Гарри Поттер и игра смерти

      Через час после того, как Гарри заметил встречу в лесу, Римус и Сириус разыскали его. Оба были весьма рассержены тем, что Гарри снова проигнорировал их указания и начал действовать самостоятельно, но на этот раз информация, полученная Гарри, сумела их успокоить; оба признали ее ценность и, нехотя, согласились с тем, что Гарри был прав, воспользовавшись моментом.       Но если Римус погрузился в задумчивость, как только Гарри закончил рассказывать о том, что он обнаружил, то Сириус…взорвался.       — Яксли! — крикнул Сириус, ударив кулаком по ближайшему дереву. Наверняка останутся синяки на костяшках и содранная кожа, но в данный момент мужчину это, похоже, не волновало.       — Конечно, он замешан! — разглагольствовал Сириус, шагая вперед. — Яксли был одним из стукачей старой доброй Люси еще со времен их учебы в Хогвартсе. А Морган… ну, этот человек — самое настоящее ничтожество, так что то, что он скрывается поблизости, вполне логично.       Римус выразил свое согласие.       — Пока ты был заточен в Азкабане, Люциус помог им обоим добиться впечатляющих успехов в бизнесе. Вместе с ним они оба ответственны за то, что прибрали к рукам большую часть не слишком приятных дел семьи Блэк. Благодаря тому, что Малфой и остальные взяли их под контроль, они не прогорели, когда твоя мать умерла восемь лет назад.       — Аргх! Это еще одна причина для моей ненависти к ним. Эти компашка заслуживала того, чтобы сгнить! Программы принудительного разведения домовых эльфов; порабощение и жестокое обращение с другими разумными видами, такими как кентавры и вейлы; даже незаконная охота на исчезающих магических существ, единорогов! Они достойны того, чтобы быть изгнанными в огненные глубины ада! И я клянусь, что добьюсь этого, даже если это будет последнее, что я сделаю!       Очевидно, одна только мысль о том, что не очень респектабельные делишки его семьи могут все еще существовать — не говоря уже об их процветании — была для Сириуса как прямой укол в почку. Что было неудивительно. Гарри знал, что его крестный отец ненавидел все, за что выступала семья Блэк, когда его родители управляли Поместьем, поэтому известие о том, что другие занялись их делом, вероятно, задело его так, как мало что может задеть.       — Как только Гарри благополучно вернется в Хогвартс на время учебного года, я заручусь помощью Андромеды и выйду на тропу войны, — мрачно пробормотал Сириус. — И если это означает получение силы, необходимой мне для того, чтобы изменить ситуацию, я пройду этот дурацкий тест, придуманный Мерлином и Морганой, и взойду на престол Поместья Блэков. Между этим и положением Андромеды как председателя «Ежедневного пророка», мы должны быть в состоянии сделать несколько шагов и наконец разрушить отвратительное наследие нашей семьи.       — Хороший план, мой старый друг, но не здесь и не сейчас, — коротко сказал Римус.       — Вот именно! Нам нужно сосредоточиться на текущем вопросе, Сириус. То есть остановить запланированное Малфоем нападение на Кубок мира, — сказал Гарри, вставая со своего импровизированного сиденья на куче шишковатых корней. Он провел рукой по своим вечно грязным волосам, пытаясь отвлечь внимание Сириуса от темного прошлого его семьи. — Я не смог наложить на них заклинание «Наблюдение», поэтому не могу прочитать информацию, но из того, что я услышал, кажется, что они — наш лучший шанс завершить квест Игры. Так что теперь у нас есть следующие важные вопросы: личности и происхождение трех людей, которых я видел ранее, почему они помогают Малфою, и как мы можем использовать эти знания, чтобы предотвратить успешное нападение?       Сириус бросил на Гарри суровый взгляд.       — Как ты уже догадался, малыш, оба человека, которых ты преследовал, были Пожирателями смерти, которым удалось вырваться из Азкабана. Яксли воспользовался стандартной защитой Империуса, которую большинство использует, чтобы избежать приговора, а Моргану удалось доказать, что какой-то другой Пожиратель смерти использовал Оборотное зелье, созданное по его образу и подобию, для совершения единственного преступления, в совершении которого он был уверен.       — Почему меня не удивляет, что двое из приятелей папочки Малфоя — бывшие Пожиратели смерти? — Гарри вздохнул и раздраженно потер затылок. — И хотя я знаю об Оборотном зелье, что такое Империус? Я никогда не слышал об этом раньше. Хотя, Морган с Яксли, кажется, тоже об этом говорили.       