It`s in the Genes / Это заложено в генах

Дин хотел прогуляться, но его план пошёл коту под хвост, когда на рассвете он зашёл на кухню и увидел Алека, сидящего за столом с кружкой кофе в руке и самодовольной улыбкой на лице. — Собрался куда-то? — спросил тот. — Да, решил прогуляться к озеру, — небрежно бросил Дин, направляясь к двери, но Алек внезапно оказался перед ним, преградив выход. — Я же говорил не использовать против меня свою суперскорость, — прорычал Дин, делая шаг назад, чтобы не врезаться в брата. — Если бы ты не был таким упрямым, мне бы и не пришлось, — парировал Алек, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди. — Я так и знал, что ты решил, будто полностью выздоровел. Прошёл один раунд с каким-то хиляком в баре, и… — Хиляком?! — возмутился Дин. — Парень был… — Хиляком. Ты бы справился с ним, будь в хорошей форме, — заявил Алек. — А ты ещё не на сто процентов восстановился. — И как, скажи на милость, мне набрать форму, если вы с Сэмом не даёте мне увеличивать нагрузки и тренировки? — вздохнул Дин, чувствуя себя бесполезным. Радость от вчерашней победы угасла на кордоне Алека, не говоря уже о том, что Дин проснулся с болью во всём теле. — Дин… — тихо, почти умоляюще начал Алек, но брат перебил его. — И не надо мне рассказывать, как я чуть не умер, как мне повезло остаться в живых и что для восстановления нужно время, — прорычал старший Винчестер. — Я всё это уже слышал. Я хочу вернуться в строй. — И ты вернёшься, — быстро ответил Алек, выпрямляясь и готовясь вбить здравый смысл в упрямую башку брата. — И это говорит генетически улучшенный парень, у которого по венам течёт супер-кровь, — сказал Дин, с раздражением качая головой. — Которой я, между прочим, с тобой любезно поделился, — пошутил Алек, но брат не оценил юмора. Дин направился к холодильнику, распахнул дверцу и достал газировку, которую Алек тут же выхватил у него из руки, сунув взамен бутылку апельсинового сока. — Ты теперь мой диетолог?! — рявкнул Дин. — Я для тебя всё: донор крови, напарник по охоте, диетолог, — легкомысленно начал Алек, но когда Дин топнул к двери, он добавил ту роль, которую старший брат попросил его сыграть: — Палач. Слово обожгло, как клеймо; оно горело в нём несколько недель, прожигая душу, пока не превратилось в огненный шар, который нужно было либо погасить, либо выплеснуть наружу. Дин замер, не дойдя до двери. Он вдруг осознал, что его прошлые ошибки вернулись, чтобы укусить его за задницу, и повлекли за собой последствия не менее серьёзные, чем сделка на перекрёстке. Последствия, которые могли стоить ему ещё одного младшего брата. — Разве это такая сложная работа? — бросил Алек в спину Дину. Мука в голосе брата пронзила Дина до глубины души, придала ему смелости обернуться и посмотреть Алеку в глаза. Тот наградил его кривой улыбкой, призванной скрыть настоящие чувства, но Дин видел правду и боль в его взгляде. Он тревожно глянул в сторону гостиной и тихо сказал: — Снаружи. Дин не хотел, чтобы Сэм слышал этот разговор, знал, насколько слаб старший брат и какое обещание взял с Алека. Дин вышел из хижины, не зная, последует ли Алек за ним — особенно после той дряни, которую он взвалил на его плечи. Но стоило ему опереться на перила веранды, как хлопнула дверь. Вдохнув свежий лесной воздух и собравшись с силами, Дин обернулся, готовый встретить гнев брата. Однако в глазах Алека не было гнева. Там была вина. — Прости. «Мантикора» не научила меня переходить от «доброе утро» к «я знаю, что обещал убить тебя, но просто не смог», — сказал Алек, решив спрятать правду за шуткой. — Алек, не надо, — прохрипел Дин. Он не хотел этого разговора, не мог