tattoo boy

      Он снова сидит за своим излюбленным столиком в углу, даже не удосужившись снять капюшон толстовки. Темные волнистые пряди спадают прямо на лицо, но их обладателя, кажется, это не смущает — он продолжает рыться в собственном телефоне, мягко водя пальцами по экрану. В ушах всё те же чёрные наушники, и по универу уже ходили слухи, что те уже стали частью тела парня — никто не видел, чтобы он их когда-нибудь снимал.       — Ты снова туда смотришь.       Услышав голос справа от себя, моргаю пару раз и поворачиваюсь лицом к парню напротив. Он смотрит на меня с немым вопросом в глазах а-ля «Ну, опять?»       Да, кажется, опять.       — Перестань так делать, ему может быть некомфортно.       Чонгук всегда был мягкотелым, доброжелательным человеком, которого заботит комфорт других настолько, что порой он забывает про свой собственный.       Я на секунду возвращаю взгляд на парня в углу и снова отворачиваюсь, как только понимаю, что тот так и не поменял своей позы. Скучный.       Загадочный.       Ким. Чёртов. Тэхён.       Тихо скулю, пряча лицо в ладонях.       — Да ему вообще наплевать, смотрят на него или нет, — дуюсь я. — Он же этакая экзотическая птица.       Чонгук тихо смеется себе под нос, продолжая свой обед. Я опускаю руки, глядя на свой поднос с едой, к которой так и не притронулся, с сожалением отмечая, что обеденный перерыв подходит к концу, а я так и не успел нормально поесть. Буду ли я винить во всем загадочного парня? Конечно. Прямо сейчас и начну.       Вы наверняка спросите, чем же этот мрачный юноша так привлекает внимание каждого студента в этом университете. Татуировки. Чёртовы татуировки. Университет не запрещает их, но в то же время и не поощряет. Пусть это учебное заведение и считается одним из самых современных в Корее, да и преподаватели здесь в большинстве своем молодые и более или менее понимающие, все равно иметь татуировки — дико. Хорошо, делай, что хочешь. Плечи, спина, грудь — пожалуйста, за слоями одежды чернильные рисунки и не углядишь. Но лицо. Татуировки на лице — вот это дикость. Поэтому и парня, носящего их, называют диким и чаще всего избегают.       Но, кажется, его это не смущает в той же степени, как и не смущают постоянно лезущие в лицо пряди волос. Порой возникает чувство, что Ким Тэхёна вообще ничего не может потревожить, сбить с колеи. Уж слишком он спокоен, непоколебим, серьёзен.       По-моему, это произошло через пару дней после начала учебного года. Прошлись слухи, что к нам переводят студента из другого университета. Естественно, никто не смог удержаться от замечаний в стиле: «Неужели так ленился, что они решили просто его сплавить?» А потом все увидели его. И слухов пошло еще больше.       «Он похож на плохиша, не удивлюсь, если он и здесь что-нибудь учинит, за что его и отсюда выпрут, как пса блохастого».       «Может из-за татуировок его этих?»       «Наверняка не смогли его просто отчислить, вот и спровадили по-хорошему».       Мне такие разговорчики не нравились. Чонгук был со мной солидарен, и мы старались проходить мимо и игнорировать такие слухи.       Только вот самого героя этих слухов игнорировать у меня совсем не получалось.       Безусловно, не одно только мое внимание привлекала его нетипичная внешность, но, думаю, в нём было есть что-то ещё, что каждый раз будит мое любопытство.       Думаю, я просто падок на все загадочное и таинственное. К слову, книги в жанре «мистика» — одни из моих любимых. Видимо, не просто так.       — Ты свободен после занятий? — спрашивает друг, обернувшись. — Хосок предлагал посмотреть фильм вечером. Кажется, его снова бросила девушка, вот и пытается отвлечься.       — Эх, бедолага, — усмехаюсь я. — Это уже пятый раз за этот год?       Чонгук кивает, и я прыскаю от смеха, мотая головой. Пять раз за три месяца расстаться с девушкой — на такое способен только Хосок.       Чон Хосок — сосед Чонгука по квартире. Они нашли друг друга случайно — через Инстаграм. Теперь снимают квартиру вместе. Я им даже немного завидую — всё-таки жить в родительском доме немного не то. Вот делить жилищное место со своими друзьями — это другое дело. Я, конечно, пару раз оставался у них на ночь, но это в любом случае отличается от разделения продуктов, совместной уборки квартиры, занимания очереди в душ и так далее, и тому подобное. Эх, мне, как человеку, живущему в доме с родителями, этого не понять.       — Передай ему, что сегодня не получится. Дедлайны поджимают — боюсь, придется сидеть в библиотеке до самого закрытия.       — И кто тут бедолага? — блестит глазами Чонгук, хлопнув меня по плечу. — Ладно, тогда до завтра.       Помахав другу, я направляюсь на последнее занятие на сегодня. Правда, скорее всего я снова не смогу сосредоточиться на лекции, обращая всё свое внимание лишь на одного человека, находящегося в аудитории. И это не преподаватель.