Сириус растроганно рассмеялся над этим высказыванием, но именно Римус объяснил Гарри проклятие Империус. Очевидно, это было одно из трех Непростительных заклятий, о которых они узнают на четвертом курсе Защиты от темных искусств. И если два других, Круциатус и Авада Кедавра, пытали и убивали людей, то проклятие Империус брало под контроль волю человека и могло заставить его совершить действия, которые он никогда бы не сделал по собственной воле.       Когда Римус закончил объяснять, Гарри заметил, что его лицо немного побледнело.       — Только я подумал, что мир волшебников не может стать хуже, — пробормотал он. — Это почти так же плохо, как то, что Волдеморт сделал с Квирреллом на моем первом курсе, или то, что Дневник сделал с Джинни на втором. Только вместо того, чтобы это было чем-то редким и трудновыполнимым, любой, у кого достаточно сил, может сотворить проклятие Империус и даже не попасться после этого.       — Это, конечно, та еще работенка, малыш. Но именно поэтому ты никогда не должен думать, что знаешь о магии все, — заметил Сириус. — Поверь мне, когда я говорю, что в этом мире есть ритуалы и заклинания настолько темные и злые, что по сравнению с ними Империус выглядит почти милосердным.       Гарри вздрогнул от этих слов. И с ужасом подумал, что теперь у него есть еще несколько вещей, которые можно добавить к списку ужасных явлений, присутствующих в магическом мире, например, чтение мыслей.       — В любом случае, теперь, когда мы знаем двух человек — и, по крайней мере, часть их плана — я думаю, что мы должны начать следить за ними, — тихо сказал он. — В идеале мы могли бы определить и третьего, но я думаю, что пока нам следует отказаться от этого и сосредоточиться на тех, кого мы уже знаем. Так мы сможем помешать им влиять на матчи по квиддичу, когда они попытаются что-то сделать.       — Отличная идея, малыш, — медленно проговорил Сириус. — Но как ты предлагаешь их остановить? Наш первоначальный план специально был весьма туманным, чтобы мы могли оставить наши возможности свободными, пока не получим больше информации. Теперь, когда она у нас есть, нам нужна конкретика.       — Не знаю, — ответил Гарри, покачав головой. — Составление подробного плана никогда не было моей сильной стороной. Это прерогатива Гермионы, поскольку я больше люблю «вливаться в момент».       Это была важная причина, почему они работали вместе и так хорошо ладили. По крайней мере, Гарри хотел бы в это верить.       — Но если мы все соберемся вместе, то я уверен, что сможем что-нибудь придумать.       Волчья ухмылка начала расти на лице Сириуса в ответ на слова Гарри. Это заставило его сердце опуститься, а глаза сузиться в беспокойстве по поводу того, о чем думает его крестный отец.       — Так ты говоришь, что будешь следовать любому плану, который мы все придумаем? — спросил Сириус фальшиво-невинным тоном. — Неважно, каким он будет?       — Конечно, буду, — защищаясь, ответил Гарри. — Иначе зачем бы нам было придумывать его вместе?       — Хм. Понятно. Тогда это звучит как отличное предложение, действительно отличное предложение, — Сириус радостно потирал руки. — Тогда я уверен, что с твоей помощью мы с Римусом сможем разработать эффективный план. Такой, который будет использовать все преимущества каждой из наших уникальных сильных сторон и навыков, не забывая при этом о наших разных уровнях мастерства в других областях. Звучит неплохо?       — Ммм… вроде да? — Гарри уставился на Сириуса с настороженным взглядом. — Хотя что-то в том, как ты это сформулировал, меня беспокоит.       — Формулировка очень важна, Гарри. Будь то в шутке или в жизни, на это действительно надо обращать внимание.       — Спасибо, что воспользовались услугами Дуэльного магазина Физзбана, лучшего в дуэльном бизнесе со времен Первой Войны Гоблинов. Вашим противником будет Синяя команда, номер четыре. Мы надеемся, что вам будет весело и интересно. А теперь, пожалуйста, отойдите в сторону, чтобы можно было обслужить следующего клиента.       Скучный голос симпатичной молодой ведьмы, которой было поручено контролировать регистрационный стол дуэлей, заставил Гарри дернуться. Захватив красный браслет с цифрой три, который девушка должна была передать ему, но не передала, Гарри повернулся и как можно быстро отошел от стола.       Гулкий голос женщины как нельзя лучше отразил общее настроение Гарри. С того дня в лесу он стал заниматься «поиском» или «наблюдением» за некоторыми участками. Якобы потому, что он лучше вписывался в обстановку, чем Римус или Сириус, но Гарри знал, почему это происходит на самом деле.       Эти двое отвлекли его от его собственных поисков. И пока они охотились за головорезами Малфоя, поручили Гарри «безопасные» задания.       