Операция "Из буки в зефирку"

Пятница подходила к концу. Юнги чувствовал себя безумно уставшим. Он с нетерпением дождался, когда на циферблате появятся заветные цифры, дабы поскорее свалить домой, где собирался наполнить ванну горячей водой, бросить в нее бомбочку с ароматом ванили, включить любимую музыку и абстрагироваться от всего мира примерно на часа полтора. Эта неделя выдалась безумно сложной: разборки с Тэхёном вымотали омегу, а разговор с альфой по пьяни знатно расшатал его нервную систему, из-за чего он был вынужден избегать его. Неожиданностью стало то, что Ким не искал с ним встречи, что позволило Мину немного расслабиться. У омеги сложилось впечатление, будто Тэхён с облегчением вздохнул, махнул на все это рукой и занялся своими делами. За тот пьяный разговор по телефону Юнги было немного стыдно. С одной стороны его поведение было неразумным, но вот с другой — он рад, что высказался. Альфа заслужил такое отношение после всего, что наговорил. — Ты идешь? — позвал Мина коллега, работающий в параллельной группе. Черная макушка возникла в дверном проеме, что выглядело весьма забавно. — Да. Сейчас сложу журналы и папки и сразу домой. — Хорошо. Тогда до понедельника. — Угу. Хороших выходных. Дверь группы захлопнулась, погрузив комнату в полную тишину. Сегодня вовремя разобрали всех детей и даже Ёнсу, за которым пришел Намджун. Альфа радостно помахал ему огромной ладонью, поинтересовался о самочувствии и даже пожелал хорошо провести выходные, после чего подхватил хохочущего племянника на руки и направился на выход. Юнги, быстро прибравшись на столе, разложил по полкам папки, а после, закрыв группу, вышел из здания. Он поежился от прохладного ветерка, игриво проскальзывающего под джинсовку. «Чимин прав, нужно одеваться теплее», — подумал Мин, направившись к калитке. Каково было его удивление, когда он поднял глаза и столкнулся взглядом с Тэхёном. Тот оперся спиной о свой огромный черный внедорожник и сложил руки на груди. Выглядел он как всегда неповторимо со своими растрепанными кудрявыми волосами и в черной одежде: футболке, поверх которой была накинута кожанка с металлическими заклепками, джинсах с разодранными коленками и тяжелых ботинках с высокой шнуровкой. Мин немного подвис, глядя на этого сексуального альфу, но тут же мотнул головой. Нельзя позволять себе то, что могло ранить. Он это уже проходил и больше давиться собственной болью не хотел. — Юнги! Но омега сделал вид, что не увидел его, отведя взгляд в сторону, хотя несколькими минутами ранее уже выдал себя. Он, сжав пальцами лямку рабочей сумки, свернул в сторону, направившись домой по дорожке, вымощенной брусчаткой. — Давай поговорим, — предложил Тэхён, направившись следом за Мином. Альфа прекрасно понимал, что просто уже не будет. Он не только должен добиться этого разговора, но и максимально раскрыться, чтобы ему поверили. Если не будет между ними доверия — все насмарку. — Да подожди ты, — Ким, подбежав вплотную, схватил омегу за руку чуть выше локтя. — Нам нужно по… Слова альфы были прерваны звонкой пощечиной, что обожгла не только чужое лицо, но и тонкую хрупкую ладонь. — Зачем? Чтобы снова услышать черт знает что? Я понимаю, что ты не готов к отношениям, но это не дает тебе права ранить мои чувства! — Дай мне шанс, — потребовал Ким, все ближе подступая и нависая над хрупким парнем высокой скалой. — Прошу. — Отвали! — Юнги вырвал руку из захвата. — Видеть тебя не могу. Глаза стало жечь от непрошеных слез, которые, если не сдерживать их изо всех сил, неудержимой рекой вырвутся наружу. — Пожалуйста, — уже мягко взмолил альфа, положив свои широкие ладони на плечи Мина. — Я… Просто выслушай меня. Спустя несколько минут раздумий Юнги все же согласился. Он всю жизнь будет корить себя за мягкотелость. — Спасибо, — Тэхён так же мягко улыбнулся. — Пойдем? — Куда? — Не здесь же нам говорить. Я знаю одно тихое местечко, где нам никто не помешает. Обещаю, что руки распускать не буду, — он поднял ладони. — Просто поговорим, и все. Несколько секунд колебаний и тихое: «Ладно». Юнги верил в то, что этот разговор абсолютно ничего не изменит, и надеялся, чтобы и не навредил. — Хорошо, — альфа отступил на несколько шагов. — Тогда поехали.