смириться с тем, насколько эгоистичным был, пытаясь спасти себя, и как едва не сломал брата. Проведя дрожащей рукой по лицу, Алек напомнил себе, что Дин не откажется от него и не прогонит. — Нож был прямо передо мной, а я… — он покачал головой, и слеза скатилась по щеке. — Я никогда не собирался этого делать, Дин. Никогда. Я солгал тебе… возможно, даже себе. — Не надо, Алек, — снова повторил Дин, пытаясь совладать с эмоциями. Он шагнул к брату и хотел положить руку ему на плечо, но тот отстранился. Опустив руку, Дин сделал шаг назад, боясь, что всё испортил. — Ты имеешь полное право злиться на меня… — Чёрт возьми, Дин! Я злюсь не на тебя, а на себя! — горячо возразил Алек, недоумевая, как брат может быть таким идиотом. Как Дин не видит, что он сделал… и чего не сделал. — Тебя чуть не утащили в Ад, а ты рассчитывал, что я смогу тебе помочь?! — И вы с Сэмом это сделали, — быстро вставил Дин, не понимая, почему Алек чувствует себя виноватым. Он был безмерно благодарен братьям за то, что они спасли его жизнь. — Я не об этом! — закричал Алек, затем повернулся к Дину спиной и сошёл с крыльца. Он пытался взять себя в руки, когда брат коснулся его плеча. — Я бы отпустил тебя в Ад. Я не собирался убивать тебя ножом Руби. Дин молчал мгновение, и это было хуже любых слов. Алек сжал кулаки и зажмурился, пытаясь совладать с собой. Но Дин молчал, потому что вспомнил: как Мег вселилась в Сэма, как младший брат вручил ему пистолет и попросил застрелить его, как в клинике после заражения вирусом кроатона Сэм велел Дину оставить ему пистолет и уйти. Он помнил шёпот отца в больнице: «Если не сможешь спасти Сэма, придётся его убить». Дин вспомнил все те ужасные, невыполнимые обещания, которые кто-то когда-то просил у него. И он сделал то же самое: попросил Алека дать обещание, рискуя душой брата. — Прости, — выдохнул Дин, и Алек вздрогнул. Старший Винчестер не понимал, как, пытаясь утешить брата, умудрился всё ещё больше испортить. — Нет мне оправдания за то, что я с тобой сделал. Я последний, кто должен был просить тебя сдержать это обещание. Если кто и знает, каково это — когда тебя просят о невозможном, так это я, — признал он, почувствовав облегчение, когда брат поднял голову, хоть и не смотрел на него. «Он, наверное, никогда больше не захочет на меня смотреть». Эта мысль заставила его убрать все барьеры, за которыми он прятал душу. — Можешь просто врезать мне в челюсть, и покончим с этим? — пошутил он, пытаясь разрядить обстановку. Но Алек смотрел в лес, а не на брата. Потому что готовность Дина простить его ранила сильнее любого гнева. — Ты не понимаешь. То, что я сделал… дело в том, что мне было нужно, а не тебе от меня. — Он взглянул на Дина — нужно было сказать всю правду, даже если это будет стоить ему всего. — Когда я решил не брать нож Руби… я знал: если не смогу остановить адскую гончую, ты отправишься в Ад. И хуже всего: я даже не надеялся, что смогу её остановить. Я просто знал, что не убью тебя, но даже если ты попадёшь в Ад — у нас был шанс тебя вернуть. А если бы я применил тот нож… ты бы умер навсегда. Я был таким эгоистом, что просто не мог этого допустить, — признался он, затаив дыхание в ожидании реакции брата. Но вместо гнева или чувства предательства в глазах Дина вспыхнуло понимание и прощение. — Я знаю. Думаешь, я не поступил эгоистично, когда вернул Сэма? Или когда попросил тебя убить меня, если вы не сможете меня спасти? Алек, слова о бескорыстной любви — ложь. Любить кого-то, по крайней мере в нашей семье, значит быть максимально эгоистичным, особенно когда все шансы против нас. — Значит, ты не злишься? Я не разрушил твоё доверие? — с тревогой спросил