Гигантская любовь к маленькому человеку

Дёрганная Зоэ выходит из дверей замка, подходя к своим приятелям. Преследующий её мужчина видимо свернул, но женщина не предала этому особого значения. Её шаг ускорился, а подлинная ухмылка энергично натянулась на лицо, выдавая подлые морщинки. Находясь от своего стула в двух метрах, она прыжком подбежала к нему и радостно уселась, начиная диалог. — Ох, этот старик перепил и ломанулся спать. Нам молодым не понять. Конец фразы привёл всех в заливной смех, но вот только напыженый Моблит никак не улыбался. Его сослуживица это конечно же заметила, и ни в коем случае не оставила это в стороне. Ханджи рывком пододвинула стул к своему телохранителю, оставляя весомый след от ножки на земле. Её лицо с персиковым отливом улыбчиво взглянуло в голубые очи, а после, довольно-таки сильная, женская рука обвила шею Бернера, прижимаясь к нему всем телом. Недолго находясь в таком положении, столь румяные губы подступили к уху мужчину. — Будешь таким хмурым сидеть — искусаю до потери сознания. От столь «душной» фразы по телу мужчины прямо пробежались мурашки, а уже румяное лицо стало ещё румянее. Но не смотря на все манипуляции, майор добилась своего, ведь в скорее улыбка всё же появилась, и не важно, что с капелькой смущения. Вдруг, стул напротив сдвинулся с земли, а рослый мужчина поднялся, убирая и так чистую салфетку с воротника, командор Смит не спеша, показывая свой возраст медлительными действиями, малыми шагами направился ко входу. — Я пойду раньше, моя должность никак мне не даст покоя. Отдых отдыхом, а начальство отчёта долго ждать не будет. Не убирайте, идите тоже отдыхать. Мы хороши отдохнули, так что благодарю вас, мои друзья, за прекрасный проведенный вечер. Все дружно пожелали хорошего сна Эрвину, даже не думая о прекращении пира. Ханджи с Моблитом ушли на кухню за добавкой как еды, так и алкоголя. Мужчина взял на себя всё самое тяжелое, оставляя на женщину лишь пару блюд в руках. По пути они невообразимо тихо обсуждали то, как Майк смотрит на Нанабу, и по правде, оба этому умилялись. Майк разлил хмель по бокалам, сделал славный тост, отпил немного со своей тары и кинул взгляд на свою покровительницу. Над верхней губой он заметил милую пенную полосочку, что привело его в смущённый смешок. Ловко сняв с себя пиджак, тот накинул его на сидящую рядом. — Наши повара не должны находиться в холоде, кто нам будет готовить такое вкусное мясо? Ах, да, и ещё. Нанаба, будешь столько много пива пить — вырастит не только пенные усики, но и бородка. Ханджи, как главная хохотушка, откинув голову назад, залилась смехом мгновенно, перебивая абсолютно все звуки в радиусе двадцати метров. Так как стулья всё ещё находились рядом, Моблит поймал удачный момент, и так же накинул свой тёплый пиджак на плечи майору, пока та была в приступе смеха. Залившись смехом, далее все начали заливаться алкоголем. Домысли были верны — Майк и правда заигрывает к Нанабе, да и сама она не против. Тут же прервав общую мысль, короткостриженная девушка скорбно заявила, сколько нужно убирать, ведь всё оставлять на целую ночь, не самая лучшая идея. — Я что и хотела сказать! Может вы с Майком спокойно отправитесь отдыхать, а мы с Моблитом здесь всё быстренько расчистим? Я с ним как раз поговорить хотела. Радости в глазах влюблённых не было предела, они в честь благодарности отдали неплохую честь с учётом их опьянённого состояния, и одновременно двинулись в замок, заворачивая за угол, нежно берясь за руки. Зоэ провожала их сентиментальным взглядом, заворожённо проговаривая. — Вот же я смышлёная. Хорошо придумала. Так бы сидели и тужили, пудря себе и нам мозги, как бы вдвоём свалить, чтобы устроить неплохое окончание дня. В нашем жестком мире должна быть хотя бы капельки любви. Ты то прости, что тебя втянула в своё враньё. Договаривая, она медленно поворачивала голову, заставая лицо Бернера в диком испуге и обескураженным взглядом. Видимо, он действительно подумал, что сейчас между ними случится серьёзный разговор. — Да ничего страшного, я и сам-то.. хотел предложить.. Видимо, единственное, что мог выдавить из себя снова поникший мужчина, будто бы действительно ожидая