***

Юнги, отвлекшись от дороги, перевел взгляд на сосредоточенного Тэхёна. У него потрясающая внешность: идеальная форма лица, большие раскосые глаза, длинные ресницы, прямой нос и великолепные губы. Омега до сих пор не мог забыть, насколько требовательными и жадными до поцелуев они могут быть. Но в дополнение к красивому лицу… «Ёнсу очень похож на своего отца, слава богам, что только внешностью, иначе с подобным характером, как у Кима, было бы ему очень тяжко», — подумал Мин и в подтверждении своих слов практически незаметно кивнул. Омега мотнул головой, дабы прогнать ненужные сейчас мысли, и отвел взгляд в сторону. Нельзя так открыто пялиться на человека, а уж тем более позволять себе думать о его не менее потрясающем ребенке, к которому так сильно привязался, что готов занять место второго родителя. Для Юнги это больная тема, и его разрывало от мысли, что ближе, чем просто воспитатель, он к семье Ким не станет. Тишина, чужое равномерное дыхание и еле уловимое мурчание двигателя автомобиля немного напрягли Юнги. Сейчас ему было некомфортно находиться в таком крохотном пространстве рядом с альфой, аромат которого так приятно щекотал ноздри. — Куда мы едем? Мин проводил взглядом мелькающие за окном деревья, после чего его начали посещать мысли, что Ким явно планировал покинуть пределы города. — Не против, если это останется секретом? — хмыкнул тот, бросив быстрый взгляд на уставившегося на него омегу. Серьезное выражение лица Юнги позабавило Тэхёна, из-за чего он усмехнулся, показав свою белоснежную обескураживающую улыбку. Если бы несколько недель назад Ким так ему улыбнулся, он точно бы упал в обморок от счастья, но сейчас это немного раздражало и отчасти даже подбешивало. — Мы так не договаривались, — возмутился Мин. — Вдруг ты отвезешь меня хрен знает куда, приложишь хорошенько по голове, а после: «Адьес, Юнги-я, с миром покойся в Богом забытом месте», — он вскинул руки вверх. Альфа, приложив ладонь ко лбу, громко рассмеялся, что снова напомнило омеге о Ёнсу, который имел точно такой же смех: громкий, заразительный, заливистый. — Какого ты ржешь? — дернулся омега, пихнув Кима в плечо. Сейчас он жутко бесил. — Мне нравится, когда ты такой, — Тэхён откинулся на спинку сидения и, с облегчением вздохнув, устремил свой взгляд на дорогу. — Так тебя проще вывести на чистые эмоции. Юнги чуть было не задохнулся от возмущения. Как мог такое говорить человек, чей внутренний мир похож на металлический котелок: такой же крепкий, холодный и бесчувственный? И кого еще здесь нужно выводить на эмоции? Спустя двадцать минут машина съехала на грунтовую дорогу, а еще через несколько остановилась на поляне, неподалеку от которой находилось озеро. Юнги никогда не был в подобном месте, поэтому его сразу же очаровала красота здешней природы. Он редко вместе с родителями выбирался на природу и всего несколько раз в универе выезжал с группой на пикник с палатками. Ему нравился подобного рода отдых, но было очень жаль, что не получилось уделить этому больше внимания. — Тебе нравится? — осторожно поинтересовался Тэхён, включив ближний свет фар, так как начинало темнеть. — Угу, — омега выскочил из салона автомобиля, став завороженно осматриваться по сторонам. Вокруг было зелено, в воздухе витал аромат трав и елей, который Мин с благоговением вдыхал, и если пропустить мимо ушей стрекотание сверчков, то можно было уловить шум воды. — Можем прогуляться дальше? — предложил омега. Он сгорал от нетерпения побыстрее подойти к берегу, ополоснуть в прохладной воде руки. — Конечно, — согласился альфа. — Только накинь мою куртку. Рядом с озером всегда прохладно. Юнги препираться не стал и просто согласился на предложенную Кимом вещь. Он принял куртку из протянутой руки, которую бы с удовольствием окольцевал своими ладонями, а после накинул на плечи. От нее веяло ароматом шоколада, который так любил Мин, и непривычным теплом. — Пойдем. Омега не смог бы сказать, сколько продлилось их молчание, но оно было настолько комфортным, что просто хотелось привалиться к крепкому плечу альфы, закрыть глаза и погрузиться в себя. Он наблюдал за волнами, подкрадывающимися к берегу и жадно ворующими мелкие камушки и песчинки, за последними бликами солнца, нежно-розовым небом с редкими тучками и колышущимися травами, чей аромат