Селестия и Старсвирл. Знакомство

- И почему же она не позвала меня к себе, а отправила тебя? - Задумчиво спросила Селестия. - Надо думать: ты пока не готова. Но вы безусловно встретитесь, когда настанет подходящее время. - Не считай меня необразованной, - нахмурилась Прекраснейшая, - я между прочим, прочитала больше четырехсот книг! Если точно — четыреста двадцать две. Обычно, после озвучивания этой информации, культурные собеседники спешили выразить юдексе своё восхищение. Однако, Старсвирл, кажется, не был впечатлён. - Ты их что, считала?.. Впрочем, понимаю — это были все книги, которые ты сумела раздобыть. Но я знаю, где достать ещё… - Он поймал вопросительный взгляд, - да в Зебрике, конечно. Внутренняя смута там нарастает, особенно после гибели Олдеры Мудрой — последней из волшебников, чей авторитет, хоть с оговорками, но признавали во всех княжествах. Из-за усобиц уже сгорела не одна библиотека, но ещё много осталось… Вобщем, богиня сочла, что я не слишком загружен работой и могу прийти, поделится с тобой этой информацией. Селестия бросила в собеседника яростный взгляд. - Но ты не волнуйся: теперь занятия с тобой будут моим главным делом. **** - А как ты судишь? - спросил гость. - Ох, - вздохнула Селестия, - судить — это не трудно. Я ведь вижу ложь, - тут она кинула быстрый подозрительный взгляд на собеседника, словно вспомнив о чём-то. - Трудно найти виновного. Прежде то об этом и речи не было, только если кого то ловили с поличным. Так что я больше… исследователь? - Расследователь, - подсказал Старсвирл. - Точно. Раньше было как? Найдут труп на меже, почешут гривы, и обвинят в этом богов или соседнее племя. И тогда года не пройдёт, уже такая вражда, что… - Прекраснейшая махнула копытом. - Теперь-то они не дерутся, а приходят ко мне, чтоб я их рассудила. Первое время было страшно трудно — только успевала, что предупреждать смертоубийства и кормить их «завтраками». А сама тем временем, как на пожаре, изучала историю племён, имущественные споры, родовую вражду и дружбу. Выспрашивала стариков… А эти старые пердуны, - внезапно разъярилась арликон, отчего в палатке явственно потеплело, - ещё и цену себе набивали. Поклонись-де его роду подарком, чтоб вкусить великой мудрости… Приходилось со страстным придыханием нашёптывать на ухо, что мол, я убью всю твою семью, старый ты хрен, если немедля не расскажешь. И род твой прервётся… Она смутилась и покраснела, но все же закончила: - Это нехорошо, да, но никакой пользы, кроме получения знаний, из старика всё равно не извлечь. И у меня не было времени ходить вокруг да около, а судить не по справедливости я не хотела. Старсвирл беззвучно поаплодировал: - А просто присуждать победу тому, кто занесёт юдексе больше серебра, тебе не приходило в голову? И по тому, как взметнулись брови Прекраснейшей, понял — не приходило. - Будем считать — ты пошутил… Кстати, о наставник мой, - Селестия шутливо поклонилась, - я читала многие священные тексты, и в некоторых из них боги обещают пророкам размножить их семя, как песок морской… Честно говоря, кроме смеха, такая награда не вызвала у меня других эмоций: да не наплевать ли мне с вершины секвойи, чьими потомками будет населена Эквестрия через десять поколений — моими или моего недруга? Только не говори, что это потому, что я не рожала. Такую «мудрость» мне поведают кумушки из ближайшего вигвама… - Нет, не скажу. - Пожал плечами жеребец. - Это происходит потому, что ты вечная, и знаешь это о себе. Ты всегда это знала… Прекраснейшая хмыкнула от удивления, но не будучи готовой к столь скользкой теме, сделала движение копытами, словно отодвигая от себя что-то. - Итак, расследовать магические преступления оказалось нетрудно... Она пустилась в рассуждения относительно того, как раскрывала дела, и как ей иногда при этом приходилось драться. Старсвирл слушал, не перебивая, понимая, что ей просто не с кем поговорить. Но когда красноречие Селестии иссякло, снова спросил: - А как судишь-то? Селестия на секунду недоумённо уставилась на собеседника. - Ах, это… Ну как? По здравому смыслу. Если вижу, что не испорчен — то пороть. Если негодяй — убиваю на месте, нет у меня времени на исправление, а смерть негодяя, право же — не худший выход… Когда ни то ни сё — вон из Содружества. Изгнание, в смысле. - То есть, сама и приговор исполняешь? - Что? Не, ну порют-то прохвосты… Но казню я сама — нечего народ к крови приучать, а мне-то уже без разницы. Я и так убийца. - Все мы убийцы, - под нос себе пробормотал жеребец. - А когда Содружество станет вдвое больше, так и будешь сама судить? Аликорн красноречиво пожала плечами. - А вчетверо?.. Это я к тому, - поспешил Старсвирл упредить взрыв гнева, - что надо составить писаный судебник, и назначить специальных уполномоченных. Тогда ты сможешь заниматься только особо сложными случаями, и у тебя будет больше времени для учёбы. Сейчас-то, - он проницательно посмотрел на юдексу, - ты и света белого не видишь? - Есть такое дело, - не стала спорить она. - Ну что ж, наставник мой Старсвирл, как смотришь на то, чтоб возглавить Комиссию об составлении Уложения о наказаниях за преступления? Ибо разум простого пони в одиночку слаб, дабы предвидеть все коллизии. - Увы, - покрутил он головой, - богиня прямо запретила это мне. Сейчас ваше время, а мы не вмешиваемся, и только помогаем советом. Селестия очень, очень долгим взглядом оглядела собеседника, и кивнула. - Ты дал мне много информации. Теперь я буду думать. Оставь меня. Единорог поднялся с кресла, почтительно поклонился и вышел из шатра.