Другая жизнь

Утро встретило меня головной болью и очередными таблетками. Как они мне надоели... Но с такими приступами воспоминаний только они и спасают. Вспоминаю, что сегодня выступления не будет, значит, можно поваляться подольше и снова вспомнить всё... ...Шум на улице оглушил меня. Громкие разговоры, сигналы машин, смех компании недалеко от меня, стук чьих-то каблуков о мостовую. Трясу головой, пытаясь привыкнуть к тому, что снова слышу. Неуверенно выхожу из своей подворотни и иду вдоль улицы. Через несколько минут чувствую, что больше не могу идти, накатила слабость, и я стал судорожно искать глазами, где бы присесть. Заметив скамейку под большим раскидистым деревом, поковылял туда. Потратил последние силы на то, чтобы присесть и откинуть голову на спинку. Голова кружилась, тошнило, и я вдруг понял, что безумно хочу есть. Живот просто скрутило, я даже застонал от боли. - Милый, тебе плохо? Открыл глаза и столкнулся с участливым взглядом пожилой женщины. - Нет, спасибо, всё в порядке, - прошептал едва слышно. - Да какое же это в порядке? Пойдем со мной, покормлю хоть тебя, а то вон какой худой. Пойдем-пойдем. Старушка потянула меня за руку, и я даже удивился, откуда в ней столько силы? Она накормила меня, даже в ванную сходить разрешила. Взамен я помог ей с домашними делами. Через несколько часов, когда всё было сделано, я откланялся. Старушка внимательно посмотрела на меня и сказала: - Ты уж не забывай старую, заходи ко мне, поболтаем хоть. Отказать я не смог и обещал обязательно зайти ещё. Выйдя на улицу, я задумался. Как бы побыстрее добраться до своих? Попытался вызвать "Ночного рыцаря", но то ли забыл, как это делается, то ли ещё что... В общем, он не приехал. Пришлось топать пешочком. Несколько раз присаживался передохнуть. Наконец добрел до знакомых мест, обрадовавшись, как ребенок. Это даже сил мне придало, и я почти бодро зашагал к "Дырявому котлу". Почти у самого бара увидел газету и решил передохнуть и познакомиться с последними новостями. Пришлось присесть, чтобы не рухнуть на землю, когда увидел заголовок...

"Вчера состоялись похороны Гарри Поттера, Мальчика-Который-Выжил и героя магической Британии!"

Дрожащими руками раскрыл газету и уставился в текст: "...после трех недель комы... скончался, не приходя в сознание... вся Британия скорбит... друзья убиты горем... согласно завещанию погибшего героя... имущество поделено между самыми близкими друзьями..." Я читал и не мог поверить своим глазам. Как умер? Вот же я! Живой! Как они могли похоронить меня? - Эй, парень! Ты чего это удумал? У нас горе, а ты оборотным балуешься! Уходи отсюда, пока не поймали, иначе непоздоровится тебе! Ишь, совсем с ума молодежь посходила! Взяли моду - Поттером оборачиваться! Ты слышал меня? Пошел вон отсюда! Даже не взглянув на вопящего мужика, поднимаюсь и тяжело бреду прочь. Его слова только подтвердили то, что начало проясняться в моей голове. Меня предали. Просто выкинули, как ненужную игрушку. Герой сделал своё дело, герой может умереть... Поверить было сложно. Как так? Почему? За что? Мы же были друзьями! Мы же через столькое прошли вместе... И они вот так... Провожу рукой по лицу, с удивлением чувствуя, что она стала мокрой. Да и черт с ним... Хотя, может, я неправильно понял? Точно! Надо найти друзей и сказать, что я жив! Наверно какой-нибудь Пожиратель подсунул вместо меня кого-то под оборотным! Даже не заметив, что последняя мысль попахивает явным бредом, разворачиваюсь и иду обратно. Не успеваю завернуть к "Котлу", как слышу знакомые голоса и просто застываю на месте. - Как же надоели эти журналисты... - И не говори, Герм. Так сложно, оказывается, притворяться убитым горем перед камерой, когда самому танцевать хочется. Слышу смех Гермионы и хватаюсь за сердце, в котором вдруг сильно кольнуло. - Зато теперь мы богаты! Рон, мы же всегда об этом мечтали! Поженимся, отремонтируем эту старую развалюху на площади Гриммо... Знаешь, нам, пожалуй, даже работать не нужно с такими деньгами! Радостный гогот Уизли и влажные звуки поцелуев. Разворачиваюсь и бреду прочь, сильно прижимая руку к груди слева, пытаясь не дать выскочить сердцу. Вдруг понимаю, что не чувствую своей магии... После этой мысли сознание просто отключается, и я прихожу в себя только возле двери миссис Лаури, той самой старушки, которая накормила меня. Несмотря на поздний час, женщина ещё не спит и радостно впускает меня в квартиру. Что-то бормочет оживленно, стелет мне на диванчике в гостиной, и я моментально засыпаю... ...Выныриваю из воспоминаний, морщась от застарелой боли в сердце. Столько лет прошло, а я никак не могу простить. И, наверно, никогда не смогу.