пленил обоняние Мина еще в самом начале. Если бы снова появилась возможность, омега бы с удовольствием посетил это место. Ему здесь нравилось, даже очень. — Я… Я и мой брат росли в семье военного, — несмело начал альфа, поймав на себе растерянный взгляд Юнги. В голове Кима набатом звучали слова брата: «Открываться всегда тяжело, но ради человека, которым дорожишь — это того стоит». Альфа заметно нервничал: говорил прерывисто, немного неуверенно и тяжело дышал. Он давно определился, что ему нужно, чего он хочет, поэтому то, что происходило на данный момент — нужно просто пережить. — Отец всегда мечтал, что у него будут сыновья-альфы, которые смогут продолжить его дело, и мама была совсем не против. Она занималась своей любимой пекарней, любимым делом всей своей жизни, пока мы страдали от тирании и казармовского режима, который ты так любишь упоминать, — Тэхён горько усмехнулся и качнул головой, из-за чего его прекрасные локоны отпружинили. — Он был строг, беспощаден и безжалостен. Намджун… Он сразу понял, что если прогнуться — будет легче, но я вот не такой, как мой старший брат. Я бунтовал, упирался и далеко не всегда выполнял то, что требовал отец. Юнги слушал внимательно, как губка впитывал каждое произнесенное слово, ведь понимал, что сейчас происходило — Тэхён решил ему открыться. Нельзя не сказать, что ему больно и отчасти страшно, но это было прекрасно. Омега это ценил. — Мне влетало по первое число и зачастую несправедливо, поэтому я шел к маме, чтобы та пожалела, сказала, что все будет хорошо, что это когда-то должно закончиться… — Но такого не происходило, — догадался Юнги. Он понял, что детство у Тэхёна было далеко не сладким и выбор быть «солдафоном» вовсе не его. — Да. Из-за отсутствия материнского тепла мой характер огрубел, и я полностью прогнулся под волей отца. После школы я сразу пошел в военную школу, потом была армия, а затем и контрактная служба. Меня перекидывали из одной точки в другую, моя карьера шла вверх, но после серьезной операции, которую я возглавил, все пошло по пизде, — он громко сглотнул царапающий горло ком. — Я ее провалил. Отец и так был разочарован уходом Намджуна в военный госпиталь, а когда узнал о моем провале, то практически обезумел. — Вы подрались? — с ужасом в глазах просипел Мин. — И это тоже, — Ким согласно кивнул. — Он выгнал меня из дома и обрубил края, дабы я не вернулся в армию. Выхода, кроме как податься в частную охрану, у меня не было, потому что, кроме военного дела, я нихрена не умею. Мин чувствовал, как что-то давило его изнутри, но старался удержать это в себе всеми возможными силами. Нельзя раскисать и показывать жалость, ведь Тэхён не тот человек, которому нужны подобные чувства. — А потом появилась она. — Тэхён, — Юнги схватил альфу чуть выше локтя. — Я не хочу, чтобы ты принуждал себя рассказывать о бывшей жене, потому что знаю, что для тебя эта тема неприятна. — Нет, — он удобнее перехватил тонкие ладони и, кивнув в сторону тропинки, двинулся вперед к машине, потянув за собой омегу. — Я хочу. Мне это нужно, — он набрал побольше воздуха в легкие. — Мы встретились с ней на работе. Она была переводчиком во время одной из встреч, а я — личным телохранителем. После босс попросил привезти кое-какие бумаги, и вот тогда мы снова увиделись, выпили кофе, и все плавно перешло к тому, что спустя пять месяцев я купил квартиру, и она переехала ко мне. Еще спустя два года родился Ёнсу. — Представляю, как ты был счастлив, — на лице Юнги появилась легкая улыбка. Хотел бы он увидеть, каким прекрасным комочком был малыш. Возможно, если они с Тэхёном поладят, он попросит его показать детские фото сына. — Да. И еще я помирился с отцом, мамой, даже стал чаще общаться с Намджуном, но все испортилось, когда… она… — Тэхён выглядел растерянным, пытаясь подобрать слова, и Юнги вложил свою ладонь в его и сжал пальцы в знак поддержки. — Ей было плевать на семью. Она хотела свою карьеру и свое личное пространство, в которое ни я, ни Ёнсу не вписывались. Последней каплей стала ее переписка с каким-то альфой, пообещавшим ей золотые горы. Я не сдержался, а она, кажется, этого и добивалась. — Вы развелись, и ты навсегда закрыл свое сердце, — подытожил Мин. — И не только. Я отрастил броню, которую удалось пробить только одному человеку, — Тэхён