Алек. — Нет, — Дин мягко усмехнулся. — Я не злюсь, Алек. И я никому не доверяю так, как вам с Сэмом. А это о многом говорит, потому что у меня серьёзные проблемы с доверием. — У меня тоже, — сказал Алек с улыбкой. Теперь он мог дышать, мог чувствовать радость и облегчение вместо страха и вины. Он придвинулся так, что его плечо коснулось плеча брата, наклонил голову ближе к Дину и пообещал: — Если ты когда-нибудь попросишь кого-нибудь убить тебя, мы с Сэмом надерём тебе задницу. — Да уйма желающих найдётся, даже просить не надо. — А нам нужно сделать так, чтобы желающие остались с носом, — раздался голос Сэма. Он спустился с крыльца, наслаждаясь удивлением Дина. Одним взглядом младший Винчестер попросил прощения за то, что взял с брата подобное обещание. — Трудно нанять киллера, который бы не слишком рвался выполнить работу, — сказал он, кивнув Алеку в знак благодарности за то, что тот согласился дать обещание… и не выполнил его. На душе у старшего Винчестера стало легче. Он понял: теперь брат смотрит на его клятву под другим углом и не хочет больше идти по этому пути. Никто из их семьи больше не умрёт. — Итак, о чём это мы? — Больше никаких сделок, — сказал Сэм, многозначительно глядя на Дина. — И никто больше не будет убегать, — добавил Алек, зная, что сделает всё возможное, чтобы остаться с братьями. — Я не против, — выдохнул Дин. Ему надоело рисковать собой и Сэмом, надоело гоняться за своенравными младшими братьями по всей стране. Даже у потрясающего старшего брата есть предел. Внезапно Алек щёлкнул пальцами и повернулся к Дину, словно только что вспомнил что-то очень важное. — О, есть одна маленькая деталь, про которую я забыл. — Ты о чём? — спросил старший Винчестер. — Только не волнуйся, но возможно, есть некоторые побочные эффекты от переливания моей крови, — объявил Алек, нахмурившись. — Ты просто… потерпи, — и он направился к хижине. — Какие побочные эффекты? — настороженно потребовал Дин, когда Алек скрылся за дверью. — Не ори. У меня суперслух, забыл? — Алек фыркнул, снова спускаясь с крыльца с сумкой в руке. — У тебя суперслух, и ты не услышал, как Сэмми подкрадывался? — с подозрением спросил Дин. — Кто сказал, что я не слышал приближение Сэма? — нагло усмехнулся Алек. — Как я и говорил: мы с Сэмом надерём тебе задницу, если ты пойдёшь на самоубийственную миссию. — Не обращая внимания на хмурый взгляд Дина, он начал рыться в сумке, потом подмигнул Сэму и повернулся к старшему брату: — Просто помни: возможные побочные эффекты не у всех подопытных животных были одинаковы. — Подопытных животных? — повторил Дин с возмущением. Он уставился на Алека, затем перевёл взгляд на Сэма, который просто пожал плечами. Снова посмотрев на Алека, спросил: — Хочешь сказать, что в «Мантикоре» никогда не переливали кровь обычным людям? — Ну, я вроде как прогулял естествознание, потому что оно не входило в мои прямые обязанности. Но ты жив и здоров. Если появятся какие-нибудь новые причуды — оно того стоит, правда? Небольшая плата за выживание, — небрежно сказал Алек, махнув рукой. — Причуды? — хрипло спросил Дин — ему совсем не нравилось, куда клонится разговор. Не в силах больше сдерживаться, Сэм решил подыграть Алеку. Он подошёл к Дину и сочувственно посмотрел на старшего брата. — Когда Алек предупредил меня о последствиях… я решил рискнуть, чтобы спасти тебя. Переводя взгляд с одного брата на другого, Дин зарычал: — Какие последствия? Какие причуды?! Я ничего не замечал. — Я не хотел на тебя давить, — признался Сэм, стараясь не рассмеяться. — Алек, ты уж скажи ему прямо. Вздохнув, словно боясь того, что будет дальше, Алек подошёл к Дину. — Они, вероятно, исчезнут… через