Mute

— Давай, дружище, скажи хоть что-нибудь, — умолял Джеймс, сидя на кровати перед Сириусом. Сириус моргнул и немного сморщился. Он был у Поттеров уже три дня и до сих пор не произнёс ни слова. Так он выживал у себя в доме. Держи голову опущенной, молчи, не существуй. Однако Сириус совершил ошибку, открыв свой рот, и они вырезали свое недовольство на его коже. Он сбежал, и теперь должен был быть тихим, чтобы не разочаровать ещё и Поттеров. Джеймс вздохнул, наблюдая за тем, как Сириус снова свернулся калачиком, и провел рукой по своим растрепанным волосам. — Ладно, можешь не говорить. Мы оба знаем, что я могу делать это за двоих, — Джеймс заставил себя улыбнуться, губы Сириуса дернулись в ответ, а в его глазах загорелось легкое веселье. — Не хочешь сыграть в шахматы? Улыбка Сириуса стала больше, и он кивнул. Джеймс с облегчением спрыгнул с кровати и побежал за набором. — Ты хочешь быть белыми или чёрными? — спросил он, на что Сириус только приподнял бровь. Джеймс фыркнул. — Это несправедливо, ты всегда выбираешь белые! — им никогда не нужны были слова, чтобы общаться. Сириус только пожал плечами. — Ну ладно, я все равно никогда не выигрываю, — заныл Джеймс, отчего Сириус беззвучно рассмеялся. Они играли уже пятую партию, когда пришёл Ремус. — Лунатик! — закричал Джеймс, вскакивая на ноги и набрасываясь на того с объятиями. — Я так рад, что ты смог прийти, потому что мне уже надоело ему проигрывать. — Привет, Сохатый, — поприветствовал его веселым голосом Ремус и обнял в ответ. — Привет, Сири, — сказал он сразу после того, как Джеймс выпустил его из объятий. Сириус слегка пошевелился, нервно подтянув ноги к груди, и помахал ему в ответ. Ремус нахмурился, но не стал ничего говорить. — Так что, парни, чем вы тут занимались? — Ну, эта ленивая задница сегодня спала весь день, — сказал Джеймс, запрыгивая обратно на кровать и взъерошивая Сириусу волосы, на что тот недовольно отпихнул его руку. — Так что я решил начать домашнее задание по Зельям... я и делать домашку! Ну, а потом мы сыграли пару партий в шахматы, когда он наконец-то проснулся. — Ты случайно не заболел, Джеймс? — спросил Лунатик, прикладывая руку ко лбу Сохатого, который сидел рядом с Сириусом. — Делать задания на каникулах? — А что? Мне было скучно, — пожаловался Джеймс. — А ты почему так долго сюда ехал? — Наш камин сломался, и маме пришлось целый час везти меня к ближайшему общественному камину, — сказал Ремус, на автомате оборачивая свою руку вокруг талии Сириуса, когда мальчик прижался к нему сбоку. Это было тем, что они оба привыкли делать, когда другому было больно. — Отстой, чувак. А почему твой отец просто не аппарировал тебя? — Он был на работе, когда я получил твое письмо, — ответил он, после поворачиваясь к Сириусу. — Как ты себя чувствуешь? Сириус пожал плечами, закусив губу. Ремус поднял взгляд наверх, чтобы уловить в глазах Джеймса короткую вспышку беспокойства, и почувствовал, как внутри у него все неприятно сжалось. — Я не виню тебя, держу пари, что компания Джеймса сводила тебя с ума. Сириус ухмыльнулся, когда Джеймс возразил: — Эй, чтобы ты знал, моя компания была просто прекрасной. Эти двое продолжали подшучивать друг над другом, пока Сириус расслаблялся в руках Ремуса. Голоса друзей ввели его в бессознательное состояние, где он был в безопасности, зная, что они здесь, что они защитят его. Некоторое время спустя он проснулся от их тихих голосов, осознавая, что его голова по-прежнему покоилась на груди Ремуса