остановился и, приобняв омегу за талию, притянул ближе к себе. — Ты смог разбудить во мне чувства, что были давно похоронены под слоем пыли. Я их испугался, — он взял лицо Юнги в свои ладони, — и причинил тебе боль, когда ты открылся мне. Я такой мудак, Юнги-я. Мин широко распахнул глаза и, сбросив чужие руки, отступил на шаг назад. Все, что рассказал альфа — безумно важно, и Юнги благодарен, что тот ему открылся, но пойти навстречу и снова впустить человека в свое сердце… Дважды в одну реку не войдешь, не так ли? — Я прошу прощения за свои слова и поступки и знаю, что так просто мне этого не заслужить, но я готов работать над собой. Все, что нужно — один-единственный шанс и твое присутствие рядом, — Тэхён снова притянул его к себе, несмотря на слабый протест. — Ты делаешь мир моего ребенка ярче, а мою жизнь светлее. Не уходи, не бросай нас, останься рядом. — Я… Я… Тэхён, я не… не знаю, — Юнги начинала бить паника. Для него откровение альфы — много, но вот просьба быть рядом — слишком. Тяжело вот так просто стереть ту боль, что плотно засела внутри, просто забыть, выпарить. Так быстро ничего не проходит. Так быстро подобное не прощают. — Я не прошу тебя забыть обо всем. Дай мне шанс быть рядом, не прогоняй меня. Позволь позаботиться как о своем омеге. Юнги отвел взгляд в сторону, потому что не в его силах смотреть в наполненные болью и искренностью глаза напротив. Услышать что-то подобное от Кима — нечто невообразимое, учитывая его молчаливую натуру и колючий характер. Но сегодня Мину понравилось то, что не его слушали, как это бывало зачастую, а он. Такой Тэхён ему нравился гораздо больше: открытый, честный, чувственный. Мин запоминал каждый момент, ведь, возможно, еще нескоро получится столкнуться с этой стороной Кима вновь. — Я не смогу прямо сейчас ответить тебе, Тэхён. Мне нужно все обдумать, — по щекам скатились слезы, которые альфа словил пальцами. — Я не буду давить, — Ким положил ладонь на затылок омеги, после чего мягко помассировал кожу у линии роста волос. — Можно тебя поцеловать? Сердце Юнги просто вопило: «Да! Да! Тысячу раз ДА!», но разум твердил: «Не стоит этого делать, пока не решишь». И в этот раз он поддался разуму, потому что не стоило вестись на чары Тэхёна — один раз это привело его к вывернутой наизнанку душе. — Не стоит. Но Юнги не отступил. Он просто двинулся вперед, окольцевал руками талию альфы и прислонился щекой к его груди, где так громко билось сердце. Сейчас он хотел утешить Тэхёна, показать, что все, что сегодня произошло, — важно. В ответ Ким тоже обнял его, спрятав в своих объятиях от всего мира. Юнги оказался таким хрупким и крохотным, а еще он был теплый и потрясающе пах мятой, что так успокаивала альфу. — Уже поздно, — спустя несколько минут альфа разомкнул объятия. — Нужно ехать домой. — Хорошо. Только когда Юнги сел в салон автомобиля, он понял, что ужасно замерз и проголодался. За весь день он успел лишь выпить две чашки кофе и съесть заботливо приготовленный другом сэндвич. — Как ты относишься к бургерам и картошке фри? — поинтересовался Ким, положив ладонь на руль. — Нормально. А что? — удивлению Мина не было предела. — Перед тем, как встретиться с тобой, я заехал в Мак. И не смотри на меня так, — он расхохотался. — Я обычный человек и мне порой тоже хочется съесть какой-то вкуснейшей гадости. Юнги прикусил губу и, не став долго размышлять, согласился. Плевать, что есть, главное, чтобы было съедобно и вкусно. Пошелестев пакетами на заднем сидении своего внедорожника, альфа достал вкусности и передал омеге его порцию. — Надеюсь, ты не выдашь меня Ёнсу, иначе он проест мне мозг за то, что вчера отказал ему в подобном, — он помахал еще упакованным гамбургером. — Сегодня он мне об этом уже рассказал, — хохотнул Мин, накинувшись на еду. Приятно было ощущать в своем желудке хоть что-то, чем пытаться скрыть его позорное урчание. Тэхён наблюдал за омегой с уже нескрываемой улыбкой, а после протянул руку к его щеке и нежно погладил, мягко проговорив: — Еда никуда не убежит. Пожалуйста, ешь медленнее, я не хочу, чтобы тебе стало плохо. И у Юнги случился коллапс всего сознания. Неужели, если он позволит альфе быть рядом, он будет слышать и видеть подобное каждый день? Это было бы приятным бонусом. — Ховофо, — промямлил омега с набитым ртом. — Милашка.

