В следующую секунду Эми увидела, как Юки немного вздрогнул и невольно подался назад. Его горделивая осанка обмякла, а плечи слегка выдались вперед. Со стороны казалось, что ему как будто нанесли внезапный удар в живот, и от удивления он, чуть отстранившись, смотрел на девушку большими немигающими глазами.
— Так ты... — все же начала Эми, но так и не закончила фразу.
— А что я? — не сразу последовал глухой ответ, словно говорили не здесь, а из какой-то пещеры.
Эми почувствовала, как у нее начинает кружиться голова. Неужели он не знает, что ответить? Или не хочет говорить? Почему он молчит?
«Если он против, пусть хотя бы скажет», — думала она про себя. Она не могла принять молчание, ведь сказанное никак не могло остаться без ответа.
— Юки-кун... — и она протянула руки навстречу, все еще надеясь получить ответ на признание.
Но юноша отстранялся еще больше. В отчаянии Эми, опустив глаза и убрав руки за спину, схватилась за наихудший вариант как за последнюю соломинку:
— Ты... не хочешь со мной встречаться?
Юки говорил очень медленно. Он как будто забыл слова и подбирал их по одному, делая огромные паузы («Гигантские паузы», — заметила про себя Эми).
— Я... пока не готов... к таким отношениям... Я считал..., что мы друзья.
Такого ответа она никак не могла ожидать. Ни да, ни нет! Она почувствовала, что краснеет, а на глазах начинают наворачиваться слезы. В сердцах она выпрямилась так, что, наверное, топнула ногой, и, вызывающе посмотрев на юношу, воскликнула:
— Если это «нет», то знай, что я буду тебя добиваться, чего бы мне это ни стоило!
И, не помня себя, она бросилась прочь с этого места.
Ступени и камни дорожек мелькали под ногами, деревья проносились кругом. Эми мчалась так быстро, как только могла. Слезы душили ее, и она не понимала, ей не хватает воздуха потому, что она старается бежать как можно скорее, или потому, что часто всхлипывает на бегу.
Почему он так поступил? Почему? Она готова была услышать даже отказ, и, безмерно уважая Юки как умного и рассудительного юношу, как сына Энтони, которого она боготворила еще с детства, мужественно бы приняла удар, хотя и не сдалась бы без боя. Но оказаться в ситуации, когда на свое искреннее признание она услышала настолько невнятный ответ, что и ответом-то его было назвать нельзя, для нее было гораздо большей обидой, чем твердый отказ.
Нет, она не бежала домой. Сердце ее стремилось туда, где оно действительно сможет чувствовать себя в безопасности: ее собственный секретный уголок в английском саду. Совершенно не разбирая дороги, не раздумывая и не оглядываясь, поворот за поворотом — Эми добежала до заветных ворот в живой изгороди у каменистой дорожки и проскользнула внутрь. А потом еще раз, через другие воротца, уже в свой потайной мир.
Солнце уже было на закате, тень накрыла весь парк, а английский сад, находящийся за густо поросшим деревьями холмом, стал погружаться в темноту. Лишь далекие кедры, растущие высоко в горах, еще светились золотистым сиянием уходящего дня. Ветер стих, и на кустах вокруг не видно было даже самого малого шевеления листочков. Эми без сил опустилась на деревянную скамью, ту самую, которую ей сделал Энтони, положив одну руку на спинку скамьи и как будто обняв ее. Ее голова сама собой опустилась на руку.
Когда она отдышалась, слёз уже не было, и она долго смотрела на постепенно темнеющее огромное синее небо, в котором потихоньку начинали появляться звезды, пока еще только самые яркие.
Нет, все-таки она не могла жалеть о сказанном. Ведь еще тогда, при первой встрече в классе, она решила, что обязательно признается ему, и в глубине души ни минуты не сомневалась, что они будут встречаться. «Что бы там Кумико себе не думала», — со злостью, или, может, с обидой отметила она, вспомнив недавние ее расспросы. Но почему он не ответил? «Должно быть, во всем виноват его длительный отъезд», — призадумавшись, решила она. — «И, может быть, он забыл, какими бывают отношения здесь, в Японии». Интересно, как признаются в любви в Европе? Неужели там не надо отвечать на признания?
И тут Эми буквально вскочила со скамьи. Вот в чем дело!
«У него уже есть девушка в Германии!» — громко, неожиданно для себя воскликнула она.
Кусты роз, растущие кругом, остались безмолвны, а посетителей в парке в это время уже не было. Поэтому ее слова, словно молния, пронзив пространство, растворились в воздухе, не будучи услышанными.
Она стала вспоминать, переписывался ли Юки с кем-нибудь, разговаривал ли по телефону подолгу, но ее попытки оставались тщетными. Оказывается, она не имела представления, чем Юки занимается в свободное время, с кем он общается, есть ли у него друзья или, быть может — как бы ни было обидно, — и подруги.