Что не могло не раздражать. Ведь хотя наблюдать за профессиональными матчами по квиддичу лично и участвовать в своих первых магических дуэлях было очень увлекательно — и то, и другое Гарри делал довольно часто с того дня в лесу, — осознание того, что его отстранили от собственного расследования, надолго омрачило всю неделю. И даже присутствие нескольких друзей в течение всех дней не смогло его развеять.       Ведь, как знали Сириус и Римус, среди друзей Гарри только Рон и Гермиона были осведомлены об Игре смерти, а Гарри слишком уважал способности таких ведьм, как Андромеда и профессор МакГонагалл, чтобы искушать судьбу и использовать ее возможности перед их зорким взглядом. Этот факт, несомненно, имел в виду Сириус, когда попросил их присмотреть за Гарри в течение нескольких дней, пока они с Римусом будут заниматься «важными делами».       Три дня, проведенные Гарри под пристальным взглядом Молли Уизли и Андромеды, были самыми скучными из всех, даже с учетом того, что быстро взрослеющий Рон — чем его кормила мать этим летом? — выиграл международный юношеский турнир по шахматам среди волшебников, а близнецы чуть не устроили международный инцидент на церемонии награждения. Если бы не острое чувство юмора Джинни — а его открытие оказалось весьма приятным сюрпризом — разочарование, которое он испытывал из-за несправедливости всего этого, могло бы свести его с ума.       Кстати, об этом. Когда Гарри выходил из очереди на регистрацию, то почувствовал, как сильная рука Доры протянулась к нему и крепко обняла. Эта молодая женщина и ее нынешняя подружка, Гестия Джонс, были его кураторами на весь день. И сказать, что они доводили Гарри до изнеможения с того момента, как Сириус и Римус оставили его на их попечение, было бы преуменьшением.       — Мой маленький Гаррикинс расстроился из-за того, что симпатичная ведьма за прилавком не улыбнулась и не похихикала над ним? — Магическая угроза в женском обличье ласково потрепала его по волосам. — Не грусти, я утешу тебя вместо нее. А теперь пойдем, чтобы я могла осыпать тебя любовью и лаской!       Гарри попытался отмахнуться от нее. Но, несмотря на все свои усилия, не смог вырваться из мощной хватки. Возможно, дело в том, что она была магом-метаморфом, а может быть, Дора просто много упражнялась, но эта девушка была очень сильной.       Смирившись со своей участью, Гарри почувствовал, как по его шее поползли мурашки, когда эта дама зарыла его лицо прямо между своих упругих грудей.       Это была главная причина, по которой она и ее подружка доводили его до отчаяния. Обе женщины использовали любую возможность, чтобы заморочить парню голову, после того как Дора увидела, что Гарри покраснел и начал заикаться, когда Гестия впервые сделала это с ним во время их утреннего приветствия. И если что и прояснил этот опыт для Поттера, так это то, что он понятия не имел, как вести себя с противоположным полом.       — Видишь? Разве тебе уже не лучше? — Бодрый тон Доры был особенно раздражающим, поскольку женщина прекрасно знала, что она с ним делает. — Я обнаружила, что если прислонить голову к красивой паре грудей, то можно получить волшебное удовольствие.       Гарри попытался что-то пробормотать в ответ, но нынешние обстоятельства заглушили его слова до неузнаваемости.       Кроме того, Дора, как обычно, восприняла его слова и истолковала так, как ей хотелось.       — Я же говорила! Дальше — массивная долина Гестии. Ее груди в два раза больше моих и очень мягкие. Мне ли не знать, ведь я провела большую часть прошлой ночи…       Чувство опасности покалывало, и Гарри, наконец, удалось с силой вырваться из чужой хватки. Достаточно, чтобы он мог накричать на женщину.       — Дора! Пожалуйста, не на людях! Только не снова. Двух раз было достаточно.       Когда люди смотрят на тебя, а девушка рассказывает — в явных и довольно ярких подробностях — о своих сексуальных похождениях накануне вечером, это ужасно. До такой степени, что даже раздражение Гарри по поводу того, что его отвлекли от его собственных поисков, отошло на второй план.       — Оу. Но это совсем не весело. Ты должен думать об этом как о приобретении ценного опыта из вторых рук, Гарри. Это сослужит тебе добрую славу, когда ты впервые ляжешь в постель, ведь никто не знает женское тело так, как другая женщина.       Засмеявшись, Дора подмигнула Гарри и снова притянула его к своей скромной груди.       — О, какие истории я могу рассказать о чуланах для метел в Хогвартсе. Не зря старик Филч проверяет их, словно ястреб, ищущий мышь, уж поверь мне! Но об этом мы поговорим позже. Тебе пора отправляться на свою маленькую дуэль, а я найду Гестию и ее огромную грудь, чтобы мы обе могли поддержать тебя!       