Богиня закона и правосудия

Pov: Бруна.

14 января 1938 год.

Мы с отцом решили погулять в парке. На улице было прохладно, где-то -2°С. Хотя для кого как. Мне было прохладно, а отцу холодно. Поэтому он оделся, как будто идёт на северный полюс. Ну ладно, зато не заболеет. В парке мы общались на разные темы. То про любовь, то про политику, то про его работу. И конечно же я опять затронула тему армии. — Да что тебя так тянет в эту армию? Дома что ли не сидится? — завозмущался Абрахам. — Да ты пойми, я уже нашла проблему на этой планете, а дальше скрываться не могу. А если я буду служить в армии, то потом смогу официально убивать Гидру. — Ладно, договорюсь я о твоей армии. Но в Америке такого нет, только в Англии. — Прекрасно. Мы собирались идти дальше, но нас окружили человек десять с оружием. Я уже хотела использовать магию, но Абрахам положил свою руку на мою и покачал головой. — Поднимите свои руки! — Мы послушались приказу. — Девушку мы заберём с собой, а мужчину вырубите. — Один из них подошёл ко мне и приставил пистолет к виску. — Стойте, возьмите лучше меня, только не трогайте её. — взмолился Абрахам. — Пап, нет. — Ты же учёный? — спросил один из налётчиков. Абрахам кивнул. — Что ж, Шмидту ты пригодишься, и он знал, что ты так сделаешь. — Только позвольте попрощаться с дочкой. — попросил Абрахам. — Хорошо. У тебя минута. Абрахам подошёл ко мне и обнял. — Даже не вздумай к ним идти. Я смогу нас вытащить. — Доча, — он положил руку на щёку, — на мне жизнь не заканчивается. Ты ещё будешь счастлива. И тем более ты должна выполнить миссию. — Пожалуйста. — мои глаза наполнились слезами. — Время вышло. Они забрали его, а ко мне подошёл один и приставил ствол ко лбу. — На колени. — приказал тот. Я встала на колени и положила руки за голову, чтобы претензий не было. — Благодаря отцу, ты останешься тут. Даже не вздумай искать его. Или погибнут все, кого ты любишь. Поняла меня?! — Я молчала. — Ты поняла меня, сучка?! — Да. Они ушли. Я продолжала сидеть на коленях. В один момент по парку был слышен крик. Мой крик, полный боли. Сколько же я так просидела? Я не знаю. И удивительно, что никого в парке не было. Они специально всё так подстроили? Или им просто повезло? Надоело так сидеть. Я пошла домой и продолжала плакать. Почему из-за меня все страдают? Ну почему? А по пути мне встретились Баки и Ребекка. Вот только их мне сейчас не хватало. — Бруна, что случилось? Почему ты плачешь? — поинтересовалась Ребекка. — Какая разница, что произошло. Этого уже не вернуть. — прикрикнула я. — Успокойся. Пошли домой, а потом ты нам всё расскажешь. Мы пошли домой к Барнсам. Там Джеймс мне принёс воды, а Ребекка успокоительное. Я выпила таблетки. Вспоминая все события в парке, слёзы текли с новой силой. Джеймс сел рядом со мной на диван и сжал мои руки. — Иди сюда. — Джеймс притянул меня к себе и обнял. Я уткнулась лицом в его шею и продолжала плакать. Кое-как, заикаясь, я начала говорить: — Они забрали его. Забрали папу. — Кто забрал? — спросил Джеймс. — Гидра. Мы гуляли в парке, как вдруг нас окружили. Они хотели забрать меня, но отец предложил себя. И они его забрали. Я сильнее прижалась к Джеймсу. Да за что мне это? Так и знала, что не надо было ни к кому привязываться. Но я просто хотела любви. А в итоге пострадал Абрахам. Теперь я точно пойду в армию. Я должна его найти. — Мне надо будет уехать. — Куда ты собралась? — спросила Ребекка. — В Англию. — Ты с ума сошла? — Баки отодвинулся от меня и посмотрел в глаза. — Что ты там будешь делать одна? — Баки, об этой поездке я думала очень давно и уже всё запланировала. — Ему не обязательно знать, что это спонтанное решение. — Но это же опасно. — не унимался Джеймс. — Опасность нас подстерегает всегда. И сегодняшний день тому доказательство. — А если с тобой что-то случится? — Джеймс встал и как-то нервно ходил по залу. — Хуже уже точно не будет. Бак, не пытайся меня отговорить, я уже всё решила. — Ладно ты не думала о себе. Но ты подумала о Стиве? О Ребекке? Обо мне? — он активно жестикулировал, когда всё это говорил. Я встала и сказала: — Баки, перестань. Я уже всё решила и отменять свои планы не собираюсь. Джеймс подошёл и обнял меня. — Я ведь переживаю за тебя. — Я знаю, но так будет лучше. Тем более я буду вам звонить. — Ладно. Когда ты собираешься уезжать? — спросил Джеймс. — Где-то через неделю. — Так скоро? — Да. Надо будет поскорее решить все проблемы. Он некоторое время помолчал, а потом сказал: — Пошли, я тебя до дома провожу. До дома мы шли в полной тишине. Только возле него я смогла начать разговор. — Ты прости, что не сказала раньше о поездке. — Ничего страшного. — А по его лицу было видно, что ему не всё равно. — Я же знаю, что это важно для тебя. Можно тебя кое о чём попросить? — О чём? — Проверяй иногда мою квартиру, а то я переживаю, что её ограбят. — Без проблем. — Спасибо. Как только я зашла в квартиру, сразу же договорилась насчёт армии. Сказали, что меня встретят. Я купила билеты на паром. За эту неделю бросила учёбу и уволилась с работы. Я собрала все необходимые вещи и на глаза попался портрет Джеймса, который нарисовал Стив. Тогда мы сидели в парке и ели мороженое. Стив сидел со своим блокнотом и что-то рисовал. Как оказалось он нарисовал меня и Джеймса. Мой портрет он отдал Баки, а его мне. И почему он так сделал? До сих пор не понимаю. Но я ему благодарна за это.