и что чья-то рука расчесывала его волосы. — Как он на самом деле? Он услышал, как Джеймс вздохнул. — Я не знаю. Он вообще ничего не говорит, он не сказал ни одного чертового слова, пока был здесь. Единственным звуком, который он издавал, были крики от ночных кошмаров. А сегодня с утра напугал меня до смерти, я пошел выпить воды, а когда обернулся, он стоял позади меня. Я никогда еще не видел, чтобы он так тихо передвигался. Сириус почувствовал, как руки Ремуса немного сжались вокруг него. — Знаешь, когда меня впервые укусили, я на некоторое время перестал разговаривать. Я вбил себе в голову, что если волк не услышит меня, то он не вернется, чтобы снова причинить мне боль. — Ты думаешь, что с ним сейчас то же самое происходит? — осторожно спросил Джеймс. — Не знаю. Но я могу представить себе, что единственным способом не привлекать к себе внимание в этом доме для него является оставаться тихим. — Лунатик… я… Что нам делать? Я ненавижу видеть его таким. — Я тоже, — Сириус почувствовал, как его живот скрутило от чувства вины, что он заставлял своих друзей волноваться, это было недопустимо. — Думаю, мы просто должны вести себя как обычно и надеяться, что он тоже начнет. А если нет, то мы должны будем выучить язык жестов или что-то в этом роде, — Сириус улыбнулся, его согревало знание того, что они пойдут на все ради него. Он зевнул, что заставило его друзей прекратить разговор, сел и потер глаза. — Доброе утро, соня, — поприветствовал его Джеймс, на что Сириус показал ему язык. — Мальчики, чай готов! — позвала их с лестницы миссис Поттер. Джеймс тут же бросился к двери. Сириус же только закатил глаза, подползая к краю кровати, его мышцы все еще болели от усталости. Ремус отодвинул свою руку и помог Сириусу встать, зная, что из-за травм тому будет сложно ходить. Сириус сжал руку Лунатика в знак благодарности и использовал ее, чтобы встать и пойти. — Ничего страшного, Бродяга, ты делал для меня это миллионы раз, — сказал Ремус, прекрасно зная, что значило это сжатие руки. Сириус улыбнулся и машинально поцеловал Лунатика в щеку, когда тот помог ему спуститься с лестницы. Глаза Ремуса слегка расширились, но он ничего не сказал. — Что-то вы притихли, — поприветствовал их мистер Поттер, подозрительно прищурившись, когда они вошли на кухню. — Чем вы там занимались? — он получил слишком много писем от главы их факультета, чтобы убедиться, что молчание не было ничем кроме плохих новостей именно от этой группы парней. — Ничего! — воскликнул Джеймс, плюхаясь на стул позади отца. — Сириус просто снова уснул! Сириус опустил взгляд на стол, боясь обратить на себя внимание. Лунатик фыркнул и сел рядом с ним. — Ты слишком много говоришь, Джеймс. Не каждый сможет выслушать, как ты без умолку говоришь о том, как прекрасны глаза Эванс. — Эванс? Кто это, Джеймс? — спросил мистер Поттер. Джеймс густо покраснел, а Ремус и Сириус лишь ухмыльнулись. — Никто, пап, — пробормотал он. Сириус поднял брови, в то время как Ремус воскликнул: — Никто! Вау, что-то для «никого» ты слишком много времени проводишь, мечтая о ней, Сохатый. Мистер Поттер хихикнул, а Джеймс начал заикаться. — Я… Ты… Заткнись, Лунатик. — Самое время завести себе подружку, Джеймс, — сказала миссис Поттер, подмигивая Ремусу и кладя тарелку на стол. — Она не моя подружка! — возразил Джеймс, тихо добавляя себе под нос еле слышное «еще» и заставляя всех рассмеяться. — Вот ты где, милый, — сказала миссис Поттер, кладя тарелку перед Сириусом и поглаживая