Вопреки здравому смыслу Гарри обнаружил, что на самом деле он не возражает против этого заявления. По той простой причине, что Дора была права. Грудь Гестии была довольно большой и мягкой. И хотя бюст Доры был хорош — хотя Гарри не смог бы сказать ей об этом — было что-то… другое, когда его обнимала более крупная женщина.       По всему телу Гарри разливалось теплое и сладкое чувство, приятное, но очень, очень и очень непохожее на то, что он испытывал, когда миссис Уизли обнимала его подобным образом. Все это было настолько странно и непонятно для него, что сразу после того, как это произошло, в его мозгу всплыли лица нескольких знакомых девушек.       Чо была несомненно хороша, учитывая, как сильно она ему нравилась. Следующие звезды его воображения, Дафна Гринграсс и Сьюзен Боунс, обладали лучшим сочетанием хорошей внешности и развитой фигуры среди всех детей их возраста. Оба их имени всегда всплывали в разговорах мальчиков из класса Гарри о самых красивых девочках в его группе.       Но Гарри чувствовал себя очень странно, когда лицо и грудь Гермионы сами собой появлялись в его коротких галлюцинациях. Когда ее лицо возникло в первый раз, его вид вывел Гарри из оцепенения и заставил его бежать прочь от Доры и ее подружки быстрее, чем это можно было бы счесть мужественным. Оглядываясь назад, можно сказать, что это была одна из главных причин, почему обе женщины с огромным удовольствием подвергали его таким объятиям в течение всего дня.       Встряхнув головой, Гарри бросил взгляд на розоволосую угрозу обществу, которая все еще обнимала его.       — Тогда беги к ней, Дора, — прокомментировал Гарри с таким достоинством, на какое только был способен в данной ситуации. — Я должен выиграть дуэль.       Дора отсалютовала в ответ, наконец-то отпустив его.       — Да, сэр, мистер Поттер, сэр. Только не забудьте показать этим иностранцам, на что способен такой симпатичный маленький британский жеребец, как ты, хорошо?       — Можешь рассчитывать на это, Дора, — сказал Гарри, делая все возможное, чтобы проигнорировать ее последний дразнящий укол. Он не знал, сколько еще сможет выдержать, прежде чем сорвется. — Я не позволю, чтобы то, чему ты и остальные научили меня за последние несколько недель, пропало даром.       — Ха-ха! Вот это дух! Кстати, если ты действительно выиграешь, то мы с Гестией засунем тебя между нами, пока будем обниматься. И, возможно, добавим еще кое-что, если ты одержишь победу достойно, если понимаешь, о чем я.       Мысли Гарри на секунду остановились, пока он пытался понять, что Дора имеет в виду. И когда они начали идти по определенному пути, Гарри почувствовал, как его прежний румянец перерос в нечто, что, вероятно, напоминало заходящее солнце.       — Хех. Похоже, твои мысли движутся в правильном направлении, маленький извращенец. Наслаждайся прощальным подарком, Гарри, и думай о том, что может ждать тебя в будущем!       Сказав это, розововолосая девушка подмигнула ему, а затем скрылась в толпе, смеясь во всю силу своих легких, пока искала свою пропавшую подругу.       Гарри бросил на нее ответный взгляд. Затем он направился к дуэльным платформам, уши и шея все еще горели от прощальной дразнилки Доры.       — Глупая Дора. Глупые девчонки. Дурацкие гормоны! И глупый Сириус, втянувший меня в этот бардак, — бормотал Гарри себе под нос на ходу. — Почему все не может быть проще? С любой из них? Даже с одной было бы неплохо.       Справиться с любой было утомительным занятием. Но когда в его жизни почти постоянно присутствуют все четверо, а трое из них навязчиво лезут ему в лицо в такие дни, как сегодня, Гарри чувствует, что его обычное терпение и самообладание начинают иссякать. В сочетании с раздражением от того, что его отодвинули на второй план, Гарри ощущает себя чайником, наполненным до краев кипятком.       Если бы только у него был способ отвлечь Дору и сбежать, чтобы заняться своими поисками. Тогда он мог бы освободиться от этой ерунды и заняться чем-то более плодотворным. Но возможности сделать это незаметно для Доры пока не было, поэтому пока Гарри мог только выплескивать свое разочарование на тех, кому не повезло выйти с ним на дуэльный ринг.       Гарри огляделся и обнаружил, что неподалеку стоит его соперница, о чем свидетельствовал синий наплечный значок с цифрой четыре. Это была молодая девушка, может быть, на год или два старше его самого, и одета она была в красно-белые цвета сборной Японии. На девушке была какая-то формальная одежда, смутно напоминающая мантии, которые носят британские ведьмы и волшебники, но с гораздо большим количеством рюшей и наружных швов.       Быстрый просмотр ее статистики с помощью «Наблюдать» выявил имя и способности девушки.