***

Юнги, выбежав с работы будто метеор, направился домой. Он спешил не без причины, ведь Ёнсу по просьбе своего отца пригласил омегу на ужин, который Тэхён собирался готовить сам. После разговора на озере прошло чуть больше двух месяцев, на протяжении которых Мину довелось увидеть немало изменений в альфе. Тот стал внимательнее относиться к омеге, стал больше внимания уделять сыну и всеми силами стремился получить заветное «да» на предложение начать отношения. Тэхён в конечном итоге этого добился и сейчас работал над новым заданием — уговорить Юнги переехать к нему. Мин не смог бы точно сказать, за сколько времени он добрался до дома, но мокрая на спине рубашка и красные щеки могли означать только одно — очень быстро. Щелчок дверного замка, хлопок двери и сброшенная обувь, а после произнесенное в его духе: «Чимин-и, я дома». Омега сразу же среагировал на тяжелые шаги, что были несвойственны его другу. Чимин ходил практически бесшумно, из-за чего часто пугал Мина неожиданным появлением. — Чи… Джун? Перед ним появился брат Тэхёна во всей своей красе: с обнаженным рельефным торсом, повязанным на талии розовым паковским полотенцем и, конечно же, стройными и длинными от самых ушей ногами, на которые сам Юнги иногда залипал. Но о последнем пункте Тэхёну знать было вовсе необязательно. — Ма-а-ать твою! — прошипел Юнги, смерив ошеломленным взглядом брата своего парня. — Привет, Юнги-я. Ты только собираешься к Тэ? — на лице Намджуна расплылась улыбка, а на щеках появились милые ямочки. Вслед за альфой в коридор выскочил Чимин в футболке, что принадлежала явно не ему. Она была на несколько размеров больше, прикрывала задницу омеги и медленно сползала с одного плеча, открывая вид на острую ключицу. — Это не то, что ты подумал, — выпалил Пак. Его волосы были в полном беспорядке, щеки окрашены в красный, а на шее красовались два темно-фиолетовых засоса. — Кажется, у меня дежавю, — Мин оперся о входную дверь. Не так давно он был на месте лучшего друга в точно такой же ситуации, но с одной разницей — тогда он не спал с Тэхёном. — Хотя… Нет, не кажется, — Юнги наконец-то снял куртку. — Вы, ребята, занимайтесь тем, чем занимались ранее, и не обращайте на меня внимание, — он проскользнул мимо друга и Намджуна. — Будто меня здесь и нет! Как только Юнги захлопнул дверь, раздался хохот в коридоре, а сам он широко улыбнулся. Он рад за Чимина, потому что его друг заслужил такого доброго, заботливого и полностью «его типаж»-человека. — Ой ты ж блин, — он посмотрел на часы. — Тэхён меня убьет, если опоздаю.