Pov: Ребекка Барнс

Провожать Бруну пришла вся наша семья и семья Стива. Сначала с ней попрощалась Сара и подарила фотоальбом. — На память о нас. — сказала миссис Роджерс. После пошла мама. Она обняла Бруну и сказала: — Удачи тебе. — Спасибо. — тихо поблагодарила Бруна. Я подошла к ней и крепко обняла. У меня потекли слёзы. Я не хочу, чтобы Бруна уезжала. — Надеюсь, ты будешь счастлива. — Обязательно. — Бруна вытерла мои слёзы и ещё раз обняла. Она сама еле сдерживала слёзы. Следующим пошёл Стив. Он тоже обнял её и сказал: — Ты только не забывай нас. — Как же я вас забуду? Вы же вся моя жизнь. — по её лицу потекли слёзы. Баки подошёл к ней. Бруна сразу же обняла его и разрыдалась ещё больше. — Тише, всё будет хорошо. Мы же будем общаться. — Баки гладил её по спине. Бруна посмотрела ему в глаза, а Баки вытер её слёзы. — Ну перестань плакать. У меня сердце кровью обливается, когда ты в таком состоянии. Бруна немного усмехнулась. После они прислонились друг к другу лбами. Да поцелуйтесь вы уже, ну пожалуйста. — Мне пора идти. Пока. — Пока. ДА ЕП ТВОЮ МАТЬ! ЭТОГО ОПЯТЬ НЕ ПРОИЗОШЛО! Меня это уже бесит. Ну Джеймс, почему ты ей не сказал о своих чувствах? Бруна пошла на корабль, и вскоре он отчалил. А Баки всё стоял и смотрел в даль. Я подошла к нему и положила руку на плечо. — Почему ты ей не сказал? — Ты о чём? — спросил Джеймс. Ага, как будто ты не понимаешь. Так я и поверила. — О своих чувствах. — Беки, мы просто друзья и никаких чувств у меня к ней нет. — Да, конечно. Конечно. — Не хочешь, не верь, но я говорю правду. — стал оправдываться братец. — Хотя бы себя не обманывай. — Давай закончим этот бессмысленный разговор и пойдём домой. — Ну пошли.

Pov: Бруна

Мне показали мою каюту. Я сразу же легла на кровать. Как же быстро всё переменилось. Даже вспомнился один момент с Абрахамом. Мы с отцом готовили ужин и тут он спросил: — Бруна, а у тебя случайно возлюбленный не появился? — Нет, а что? — И даже совсем никто не нравится? — Не нравится. — И даже Джеймс? Так вот к чему он клонит. А я думала к чему такие вопросы? А дело вот в чём. — Пап, он просто друг. — Так всё-таки нравится? Как не бомбануть? — Да, чёрт возьми. Он мне нравится. Легче стало? — А почему ты ему не признаешься? Этот допрос когда-нибудь закончится? Я тяжело вздохнула и сказала: — Потому что он мой друг, и скорее всего чувства не взаимны. А ещё я боюсь, что он пострадает. И мне будет тяжело с ним прощаться, когда я выполню своё задание и покину эту планету. — Ну я же не пострадал, хотя я с тобой дольше живу. — Это ещё может произойти. — Ладно, я не об этом. — Пап, я не собираюсь ему говорить о своих чувствах. — Ладно. Вы взрослые люди. Как-нибудь сами разберётесь. М-да, тогда, конечно, был жёсткий допрос. А ещё он говорил, что не пострадает из-за меня. Всё-таки пострадал. Я найду тебя, отец, обещаю. Интересно, как там Баки. Я взяла его портрет и долго рассматривала. Надеюсь, ты простишь меня.