Линии

— Вот, поэтому нахуй это все вообще надо. — закончив рассказ какой-то очередной очень интересной истории, подытоживает Леви, помешивая оставшийся в стакане напиток. — Эй, ты меня вообще слушаешь? Я для кого тут распинаюсь? Леви Аккерман — студент 4 курса университета финансов, в который его абсолютно без его инициативы запихнул дядя, которому самому-то было как-то без разницы где будет учиться этот отпрыск, лишь бы в будущем были деньги. А Леви особо много и не спорил, зная, что по специальности точно работать не будет и придумает что-нибудь сам, когда поймёт кем хочет стать, когда вырастет. Поэтому болт на учебе лежал очень плотно с самого ее начала. — А? А, да, я слушаю. А Эрен Йегер — первокурсник, все того же университета, который попал на еще и бюджетное место, только благодаря своим заслугам последних лет школы. И на самом деле был горд тем, что смог добиться обучения в таком месте. Хотя даже он понимал, что в будущем будут еще тысячи путей, которые привлекут его больше, чем работа в офисе до конца своих дней. Слишком уж он активный и непостоянный для чего-то такого скучного. По этой же причине он сейчас и сидел здесь, вместо того, чтобы протирать свои лучшие годы в стенах универа. А сидели они кстати в кафешке за пару кварталов от злосчастного места обучения, уже минут сорок, просто бестолково перемывая кости всем и вся, что только приходило на ум. И казалось бы, что вообще эти двое забыли рядом друг с другом, с такими (би)полярными позициями и вообще жизненными ситуациями. Но, как всегда было известно — противоположности притягиваются. И это был самый наглядный пример. Леви — спокойный, рассудительный, но местами слишком грубый. Не следит за языком, говорит, что думает, плевать хотел почти на всех кроме себя. А Эрен — добрый, довольно отзывчивый мальчишка. Та самая «в каждой бочке затычка». Всегда пытается всем помочь, даже если его не просят и даже наоборот, посылают по всем уже давно известному адресу. Слишком уж он еще верит в людей и все хорошее. И оно не удивительно, жизнь у него далеко не плохая с какой стороны не посмотри. Да и знакомство у них было далеко не по всем канонам кинематографа. Без фанфар, красивых романтичных падений или еще чего. Просто Аккерман еще в начале года, по-приколу со своими тогдашними друзьями решил навариться на первокурсниках, продавая свои конспекты всех предыдущих курсов, которые пусть и были в не самом красивом виде, но содержали столько информации, что и почку отдать не жалко. А там и продуманный Эрен объявился, решая, что лишним не будет и за один раз скупив внушительную стопку общих тетрадей или просто вырванных непонятно откуда листков. А дальше уже никто и не понял как все началось. Сначала Йегер непонятно как нашел Аккермана в соц. сетях, просто чтобы задолбать того вопросами по поводу почерка и попросить «перевод» некоторых фраз из той туевой хучи конспектов. Потом пару сообщений о каких-то новых темах. Вопросы про учебники или программу. Но все в рамках исключительно обучения. Затем они начали здороваться, пересекаясь то там, то тут в коридорах, в столовой на перерывах подсаживаться. И вот все свелось к тому, как они уже в который раз сбегают с пар то одного, то второго и идут куда-нибудь тратить деньги под не важные разговоры. — Ну да, оно и видно, как ты слушаешь. — Аккерман, скучающе подпер голову рукой, даже не ожидая ответа на свое привычное недовольство, переводя все внимание с Йегера на улицу за окном, на которой царила на удивление прекрасная погода, для города в котором неделями могут идти дожди. А Эрен уже и не пытался оправдаться. Понял уже, что бесполезно и подобные фразы и упрёки всегда и везде больше просто для галочки, чтобы не рушить свой образ. И пока Аккерман ублажал внутреннего эстета и созерцал прекрасную картину мира, Йегер скользнул взглядом по сидящей перед ним фигуре, к которой успел знатно привыкнуть. Тёмные волосы с прямым пробором, прядями падающими на лоб, тонкие такие же тёмные брови, вечно сведенные к переносице, металлически-серые глаза и уставший, убийственный взгляд, который даже без эмоций может в полной мере передать все, что в той или иной момент проносится в голове Аккермана, а иногда и заставить самому себе могилу копать. Хотя под его образ это подходит. Леви всегда придерживается общего стиля в своей одежде и поведении. Постоянно носит тёмную одежду, какие-то многослойные