его по затылку. Он послал ей в знак благодарности улыбку, и она сжала его плечи. Они все принялись за ужин, во время которого Поттеры болтали с Ремусом, а после посмеивались с Сириуса, который чуть не уснул за столом. — Ты не можешь снова быть уставшим! — пожаловался Джеймс, на что Сириус только виновато пожал плечами. — Ты бы тоже устал, если бы пробежал полстраны, Джеймс, — отругала его миссис Поттер. — Хочешь, чтобы я помог тебе подняться по лестнице? — спросил Ремус, но Сириус закусил губу, смотря на его недоеденный ужин. — Все нормально, я могу доесть его позже, — сказал он, читая эту нерешительность. Сириус кивнул и отодвинулся от стола, позволяя Ремусу помочь ему подняться. Они пошли прямо в гостевую комнату, где остановился Сириус, и Ремус помог тому забраться на кровать, усевшись у его колен поверх одеяла. — Бродяга? — Сириус поднял на него глаза, и Ремус грустно улыбнулся. — Я знаю, что ты не хочешь разговаривать о том, что произошло. И это совершенно нормально, я не против, если больше никогда не произнесешь ни звука. Хотя это было бы очень обидно, мне нравилось слышать, как ты смеешься, — губы Сириуса искривились в усмешке. — Я хочу, чтобы ты знал, что, несмотря ни на что, я здесь для тебя, хорошо? И я знаю, ну, что ты здесь в безопасности, — он взял его руку и сжал, и Сириус почувствовал, как на его глаза навернулись непрошенные слезы. — Я предполагаю, что ты не хочешь разговаривать, потому что это то, что причинило тебе боль, но, знаешь, мы привыкли к тому, как ты отвечаешь, и на самом деле нам все равно, я даже почти уверен, что Джеймс это поощряет. Да и Поттеры слишком привыкли к Джеймсу, чтобы позволить любому шуму от тебя или меня беспокоить их. Сириус фыркнул от смеха, отчего слезы сорвались вниз по его щекам, и Лунатик тут же притянул его в объятия, позволяя ему бесконтрольно рыдать в свою рубашку. — Я рядом. Я знаю, что ты не в порядке, Сири, но ты будешь, обещаю. Сириус схватился за него и кивнул ему в грудь. И тогда Ремус перестал говорить, просто крепко его обнимая и слегка покачиваясь, пока он не уснул в его руках.

***

Джеймс пришел проверить их только спустя час, как они ушли, и улыбнулся при виде двух спящих своих лучших друзей, а после спустился обратно вниз. — С ними все в порядке? — спросила его мама. — Они спят. Похоже, что Бродяга плакал незадолго до этого. — Это уже хоть что-то, — проговорил его отец. Это была самая эмоциональная реакция, которую они получили от него. — Ага, — сказал Джеймс, садясь рядом с матерью и кладя голову ей на плечо. — Я знал, что Лунатик сможет поговорить с ним. — А они… встречаются? — осторожно спросила миссис Поттер. — Что? — в ответ спросил Джеймс, резко садясь. — Лунатик и Бродяга? Они же оба парни! — И что? — удивленно ответила ему мама. — Нет, они не… по крайней мере, я не… — он запнулся. — Должен признаться, мне тоже было интересно это узнать, — сказал мистер Поттер. — Почему? — спросил Джеймс. — Кажется, что они очень близки. Ремус отвел Сириуса в постель, как только увидел, что тот устал. Постоянно менял тему разговора, когда замечал, что Сириусу становится некомфортно… — Так уж они устроены, — пожал плечами Джеймс, — им обоим снятся кошмары, и обычно они будят друг друга от них. Они просто хороши в том, чтобы утешать друг друга. — Хм, — ответил на это его отец. — Что? Просто не может быть, чтобы они встречались, — воскликнул Джеймс, услышав смешки от своих родителей. На следующее утро миссис Поттер постучалась в