Нет права на ошибку

Отвернув голову от округлившихся глаз парня, она стала говорить дальше. — В последний день его жизни он пришёл пьяный в стельку. Мы не разбирали ни одного слова из его оглушительных речей, а он не мог стоять на одном месте дольше секунды. В итоге крики переросли в ссору между ним и матерью. Под конец их ора я услышала звонкий хлопок и грохот. Выбежав из комнаты, в которой старалась занять сестру, я увидела маму, забившуюся в угол и держащуюся за лицо, и Дагласа, стоящего над ней и пыхтящего, как бык. Он ударил её. Сильно. Я подбежала к ней и стала осматривать её лицо, но он резко взял меня за волосы и отбросил в сторону. Затем ушёл на кухню, а я подползла обратно к маме. Та подняла глаза, но потом резко перевела их на нечто позади меня и громко вскрикнула: «Грейс!». Когда я развернулась, передо мной мелькнула его рука. Сначала показалось, что он хотел ударить меня и промахнулся. Но потом я почувствовала, как что-то холодное прошло по моей груди, а затем моё тело настигла невыносимая боль. Прикоснувшись рукой к горящему месту, я увидела стекающую рекой кровь, которая брала начало от левого плеча и заканчивалась над правым соском. Я подняла голову, надо мной стоял Даглас с окровавленным ножом в руке. У него стекали слюни, а по взгляду было понятно, что он не собирается останавливаться. Я попятилась спиной в комнату, а он шёл, шатаясь и кидая в меня всё, что хватал на своём пути. Я ползла назад по стеклу и осколкам, оставляя за собой дорогу из крови. Девушка протянула ладони, полностью изувеченные шрамами. Молодые руки выглядели сморщенными из-за порезов, имеющих вид морщин, если не знать правду об их происхождении. — Когда я поднялась, он взял меня за горло одной рукой и стал душить. Видя, как синеют мои губы, а глаза закатываются, он говорил: «Сучка. Давно надо было тебя отдать моим парням, чтобы они тебя пускали по кругу, пока не подохнешь». Последние силы покидали моё тело, но мне удалось с размаху пнуть его в пах, — эмоциональность Грейс на этом моменте была на пике. —  Он скрючился и выронил нож, бросаясь в меня грязными ругательствами. Но мне было уже всё равно. Злость пробрала меня до глубины души и перекрыла мои глаза. У меня уже был опыт перепалок с ним, а иногда и драк, но в этом случае победа должна была остаться за мной. Закончив восстанавливать дыхание, я со всей мощи ударила ногой ему в лицо, от чего тот попятился назад. Останавливаться было нельзя. Я била и бросалась в него всем, что попадалось под руку. Но всю работу сделала за меня моя же утекающая жизнедеятельность. Он подскользнулся на мокром от крови полу и упал, ударившись головой об угол стола позади него. Я подумала, что он просто потерял сознание, но затем из-под него стала вытекать багровая лужа, как и из моей раны, отчего вскоре я упала. Когда я очнулась в больнице, сам представляешь, какое у меня было дежавю, — усмехнувшись, сказала девушка. — Офицер взял наши с мамой показания и наперёд сказал, что это приравнивается к самозащите. Единственное положительное в этой истории. С осторожностью взглянув на парня, Грейс не могла понять, что испытывает он сейчас. «Как он отреагирует? Назовёт убийцей, обвинит или скажет: Ну просто бы пошла в полицию». Но в голове парня не было и мысли о том, чтобы уличать её в чём-то. Он вытер слёзы, которые девушка заметила только что, выдохнул  и, не поднимая глаз, сказал: — У меня нет слов, чтобы описать моё восхищение тобой. Я ещё никогда не встречал девушку, настолько сильную, как ты, — взяв руки Грейс, он поцеловал её ладони и, установив зрительный контакт, сказал. — Я бы убил его лично, если бы встретил тебя раньше. Грейс смотрела ему в глаза и не хотела, чтобы он отпускал её руки. Чтобы он отпускал её. Она привстала, чтобы убрать ноги из перекрещенного положения, а он перестал держать её, думаю, что она хочет уйти. «Какой я дурак! Видно, я испугал её своей последней фразой. Я как всегда всё испортил», — подумал Рик, но вдруг увидел, как через его колени перевесили худую пару ног. Он повернулся посмотреть на Грейс. Она сидела рядом с ним, выпрямив ноги на его коленях, и изучала лицо парня. Затем она робко протянула руки, чтобы обнять его. Рик, не медля ни секунды, прижал её к себе, вкладывая в прикосновения все чувства, переполняющие его. Так они и сидели. Она положила голову на его грудь, прислушиваясь к учащённому стуку сердца, а он вдыхал дурманящий запах её волос и время от времени прикасался губами к ним, оставляя нежные поцелуи. Спустя время, Рик услышал тихое посапывание на своей груди и шепотом произнёс: — Грейси, ты спишь? — Нет, — шёпотом ответила она. — Живот болит. — Принести таблетку? — Мне надо прилечь, — ответила девушка. Она собиралась откинуть голову назад, чтобы приземлиться на подушки, но мужские руки проникли под колени и поясницу и подняли её. Рик отнёс её в спальню и, как самую хрупкую вещь на свете, уложил на кровать. Убрав из-под неё руки и поправив подушку под головой, он накрыл её одеялом. Девушка всё время смотрела на него и влюблялась с каждым заботливым движением всё больше. — Я закрою дверь, а ключ оставлю под ковриком, — держа её за руку, сказал парень. — Постой, — подняла корпус Грейс и схватила его отдаляющиеся пальцы. Небольшая пауза повисла в комнате. Девушка не верила в то, что собиралась сказать, но меньше всего ей хотелось прощаться с ним. — Я… — хриплым голосом начала она. — Я могу доверить тебе своё тело без сознания? — Я тебя не трону, — приблизившись, произнёс он. — Лишь буду оберегать твой сон. Грейс стала отодвигаться, чтобы освободить место для Рика. Она поджала ноги к животу, чтобы заглушить боль в матке, а руку, сжатую в кулак, держала возле своей груди. Парень повторил позу девушки, но уже без поднятных коленей, и посмотрел ей в глаза. — Как ты справилась со всем этим? — произнёс он. — Не знаю, — грустно ответила девушка. — Иногда я чувствую себя так, словно стою на краю обрыва и вот-вот упаду. — Я удержу тебя, — сказал Рик. Это были последнии слова, которые услышала Грейс перед тем, как закрыть глаза и предаться морфею.