НЕПРИЗВАННЫЕ

            По дороге домой нахлынули воспоминания. Минуло столько лет, а кошмары прошлого не покидают. Почти каждую ночь вижу одинокий остров среди пустоты, первобытного монстра, угрожающего целостности Небес и Ада, мелькающих с молниеносной скоростью ангела и демона. На какой-то миг я будто сама стала Мальбонтом, стала свидетельницей Начала и Конца, чувствуя, как источающая огромную мощь аура разрывает все мое естество на части. Момент покорности судьбе, решение покончить со всем раз и навсегда. Решение, принятое не рациональным умом, а отчаянным желанием избавиться от боли. Каким способом уже не имело значения. А потом…       Потом я оказалась перед своим домом в Брэдфорде. Мама не позволила мне лишить себя жизни, ради которой она лишилась своей, и перенесла меня на землю, вселив в образ незнакомки. Медлить было нельзя. Воспользовавшись отсутствием отца, я пробралась в свою комнату на втором этаже. В ней все оставалось прежним и вид застеленной мною в самый последний раз кровати вконец сломил мой дух. Кинувшись на нее, я разрыдалась. Рыдала так, что выплакала все слезы на тысячелетия вперед. Прощайте школа, прощай Энди, Саша, Мими, Ади. Прощайте ангел и демон, ибо в тот момент я понимала, что дороги назад нет. Не потому, что не могу, но потому, что не хочу. Было много радости, но и слишком много боли, требующей время на излечение.       «Все, не время раскисать», — приказал внутренний голос. Заправив кровать и вернув ей первозданный вид, я бросилась искать свои документы. На письменном столе лежало водительское удостоверение и мой кошелек. Видно отец оставил их здесь. В голове зудела четкая мысль, посланная мамой: «Найди Фидеро. Он поможет». Раскрыв ящик комода и выудив паспорт, я вздохнула с облегчением — он все еще был действителен. Время, потраченное на его оформление перед нашей с Эмили поездкой в Европу на третьем курсе, теперь окупалось с лихвой.       Включив свой Макбук я ввела адрес Дельта Эйрлайнс и забронировала ночной рейс из Бостона в Рим, мысленно возблагодарив отца за то, что оставил мой банковский счет открытым. Зная его, вряд ли это было простым упущением. Скорее всего ему просто было больно связываться со всем, что лишний раз напоминало бы об утрате дочери.       Побросав в небольшой чемодан вещи и закинув на спину рюкзак с самым необходимым, я была готова отправиться в путь, когда вдруг в голову пришла безумная мысль. Внизу на кухне висела белая доска для записей и списка покупок. Сняв с нее прикрепленный маркер, я вывела: «Дорогой папа. Мы всегда с тобой. Любящие тебя, мама и я». Безумие в чистом виде и если бы я оставалась еще ученицей Академии, за это меня бы прямиком отправили к ректору. Но на мое счастье, небесная школа была в прошлом. А отец был человеком разумным. Он воспримет сообщение как чудо, но удивляться или радоваться предпочтет в одиночестве, а не вместе со всем миром, выложив все в соц сети, которые он на дух не переносил.       «Прощай, папа», — в который раз произнесла я и, распахнув дверь, вышла навстречу красному закату.       От Брэдфорда до Бостона ушло лишь полчаса на электричке. В какой-то миг я обомлела, увидев сидящих в вагоне ангела с демоном. Еще совсем дети, они упорно вели свой вечный спор, расположившись по обе стороны от смертного мальчишки, сидящего рядом со своей спящей мамой и уткнувшись в игровую консоль.       — Патрик, ты совсем не слушаешься свою маму, — строгим почти учительским голоском выговаривала сребровласая девочка-ангел в белоснежном платьице. — Будешь продолжать в таком духе, ничего путевого из тебя не выйдет.       — И с чего ты это взяла? — Уголок рта маленького бесенка изогнулся в пренебрежительной усмешке. — Смотри, он самый первый в Лиге Гаврилинов. Обошел даже старшеклассников. Патрик станет самым популярным геймером.       «Наверное, Люцифер был таким в детстве», — мелькнула непрошеная мысль, но тут же была развеяна воображаемым взмахом руки. Дьявольский сынок не стал бы тратить время на разглагольствования, а мигом бы изжарил в адском пламени весь поезд с его пассажирами, не разбираясь, кто прав, кто виноват.       — Тоже мне, благородная цель, — надула губки ангел. — И в чем же смысл? Попросту растрачивать свою жизнь, играя в вымышленную кем-то вселенную и сражаясь с несуществующими злодеями, когда реальный мир взывает о помощи?       — Ты иногда такое скажешь, аж блевать хочется. Да пусть твой реальный мир катится ко всем чертям. Жить нужно в свое удовольствие и на полную катушку. Кто знает? Вдруг завтра - бац! И тебя не станет? Нет, жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на угождения другим.       — Ах ты, скверный малявка, — ангел совсем расстроилась, видя, что проигрывает. Скрестив руки на груди и надув губки, девочка отвернулась, еле сдерживая слезы.       — А ты мямля, — бесенок высунул язык. — Мямля, мямля, мямля!       — А ты… Ты…       «Наглый, самовлюбленный индюк», — вспомнила я и невольно улыбнулась. Сцена меня позабавила, но стало обидно за свою маленькую коллегу. И пусть я не должна была вмешиваться в их спор, сейчас кара Небес за нарушение баланса меня волновала в самую последнюю очередь. Сев на свободное сиденье напротив Патрика я взглянула на мальчишку. Ангелок и дьяволенок меня не чувствовали, видя лишь обычную смертную. Амулет надежно скрывал мою истинную сущность.       — Во что играешь?  — спросила я у мальца, заставив жителей Небес и Ада замолкнуть и прислушаться.       — В «Акванавию», — произнес тот, играя настоящую симфонию лишь двумя большими пальцами на панели управления.       — Наслышана. Похоже, сейчас это самая популярная игра?       — Угу. Мне совсем чуть-чуть не хватает монет, чтобы открыть бонусный уровень. Застрял тут на одном задании.       — Можно мне попробовать? — с энтузиазмом спросила я. — Может у меня получится? Я смогла открыть пять бонусных уровней.       — Пять? — искренне изумился мальчик. — Держи.       И протянул мне консоль. Маленькие демон и ангел продолжали с интересом следить за ходом событий. Притворившись, что играю, я начала потихоньку высасывать из устройства весь заряд, надеясь, что амулет и этот трюк сможет скрыть. Через пару минут экран консоли погас.       — Кажется, батарейка кончилась, — я протянула игрушку обратно владельцу.       — Не может быть! — досадно воскликнул он. — Я ее полностью зарядил перед отъездом. Ну вот, а зарядка дома.       — Мне жаль, — посочувствовала я. — Твоей маме не холодно?       Патрик заботливо натянул сползший плащ повыше.       — Ты любишь рисовать? — спросила я, выуживая из рюкзака альбом.       — Да, — неуверенно произнес он. — Но у меня не очень хорошо получается.       — Давай посмотрим, — улыбнулась я.       Патрик перебрался на сидение рядом со мной и, взяв альбом и карандаш, начал выводить монстров из игры. Я ощущала его ауру, еще пока светлую и чистую, незапятнанную греховными деяниями. Но мир, полный доступных соблазнов, всенепременно оставит свой отпечаток на ней.       Сребровласка, довольно ухмыльнувшись и бросив на соперника уничижительный взгляд, гордо поднялась с места и тут же исчезла. Разочарованный бесёнок последовал ее примеру.       «Извини, демон, — подумала я. — Сегодня оказался не твой день».       На всем пути от Бостона до Рима пришлось пару раз крупно рисковать, временно возвращая себе свой обычный образ, иначе паспортный контроль меня ни за что бы не пропустил. Неужели миграционным службам не сообщают о безвременной кончине владельца удостоверения? Что ж, мне выпал шанс проверить это лично.       