дверь гостевой комнаты. — Войдите, — сонно ответил Ремус. — Доброе утро, — поприветствовала она мальчиков, как только вошла. — Утро, миссис Поттер, — улыбнулся ей в ответ Ремус, толкая Сириуса ногой, чтобы тот проснулся. Сириус на это только застонал и натянул одеяло на голову, заставляя остальных двух хихикнуть. — Он совсем не ранняя пташка, не так ли? — Видели бы вы его в школе, — с любовью отозвался Ремус. — Приходилось практически высыпать на него ведро со льдом, чтобы он пришел в себя перед уроками. Миссис Поттер покачала головой. — Удивительно, что ты просто не оставляешь их в кровати, — сказала она с раздражением, зная, что с Джеймсом и Питером все обстоит так же плохо. — Какой бы тогда из меня был староста? — невинно ответил он, прежде чем повернуться к Сириусу. — Бродяга, ты должен проснуться, миссис Поттер здесь, чтобы обработать твои боевые раны. Она приподняла на это брови, потому что не говорила такого, но Ремус только пожал плечами с полуулыбкой на губах. Он снова толкнул Сириуса в бедро. — Давай, ленивая задница. Или ты хочешь, чтобы я рассказал Сохатому, кто написал то любовное письмо Лили? — Сириус тут же сел и уставился на Ремуса, который рассмеялся и пожал плечами. — Что? Это же разбудило тебя, да? Сириус фыркнул от смеха и хлопнул того по голове. Ремус пригнулся и швырнул подушку прямо в лицо Сириусу. Миссис Поттер же с улыбкой наблюдала за их выходками. — Карлус приготовил завтрак, если ты хочешь спуститься, Ремус. Ты вчера почти ничего не съел. Сириус сразу же почувствовал вину, а Ремус, увидев его выражение лица, закатил глаза и бросил в него еще одну подушку. — Да ладно тебе, Бродяга, ты пропустил намного больше приемов пищи ради меня, — он встал и натянул на себя через голову джемпер. — Спасибо, миссис Поттер, — сказал он, прежде чем покинуть комнату. Сириус ласково закатил глаза, глядя на отступающего назад друга. — Доброе утро, милый, — проговорила миссис Поттер теперь, когда Сириус выглядел более бодрым. — Как ты себя чувствуешь? — она присела рядом с ним, когда Сириус пожал плечами, делая рукой жест «так себе», и кивнула. — Ремус, кажется, немного вернул тебя к жизни, — он улыбнулся ей. — Скажи мне, вы встречаетесь? Глаза Сириуса широко раскрылись, щеки яростно покраснели, и он покачал головой. Миссис Поттер улыбнулась, видя его страх, и склонила голову набок. — А ты хотел бы? — он закусил губу, а глаза прыгали с лица миссис Поттер на его колени, потом на дверь, а после снова назад, будто он продумывал свой побег. Она снова улыбнулась и похлопала его по колену. — Не волнуйся, я не скажу, — он выпустил вздох облегчения, когда она подмигнула ему. — Может, нам стоит сначала посмотреть на эти раны, чтобы мы смогли потом спокойно спуститься и немного поесть? — Сириус надулся, но позволил ей снять с него футболку. Она проверила все его порезы, втирая в некоторые из них бадьян и перевязывая их свежими бинтами, прежде чем помочь ему одеться. — Вот и все, дорогой, еще пару дней и будешь как новенький, — Сириус улыбнулся ей и неожиданно притянул в объятия. Она сжала его в ответ, пытаясь передать через это объятие всю свою любовь. В конце концов, после всего этого она считала его своим вторым сыном. — Не за что, — сказала она, зная, что он так пытался выразить свою благодарность, а после поцеловала его в макушку. — Что скажешь насчет того, чтобы спуститься вниз и позавтракать, пока Джеймс все не съел? — Сириус выпустил смешок и кивнул, позволяя ей помочь ему подняться.