конструкции, цепи, кольца. Идеальное сочетание, будто от лучших стилистов. Но при этом во всем есть и постоянство. Аккерман всегда носит одежду только с длинным рукавом. Странное замечание, да. Но Йегер уже не раз ловил себя на мысли, что наверное это неудобно. Всегда и везде быть скованным подобного рода вещами. Даже в тёплое время года, под палящим солнцем и в полностью тёмной одежде, у брюнета ни разу не дернулась рука, чтобы закатить рукава или снять хотя бы один слой своего прекрасного образа. Очень глупо. Какой вообще в этом смысл. В унисон с этими мыслями, пара изумрудных глаз скользнула с лица брюнета на его шее на одежду и руку, которой тот удобно подпирал голову. Ну да, все вплоть до кисти закрыто темным свитером. Но в таком положении, податливая ткань поддалась законам физики, сползая чуть ниже по предплечью, складываясь непроизвольной гармошкой. И открывая вид на запястье, скудно освещённое солнечным светом. Брови Эрена сводятся к центру, а его размышление прерывает ушедший с поля зрения объект его внимания. — На что уставился? — поймав на себе заинтересованный взгляд, спрашивает Леви, убрав руку со стола и одернув свитер на положенное для него место. — Леви, мм… дай руку, пожалуйста. — Зачем? Обойдёшься, нечего меня лапать. Но шатен явно был серьёзен. Даже по взгляду было понятно, что его явно зацепило то, что он увидел. — Дай руку. — уже серьезно требовал парень, смотря на пару не менее серьёзных серых глаз. — Нет. — Зачем ты это делаешь? Для чего? Это же не решение. — Тебя ебет? Не твое дело, ясно? Совсем не твое. — отпираться смысла уже не было. Итак стало очевидно, что стало причиной такой резкой реакции. Недоследил Леви за своим потаенным. — Тебе нужна помощь, а не это! То, что ты делаешь, ничего не решит. Ты должен обратиться к тем, кто сможет. — Я никому ничего не должен! Тебя это касается в последнюю очередь! Я сам решу, что мне делать и к кому обращаться. И это явно не ты. — Ты сам не придешь ни к чему. А я готов помочь. Ты же понимаешь, что так будет лучше. — Отъебись, а? Не лезь со своей помощью, когда ее не просят. Реально людям легче жить будет! — уже вскипает Леви, возможно говоря то, что не нужно было. Но на эмоциях еще и при такой болезненной теме, это было единственным защитным рефлексом. Аккерман итак был бомбой замедленного действия, а в такие моменты мог взорваться от пары фраз. Слишком уж его бесило то, что кто-то считает своим долгом, указать ему как жить. — Ты нихера не знаешь, чтобы делать выводы, чем можешь помочь. Просто не лезь не в свое дело, блять! Аккерман поднимается со своего места, стаскивая потрёпанный рюкзак со спинки стула и всем видом показывая, что лучше уж уйдёт отсюда, чем будет продолжать эту дискуссию. И кинув напоследок что-то вроде «заебали блять», брюнет стремительно покидает это, казалось бы уютное место, сбегая от вновь появившихся проблем. Самый надёжный способ, уберечь себя. Как он считал. А Йегер так и остался сидеть, смотря на уже пустое место, не в силах было даже сказать что-то напоследок. Его действительно задели эти слова. Да, за все время их общения Леви много раз говорил всякую грубую херню и высказывался крайне несдержанно. Но тогда оба понимали, что это не серьезно. И сказано либо в шутку, либо просто, чтобы было. Такие моменты особо и в голову не впадали. Но сейчас… это действительно было неприятно. Так, что аж на душе скребущий осадок остался. Конечно, это было сказано в порыве эмоций, Эрен сам виноват, что полез туда, куда не надо. Но он же действительно хотел просто помочь… как всегда и как всем. И в итоге снова был послан, но явно дальше чем обычно. Собрав свои вещи следом, оставив деньги на столе и закинув портфель на плечо, шатен не особо раздумывая, покинул заведение. Леви очень решительно шёл по оживлённым улицам, проходя все большее расстояния до дома. Его терзали слишком смешанные чувства. Он злился на себя за то, что устроил скандал из-за этого, что снова просто не смог прикусить язык и придумать какую-нибудь глупость на отмазку. И это ведь не в первый раз. Не в первый раз Аккерман вот так психует, срывается и обрывает с кем-то связи, даже не разобравшись. А с некоторыми эти связи потом и не восстанавливались. И конечно, он злится на Эрена, которому одного «нет» не хватило и он продолжил лезть со своей помощью. Да, Леви нужна помощь! Но только, когда он сам научится ее просить.