Также, как на заданиях, я четко представляла, куда мне нужно следовать, и, оказавшись в незнакомом городе, найти Фидеро не составило труда.       Человек, с которым мне предстояло встретиться, жил в небольшой квартирке в районе Портуэнсе. Остановившись перед белым шестиэтажным зданием со стрельчатыми окнами по центру фасада, я нажала на кнопку с номером квартиры на панели у черных ворот.       — Si? — раздался в домофоне басистый голос, искажаемый статичными помехами.       — Signore Fidero, — склонилась я к микрофону. — Ho un messagio da Mireya per te.       По ту сторону послышалось мельтешение, затем тишина. Хозяин видно отключил связь. Я терпеливо ждала, но ничего не происходило и ворота оставались закрытыми. Неужели ошиблась адресом? Стоило мне поднять руку для очередного звонка, как ворота со смесью металического грохота и скрипа поползли в сторону, приглашая внутрь.       Поднявшись на шестой этаж и найдя дверь с номером семнадцать, я решительно постучала. Уверенности немного прибавилось, раз хозяин дома все же впустил меня во двор, и вряд ли за тот короткий промежуток времени, в течение которого я преодолевала расстояние от ворот до двери, Фидеро успел поменять свое решение. Послышались шаркающие шаги и через миг дверь отворилась, являя взору владельца квартиры. Если бы я не знала, что передо мной стоит некогда бывший архангел, то в жизни бы не заподозрила небожителя за небритой седой щетиной, взлохмаченными волосами и обрюзгшим телом, что с переменным успехом пытался скрыть темно-синий банный халат. Единственное, что осталось ангельского в уже более, чем пятидесятилетнем смертном, так это взгляд и необычно высокий за два метра рост, который, уверена, продолжает привлекать внимание всех местных.       — Кто вы? — с порога обратился ко мне Фидеро, окидывая недоверчивым, но в то же время удивленным взглядом.       — Я дочь Мирейи — Анджела, — представилась я. — Моя мать сказала, что вы можете мне помочь.       Вряд ли бывший архангел мне поверил с полуслова, но дверь открыл пошире, предлагая войти.       — Приношу извинения за неподобающий вид, — замялся он, запирая дверь. — Я не ожидал гостей.       — Это мне стоит извиниться, — поспешила заверить его я. — Нагрянула к вам в столь ранний час. Простите, но предупредить вас заранее не было возможности.       Я вымученно улыбнулась, надеясь, что мой новый знакомый не будет слишком строг.       — Кофе? — предложил он, жестом указывая в направлении гостиной.       — Благодарю, — ответила я, оставляя свой чемодан и скидывая рюкзак.       Почти все пространство гостиной утопало в книгах, из которых безуспешно пытались вынырнуть кожаный диван с парой кресел и старинный клавесин.       — Americano? — раздался голос за стеной, прерывая мое любопытное разглядывание владений ангела.       — Macchiato, per favore, — ответила я.       — Мирейя тоже предпочитала с молоком, — сказал Фидеро, вернувшись через некоторое время и протягивая кружку.       — Признаться, полюбила его недавно. Раньше пила только черный, — промолвила я.       Фидеро жестом указал на кресло и некоторое время мы молча пили кофе, но изучающий взгляд со стороны бывшего небожителя не оставлял меня ни на минуту.       — Как поживает ваша мама? — нарушил молчание хозяин.       Голова моя моментально поникла. Фидеро не знает о ее смерти.       — Мама умерла, — ответила я. — Очень давно. Мне тогда было года три.       Известие явно застало бывшего архангела врасплох.       — Но… Откуда тогда… — Фидеро не мог подобрать слова.       — Откуда мне известно о вас? — догадалась я и получила утвердительный кивок. — Трудно объяснить.       «Он мне не верит», — мелькнула догадка. Возможно хочет, но…       Я встала, предусмотрительно положив кружку на столик, и прошла к более-менее свободному пространству комнаты. Вмиг скинув чужой облик, я предстала перед бывшим архангелом такой, какой меня встретила Академия. Это его точно убедит.       — Боже праведный, — прошептал Фидеро, разглядывая мои полусложенные крылья. — Так ты бессмертная?       Я кивнула.       — Лючия, — вдруг вырвалось из моих губ.       — Что, простите? — переспросил ангел.       — Лючия, — повторила я.       Лицо Фидеро озарила улыбка.       — Боюсь Лючия теперь услаждает пением райские сады. Она прожила удивительно долгую жизнь.       Заметив мой недоуменный взгляд, Фидеро пояснил:       — Ваша мама подарила мне канарейку, когда мы виделись с ней в последний раз перед ее отлетом в Штаты.       Я снова кивнула, возвращая себе облик смертной.       — Расскажите, что случилось с Мирейей? — попросил бывший архангел. — И что бессмертную привело ко мне?       — Вам придется запастись кофе ибо рассказ мой будет долгим, — с улыбкой ответила я.       Было очень легко изливать душу перед тем, кто знал о существовании других миров, но никоим образом более не был с ними связан. Мама всецело доверяла ему, а потому и мне не было смысла что-либо скрывать. Фидеро когда-то помог ей, в первые дни ее земной жизни. Теперь же в похожей ситуации оказалась и ее дочь.       Бывший архангел снял для меня студию в этом же районе и всячески помогал, когда нужно было решить какие-то организационные моменты, как открытие банковского счета. По сути в Италии мне пришлось жить нелегально, так как визу умершему человеку вряд ли бы оформила хоть одна уважающая себя инстанция. Был вариант подделать паспорт, но я отказалась. Выезжать куда-либо за границу до конца действия амулета в мои планы не входило. А что будет потом — так далеко я предпочитала не загадывать.       Еще в университете мне удалось скопить небольшую сумму от продаж картин через различные арт-платформы и она помогала мне в ближайшее время. Я возобновила рисование и переключилась на живопись и рисунок, продавая теперь настоящие полотна. Итальянцы, особенно в возрасте, ценят осязаемые картины, нежели зашифрованный в нулях и единицах цифровой код. А с Фидеро мы стали настоящими друзьями.       Как и большинство небожителей, мой новый знакомый любил книги. Он сам писал и публиковался в нескольких изданиях, но жизнь вел довольно-таки замкнутую. Без него я, наверное бы, пропала. И вовсе не из-за сложностей с обустройством в чужой стране, о нет. Просто присутствие существа, с которым можно было быть самой собой, поддерживало во мне силу духа, не позволяя впасть в полнейшее отчаяние.       И вот настал момент прощаться. Раздался звонок в дверь, возвращая меня в реальность.       — Che e successo, Angela? — с порога раздался обеспокоенный голос друга.       Я взяла архангела за руки, поспешно приглашая внутрь.       — Мне нужно возвращаться.       Фидеро молчал с застывшим недоумением на лице.       — Амулет меня больше не скрывает, — пояснила я, доставая лазурный камень из-под ворота рубашки и снимая его. — Прости, купить канарейку у меня, боюсь, времени не было. Но возьми это себе на память.       Я вложила камень на цепочке в руку друга.       — Ты уверена, что хочешь вернуться? — спросил Фидеро.       — Нет, — ответила я, принимая свой истинный облик и расправляя крылья. — Но, к сожалению, выбора мне не оставили.       Взглянув вверх на высокий потолок я мысленно призвала воронку.       — Пожалуйста, позаботься о моих картинах. Пусть заказчики их получат, даже незаконченные. Раздай их все бесплатно, хорошо? Надеюсь, хоть кому-то они принесут радость.       — Хорошо, Анджела. Не волнуйся об этом.       Я крепко обняла друга.       — Grazie di tutto.       Воздушные вихри уже начали трепать наши волосы, поднимая в воздух разбросанные альбомные листы.       — Addio, arcangelo, — прошептала я.       — Addio, angelo, — донеслось мне в ответ.