***

Юнги, перевернувшись на спину, раскрыл сонные глаза, сразу уставившись в белоснежный потолок. Голова немного шумела из-за выпитого вечером вина, а ночная посиделка явно отразилась на глазах — темные круги он рассмотрит позже. Сейчас внешний вид не главное. Остаться с ночевкой у Кимов было спонтанным решением, потому что он не смог устоять перед трясущейся губой Ёнсу и его глазками-пуговками, а также вкрадчивым шепотом на ушко в исполнении старшего Кима, из-за которого мурашки бежали по спине. Оба альфы будто сговорились, и это подействовало. Омега с широкой улыбкой на устах прокручивал в памяти божественный ужин, который Ким приготовил сам. Романтическая атмосфера, вкусная еда, смех Ёнсу и Тэхёна — все было идеально. У Мина время от времени перехватывало дыхание оттого, каким потрясающе романтичным был альфа. С таким мужчиной хотелось быть рядом, позволить ему заботиться о себе и подарить в ответ всю свою любовь. Но, как и в любой сказке, всему однажды приходил конец: гасли свечи, посуда сваливалась в мойку и наступало время сна. Юнги готов рассыпаться на мелкие кусочки от их разговора до двух ночи в гостиной. Альфа принес махровый плед, которым они укрылись с головой, а после целовались до тех пор, пока их губы не опухли. Каждое слово, жест, поцелуй были важными. Мин так много узнал об альфе и его прекрасном сыночке, что растрогался и поведал о некоторых моментах — как хороших, так и плохих — из своей жизни. Они узнавали друг друга, делились сокровенным, и это было волшебно. Омега услышал шипение и заливистый смех Ёнсу, который болтал без умолку, поэтому решил подняться, дабы не пропустить ни единого момента в жизни своих любимых мужчин. — Утречко, — счастливо пролепетал Мин, зайдя на кухню. На нем красовалась футболка альфы, волосы были растрепанными, а лицо немного припухшим после сна. Тэхён без футболки, но в милом лиловом фартуке пек вафли, а Ёнсу, вооружившись пиалами с сиропом и шоколадом, ложкой размазывал липкую сладость по выпечке, после выкладывая ее на тарелки. — Доброе утро, — мягко произнес альфа, который выглядел на порядок бодрее. — Юнги-я! — пропищал ребенок и, вскочив со стула, подбежал к омеге.— Мы с отцом готовим завтрак. Вафельки и какао, — он обнял худые омежьи ноги, вздернув вверх испачканный в шоколаде носик. Отныне это любимая еда Мина, и плевать, что недавно он решил есть меньше сладкого. — Отлично. Может, вам помочь? — но в ответ получил звонкое «Нет» в один голос. — Ладно. Тогда просто посижу здесь. Как только стол был накрыт и все сели на свои места, Ёнсу хитрым взглядом посмотрел на Тэхёна, внимательно наблюдающего за Юнги, который в свою очередь измазался в сиропе. Омеге понравилась возникшая атмосфера, разговоры за столом и аромат выпечки. Все выглядело так тепло, по-семейному, что ему было страшно сделать что-то не так, дабы все это не разрушить. — Я хочу спросить, — издалека начал Ёнсу, вытерев салфеткой испачканный ротик. — Спроси, конечно же, — Мин щедро намазал выпечку шоколадом, а после подумал, что было бы неплохо в следующий раз купить фрукты и сделать нарезку, так как это вкусно и полезно. — Вы когда-то будете жить вместе? Мин застыл с недонесенной вафлей у рта. Что он только что сказал? Жить вместе? Ну… Как бы да… Тэхён же предложил ему, но не прямо сейчас или завтра. Возможно, в ближайшем будущем они съедутся, но перед этим им предстояло все хорошенько обсудить. — На этот вопрос тебе ответит Юнги, — довольный собой, произнес Ким, стрельнув в омегу лукавым взглядом, из-за чего румянец вспыхнул на красивом лице. Он знал, что его сын большая умничка, и за это он обязательно купит ему новую игрушку. Надоедать омеге он не хотел, дабы все не испортить, но прямо сейчас ситуация сложилась как раз ему на руку. Скорее всего, Ёнсу так поступил после разговора с Намджуном. Малец по-любому все слышал. — Конечно, — спокойным тоном ответил омега. Лучше не показывать то, как на самом деле его колбасило. — А вы поженитесь? Из-за очередного вопроса Юнги подавился и стал громко кашлять, чем испугал Тэхёна. Альфа быстро встал с места, набрал стакан воды, который передал