«Друзья», — с досадой произнесла Эми. — «Я считал, что мы друзья». — «Надо же такое сказать!..»
Так прошло еще немного времени. Мысли в голове у девочки вились, как лианы в джунглях, и никак не могли остановиться. Чего только она не передумала! Юки то представлялся совершенно наивным юношей, не готовым к каким-либо отношениям, то вдруг оказывался опытным мастером любовных дел, которого застали врасплох. И что самое неприятное, так это то, что у нее не было ровно никаких подтверждений своим догадкам...
Небо над парком становилось темно-синим. Ни единое облачко не заслоняло красоты тысяч звезд, покрывших небосвод причудливым узором. Эми снова села и огляделась вокруг. Высокие, как будто стены, кустовые розы полукруглыми изгибами укрывали то место, где стояла деревянная скамья. Несмотря на темноту кругом, заветный уголок парка был для нее родным и теплым, он успокаивал настолько, что совсем не хотелось уходить.
Тихая ночь охватила сад, природа замирала до восхода солнца. И тут Эми заметила, как вокруг нее, потихоньку, исподволь, стали появляться яркие голубые огоньки. Они вспыхивали у корней розовых кустов и яркими искорками рассыпались, поднимаясь все выше и выше. Огоньков становилось все больше и, пробегая вверх по стеблям, они собирались на цветках больших роз, превращая темные кусты в светящиеся голубым светом изгороди. Зрелище было настолько красивым и необычным, что Эми восхищалась им, не шевелясь, боясь спугнуть возникшее великолепие сияния.
Но волшебство видения на этом не закончилось. Голубые огоньки стали постепенно перекидываться на скамью, где сидела Эми, и охватывать ее со всех сторон. Тут уже совсем не получалось остаться безучастной. Она встала и изумленно стала оглядываться вокруг себя. Ее тайное место в саду, еще недавно окруженное живыми изгородями из роз, стало похоже на светящийся со всех сторон зал чудесного дворца. Мягкий свет искорок был повсюду: каждая роза сверкала, словно огромный бриллиант, а сверху протянулись нити огоньков и арками укрыли зал огромным ярким куполом. Деревянная скамейка, окантованная голубым свечением, теперь выглядела, словно королевский трон в сказочном замке.
Постепенно огоньки коснулись и саму Эми. Они скользили по ней, не причиняя ни малейшего вреда, и создавали новый образ, который, без сомнения, был прекрасным — ведь ее обычная школьная форма стала превращаться в роскошное платье, которое сверкало голубыми искорками, а обычные туфли, в которых она ходила в школу, теперь выглядели изящными, как будто хрустальными, туфельками на каблуке.
Она стояла посреди зала, окруженного магией искр. Среди голубого свечения стен выросли высокие золотистые сверкающие колонны, которые, поднимаясь ввысь, завершались арочными сводами, переходящими в купол. Искусные узоры переплетающихся стеблей роз, по которым все еще бежали голубые огоньки, завершались ярко-белыми, сверкающими цветками. К трону, еще совсем недавно бывшему деревянной скамьей, протянулась светящаяся дорожка.
«Жаль, что у меня нет с собой зеркальца», — подумала Эми. Она, полная восхищения, стояла в чудесном платье из звезд посреди сверкающего зала и сейчас очень бы хотела посмотреть на себя со стороны. И тут ей пришла в голову идея: она же может себя сфотографировать! Где же сумка?
В этот момент раздался настойчивый звонок телефона. Эми открыла глаза.
Кругом была полная темнота, лишь звезды давали слабые лучики света. Никакого голубого и золотого свечения вокруг не было, и оказалось, что она по-прежнему сидит на скамье. Как будто бы не было ничего, но она чувствовала, как все еще сильно бьется ее сердце от красоты увиденного.
Звонок телефона повторился, и девочка, нащупав в сумке мобильник, посмотрела на экран. Звонила мама, и Эми нажала «ответить».
Неудивительно, что мама беспокоилась, потому что и часы показывали уже почти половину одиннадцатого. Сообщив, что она все еще находится в парке, и пообещав, что скоро вернется, Эми взяла сумку и собралась идти. Ей пришлось включить фонарик, чтобы пробраться сквозь темные воротца живых изгородей, прежде чем она вышла на неярко освещенные дорожки.
Кругом было невероятно тихо, и каждый свой шаг, отдававшийся шорохом мелких камушков, которыми была посыпана дорожка, она слышала так, как будто одновременно шло с десяток человек. Старинные кованые фонари мягко освещали путь, и теперь все выглядело так, как будто время вдруг шагнуло на сто пятьдесят лет назад. Аккуратные изгороди из алых роз. Извилистые дорожки с аккуратно стриженой травой по краям. Величественные статуи, горделиво смотрящие из темных уголков сада. Тяжелые скамьи с ажурными каменными боковинами. Это было невероятно красиво, хотя и немного жутковато в темноте.