Кагоме Тендо

Молодая девушка, обучающаяся на мико, или японскую служительницу святилища, Кагоме — дама, застрявшая между прошлым и настоящим. Две ее старшие сестры и один младший брат вместе с родителями живут с дедом по материнской линии в древнем святилище. Ей нравятся симпатичные мальчики, которые занимаются спортом, а в свободное время она любит печь.

Возраст: 15

Уровень 58

Статистика:

СИЛ: 38

ЛВК: 55

ВЫН: 32

ИНТ: 70

МДР: 53

ХАР: 77

Черты:

Дуэлянт

Доброе сердце

Скромная

Тщеславная

Иностранная фанатка квиддича

      По меркам студентов Хогвартса Кагоме была сильной для своего возраста. Кроме того, у нее было больше черт характера, чем у большинства людей её возраста, которых видел Гарри.       Но статистика девушки была не так высока, как его собственная. Это означало, что она не представляла для него особой угрозы, если только он не ослабит бдительность или не станет чересчур самоуверенным. Ни то, ни другое не могло произойти.       Он поднялся по нескольким коротким ступенькам и спрыгнул на ринг. Круглый по форме, он имел диаметр около восьми метров. В шатре было много более сложных дуэльных рингов, но этот был создан для таких любителей, как Гарри, и поэтому был довольно простым.       — Дуэлянты. Предъявите свои палочки для проверки.       Гарри и его соперница подошли к судье и передали ему свои палочки. Проверив их и убедившись, что они обе в рабочем состоянии, он вернул их владельцам.       — Поскольку я впервые вижу вас здесь, позвольте объяснить правила. В международном дуэлянтском поединке любительского уровня есть три раунда, и тот, кто выиграет два из трех, будет победителем. Вам разрешено делать следующее: оглушать, связывать или иным образом обездвиживать противника заклинаниями 2-го уровня и ниже. Заклинания 3-го уровня и выше запрещены. Это означает, что такие заклятия, как Экспеллиармус и Петрификус Тоталус, допустимы, а такие, как Ступефай и Инкарцериус, запрещены. Наконец, вам разрешено вступать в физический контакт с противником, но вы можете выиграть дуэль, только если обездвижите соперника с помощью магии. Кроме того, вам запрещено произносить заклинания, целью которых является причинение физического вреда человеку или предмету. Понятно?       Гарри сжал свою палочку и кивнул в знак согласия. К этому моменту он уже слышал их десятки раз. Кроме того, правила этого вида соревнований были намного проще, чем те, которые он изучал для предстоящей дуэли с Малфоем.       Рефери посмотрел на Гарри и его противника, они оба приняли стойку готовности.       — Очень хорошо. Тогда через 3… 2… 1… начинаем!       Гарри взмахнул палочкой, чтобы нанести быстрый удар, которому его научил Римус, и постарался направить его немного не по центру.       — Коллошио!       Заклинание не попало в его противника, но заставило девушку уклониться в сторону, прежде чем она смогла закончить произносить свое собственное заклятие.       Кроме того, это заставило ее оказаться именно там, где хотел Гарри.              — Экспеллиармус!       Красная струя света ударила в грудь девушки, отбросив ее тело назад и отправив ее палочку по воздуху в руку Гарри.       — Раунд 1: окончен! Красный участник победил.       Гарри улыбнулся и трусцой побежал к девушке. Он протянул ей руку, которую она приняла с благодарной улыбкой. После обмена любезностями — девушка говорила на удивительно хорошем английском — он вернул ей палочку и возвратился на прежнее место. Девушка сделала то же самое, в её темных глазах застыла чистая решимость.       Рефери посмотрел на пространство между Гарри и его противником.       — Через 3… 2… 1… начинаем!       Гарри снова пошел на быстрый выпад.       — Стелеус!       На этот раз Кагоме блокировала заклинание, произнесенное на языке, который, по мнению Гарри, предпочитают японские маги. Их заклинания встретились в воздухе и разлетелись на множество разноцветных искр.       Но это световое шоу было ничем по сравнению с тем, что произошло дальше, когда девушка подняла свою палочку и направила ее прямо на него.       — Тайё Фуреа!       Секунду Гарри мог видеть. Затем из кончика палочки вырвался взрыв ослепительно-белого света, ослепивший Гарри и пронзивший его глаза раскаленными добела дугами боли. Он почувствовал, что начинает пятиться назад, но остановился прежде, чем успел сделать больше шага. Атака девушки могла быть неожиданной, но его учили действовать именно по такому сценарию.       Гарри метнул два быстрых «Коллошио» в том направлении, где он видел ее в последний раз. Вскрик дискомфорта его противника заставил Гарри подумать, что он вынудил ее пригнуться к земле, поэтому он изменил угол наклона своей палочки и попытался выстрелить туда, где слышал ее голос. При этом Гарри отчаянно моргал глазами, пытаясь ускорить возвращение зрения.       Отрывистое ругательство на японском языке подсказало Гарри, что он снова подобрался к цели. Но когда девушка выкрикнула что-то, что могло быть только словами заклинания, настала очередь Гарри уклоняться.       Он бросил свое тело на землю и перекатился вправо, надеясь, что ему удастся сбить прицел девочки. Звук заклинания, безвредно расплескавшегося на земле рядом с ним, заполнил его уши, и он понял, что это был очень близкий удар. Но Гарри продолжал бежать, его пространственное восприятие, натренированное квиддичем, подсказывало ему, что до края кольца осталось восемь футов.       Еще пять заклинаний бросились на него со стороны противника, но, кроме сгустка липкой слизи, попавшего в край его рукава, Гарри удалось избежать их всех. Он кувырком выскочил и поднял палочку из положения стоя на коленях. Его зрение, хотя и размытое, восстановилось настолько, что он смог разглядеть фигуру девочки.       — Экспеллиармус! Титилландо! Петрификус Тоталус!       Три заклинания обрушились на его противника; от каждого из них она ловко уклонялась. Но, вернув преимущество на свою сторону, Гарри продолжал натиск и выпускал заклинание за заклинанием в танцующую фигуру девушки. Только когда она сделала кувырок, чтобы избежать обезоруживающего заклятия и комбинации других заклинаний «студенистых ног», Гарри смог наконец прижать девушку магией связывания всего тела и поставить точку в матче.       Гарри победно поднял руки после того, как судья проверил состояние девушки и объявил его победителем. То, что его отвлекли от поисков и пришлось разбираться с безумием Доры, раздражало. Но дуэли были веселыми, когда он выигрывал… а выигрывал Гарри часто.       Пожав руку симпатичной девушке и получив ленточку в знак победы, Гарри спустился по ступенькам и вернулся в толпу дуэлянтов. Никогда еще он не был так рад, что его слава не настолько велика, чтобы распространяться на весь земной шар, поскольку только один из ожидающих своей очереди назвал его имя и протянул руку для рукопожатия. Гарри потребовалось всего несколько секунд, чтобы дойти до того места, где он увидел Дору и Гестию, которые ухмылялись и махали ему руками.       Их улыбки были заразительны, и Гарри почувствовал, как расширяется его собственное лицо, когда он поприветствовал Дору.       — Ну что? Что ты думаешь о дуэли, о великий и могучий кандидат в авроры?       — Это было здорово! — восторженно воскликнула Дора, ее волосы вспыхнули множеством ярких цветов.— Тебе еще многому предстоит научиться, но ты проделал огромный путь с тех пор, как мы впервые начали дуэли в Коттедже. Например, то ослепляющее заклинание, которым тебя ударили, было чем-то иным, и оно бы победило тебя, когда ты только начинал. Это был отвратительный, но блестящий маневр девушки, и не многие люди твоего возраста смогли бы выиграть у нее.       — Я так волновалась за тебя, когда она это сделала, — с придыханием произнесла Гестия. Длинные черные волосы женщины обрамляли бледное лицо, которое даже отдаленно не выглядело обеспокоенным, но которое все равно по какой-то странной причине заставило сердце Гарри учащенно биться. — Я думала, что ты у нее в руках и что нам придется тебя потом подбадривать.       