пару лет, — сказал он, улыбнувшись, когда брови Дина поползли вверх от такого мрачного прогноза. — Но пока этого не случилось, у меня есть кое-что, что может помочь… — Он вытащил из сумки какой-то предмет, разжал ладонь и протянул его Дину. — За этой игрушечной мышью не так интересно гоняться, как за настоящей, но раз уж ты пока едва двигаешься… — О, ты покойник, — прорычал Дин, когда Алек помахал игрушечной мышью у него перед лицом. Он заметил и другие кошачьи игрушки в сумке — маленький шарик и кусок яркой верёвочки. Дин попытался выхватить мышь, но Алек отскочил назад и широко улыбнулся. Дин снова сделал выпад, но тут Сэм вынырнул откуда-то и скользнул между братьями. Пока Алек хохотал у него за спиной, а Дин испепелял его взглядом, Сэм попробовал выступить миротворцем. — Успокойся, Дин. Вспомни, чему учил папа, — начал он, и старший брат перевёл взгляд на него. — Не начинай драку, которую не можешь выиграть, — процитировал Сэм Джона Винчестера, уже не пытаясь скрыть широкой улыбки. — Вы оба покойники, — прорычал Дин с решительным огоньком в глазах. Алек дерзко пожал плечами. — Не знаю, как ты, Сэм, а я чувствую себя прекрасно. Дин угрожающе ткнул в него пальцем. — Ладно. Когда мы будем уезжать из этой хижины, ты на Импале не поедешь. — Да и ладно. Я, наверное, бегаю быстрее этого старого антиквариата, — поддел Алек, наслаждаясь возмущением в глазах Дина. — Ты оскорбил мою Детку? — мрачно спросил старший Винчестер. — После того, как я позволил тебе за руль?! — Позволил? — возмутился Алек. — Я силой вытолкал тебя с водительского места, и ты всю дорогу скулил. — Я не скулил! — Скулил, — с ухмылкой подтвердил Алек. — Сэм? — позвал Дин, требуя поддержки. — С заднего сиденья мне ничего не было слышно, — мудро солгал младший Винчестер. — Трус, — в один голос ответили Алек и Дин и направились обратно в хижину, тихо переругиваясь.

***

Сидя на причале, опустив ноги в воду, Дин откинул голову назад, закрыл глаза и наслаждался теплом солнца. Братья сидели рядом с ним, держа в руках удочки. — Мне здесь нравится, — сказал Сэм, глядя на мерцающую неподвижную воду. Ему нравилось не только спокойствие этого места, но и то, что он был с семьёй, — не нужно было никуда спешить, не нужно бороться за жизнь. Дин с удивлением посмотрел на него. Прошло много времени с тех пор, как Сэм в последний раз говорил, что ему нравится их жизнь. И вдруг это место тоже понравилось Дину: домик, лес, проклятое крыльцо, с которого ему не разрешали спускаться почти неделю. Ему нравилось здесь, потому что нравилось Сэму, потому что рядом был Алек, потому что в этот момент они были семьёй. Даже не охотниками — просто братьями. — А тебе? — спросил Сэм, взглянув на старшего брата. — Да, — хрипло прошептал Дин. Алек, широко улыбнувшись братьям, перевёл взгляд с Сэма на Дина. — Мне тоже. И, сидя здесь плечом к плечу со своими братьями, Алеку было плевать на весь остальной мир. Он знал: за семью действительно стоит сражаться, за неё стоит умереть… но ещё важнее — ради неё стоит жить. В этот момент удочка Дина дёрнулась, он чуть не выпустил её из рук, но вцепился покрепче и потянул. — У меня клюёт! — закричал он. — Наматывай леску! — скомандовал Алек, а Сэм крикнул: — Подсекай! — Ладно-ладно! — отозвался Дин, следуя советам братьев. Леска металась из стороны в сторону — рыба отчаянно боролась за свободу, но Дин был таким же упрямым рыбаком, как и охотником. Ничто не могло помешать ему поймать добычу. — Давай я, — предложил Сэм, протягивая руку, чтобы перехватить удочку, пока Дин не порвал швы или не свалился в воду. — Забудь. Лови свою, — сказал Дин, крепче сжимая удочку. — Я уже