***

День. Два. А ситуация так и не проявлялась. Это пожалуй был тот самый момент, когда время далеко не все расставляет по местам. После того не самого приятного момента прошло пол недели. А эти двое ведут себя так, будто никогда и не были знакомы. Леви с головой ушел в свою прежнюю компанию. Эрен в свою, и больше никто кажется не горит желанием даже взглядом где-то пересекаться. Не говоря уже о разговорах и посиделках как раньше. Их диалог почти в каждой из соц. сетей улетел далеко вниз и теперь перерывы между парами не окрашиваются встречей где-то в коридоре и лёгкой фразой по типу «пошли со мной на перекур» или «давай сгоняем в магазин?». Неужели все закончится даже не успев нормально начаться? И этого Леви почему-то боялся в тихой панике. А Эрен, судя по своему внешнему виду даже и не придавал этому значения, будто ничего не произошло или уже забыл. Хотя на самом деле, временами на душе все еще скребла обида и выцарапанные в памяти слова. Возможно, они и были главным тормозом в голове Эрена, перед мыслями снова подойти к Аккерману и заговорить. Казалось, что будет еще хуже. И вот, шёл обычный обед. Почти весь университет толпился в столовой так, будто воздух вот-вот закончится. И снова было это разделение. Эрен сидел со своим друзьями за одним столом, где-то ближе к выходу. А Леви мучил свой обед в компании одногруппников в паре столов от них. Аккерман сидел лицом прямо к той несчастной компании, сверля своим самым убийственным взглядом всех ее членов. Но интересовал его, по очевидным причинам, только один. Эрен о чем-то оживлённо общался с остальными, активно жестикулируя, рискуя лишить кого-то обеда своими «крыльями». И Аккермана это откровенно бесило. Его злила и пугала мысль о том, что Йегер вернулся к обычной жизни так просто и беззаботно, будто его и вовсе не волнует ничего. Нет, конечно, это не значит, что Леви хотел бы видеть его страдания, то, какой тот потерянный или то, как он пытается вымолить прощения. Но почему-то в голове Аккермана до последнего была надежда, что шатен первый пойдет на контакт. И пойдет вообще. Но что-то было не так. Что-то во всей этой картине постоянно цепляло взгляд брюнета, но он никак не мог понять, в чем дело. Стоп. Его рука. Рука блять, Эрена Йегера. По спине прошел холод. Это же не может быть то, о чем подумал Леви. Нет, просто не может. — Щас вернусь. — не громко кинул брюнет, поднимаясь со своего места и стремительными шагами направляясь к интересующему его столу. — Я украду его у вас. — в утвердительной форме констатирует Аккерман, схватив Эрена за запястье и потянув за собой к выходу из столовой, так быстро, что бедный студент чуть в ногах не запутался и там же не поцеловал пол, еле поспевая за куда-то очень торопящимся брюнетом. — Что ты творишь?! Куда ты меня вообще тащишь?! — Эрен был очень удивлён такому резкому возвращению этого волнующего лица в его жизнь, но еще больше не понимал, что от него хотят и куда так грубо тащат. И грубо, это еще мягко сказано. Потому что руку сжимали так, будто она сейчас оторвется. Откуда вообще в нем столько силы? — Леви, отпусти! Объясни нормально! — Что это?! Нахуя ты это сделал?! — остановившись в пустом коридоре и наконец-то прерывая вопросы Йегера в пустоту, задаёт свои вопросы Леви, развенувшись к нему лицом и указывая на запястье. Это действительно было то, чего так боялся Аккерман. На тонкой коже, усыпанной венами и капиллярами красовалось три прямых пореза темно-красного цвета из-за свернувшейся крови, еще не успевшей оставить на коже ужасные шрамы. — Что это, я спрашиваю?! — Как ты… Почему тебя это вообще волнует? Это же было не мое дело! Так почему оно резко стало твоим?! — Да потому что ты видимо блять не понимаешь, что делаешь и к чему эта херня приводит. Зачем. Ты. Это. Сделал? — сжимая запястье пальцами, снова пытается добиться ответа Леви, очень зло смотря на Йегера. — Да просто, мне интересно стало, что в этой херне такого, что люди занимаются этим как единственным выходом! Ощутить хотелось на своей шкуре, чтобы знать уже не так нихера! Звук удара сердца вибрацией отбился в ушах Леви, заставляя его на секунду вскинуть брови. Боже, какой же он кретин. Он даже не подумал о том, что наговорил