разговора. Ханджи ещё немного выпила, и принялась за уборку. Свечи были сдуты. Они вместе приняли, что стол останется на улице из-за недостатка сил, а посуда и пустые бутылки были удачно перемещены на кухню, как и сама пара. Моблит принялся мыть посуду, пока поддатая Зоэ сидела на стуле и вникала в пол. — Прошу, подымайтесь в кабинет и идите спать, я всё помою и тоже пойду отдыхать. По голосу было слышно, что эти слова были не искренни, и ухода дамы он явно не хотел. Да и честно говоря, действительно думал, что она останется с ним, отпугивая одиночество и тоску. — Доброй тебе ночи, унылый помощник. Она встала и ушла. Убитый горем мужчина даже не обернулся. В оставшийся тишине можно было услышать падение осколок разбитого сердца. А убитая алкоголем Ханджи весело и уверенно прошла мимо своего кабинета. Сделав шаги более грозные, она подошла к уже посещенному два раза за день кабинету. Майор стукнула в двери дважды. На вопрос из кабинета «кто?», она удачно промолчала, старательно не выдавая себя. За открывшиеся дверью раздался скрип. Перед дамой возник мокрый, полуголый Аккерман и пах, прикрывшийся полотенцем. Откинув голову вверх, та сделала от силы шага четыре и устало рухнула на тканевый диван. С двух сторон доносилось молчание. Дверь медленно закрылась. — Ты чего голый то? Ждал кого-то? Ухмыльнувшись, капитан будто с нежностью отвечает. — Да, тебя. Я пошёл принимать ванну и вот только что вернулся. Я слишком устал, и так же слишком много выпил, вот и пришлось отрезвляться столько долго. И да. Ханджи, прости меня за сегодня, да и вообще за всё время. Но сегодня я себя особенно повёл как мерзкая крыса, не знающая никаких рамок. Впервые, женщина порумянела не из-за алкоголя, а из-за чьих-то слов. Поджав ноги под себя, Зоэ не отводила взгляда от капитана. — Сегодня действительно не удачный выходной, я прямо выпить решил, а ты сама меня знаешь, и понимаешь, что я вовсе не пьющий. Правда, мне очень жаль за свои слова и горько за своё поведение. Пропустил такое редкое собрание всех коллег, да и некорректно.. Леви сразу остановил своё «распинание», услышав храп со стороны дивана. В какой-то момент он был рад, что эта неблагодарная не дослушала до конца его сожалений. Аккерман тяжко вздохнул, подошёл к ней и ели как спустя время раздел, оставляя на теле лишь нижнее белье. Нести её в таком состоянии через весь замок — не лучшая идея, а ложиться спать в идеально чистую постель в грязной одежде — ещё более худшая идея. Брюнет достал из шкафа одну из белоснежных рубашек и ели как засунул в неё пьянь, от которой несло как от спившегося фермера, оставляя застёгнутыми лишь несколько пуговиц на груди. Удачно подхватив майора к себе на руки, он понёс её прямо к кровати, ведь кабинет для каждого ветерана служил так же личной комнатой и спальней. Слегка приоткрывшая глаза Зоэ что-то пробубнела, и будучи в руках сильного мужчины, ухватилась за его шею, крепко её обнимания. Её горячие губы страстно впились в мускулистую шею, оставляя фиолетовую ссадину. И снова её кидает в сон. На этом моменте учёную как родное дится улаживают в постель и укрывают тёплым одеялом, убирая с уставших глаз очки с тонкой оправой, аккуратно приземляя их на тумбу стоящую рядом. Снова подходя к дивану в надежде наконец-то одеться, он замечает лежащий пиджак, где ранее сидела спящая. Аккерман жесткого хватает ткань в крепкий кулак и сжимает его, чуть ли не разрывая, не переставая проговаривать про себя "Очкастая..". В то же мгновение происходит стук в дверь, но не ожидая ответа, сразу же открывается. Моблит хотел проверить, спит ли Ханджи, но не обнаружив ту в кабинете, мигом понёсся в единое место, где она могла быть. Разъярённый Бернер ненавистно рассматривал полуголого мужчину, переводя взгляд на спящую Зоэ в его постели. — Видимо, кабинеты попутала. Прошу прощения за неё, я заберу Ханджи. Не успев сделать шаг в кабинет, капитан со скоростью света перекрыл путь телохранителю, сдержанно давая ему ответ. — Ох, солдат, не волнуйся. С ней всё будет хорошо, она под моей защитой. Спокойной. Тебе. Ночи. Так же безэмоционально, как и всегда, после пожелания он медленно закрывает двери, наблюдая за в край злющим мужчиной.