почти вытащил её. Тащи подсак! Алек схватил сачок, лежавший в паре метров позади них на причале, подбежал к Дину и присел на корточки, готовясь выудить рыбу. Наконец рыба показалась на поверхности, он погрузил сачок в воду и вытащил свирепое, могущественное… четырёхдюймовое создание. — Чувак, я ожидал большего. — Она даже поместится в багажнике Импалы, — подколол Сэм. — Там была ещё одна рыба на крючке, — возразил Дин. — Может, это рыба-оборотень? Из пятнадцатифунтовой форели превратилась в эту кроху, — сказал Сэм с невозмутимым видом. — Или Лох-Несское чудовище, — протянул Алек, потянувшись к трепыхающейся рыбёшке, но Дин хлопнул его по руке. — Успокойся, малыш, — проворчал Дин, вытаскивая крючок. — Учись на своих ошибках. Если уж собрался умереть ради чего-то, убедись, что это настоящая еда, а не резиновый червяк. — Затем он наклонился, опустил руку в воду и позволил рыбе уплыть на свободу. — Ах, большой страшный охотник даже рыбу убить не может, — засмеялся Сэм. — Как ты говорил: если оно злое — мы его убиваем. Рыба выглядела злой? Боишься маленькой рыбки, Сэмми? — в ответ поддел Дин, наслаждаясь возмущённым взглядом брата. Затем повернулся к Алеку: — А насчёт твоей кошачьей генетики… Почему ты не вытащил рыбу зубами? Слишком уж брезгливый? — Чувак, это отвратительно, — с отвращением сказал Алек. — Я знал, что тебе нравится «Властелин колец», но ты прямо фанат Голлума? — Очень смешно, — рассмеялся Дин, толкая его плечом. — Так что на ужин вместо рыбы у нас будут рыбные палочки, — вздохнул Сэм. Братья замолчали и уставились на свои удочки. — Говорят, в каждом озере когда-то жило одно доминирующее доисторическое животное, — взволнованно сказал Дин и посмотрел на Сэма. — В этом озере сейчас есть что-то особенное? — Я взял несколько книг, были свидетели… — неуверенно начал Сэм. — НЕТ. Мы в отпуске, — запротестовал Алек, наклоняясь вперёд и глядя на Сэма из-за плеча старшего брата. — Что свидетели видели? — потребовал Дин. — Сэм, ты обещал, — предупредил Алек, сверкая глазами. — Да ладно. Мы уже здесь. Можем потратить ещё пару дней: поплавать на лодке, почитать книги, сделать пару звонков, — сказал Сэм. — Но Дин хотел ехать дальше, — тихо выдохнул Алек. — Я не против побыть здесь ещё немного, — быстро вставил Дин. — Неправильно уезжать, не убедившись, что здесь нет ничего опасного. Алек перевёл взгляд с умоляющего лица Дина на сияющего Сэма. — Ладно. Останемся на пару дней, всё проверим. — Потрясающе, — с энтузиазмом отозвался Дин, поднимаясь. — Я принесу оружие, — объявил он, оставив удочку на причале и направившись обратно к хижине. Сэм самодовольно улыбнулся. — Это было слишком просто. Как думаешь, сколько пройдёт времени, прежде чем он поймёт, что здесь нет никакой местной легенды? — Достаточно, чтобы он успел оклематься, — усмехнулся Алек. — Тем более что по радио сказали: всю неделю будет дождь. Придётся его переждать. — Когда он всё поймёт, он нам надерёт задницы. Ты это понимаешь? — предупредил Сэм, но в его глазах не было ни капли раскаяния. — О, я на это и рассчитываю. Мы в «Мантикоре» не устраивали шуточных войн. — Потому что все хотели, чтобы ты оставался целым и невредимым, — мрачно заметил Сэм, вставая. — Что это значит? — встревожился Алек, глядя на Сэма и пытаясь прочесть выражение его лица. — О, скоро увидишь, — широко ухмыльнулся Сэм. Затем собрал свою и Динову удочки и пошёл к хижине. — Вы же ничего такого, от чего остаются шрамы, не сделаете, правда? — спросил Алек, догоняя его и глядя на брата как побитый щенок. — Без риска потерять конечности? Без необратимых повреждений? Но с каждым его вопросом улыбка Сэма становилась всё зловещее.