※※※

      Слишком громко. Он прикрывает глаза, вдевая в уши наушники. С прошлого раза пришлось купить новые. Теперь он несколько раз подумает, перед тем как давать дружкам своего отца то, что они просят. Лучше уж терпеть насмешки и пинки, чем разориться.       За стенкой что-то разбивается, после чего раздаётся заливистый смех. Самый громкий — отца. Он включает первый трек в плейлисте.       «The Killers — Mr. Brightside»       Вот так. Теперь легче.

※※※

      — Мы закрываемся.       Я устало потираю глаза, чувствуя прикосновение к плечу. На дисплее высвечивается 08:57 pm. Всё-таки просидел до закрытия. Задание я таки успел закончить еще за час до этого, но банально уснул. Да, мне катастрофически не хватает сна. А кому сейчас легко? Уж точно не бедным студентам.       Дорога до дома в этот раз оказывается несколько длиннее обычного. Наверное потому, что я, только выйдя из автобуса, каждые пять минут останавливаюсь, задирая голову. Солнце уже давно село за горизонт, и на небе засверкали крошечные угольки. Звезды.       Домой идти совсем не хочется. Я принимаю решение удлинить себе путь и сворачиваю в узкий переулок. Раньше, когда я учился в начальной школе, мы с родителями жили в похожем. Помню, мне всегда было страшно ходить домой после школы — мне казалось, что из темноты выскочит какой-нибудь страшный монстр и утащит меня с собой, — поэтому по вечерам меня встречал папа. Сейчас я, конечно же, не боюсь гулять по тёмным улицам. Да и в темноте лучше видны звезды.       Я успел отписаться Чонгуку, что уже на пути к дому, и получил в ответ фотографию, на которой Хосок сидит перед экраном ноутбука, укутавшись в плед и держа в руке банку пива, а его глаза блестят от влаги. И правильно. Чьей идеей было включить «Спеши любить»? Я ставлю на Хосока. Чёртов мазохист. Чёртов любитель мелодрам.       Я улыбаюсь, убирая телефон в карман джинсов, и снова устремляю взгляд на небо, увешанное крохотными сверкающими точками. Где-то вдалеке лает собака. До дома остается всего ничего. Сейчас я выйду к небольшому перекрестку и пройду через круглосуточный магазинчик, в котором я обычно беру клубничное молоко по пути к автобусной остановке.       Уже виднеется яркая вывеска вышеназванного магазина, как вдруг я слышу рычание мотоцикла, и вскоре мимо пролетает сам создатель шума. Ну что за лихач. А если бы я успел выйти на дорогу? Зверь останавливается прямо у дверей круглосуточного магазина, но я не смотрю, прохожу мимо.       Я сказал родителям, что вернусь не позже десяти. Интересно, сколько уже? Кажется, я немного задержался. Зато свежим воздухом подышал. Хотя именно вот такие «любители выхлопных газов» и портят окружающую среду. Я обернулся.       У магазина стоял одинокий мотоцикл.