Уже подходя к фонтану и явственно слыша его шум, Эми не могла не бросить взгляд туда, где раньше стояла статуя девушки. От неожиданности она чуть не подскочила — с постамента из полной темноты на нее смотрели два красных глаза.
«Ну и напугал же ты меня, Кьюбей», — подумала она про себя.
Доброй ночи, Эми-сан. Какое необычное время для встречи.
«А я думала, ты уже спишь», — заметила Эми.
Нам спать необязательно, но иногда мы делаем так. А вот то, что ты сама еще не дома, это действительно странно.
«Вот, тороплюсь домой», — стала неумело оправдываться девочка, хотя на самом деле она уже никуда не шла и стояла рядом с каменной скамьей, на которой гордо красовалась эмблема династии Ямада.
Кьюбей спрыгнул с пьедестала и неспешно побежал в сторону дорожки. Из темноты сначала сверкнули золотые кольца на «вторых ушах», затем стала видна симпатичная мордочка, а потом уже стало видно и все остальное. «Как же он похож на кошку!» — воскликнула про себя Эми.
Да, многие люди часто отмечают, что мы похожи на кошек, но я думаю, что это случайность. Так ты помнишь о моем предложении, Эми-сан?
«Но ведь ты просто сказал, что нам есть, о чем поговорить», — недоумевая, подумала Эми. — «Я не помню никакого предложения».
Скажи, Эми-сан, ты ничего не замечаешь необычного в своей жизни в последнее время?
Необычного? Вопрос хороший. Эми перебирала в голове, что же в ее жизни случилось необычного, но так и не смогла вспомнить ничего определенного. Хотя нет, вот же!
«Как ты думаешь, Кьюбей-сан, могут ли у людей быть странные видения? Мне никто о таком не рассказывал».
Такое случается у людей, правда, довольно редко. Обычно это связано с какими-то необычными способностями. Некоторые, например, чувствуют связь с близкими. А иные могут даже предвидеть будущее.
«Значит, это не просто сон?»
А разве бывают «просто сны»? Каждый сон у людей обязательно связан с какими-то событиями, которые случились или могут случиться. Ведь люди не осознают, что живут в четырех измерениях, они к этому не способны.
«Как это — в четырех измерениях?» Эми слышала где-то, что кроме трех измерений, есть еще какое-то четвертое, но никогда не понимала, о чем идет речь.
Я не смогу тебе объяснить это, но чтобы тебе стало понятнее, скажу, что видения, которые возникают у тебя довольно часто — это неосознанный взгляд на то, что с тобой может произойти, если, конечно, ты этого захочешь.
Эми не могла понять, шутит ли Кьюбей, или взаправду те, порой страшные и леденящие кровь, или наоборот, невообразимо прекрасные, видения могут случиться в реальности.
«Я всегда считала, что мне это просто снится, и никому про то, что я вижу, не рассказывала», — уверенно сказала она.
То, что ты не рассказывала — это правильно. Люди несовершенны и склонны изгонять из своего общества тех, кто не похож на большинство из них.
«А тебе снятся сны, Кьюбей-сан?»
Нет, мы не видим снов. Мы давно находимся на другой ступени эволюционного развития и лишены каких-либо чувств. Ведь все людские чувства происходят от того, что они недостаточно информированы о мыслях и намерениях других людей. У людей возникают предвосхищения или наоборот, разочарования, восторг от обретения или боль от потери — все потому, что они не способны знать, о чем думают другие.
«Но как же жить, просто так, ничего не чувствуя?» — недоумевала Эми.
Поэтому вы и живете в мире чувств, и поэтому вашими поступками руководят больше не прагматичные рассуждения, а внезапные порывы. В этом, разумеется, есть и своя польза. Наш мир устроен по-другому.
И тут Эми вспомнила про красоту и великолепие искрящегося зала.
«Получается, что то прекрасное место, которое я видела недавно, находится в моем будущем?»
В возможном будущем. Или в прошлом. Здесь нельзя определенно сказать, все зависит от того пути, который ты выберешь сама.
«И я смогу стать волшебницей?»
Конечно, сможешь. Если захочешь этого. Но у каждого решения есть своя цена.
«Цена?» — удивленно спросила Эми. — «Разве это можно купить?»
Не за деньги, конечно. Но каждое решение в твоей жизни имеет свою цену.
Эми задумалась. Получалось очень странно: она своими решениями как будто бы могла создавать новое будущее, такое, как в ее видениях. Но такого вокруг себя она не видела: жизнь в Сугияме была медленной и неспешной, и здесь никогда ничего особенного не происходило.