тогда. Неужели это из-за него? — Какой же ты идиот… Это тебе не игрушки, Эрен! Это очень опасно и нельзя творить подобную херню, просто из интереса. — он отпускает его руку, скидывая с плеча портфель, устроив его на широком подоконнике и начиная активно рыться по отсекам. — Зачем ты мне сейчас это говоришь, если хотел, чтобы я сам не лез со своей никчёмной помощью? — Эрен, прости… Я знаю, что я наговорил лишнего со злости, я не подумал и даже не задумался о том, что для тебя могут значить эти слова. Для меня эта тема очень неприятна. И я не привык обсуждать свои проблемы. Я не один из тех, кто будет ходить с табличкой на лбу о том как у меня все хуево и позволять другим лезть. Потому что я блять просто трус, который от своих проблем только бегает. И я не могу просто принять помощь. От кого бы она не была. — парень достаёт из рюкзака небольшой рулон белоснежных бинтов какой-то бутылек, похожий на перекись. Во время своего монолога, он уже аккуратнее берет запястье шатена, начиная проворачивать с ним махинации. И в свете всех этих событий было точно не удивительно, что у Леви с собой в арсенале был весь набор первой помощи. — Слушай… У меня действительно все было очень хуево долгое время… Моя мать умерла почти у меня на глазах, когда я был совсем мелким, меня дважды чуть не посадили по делам несовершеннолетних. Несколько лет назад я… Я потерял своих друзей. Они попали в аварию на машине в которой должен был быть и я, но не поехал. Никто не выжил… И у меня просто уже не было сил ничего делать. Я просто искал что-то, что мне поможет. Я просто хотел сбежать от всей этой хуйни. И вернуться уже не так просто как кажется. Леви рассказывал все будто на одном дыхании. Изливая все, что до этого хранилось так далеко как только возможно. Он никогда до этого не говорил никому столько о себе за один раз. Ему было просто невероятно тяжело даже слово о своей жизни из себя выдавить. Но сейчас… все произошло так быстро. Аккерман будто сбросил груз со своих плеч, не поднимая взгляда на шатена, лишь стараясь медленнее бинтовать его руку. Потому что смотреть в глаза после таких откровений было… страшно? Страшно увидеть там осуждение или отвращение. Эрен стоял в немом шоке от услышанного. Он даже подумать не мог, что все настолько серьезно. И чувствовал себя действительно какой-то сволочью, из-за того, что так бесцеремонно тогда влез в настолько сложные проблемы и такие личные. Шатен просто стоял, глядя на макушку тёмных волос не в силах сказать даже ничего. — Я просто не могу допустить, чтобы что-то случилось и с тобой. Еще и по моей вине. Поэтому, никогда блять, больше так не де- но договорить ему просто не дали. Эрен подался вперед, сокращая и так небольшое расстояние и крепко обнимая Аккермана, понимая, что мало что сейчас может сделать еще. — Боже, прости меня пожалуйста… Я даже не предполагал, что все так. Я не хотел лезть в то, что для тебя так болезненно. Мне правда очень жаль… Я просто хочу, чтобы тебе стало легче. Я готов сделать все, что угодно и пройти через что угодно, чтобы помочь тебе. Но если, ты не хочешь и тебе будет легче не затрагивать эту тему, то только скажи. Я правда сделаю все… — он крепко прижимает его к себе, говоря куда-то в висок. — Я устал, Эрен… Я уже не знаю, чего я хочу и что может мне помочь… Просто сейчас пожалуйста…не делай глупостей хотя бы с собой… А я… я очень постараюсь прислушаться к твоей помощи… — слышится тяжёлый вздох и Леви расслабленно упирается лбом в широкое плечо, прикрывая глаза. Сейчас он просто хочет верить, что все будет хорошо. Что Эрен будет в порядке. Что он сможет ему помочь. Что он просто будет рядом… — Хорошо. Я сделаю все для этого. — в районе виска чувствуется мягкое прикосновение губ, разливающееся слабым теплом где-то внутри, а после над ухом слышится сказанное почти шёпотом собственное имя, заставляющее устало поднять голову в немом вопросе и незамедлительно получить на него ответ. Эрен целует его. Просто без слов давая понять, что все хорошее еще впереди. И что он точно будет рядом, какой бы пиздец не был вокруг. Давая Аккерману почувствовать то, чего ему так не хватало. Заполняя одним только этим поцелуем пустующее в душе место. Это то, что он так искал…