Гарри нервно покачал головой и попытался прогнать мысли о том, что могло бы «развеселить его».       — Спасибо, но этого никогда бы не случилось. Римус и Сириус завязывали мне глаза на некоторых из наших шуточных дуэлей со второго дня, когда начали готовить меня к бою с Драко. Так что, хотя ее поступок был неожиданным, это не было чем-то таким, с чем я не смог бы справиться.       — Ох-хо-хо, — закричала Дора. Она протянула руку и ударила Гарри по спине с такой силой, что он споткнулся. — Посмотрите, кто теперь ведет себя так могущественно, как будто он выиграл свою первую дуэль. На твоем месте, Гарри, я бы была осторожнее, потому что твои штаны, похоже, готовы вот-вот лопнуть.       — О, не будь с ним так груба, Дора, — укорила Гестия, обнимая подругу за стройную талию. — Ему еще только тринадцать. Позволь ему насладиться моментом победы, а награду, которую ты обещала, мы дадим ему позже.       Гарри почти позволил себе увлечься словами Гестии. Но потом что-то в них засело у него в голове и заставило нахмуриться.       Погоди-ка. Неужели Дора думала, что это была его первая победа? Или даже его первая дуэль в шатре?       — Стоп, подождите минутку, девочки, — Гарри вмешался, покачав головой. Моя первая победа? Я думаю, что вы обе что-то упускаете.       Гарри сузил глаза, глядя на двух дам, когда в его голове сформировался простой план. Награда Доры была бы приятной — очень приятной, — но у Гарри на уме было кое-что еще лучше. Урок, который он недавно получил от своего крестного отца и который Гарри намеревался применить на практике.       Месть. Месть за все те поддразнивания, которым эти две дамы подвергали его весь день. И месть за то, что его крестный отец почти всю неделю находился в стороне.       С улыбкой на лице, которая, как он знал, была смазливой, Гарри достал метафорический кинжал и приготовился глубоко вонзить его.       — Дора, я приходил сюда примерно на два часа в день в течение почти целой недели. Это сороковая дуэль, которую я выиграл, а не первая, — Гарри сделал небольшую паузу для драматического эффекта. — А я упоминал, что это было сорок побед подряд? И что я непобедим?       Дора уставилась на него в недоумении.       — Чушь.       Кинжал попал в цель. Теперь пришло время повернуть его.       — Правда? Тогда что все эти ленты делают здесь, в моем владении?       Потянувшись в задний карман брюк, Гарри достал небольшой буклет, который он купил в первый день пребывания в палатке. Открыв ее, он поднес заполненные лентами страницы к лицу молодой женщины.       — Считай их и плачь, Дора!       На мгновение женщина замолчала, пока действительно считала их. А затем, недоверчиво, пересчитала их снова.       На третий раз Гарри почувствовал, что его самодовольная ухмылка может соперничать с интенсивностью ослепляющего заклинания его предыдущего противника. Он наблюдал, как волосы совершенно ошеломлённой женщины переливаются буйством красок. От розового к белому, к фуксии, к зеленому лайму, и так по всей радуге, прежде чем вернуться к своему обычному оттенку горячего розового. Волосы Доры рассказывали историю ее кружащихся эмоций, и Гарри с удовольствием наблюдал за этим.       О, как бы он хотел сделать это с Сириусом. Но Гарри придется довольствоваться Дорой, пока он планирует месть своему крестному отцу.       В конце концов молодая женщина в полной тишине передала книгу обратно Гарри. Затем она отступила назад и прокашлялась, как бы прочищая пересохшее горло.       — Ну, сорок побед еще ничего не значат, малыш. Даже если они были подряд. Конечно, это впечатлительно для твоего возраста и все такое, так что ты молодец, но я могла бы получить столько побед подряд за один день, если бы была действительно серьезно настроена.       — О? Ты уверена? — со смехом поддразнил Гарри. Но не успел он еще больше поиздеваться над мило краснеющей девушкой, как на экране появилось уведомление от Игры смерти.       Оно пришло как нельзя вовремя.

