. Он приехал сюда сегодня, надеясь сказать «до свидания», но стоя здесь он понял, насколько бесполезны были его усилия. Он еще не был готов отпустить. Он обещал себе, что будет придерживаться своего обещания, и будет упорно работать, чтобы вернуть свою жизнь обратно на путь, но он не был готов позволить Джиллиан уйти. Всякий раз, когда его демоны повторно появились, он сосредотачивался на хороших воспоминаниях и старался изо всех сил блокировать последнюю неделю ее жизни в своей голове. Кэл не был религиозным человеком, но сегодня он молился. Он молился за Джилл, чтобы она нашла некоторый мир после смерти. Он молился о прощении. Он молился о силе, которая поможет ему сдержать обещание, данное Эмили и просил, чтобы его дочь никогда не испытывала истинные ужасы этого мира.