***

Дина погода не остановила. Алек выругался, когда его нога снова скользнула по грязному берегу, едва не сбросив в озеро, но Сэм успел схватить его за руку. — А я думал, у кошек отменное равновесие, — крикнул Дин через плечо. — Уж слишком он наслаждается этим, — проворчал Алек, снова поравнявшись с Сэмом. — Эй, это ты придумал, что ему придётся «пережидать непогоду», — обвинил его Сэм. — А ты выдумал эту фальшивую охоту, — прошипел Алек в ответ. Но когда Дин обернулся, оба младших брата невинно улыбнулись, словно им в радость гулять под проливным дождём в шесть утра. — Разделимся. Я проверю всё у озера, а вы двое — лес, — приказал Дин и, не дожидаясь, пока братья начнут спорить, зашагал по берегу. — Если так дело пойдёт, к середине утра у меня поднимется температура, — мрачно предсказал Сэм. Заметив недоверчивый взгляд Алека, он проворчал: — Что? — Дин прав, ты неженка, — фыркнул Алек. — Нет, — возмутился Сэм и, не обращая внимания на смех брата за спиной, зашагал в лес. Отбросив с дороги мокрые ветки, он угодил ногой в глубокую яму, полную воды, и задумался: не мстит ли ему судьба за обман старшего брата? Хотя что бы судьба ни придумала, всё это будет пустяком по сравнению с местью Дина, когда тот узнает, что его разыграли. Из мрачных мыслей его вырвал громкий крик Дина, за которым тут же последовал всплеск — словно кто-то свалился в озеро. Проклиная старшего брата за способность находить опасность даже на подставной охоте, Сэм побежал к озеру, выкрикивая имя Дина. Выскочив из леса, он увидел, как Алек нырнул в воду. «Боже, пожалуйста, не заставляй нас снова через это проходить», — подумал Сэм и тоже нырнул в мутную зеленоватую воду. Когда лёгкие уже готовы были взорваться от нехватки кислорода, Сэм вынырнул на поверхность, глотнул воздуха и увидел рядом голову Алека. — Ты его видишь?! — крикнул Сэм; сердце колотилось от страха, когда Алек покачал головой. Они уже собрались нырять снова, но тут раздался громкий свист. На берегу, широко улыбаясь, стоял Дин, не обращая внимания на дождь. — Ты был прав, Алек. Кошачьи инстинкты, наверное, всё-таки проснулись — мне в последнее время совсем не хочется плавать. Как водичка? Думаю, с учётом дождя вода в озере холодная. — Не могу поверить, что ты это сделал! — в ярости воскликнул Сэм, поплыл к берегу. — Месть — та ещё сука, Сэмми, — ответил Дин с гневом. — Тебе лучше бежать! — мрачно предупредил Алек, приближаясь к брату. — Стой, — приказал Дин, отступая на несколько шагов, когда Алек вышел из воды и стал преследовать его, точно хищник, а Сэм наседал сзади. — Вы оба заслужили это! — воинственно продолжал он. — Ты оскорбил Импалу, подсунул мне кошачьи игрушки. Вы неделями командовали мной, как будто мне четыре года. Вы оба это заслужили. — Да?! — бросил вызов Алек, смахивая грязь с рук, и продолжил приближаться к Дину. Когда брат шагнул в сторону, отступая, Алек внезапно преградил ему путь с широкой улыбкой. — Собрался куда-то, старший брат? — Он широко раскинул грязные руки. — Давай обнимемся и помиримся. — Чувак, я предупреждаю… — начал Дин, отступая от брата… прямо в руки Сэма. Словно осьминог, младший Винчестер обхватил Дина и крепко прижал к себе, чтобы как можно больше воды с его одежды впиталось в одежду брата. Дин зарычал, изо всех сил пытаясь вырваться, и сердито уставился на подходящего Алека. — Ах, ты в безопасности. Я так счастлив, — насмешливо протянул Алек, шагнув и зажав Дина между собой и Сэмом. — Теперь мы одна большая счастливая семья. — Да, одна большая счастливая мокрая семья, — проворчал Дин, замирая между братьями, понимая, что эту битву он проиграл. Он издал такой грозный рык, от которого любой адский пёс удрал бы прочь, когда Сэм потрепал его по голове, словно пса. — Мы закончили? Сэм улыбнулся Алеку через плечо Дина. — Я не знаю. А ты как думаешь, Алек? Можем продолжить ещё пару раундов. У меня есть кошачий корм, я собирался подмешать его в еду. — А я хотел подбросить блох в его постель, — ответил Алек. — Вы правда думаете, что я настолько туп, чтобы выдать вам мой следующий шаг? — усмехнулся Дин, поражаясь наивности братьев. Сэм прижался к Дину сильнее и положил подбородок ему на плечо. — Мы