омеге, и легонько стал похлопывать его по спине. — Ёнсу, думай перед тем, как что-то сказать. Откашлявшись, Мин попросил альфу вернуться на место, а сам тем временем ответил: — Обратись с этим к своему отцу. Ему лучше знать, — благодаря чему перевел стрелки. Тэхён толкнул язык за щеку. Что ж, он примет правила игры, и пускай малыш задает побольше каверзных вопросов. — Обязательно. Надеюсь, что в следующем году весной мы организуем свадьбу. Ёнсу начал звонко пищать от счастья, хлопать в ладоши и говорить о том, как будет здорово получить целую кучу подарков. В своих мыслях он давно поженил отца и своего любимого воспитателя. Юнги не стал возмущаться или спорить. Он просто бросил на альфу многозначительный взгляд, приподнял бровь и прикусил край вилки. Пускай Ким помечтает насчет сезона. Он хотел свадьбу осенью. — Хорошо, — мальчишка потер ручки. Выглядел он так, будто готовился сотворить какую-нибудь пакость. — Только вот давай без шок-контента, ладно? — попросил его Ким. — Я разговаривал с ребятами из садика и понял одну штуку, — старшие напряглись, сконцентрировав все свое внимание на серьезном ребенке. — Мне нужен братик или сестричка, потому что в любой семье должен быть второй ребенок. У Тэхёна глаза чуть на лоб не полезли. Это все правда говорил его собственный сын? Да он рты всем детям из группы заклеит, дабы его собственное чадо не доводило его до сердечного приступа. — А не перебор ли это, молодой человек? — вспылил старший альфа. Ему нужно больше уделить внимания тому, с кем общался и чем увлекался его ребенок. — Отец, а ты знал, что в семьях, где есть только один ребенок, он вырастает эгоистом? Я не знаю, кто это, но Нара говорит, что это плохо, — Ёнсу невинно похлопал глазами, будто он здесь вообще ни при чем. — А плохим быть я не хочу. В этот раз у Юнги какао носом пошло. Он знал, что маленький альфа смышленый и очень умный, но такие вопросы — потолок. Как только его маленькая головка смогла додуматься до подобного? — Да блять! — выругался Тэхён, снова направившись к омеге, который после еще пары-тройки подобных вопросов точно собирался скончаться к чертям собачьим. — Ты в порядке? — но тот продолжил кашлять. — Сейчас подам полотенце. Спустя несколько минут, когда все снова утихомирилось, а Юнги перестал походить на эпилептика, Ёнсу отодвинул тарелку и сложил руки в замок перед собой. — Значит, так, — Тэхён грозно посмотрел на сына. — Я понимаю, что тебе порой одиноко, но решить этот вопрос пока не в моих силах. Лично я не против, чтобы у тебя были брат или сестра, но за один день ничего не произойдет. Возможно, это случится через год, возможно, через два, но явно не в ближайшее время. Юнги застыл после такой пламенной речи. Так, значит, альфа хотел еще одного ребенка? От него? Сердце ускорило ритм. Он хотел большую шумную семью. — Вчера я попросил дядю Джун-и, чтобы он на несколько дней забрал меня к себе. А вы, — он бросил строгий взгляд на старших, — пойдете в магазин и выберете самого красивого малыша, и скажите, что он будет наш, чтобы никто его не купил. А! И еще! Не забудьте заказать доставку. Я видел, как дядя делал такое, когда заказывал цветы Чимин-и. Тэхён ошарашенно уставился на спокойно рассуждающего сына. Он очень обрадуется, если после сегодняшнего завтрака не найдет у себя седых волос. — Я пойду переоденусь, — прохрипел Мин, встав из-за стола. У него был культурный шок, так как ребенок оказался намного находчивее и продуманнее, нежели его отец. М-да, в будущем ему явно не будет скучно с такой веселой семейкой. Как только Мин покинул пределы кухни, Ёнсу мгновенно встал со своего места и, подойдя к отцу, попросил его наклониться, дабы рассказать «секретик». Старший альфа готов был перекреститься, как только последнее слово коснулось его ушей. — Я видел колечко в красной коробочке, — в раскосых глазках появился радостный блеск. — Если ты его не подаришь Юнги на прогулке, то я тебя сдам, — а после он с хохотом умчался за омегой. Тэхён проводил его шокированным взглядом, а затем тихо рассмеялся. — Вот же маленький шантажист, — он потер ладонями лицо. — Нужно успеть заказать цветы.