«А если я стану волшебницей, я смогу делать все, что захочу?»
Магия и вседозволенность — вещи разные. Ты сможешь делать то, что тебе будет начертано твоим предназначением. Конечно, это намного больше, чем ты можешь сейчас, но это отнюдь не всемогущество.
«А как я узнаю, что я смогу?»
В этом тебе помогут твои видения. Но ты должна понимать, что не все из них произойдут, ведь ты не можешь одновременно играть тысячи разных ролей и проходить тысячи разных судеб.
Чем дальше, тем больше Эми запутывалась. Становилось все сложнее. Конечно, она могла представить, что после средней школы поедет учиться в Митакихару и немного поменяет свое будущее. Что она будет работать после окончания школы или сможет поступить в университет — это тоже она могла представить. Даже то, что она все-таки добьется согласия Юки — это могло произойти, и это, конечно, могло повлиять на ее судьбу. Но быть волшебницей?
«Скажи, Кьюбей-сан, а откуда ты все это знаешь?»
Потому что это я и позволяю стать девочкам волшебницами.
Эми посмотрела на него огромными удивленными глазами.
— Ты? — от неожиданности спросила она вслух.
Не каждая девочка может стать волшебницей, и я виден только тем из них, которые имеют такой дар от рождения.
«Значит, если я тебя вижу, то смогу стать волшебницей?»
Можно и так сказать.
«А что мне для этого нужно сделать?» — поинтересовалась Эми.
Прежде всего, серьезно подумать. Это решение серьезное, и его потом нельзя будет поменять. Но чтобы стать волшебницей, тебе нужна искренняя мечта. Ведь именно она запускает механизм, дает возможность раскрыться магии. Твое единственное заветное желание и будет ключом твоих возможностей после того, как ты станешь волшебницей.
«Желание? Настоящее желание? Оно сбудется?»
Именно так. Любое твое желание, но только одно, будет исполнено. Так рождается магия. И от того, что ты пожелаешь, будет зависеть и то, что ты сможешь делать тогда, когда станешь волшебницей. Никто, даже я, не сможет тебе сказать, какой магической силой ты будешь обладать после исполнения желания.
Такого Эми не могла даже представить. Может быть исполнено любое ее желание! Она сможет пожелать все, что угодно, и это сбудется! От открывающихся возможностей буквально кружилась голова.
Но тут Кьюбей перебил ее мысль:
Я знаю, что магия очень желанна для девочек. Но не забывай о цене своего решения.
«Цене?» — и мысли Эми как будто остановились в полете. — «А какая цена? Я должна что-то отдать взамен?»
Да, это так. Ты больше не сможешь стать обыкновенной девочкой, как сейчас. Решение стать волшебницей нельзя вернуть, потому что оно обретает силу исполнением твоего желания.
«Да, это непросто», — согласилась Эми. — «А у меня будет много волшебной силы? Я смогу колдовать в любое время или там тоже есть какие-то правила?»
Я не могу заранее тебе сказать, насколько сильной волшебницей ты будешь. Это зависит от силы твоего исполненного желания, — оно должно быть самым заветным в твоей жизни. Чем сильнее желание, тем более могущественна ты будешь в магии.
Никаких правил в магии нет, но волшебная сила не безгранична. Чтобы ее восполнять, ты будешь сражаться со злом — в волшебном мире есть и ведьмы.
«Ведьмы? А это опасно?» — с испугом спросила она.
Безусловно. Смертельно опасно. Как и волшебницы, ведьмы сильны в магии, и сражение идет не на жизнь, а на смерть.
«А почему я их ни разу не видела?»
Твое счастье, что не видела, иначе мы бы с тобой сейчас не разговаривали. Ведьмы приносят людям немало бед... А много ты видела волшебниц?
Эми снова задумалась. Ни волшебниц, ни ведьм она никогда не видела и считала, что они существуют только в сказках. Надо же...
И тут Кьюбей перебил ее мысль:
Могу сказать, что девочки-волшебницы тебе наверняка встречались. Просто в обыденной жизни они выглядят как обычные девочки, и ты никак не узнаешь, кто они на самом деле.
«У нас, в Сугияме? Есть девочки-волшебницы?» — и у Эми удивленно поднялись брови. Со стороны это выглядело забавно: она уже привыкла общаться мысленно, но мимика на лице все равно давала о себе знать.
Вполне могут быть, хотя и городок тут небольшой. Это я тебе пока не могу сказать.
И тут Эми как будто очнулась.
— Ой, меня же мама дома заждалась! — воскликнула она вслух, схватила сумку и уже побежала, но потом остановилась и обернулась. — До свидания, Кьюбей-сан!
Увидимся, Эми-сан. Ты знаешь, где меня найти.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