можем заключить перемирие прямо сейчас, или будем стоять под дождём целый день. — Я не могу простудиться, у меня иммунитет ко всем болезням, — похвастался Алек. — Меня создали так, что я выдерживаю низкие температуры без неблагоприятных… — Ладно-ладно, перемирие! Только прекрати болтать, — уступил Дин, закатив глаза на торжествующую улыбку Алека. Через пару секунд братья отпустили его. Взглянув на грязь, покрывшую одежду, он покачал головой. — Если эта куртка испорчена, один из вас покупает мне новую, — проворчал он, но братья лишь улыбнулись. — Идём в дом, пока Сэмми не простыл, а твоя кожа не превратилась в шкуру белого медведя, — сказал он, метнув взгляд в сторону Алека. — Очень смешно. За такие выходки получишь помидоры в пицце, — сказал Алек, шагая за братьями через лес. — Итак, вы двое не хотите объяснить, зачем придумали эту фальшивую охоту? — спросил Дин, оглянувшись через плечо и увидев, как братья отвели глаза. Вместо ответа на вопросы Дина Сэм спросил сам: — Когда ты понял, что это подстава? — Ты забываешь, что я тоже умею искать. Я изучил все местные легенды, надеясь найти хоть кого-то, кого можно прибить или покалечить. И ничего не нашёл. Спорить готов, что тишина — это пункт в договоре аренды этого места, — заключил он, указывая на хижину. — Аренда? У Бобби есть друг… — начал было Сэм. — Ни у одного охотника нет богатых друзей с ухоженными домиками, которые они дают взаймы другим охотникам, — перебил его Дин, поднимаясь на крыльцо. У двери он остановился, чтобы снять грязные ботинки; братья тоже разулись. — Возможно, я был игрушкой для адской гончей, а теперь во мне течёт кошачья ДНК Алека, но я не идиот. Поставив ботинки на крыльцо, Алек повернулся к Дину: — Ладно, хочешь начистоту? Мы выбрали это место, потому что решили: тут даже ты не найдёшь проблем. — Помни, кто первым ввязался в драку в баре, — перебил его Дин. — Да, моя вина, — согласился Алек без спора. — И мы разыграли тебя с этой охотой, потому что думаем, тебе нужно ещё несколько дней, чтобы… — Недель, — вставил Сэм. — …поправиться, — закончил Алек, не желая уступать, когда речь заходила о благополучии братьев. — А я думал, тебе самому здесь нравится, — сказал Дин, поворачиваясь к Сэму. — Конечно, здесь здорово, но дело в компании, — тихо ответил младший Винчестер, глядя в глаза Дину и удивляясь, что им снова и снова приходится доказывать друг другу: жизнь вместе стоит больше любого удобного жилья. — Думаю, тебе всегда нравилась стабильность и настоящий дом, — с пониманием настаивал Дин. Он знал, что Сэм любил Стэнфорд, нормальную жизнь, учёбу, постоянное место жительства. — У меня уже есть дом, — твёрдо заявил Сэм. — Мой дом — с тобой и Алеком, придурок. У Дина перехватило дыхание. Он повернулся к Алеку и тихо спросил: — А ты? — Я иду туда же, куда и вы двое, — просто сказал Алек. — Было бы здорово, конечно, если бы ты не терял сознание и не истекал кровью во время нашей первой настоящей совместной охоты. Но, хотя это было и захватывающе, я… — О господи! — закатил глаза Дин. — Хорошо, побудем здесь ещё немного. Я добавлю несколько упражнений к своим тренировкам. — Увидев, что братья готовы возразить, пояснил: — Никаких лесных марафонов и лазанья по деревьям. — Звучит разумно, — сказал Сэм с улыбкой, и Алек кивнул в знак согласия. — Видно, я кого-то сильно разозлил, раз застрял с вами, двумя девчонками, — проворчал Дин. Он отвернулся и вошёл в хижину с самодовольной улыбкой на губах. Позже он скажет Сэму и Алеку, что уже оплатил аренду хижины ещё на месяц. Алек и Сэм радостно переглянулись, не собираясь говорить Дину, что они отказались от двух охот на этой неделе. Когда Сэм последовал за старшим братом в дом, Алек задержался на крыльце, чувствуя себя таким довольным, таким счастливым… и таким грязным. Но что бы ни подкинула ему жизнь, он выдержит, если рядом его семья. — Алек, ты идёшь? — донёсся из хижины голос Дина. Широко улыбнувшись, Алек зашёл в хижину, чтобы присоединиться к братьям, уверенный, что нет на свете ничего лучше, чем быть Винчестером. И монстры слишком глупы, если думают, что у них есть шанс против троих Винчестеров. Шансы изменились, и Винчестеры выйдут победителями.