***

Ребята провели весь день в саду, кидая мяч со своих метел, пока у Сириуса не заболела спина и им не пришлось вернуться назад в дом. Оказавшись внутри, Сириус снова начал клевать носом, так что они помогли ему подняться и лечь в кровать. Ремус сел на постель рядом с ним, позволяя тому свернуться калачиком сбоку от него и читая ему сказки Барда Бидля, как всегда делала его мать, когда он чувствовал себя больным, особенно после плохого полнолуния. Джеймс написал письмо во «Флориш и Блоттс», чтобы заказать себе еще одну книгу, пока они были заняты. Когда Сириус проснулся, Ремус вручил ему в руки маленький блокнот и ручку. — Просто на случай, если ты захочешь сказать Джеймсу, что он ведет себя как идиот, ничего при этом не говоря, — он подмигнул Джеймсу, на что тот воскликнул: — Эй! Сириус сразу же открыл блокнот на первой странице, чтобы настрочить «спасибо», и показал это Лунатику. — В любое время, — Ремус сжал его плечо, — ты бы сделал для меня то же. Черт, да ты уже сделал для меня больше, — Сириус кивнул и обнял его. — Снимите уже комнату, — недовольно сказал Джеймс. Сириус покраснел, в то время как Ремус ответил: — У нас уже есть комната, и ты сейчас в ней. — Да, но все эти комнаты мои, — самоуверенно сказал Джеймс, играя бровями. — Нет, милый, это комната Сириуса, — прервала его мама, входя с подносом сэндвичей и свертком под мышкой. Сириус удивленно посмотрел на нее. — Ну, мы же не можем продолжать называть ее гостевой комнатой, если ты теперь останешься в ней навсегда, не так ли? Ей повезло, что в тот момент она уже поставила поднос, потому что она неожиданно обнаружила себя в крепких объятиях подростка. Миссис Поттер усмехнулась и обняла его в ответ, опечаленная осознанием, что тот наверняка ожидал, что его выгонят. Он отстранился от нее с мокрыми глазами и схватил блокнот, на странице которого было просто написано «спасибо». Она улыбнулась и потрепала его за щеку. — Всегда пожалуйста, дорогой. А теперь почему бы вам не съесть эти сэндвичи, хм? — сказала она, собираясь уходить. — Ах да, Джеймс, тебе пришло это, — она протянула посылку ухмыляющемуся сыну. — Круто, спасибо, мам, — и сразу принялся разрывать упаковку. Она покачала головой на его энтузиазм и вышла из комнаты, желая иметь возможность отрицать все в случае, если это было что-то, предназначенное для пранка, который вызовет хаос в школе. — Что это, Сохатый? — спросил Ремус, заглядывая ему через плечо. — Кое-что для Бродяги, — счастливо ответил он, изучая заказанную книгу языка жестов у себя в руках. Сириус с любопытством посмотрел на него. Джеймс улыбнулся и протянул ее ему. — На всякий случай. Я просто подумал, что мы все могли бы выучить его, так что ты все еще мог бы разговаривать с нами, даже если тебе не хочется делать это в буквальном смысле, — объяснил он. Сириус уставился на книгу в его руках и ощутил, как его сердце сжалось, а после поднял взгляд на нетерпеливые лица своих друзей и почувствовал, как слезы снова сорвались вниз по его щекам. Джеймс закатил глаза и притянул его в объятия. — Да ладно, братишка, ты должен был это предвидеть, — Сириус подавился смешком и уткнулся лицом в плечо Джеймса. Они провели остаток лета, изучая язык жестов, и быстро овладели им. Родители Джеймса тоже должны были учиться, чтобы понимать разговоры этих троих, просто на случай, если они замышляют сжечь дом дотла. Не то чтобы они им не доверяли. В конце концов, Ремусу пришлось вернуться домой, но он продолжал практиковаться со своими родителями, а еще они послали дополнительный экземпляр книги Питеру, объяснив, что произошло, чтобы он не остался в стороне, когда они вернутся в школу. — Что ты собираешься делать, когда вернешься в Хогвартс? — спросил Сириуса Джеймс за пару дней до того, как они должны были сесть на поезд. Он боялся говорить об этом, зная, что Сириусу будет трудно приходиться на уроках, если он не сможет произносить заклинания вслух. — Учить невербальные заклинания, — показал жестами Сириус и пожал плечами. Джеймс улыбнулся его уверенности. — Уверен, мы с этим разберемся, да.