Динь!

Потеряйте хвост

Обманите назначенную вам помощницу, сыграв на ее духе соперничества, и верните себе свободу, совершив быстрый побег.

Награда за квест:

1 уровень

Пожалуйста, выберите

Да или Нет

      Наконец-то! Игра дала Гарри возможность вернуться к тому, чего он хотел. И он даже знал, как это сделать.       Гарри приложил все усилия, чтобы сгладить наглую улыбку на своем лице до уровня раздражения Малфоя. Возможно, его предыдущие действия уже заложили основу, но для достижения успеха ему придется выложиться по полной.       — Тогда докажи это. Иначе ты просто болтунья, и я навсегда останусь лучше тебя в дуэли.       Со своего места на соседнем барном стуле Хвост под Оборотным зельем наблюдал за тем, как Поттер и его симпатичная надзирательница-аврор вступают в перепалку.       О чем бы ни спорили эти двое, казалось, что мальчик победил. По окончании поединка на лице парня появилась раздражающая улыбка, а молодая женщина направилась прочь от Гарри и к стойке регистрации дуэлянтов со всей грацией разъярённого великана. Ее бледная подружка пошла следом, оставив паренька Поттера в одиночестве с самодовольной ухмылкой на лице.       Хвост почувствовал, как дернулась рука с палочкой. Поттер не подозревал о его присутствии. И мальчик теперь был без защиты надсмотрщиков, которые были с ним почти всю прошлую неделю. Было бы просто взять мальчика и привести его туда, где ждал Темный Лорд.       Но это был не его приказ. Поэтому вместо этого Хвост предпочел допить остатки теплого пива и проследовать на безопасном расстоянии, когда мальчик вышел из палатки.       Привести отпрыска Поттера к своему хозяину было бы приятным бонусом, но он следил за ним уже несколько дней, и досье, которое его Лорд велел составить на мальчика, было почти готово. Выполнить порученное задание было важнее, чем получить дополнительное достижение.       Кто-то мог подумать, что мальчику повезло, что его не похитили или не убили. Но, по мнению Хвоста, эти люди были бы неправы. Ведь позволить теленку откормиться перед тем, как его зарежут, не было актом милосердия.